Falling

Лиза практически выхватывает из рук воина еле дышащее тело омеги, прижимая его к себе как дитя. Все эти дни девушка волновалась, не находя себе места, а уж какими слухами полнилась стая, что уже пожалела о своей враждебности. Единожды услышанного крика полного боли раздавшегося у дома вожака и каждый, кто позволил себе гадкое слово, теперь опускал голову. Им казалось, что омега действует из корыстных целей и предложение вожака остудит глупую голову, но золотоволосое создание удивило. Стойко принимая свою судьбу, омега позволил взять себя моля лишь о спасении дитя, которое даже не его. Редкие оборотни все ещё ворчали на омегу, но старались обходить стороной острые углы. Вожак сам ходит смурной, похожий на грозовую тучу, нет он не жалел о содеянном, но червь вины посеянный лекарем грыз изнутри. Посылая бедному Альбедо проклятья, альфа погружается в дела, которые пришлось оставить из-за гона, лишь бы выгнать из головы мысли об омеге. Получалось из рук вон плохо, но долгожданная усталость наполняла тело и от этого становилось легче. Время от времени, по собственному приказу, ему докладывали о состоянии Итэра, уверяя, что с ним будет все в порядке и его долгосрочный сон не более чем выматанность после течки. Вожаку хочется почему-то верить, что им хватило одного совместно проведённого цикла, что бы зачать ребёнка. И вовсе не потому что больше не хочется, а потому что слишком страшно смотреть в чужие глаза и видеть в них крах самого себя.