Falling

Всё, что горело в чужих глазах меркнет как только крик, пронзивший тишину, режет остатки добродетели другого на куски. Кровавые ошметки чужой гордости теперь не более чем гнилое мясо свисающее с кости. Бесполезно бежать от реальности, где боль становится маской намертво приклеенной к лицу - попробуй отдери, вырвешь вместе с кожей. Ведь счастье столь близкое и далекое теперь не более чем иллюзия какой-то параллельной реальности, где они когда-то были счастливы и были любимыми друг друга. На краю обрыва, слёзы льют из медовых глаз, шатаясь на ветру фигура так и норовила броситься в объятия бушующего океана под ногами. Быть может он смыл бы с него всю ту грязь на теле, которое теперь не отмыть вовек от чужих прикосновений и во веки веков. Омега глотает непрошенные всхлипы, как будто это поможет не чувствовать, но эти боли при вдохе ломают ребра и не только. Если бы он только знал, смог бы хоть что-то изменить? "Не люблю я тебя, ты стал не таким удобным как раньше." Хруст сердца был слишком очевиден после этой фразы. Омега даже не думал, что мог стать неудобным лишь потому что перестал пытаться угодить. Виня себя сейчас в своей слепоте, парень хочет перемотать время вспять и быть может никогда больше не испытывать этого дурацкого чувства, когда хотелось летать от счастья распирающего внутри. – Я ведь мог это предотвратить, — резким, даже грубым движением, омега стирает с щёк дорожки слёз, но те продолжают литься из глаз. Мог, но не сделал. А сейчас он стоит над пропастью и хочет стереть себя с лица земли и плевать он хотел, что носит под сердцем дитя. Он ведь не хочет этого ребёнка, просто поддался тогда чужим словам в пылу течки, позволяя завершить сцепку. И за это хочется убить себя. Аборт который должен был стать началом новой жизни, нынче перечеркнут жирным крестом из-за того что все сроки уже пролетели. "Я так рад, что у нас будет ребёнок" Альфа улыбается, а внутри у омеги от этой улыбки всё крошится. Он не хочет все этого, но его, кажется, никто не спрашивает. Омега кричит, что не будет рожать, и в этот момент ему прилетает пощёчина, от которой парень теряется на несколько секунд. Это первый раз, когда альфа позволил себе это. И последний раз, когда омега глотая свою гордость прощает такое. Однако дальше становится только хуже. Все больше ссор и рукоприкладства, альфа всё чаще позволяет себе оскорблять, стирая омегу в ничто, одним лишь словом указывая место у своих ног. "Кто ты без меня? Пыль." И стало ли это последней каплей, но омега сбегает из своей клетки, оказываясь сейчас там, где море раскинуло свои объятия внизу, так и маня к себе. Омега делает первый шаг навстречу, но тут же падает на колени и кричит. И крик его разносится по округе так что пробирает до дрожи, потому что даже падшие не способны на такое. Итэр не хочет думать о том что его будет ждать дальше, но он верит, что однажды его боль окупится и расцветет прекрасным цветком, а сейчас только море внизу ждёт его по-настоящему к себе, принимая, как родного, со всем тем, что разъедает изнутри. Омега поднимается с колен и задирает голову к небу. Оно в отличие от него угрюмо висит не предвещая собой даже нового рассвета, но, как знать, что будет дальше?