молитва с бритвой во рту

ты так сильно пытался выделиться, и когда наконец вышло, ты не увидел перед собой открытую дверь. ты увидел только старую кирпичную стену и зеркало на ней

— ты убил людей, эрик рэб.

— Я теперь особенный.

***

      дорога кажется попрохладнее ранним утром. по правде говоря, безумно хочется поесть, попить обычной воды и поспать. семи часов сна после такого потрясения никак не могло хватить. нужна заправка, нужен придорожный магазинчик, нужно хоть что-то. но где взять деньги? у них слишком мало карманных, чтобы хватило хоть на что-то серьезное. они уже потратили 70 долларов на эту дерьмовую комнату, за чертову ночь. было бы это за двух человек, так нет — сука, с каждого. и теперь у них осталась считай мелочь. да и газировка что-то стоила.. стоп, газировка. сейчас как раз самое то на завтрак. клиболд открывает нéкогда лишнюю банку. это вместо яйца, бекона и апельсинового сока с утра.

как себя чувствуешь?

как абсолютно новый человек.

      харрис звучит убедительно и достаточно пафосно, надевает очки, одна из рук у каждого замотана в бинты и до сих пор ноет, но, черт возьми, оно более чем стоило того. оставит некрасивый шрам, но кто про него спросит? это скорее будет плюсом, ведь этот день уже не забудется так просто(хотя этого и так не случилось бы). они буквально чувствуют, как их кровь теперь течёт друг в друге(даже учитывая, что это фактически невозможно провернуть, они на сто процентов в это поверили).       и всё так по-настоящему, но вокруг уже ничего нет — нет гула машин, нет криков, нет страха, больше ничего нет, есть только пара музыкальных альбомов, кассет и немного придорожной пыли. а также изредка люди — они как npc в какой-то пиксельной игре, нужны только ради того, чтобы выдать квест, либо помочь в его прохождении, крайне примитивные механизмы и ожидаемая схема действий. напиться сладкой газировкой, кстати, сложно.

надо было брать воду.

как ты вообще не подумал об этом?

да откуда мне было знать??

сука, откуда тебе было знать? так может мы собирались ехать дальше, а не оставаться там, нет? понятное дело мы бы не остались надолго.

блять, дилан, тебе обязательно опять создавать какую-то проблему из воздуха?

      светловолосый запускает пальцы одной из рук себе в волосы, тяжело выдыхая.

ладно, извини, чувак. я не хотел ругаться, но ты реально затупил.

может ты и прав.

      эрику стыдно, и ошибку признать, к сожалению, пришлось. он прикусывает щеку, чуть сводит брови к переносице и наблюдает, как ведет дилан. как ветер из открытого окна проскальзывает почти что водными потоками в его кудри и рассыпает их против стороны движения, как они переодически хаотично взлетают, блестят золотом даже в утренней прохладе. как он закуривает, ловко управляясь с зажигалкой, и как дым в ту же секунду растворяется среди моря его волос. какая-то нечистая сила, сам дьявол во плоти играет с сознанием эрика харриса в такие моменты.       за окном проезжают чьи-то машины, радует, что они не особо вглядываются, благодаря тусклым фарам и приличным скоростям. дело близится к рассвету, парни выехали довольно рано, и только сейчас видно, как горизонт медленно светлеет. а ещё, в трех сотнях метров виднеется заправка, одна тачка на ней, и пусто.

о даааааа!

как же упоенно протянул это клиболд. настолько, что эрик дернулся — его отвлекли.

что? а, останавливайся.

      его безмерно радует появление этого места почти что из неоткуда. поэтому они, изголодавшиеся и с дикой жаждой, выходят из машины как только паркуют её, и дилан заплетается, надеясь, что без кепки, очков и "той самой" футболки его, как и эрика, не узнают. какой-то придурок стоит здесь и курит. ему хочется выстрелить в лицо, но это не входит в их планы. молодые люди заходят в небольшой магазинчик с мигающей лампой и полусонным кассиром.

доброго утра.

      он не выглядит особо заинтересованным ими двумя. слушает радио, всякие дурацкие песни прямиком из восьмидесятых. парни гуляют между немногочисленных полок, пока рэб не отходит, бросив что-то вроде "я сейчас вернусь". дилан лишь многозначительно кивает — нет смысла искать во всем подвох, может хочет узнать цены на бензин или заранее оплатить.       водка как-то всем своим я доверился ему — если этот придурок пошел с ним на ебаное убийство, то скорее всего, они теперь могут доверить друг другу любое потаённое дерьмо из своей головы. конечно, кроме того, как клиболд засматривался на спящего рэба, когда посреди ночи в мотеле проснулся. ещё пару часов он сначала перекуривал, а потом пытался уснуть — именно поэтому разбудить его было так проблематично. лежащий не так далеко приятель просто завораживал какой-то.. чистотой? непонятно, почему, но его фигура будто купалась в ледяном мерцании, его великолепие было сравнимо с трупным, а оно, безусловно, было, хотя разглядеть его непросто. холод, непоколебимость, навечно закрытые глаза и вечный сон под сопровождение песен ангелов.       дилану доставляет, что он знает об эрике чуть больше. знает его с той стороны, с которой не знает никто. они открылись друг другу и начали перенимать черты так незаметно и на каком-то подсознательном уровне. первым проявлением этой незримой связи и доверия был тот день, когда эрик не стесняясь переоделся перед ви. младший тогда увидел эту самую ямку на груди, за которую харрис вечно нездорово переживал и скрывал, а дил тогда заулыбался, как идиот.

и что такого? ты отлично выглядишь.

серьезно?

      эрик тогда был смущен тем, что дилан сказал. и только потом осознанием того, что он на него смотрел в такой момент. уже тогда что-то стало не так, сдвинулось с привычных положений и устоев, что-то посадило свои семена в головах и очень долго прорастало.       но в ту секунду, когда они сделали первый выстрел, все эти проблемы испарились. не было уже гомофобии, не было уже ничего, и эта кондиция держится на этом же уровне по сей день. но что-то прервало рефлексию.

пожалуйста, не стреляйте! я отдам все деньги!

о нет, сучий сын, если я не выстрелю, ты протрещишь про нас копам.

блять, харрис. клиболд несется к кассе, но слышит только три оглушающих выстрела.

получай, уебок!

      с громкой усмешкой произносит эрик, на окне пятна крови и мозги кассира, а старший достает деньги из кассы, держа в свободной руке тес-9.

пиздец, что ты сделал?

бери бабки и иди уговаривай этого мудилу продать тебе номер, я спизжу кассету с записью и собью камеры.

ты ебанутый, чувак.

      эрик выглядел слишком, упиваясь собственным сумасшествием, и водка в который раз благодарил всевышнего науку за то, что они однажды встретились. клиболд ловит на входе явно быдловатого мужчину, которого они встретили ранее — пятидневная щетина, едкий запах пота, старая джинсовая кепка, сигарета, докуренная до фильтра, выброшена прямо за ним на асфальт. он собирался оплатить, но дилан остановит его.

слушай, слушай внимательно. нам нужны твои номера. сколько возьмешь за них? плюсом я отдаю свои.

что? какого хуя вам нужны мои номера?

      он украдкой заглядывает в магазин, видя рэба — брызги крови на лице, мертвый кассир недалеко, а он тащит все деньги из кассы в руках. пихая их в военные брюки. он подходит к говорящим.

я понял, можешь не отвечать. ну, я вижу средств у вас достаточно.. отдам номера за ваши и 400 баксов.

что? 400 долларов? обычные номера продаются за 80, чел, это дохуя.

вы меня встретили на заправке посреди нихуя, застолбили, требуете мои номера, и чтобы я ещё и не сказал копам про убитого кассира.

пока вмешавшийся эрик хмурится, нервно оглядываясь и выстреливая в камеру.

у нас сейчас оружие. мы можем тебя ебнуть на месте. понижай ставки, максимум сотка!

ты много просишь, рэб.

нет, не много.

он целится в деревенщину, настаивая на своем.

минимум 300

что насчет 150?

250.

окей, 230 и мы в расчете.

ладно, давай бабки и иди откручивай.

      эти двадцать долларов нихуя не решат им, но харрису было принципиально — чтобы с ним согласились. а согласились с ним ещё и благодаря появившейся привелегии: по сути, сейчас есть возможность забрать из магазина всё, что может понадобится. таким как этот мужик особенно похуй на принципы морали, они живут в фургончиках в свое удовольствие, смотря отупляющие телешоу в пропахшей дешевым алкоголем и потом майках, и по пятницам гоняя в дешевые бары с себе подобными.       эрик не такой. эрик верит, что у него есть самосознание, именно благодаря самосознанию он убил кассира и вынес с кассы деньги, часть из которых отстегнул мужчине, а оставшиеся скинул в машину.

водка, иди возьми воду и хавчик, я разберусь с номерами.

      небо медленно розовеет, у харриса дрожат колени. флешбеки со вчерашнего дня не дают покоя, мысль о скорой их поимке напрягает всё больше с каждой секундой. она как вода пропитывает дерево, зарывается в сознание рэба. никто не увязался к ним на хвосте? никто же не сдаст их? этот мужик не соврал? никто же не найдет у мертвого кассира где-то следы днк новоиспеченного преступника?       эрик только позже поймет, что уже нет никакой разницы. дилан выходит с пакетом, деньгами, и с ножом в левой руке. уже явно использованным ножом: кровь капает с пальцев. парней безнаказанность поглощает, это настоящее расстройство. рэб расплывается в улыбке.

ты ебнул его?

да. вот твои деньги.

      старший прикусывает губу и смотрит так радостно.. так радостно, что дил сам невольно улыбается. он не осознает всего, что произошло. закидывает пакет в машину, и следит за тем, как рэб подходит и обнимает его, неожиданно. причем так тепло и безобидно, что даже приторно.

эрик, подними глаза и посмотри в сторону.

что там?

      он это и делает.. а видит рассвет. будто это солнечный мальчик перерезал собственному создателю горло, и небо излилось на горизонт красочной кровью, раскрывая плоть, процеживая через себя тонны света. оттенки синего теплого, фиолетового, красного, огненного-оранжевого, и всё такое апокалиптически-прекрасное, атомный гриб и катастрофа, никак иначе.

вау.. или.. это всё, что ты хотел? водка, ты не ребёнок, чтобы на такое тыкать.

      а водка уже не слушает. небо такое неприлично-чудесное, произведение искусства, какого-то непринятого, не того, недоступного людям, минута тишины и безусловного счастья. руки дилана обвивают рэба, по лицу которого скользит прелесть жарких оттенков. отражается в разных глазах, создает что-то новое, меняет картину мира целиком и полностью. в воздухе повисло немое я люблю тебя больше, никогда не произнесенное.       всё почти так, как эрик планировал в первый день. тепло дилана, его грохочущее сердце, всё это делает атмосферу какой-то особенной, а момент вписывающийся и одновременно выбивающимся. рэб поднимает глаза.

нам пора. тащи ещё жратвы и мы едем.

      и правда пора. эрик за руль, закидывая пушку на заднее сидение. дилан вернется через пару минут с полными пакетами, а также в кармане несколько испачканных чем-то мятых купюр. он их стащил у истекающего кровью мертвого деревенщины — жесточайшее проявление цинизма и эссенция отчаяния, вот и всё. дилан садится на пассажирское и закуривает, руки снова дрожат. эрик успел заправиться, и они тронулись.

было бы круто подорвать эту заправку к хуям.

      младший чуть взволнованно выдает, вырывается смешок. у него челюсть дрожит — всё, что они делают — неправильно. и они оба уже заслужили электрического стула, но как-то объективно похуй (хотелось бы, чтобы было).

ну, ты уже перебираешь

разве? я бы не сказал

      эрик улыбается и на секунду прикрывает глаза. это что-то ахуенное, они ездят по америке и бездумно убивают людей, картина из мечты, которая казалась гораздо проще, смелее и спокойнее. чувство эйфории порхающей птицей растет вместе с камнем под названием истерия/осознание/мораль, привязанным к лапе.       и как рэбу удаётся держаться? он выглядит лишь слегка нервным сейчас, немного в аффекте, но явно не таком паническом, как у водки. правда ведь? он всё делает великолепно до сих пор, четко и выверено, как будто работая по плану или инструкции. как будто на любую проблему у него есть решение.       да, определенно всё, что делает рэб, обязательно получается. а если и нет, то он чудесным образом выкручивает это в свою выгоду. что-то в нём есть мастерское и гениальное, что-то четкое и перфекционистическое. то, как он управляет ситуацией, чувствами, своими и чужими действиями, заставляет дилана таять. то, как он иногда смотрит исподлобья, когда слышит какой-то сложный для обычных людей вопрос, и всем видом старается не показывать, что он знает ответ, позволяя другим догадаться и на секунду почувствовать себя успешными. как он иногда приподнимает уголки губ, когда видит, что кто-то поверил очередной его байке. дилан тает, когда эрик первым кладет трубку и говорит последние слова, чтобы выглядеть главным. когда эрик выигрывает в спорах (даже если он не прав), когда эрик командует. и когда эрик минутой позже слушается дилана.

нам надо заехать куда-то и поесть. типа развести костер где-то в лесу и прочее.

сейчас найдём лес и что-то выдумаем.

      на предложение дилана харрис отвечает согласием, конечно. главное заехать в нужную местность и скрыться где-то подальше в лесах, чтобы никто не додумался подойти к ним.

***

      понадобилась пара (мучительных) часов, чтобы наконец добраться до леса, а теперь надо в него заехать. не нормальной дорогой, а той, на которую нормальные люди бы не совались. но они таковыми не считались, поэтому прийдется так. тачку тоже нужно припарковать где-то подальше от дороги, в том же лесу, дабы ночью они могли поспать в ней и не пришлось снова перебираться куда-то в другое место.       около получаса езды по ебеням, кочек, криков дилана, его же "блять, бэху разъебешь, придурок!", "кто так ездит?", и они выехали в более-менее подходящее место. что-то около лужайки. жаль, конечно, не у озера, хотя это было бы небезопасно, кто-то точно бы приехал сюда. а здесь довольно пустое место, не особо симпатичное, но сейчас речь не о красоте, а о безопасности, и им подходит. дилан открывает дверь, выходит из машины и падает на траву, выдыхая. он до безумия устал, ему это присуще. эрик подходит, смотря сверху вниз.

совсем хуево, да?

      он прекрасно понимает, что всё это дается младшему тяжелее в десятки раз. жестокость ему не настолько же присуща, как показала практика. на фразу харриса младший только пожимает плечами, выглядит опустошенным, а старший садится рядом с ним.

дил, не переживай так сильно. у нас всегда есть выход. давай, отдохни, а я че-нить достану из еды нам.

      рэб не ожидал от себя такой реакции: терпимости и мягкости. что он постарается поддержать, успокоить, сделать комфортнее. даже дилан удивился и ему стало чуть легче, он приподнялся на локтях.

смотри, рэб, в том пакете есть всякие супные консервы, фасоль, во втором снеков дохуя, и воды баклажки. там же бекон, сладкое, хлеб

я так посмотрю ты только хуйню набрал?

что было, то и набрал, нормальная еда. и что готовить не надо.

      тот быстро отрезает претензию харриса, который выбирает по банке себе и ви. вместо того, чтобы звать подниматься, подсаживается сам.

и ты, гений, не взял ложек, правильно?

блять..

      дилан вспоминает и понимает, что явно стоило бы. учитывая всё, что он натащил, хотя бы для консерв ложки явно нужны. не одним же мусором им питаться.. на удивление им хватило 17 лет жизни, чтобы понять, что на одних доритос ты не вывезешь долго.

ешь крышкой от банки.

      деваться некуда, это и прийдется делать. эрик кивает, это не особо удобно, особенно когда вся еда будет на дне, но всё же выбора нет. открывают банки и едят в тишине, снова. иногда смотрят друг на друга и поверить не могут — они совершили несколько преступлений вместе. их ход мысли сошелся на этом настолько идеально и вовремя, что такое совпадение происходить может только раз в сотню лет — например бонни и клайд, или те ребята с огайо. их же было двое? никто не помнит, всем плевать.

мы никогда не будем моложе, чем сегодня, ты понимаешь?

это к чему?

это к тому, что нихуя не впереди, всё здесь и сейчас. мы никогда не будем моложе, чем сейчас, и этот момент уникален, понимаешь?

да, понимаю. клевая мысль

      рэбу нравится такое внезапное лирическое, философское отступление. в них водка точно профессионал. и говорит снова так уверенно, что залипаешь, и слова такое правильные получаются, и слушать одно удовольствие. и всё в его речи выглядит таким точным и при этом гибким, открыть рот и наслаждаться по несколько часов — вот и всё, что нужно.

этот момент последний такой, и никогда в нашей жизни не повторится. не выпадет та же дата, то же время на часах, никогда нам не станет снова 17.

мне 18

      и дилан опустил на него глаза в этот момент, как на ребенка, который пытается спорить со взрослыми о существовании розового цвета — детский лепет, не более. и будто клиболд умиляется самому этому высказыванию, так мягко и без особой злости.

эрик, не в цифре дело. идея же и без этого понятна

      харрис уводит глаза. удивляет, как его поставили на место и даже не задели этим. как ви ловко делает это каждый раз? как-то по своему, вот, снова.

***

      весь день был довольно продуктивным: они постирали футболки, к счастью какое-то подарочное мыло дил ухватил, а стирать приходилось над травой, один намыливает и моет, другой льёт воду. помогло, но не сильно. футболки разложили на крышу машины. и до вечера харрис сидит в полурасстегнутой рубашке, а дилану приходится и вовсе топлес, он постирал весь свой немногочисленный верх. за день они выпили довольно много воды, боясь, что потом её не будет. перед смертью не надышишься, и, по-видимому, не напьешься.       а уже вечером под girl, you’ll be a woman soon они пытаются пожарить бекон на костре. на него они потратили около часа и очень надеятся, что не в пустую и какой-то рандомный ветер не задует его за пару секунд.       ровные ломтики нанизали на тонкую, помытую ветку, по принципу маршмеллоу. сидят и готовят, одновременно курят. эрику жжет глаза дым костра и ментоловых сигарет, он жмурится, иногда кашляет, но курить не перестает. вся эта атмосфера легкости не избавляет его от дрожащей челюсти и навязчивой мысли о том, что их поймают. он не один такой, очевидно. дилан так задумался, что сжег кусок и сам скинул его в качестве уголька в огонь, немного разочаровано вздыхая.       апрельской ночью прохладно, но, благо, не сыро и не дождливо. пока что точно. оба парня делают вид, что не поглядывают друг на друга, это забавно. маленькая впадинка на груди эрика красиво освещается огнем, не хочется отрывать глаз. он такой худой, немного бледный, точно не слабый. эрик самый сильный из всех, кого дилан знает, это правда. в каком-то другом смысле, но это точно так.

как мы будем спать?

на заднем, видимо

там мало места на двоих

эрик уводит взгляд куда-то на траву, убирая еду от огня и дожидаясь, когда та остынет

бля.. ну да, ты прав.

долю секунд эрик смотрит куда-то на ноги. выкидывает бычок и поднимает голову на дилана.

а это имеет значение после всего?

я бы не сказал

      сначала дилан хмурится, а потом расслабляется.. никакого значения. они могут быть пойманы или умереть в любой день, в любую минуту, и на предрассудки тратить жизнь больше не входит в их планы. лучше уж спокойно поесть, погреться и позже лечь спать.       после импровизированного ужина выпивают по банке пепси(чисто ради разнообразия, конечно), и пора тушить костер. дилан засыпет его землей, пока харрис будет копаться в машине и выдумывать что-то на сидении.. ничего не придумалось, абсолютно, только убрать на коврики всё, что лежало на сидении.       умыться и ждать, когда клиболд сделает тоже самое и подойдет. теперь время думать, как сделать всё правильно.

кто ляжет первым?

      в темноте до безобразия спокойно и приятно. ночной ветер слегка щекочет пятки, им пришлось снять обувь, не очень хочется перепачкать двери и сидения.

раз тачка моя, давай сначала я. разницы особой всё равно нет

      клиболд пожимает плечами и стараясь ориентироваться по слуху, легкому свету и тактильным ощущениям, залезает на сидение, решая поджать ноги.

давай, иди сюда

      рэбу неловко, неудобно, но.. хочется. нужно, классно, круто, электрический ток по коже. он залезает на сидение, достаточно близко к младшему, тот вытягивает ноги, ложась на бок. харрис устраивается рядом.       водке не хватает места, и приходится переплетать ноги с ногами старшего, ничего не поделаешь. тот начинает чуть тяжелее, иначе дышать, стараясь не подавать вида, будто ви вполне уверен во всех своих действиях? ему правда не неловко? он будто не понимает этой близости и ситуация вполне себе обычная. когда они спали вместе в мотеле это не было близко, не было напряжения, всё было как-то просто. здесь ничего подобного. но дилану тоже страшно. будто рэб его с легкостью вытолкнет, назовет педиком и вообще сдаст полиции. это было бы в его стиле в ответ на такую выходку. но даже когда рука дилана легла ему на спину, он не подал виду.       и снова, повисшее молчание, и только громыхание сердец и тяжелое, мягкое, горячее дыхание, накрывающее сладким облаком.       как же приятно касаться. как же приятно быть рядом, считай прижатыми друг к другу. кожа к коже, грудь дилана обжигающая и периодически вздымается, когда тот снова вдыхает. эрик посчитал, что это будет идеальными местом для его подбородка, и он успешно поднимает глаза на русого. он моргает так устало и спокойно. пару минут схожи с часами, снова молчаливые гляделки, а харрис чувствует ладонь дилана на своем затылке, слегка поджимает ноги, но утыкается коленом в пах того, что делает ситуацию ещё более неловкой. дилан ложится повыше и ударяется головой, зажмурившись и тихо выругавшись.

всё, я убрал, опускайся обратно, извиняй

      рэб не знает, почему он шепчет. это кажется нужным. как по команде дил возвращается чуть ниже, он едва стал ближе к лицу смотрящего на него.       дыхание превращается в торнадо и в один горячий поток. лица непозволительно близко, всё потому что харрис приподнялся выше, чувствует как клиболд тает от соприкосновения с кожей, какая-то незримая связь ощущается безумно опьяняюще.

дилан, поцелуй меня, блять.

ахуеть!       дилан без раздумий делает толчок и подтягивает старшего к себе. молниеносно губы сталкиваются.       слияние миров окончательно, вкус дилана именно такой, каким представлялся всегда, он нужный, верный, легкий, мягкий, почти сливочный. вкус эрика это соль и металл, но где-то затесался привкус шоколада и яблок. они оба такие неловкие, но такие разгоряченные и восторженные, такие резвые и резкие. светлые ресницы дилана дрогнули, когда он закрыл глаза, почти что зажмурившись. поцелуй такой грязный, хаотичный, жадный. всё это показалось правильным именно сейчас, именно в такой обстановке, это должно было случиться однажды, нужно было только дождаться верного момента и дать рывок.       такого момента, в который становится плевать на тесноту и неудобно упирающиеся в спинку сидения колени, в такие моменты кружится голова и даже руки становятся ватными, а глаза непроизвольно слезятся. дилан изогнулся в крайне неудобной позе и на покалывающую боль в шее он и не думал обращать внимания, он занят другим: придерживать спину харриса обеими руками, дабы тот не упал на пол и пакеты. черт, эрик, ты в своем безумии снова превосходишь всех, ты снова великолепный. это как-то неправильно, но одновременно именно так, как должно быть.       язык у харриса напоминает кошачий первые пару секунд, пока он не понимает, что нужно расслабиться и просто наслаждаться. его ладони устроились так комфортно на шее младшего, что он бы так и придушил его, но тут немного другое положение, кажется. он чувствует как руки дилана ускользают к груди, проходятся по линиям ребер, и, после, обрисовывают впадину, погружаясь кончиками пальцев в неё и гуляя там некоторое время, вызывая у эрика непроизвольный громкий выдох, больше напоминающий стон. ему пришлось оторваться от влажных губ водки, чтобы посмотреть на него ещё немного и перевести дыхание, ибо сломанным носом дышать проблематично.

дилан, водка, я..

чувак, я тоже. очень.

я люблю тебя больше.

выскользнуло изо ртов одновременно и непроизвольно, в их случае люблю прозвучало излишне заурядно. это не любовь, это что-то более значимое, что-то колоссальное и неизмеримое.

ванильная ебень.

ебало попроще.

      дилан берет его за челюсть, вызывая секундное подрагивание шеи того. никто не сильнее, все где-то на одном уровне. звук расстегивающейся пряжки ремня ознаменует окончание этого дурацкого притворства, в котором все всё и без слов понимали.

какой же ты кайфожор, ви

дофаминовый наркоман, типа того?

у него талант правильно подбирать слова, талант управлять языком, даже поцелуй с ним был такой прекрасный, буквально летальный, теперь он беспорядочно расцеловывает грудь харриса оголенную.       дилан пытается расстегнуть следом и ремень рэба, но никак не получается, от крупной дрожи в руках он начинает паниковать и пытаясь достать тот из пряжки, не выходит, и он ударяет харриса по бедру, в ещё большем нервном состоянии переводя взгляд на его лицо.

всё в порядке, давай

этот жест успокаивает, всё идет как по маслу, такой трепетный дилан очарователен.       это определенно не будет простым сексом, это не будет мастурбацией, это что-то иное, что-то связывающее. теперь они принадлежат друг-другу, целиком и полностью, душой и телом доверяясь и отдавшись. это как минимум какой-то ритуал, о котором знают только они двое. и этот небольшой секрет доставляет. эрик точно видел дилана с той стороны, с которой не видел никто и никогда. да и, кажется, не увидит. глухие стоны дилана под ухом создают антураж счастливой жизни. трепещущие ребра рэба, касающиеся живота ви, становятся для дилана всем миром, вторым дыханием, второй парой легких, такой нужной.       то, как эрик хватает его руку, потому что не может держаться.. легальный наркотик, не меньше. слезы дилана, скопившиеся в уголках глаз, стоят больше, чем все мировые богатства. завтра у них много планов, которые, возможно, будут благополучно проебаны.