survivors | все мертвецы должны оставаться мёртвыми

Открывать глаза было тяжело. Но не из-за похмелья после вечеринки и даже не из-за накопившейся усталости. Нет, напротив, впервые за долгие месяцы Гермиона могла сказать, что наконец-то не просыпалась всю ночь в холодном поту из-за кошмаров и даже выспалась. Мысли бессвязно блуждали по её сознанию, с большим трудом собираясь в единую последовательную цепочку.   Она осмотрелась — небольшая комната выглядела совершенно заброшенной: кроме кровати, на которой она полусидя дремала, да узкого ветхого шкафа с парой комплектов брюк и свитеров в ней ничего не было. Даже сама гриффиндорка за эти недели на базе немного обустроила свой уголок, притащив из теплицы пару цветов и забрав из небогатой библиотеки лучшие книги по трансфигурации и чарам. Если бы она не знала, что эта спальня принадлежит Тео, наверняка бы подумала, что она вовсе не имеет владельца.   Самого Нотта в комнате не было.   Не появился он и за завтраком, после которого Грюм планировал объявить тех, кто отправится с ним, Биллом и Гарри на миссию Дамблдора. Гермиона оглянулась на компанию слизеринцев, сидевших неподалёку — Блейз, Дафна, Астория и Крэбб о чём-то активно спорили. Забини на мгновение поймал любопытный взгляд гриффиндорской старосты и хитро ухмыльнулся, словно застал девушку за чем-то неприличным. Грейнджер тут же поспешила вернуться к своему завтраку.   — Я уверен, что Грюм выберет тебя, Гермиона, — вдруг сказал Гарри, видимо приняв её смущение за волнение. — Он хоть и мудак, но всё же не идиот.   — Он считает, что я провалила последнее задание.   — Ты спасла жизнь этому гавнюку Нотту! — воскликнул Симус, так сильно взмахнув рукой, что едва не опрокинул тарелку на ноги Лаванды. Браун раздражённо поджала губы, но ничего не сказала.   К слову, Финниган вёл себя совершенно обычно. Либо он не помнил о том, что случилось прошлой ночью, либо предпочитал делать вид, что не помнил. Как бы то ни было, Гермиону такой расклад вполне устраивал.   Тем не менее, слова Симуса всё ещё сидели в её голове. Тогда мысль о побеге казалась немного странной и глупой, но сейчас она будто манила: сбежать подальше от лживых обещаний Ордена и найти родителей, убедиться, что с ними всё в порядке, а там будь что будет.   Идея закрепилась в её голове, как полноценный план сразу после завтрака, когда Грозный Глаз в своей привычной грубоватой манере гаркнул: «Бут и Белл! Поздравляю. Вы пойдете с нами».   Гермиона не стала слушать ни объяснения от Макгонагалл, ни слова поддержки от друзей. Она просто встала, молча вышла из-за стола и в полной тишине горделиво покинула Зал.   У неё почти не было никаких пожитков, кроме одежды, что достал Орден, да книг. Запихав в свой небольшой рюкзак всё, что подвернулось ей под руку, Гермиона растерянно посмотрела на его содержимое — копья внутри не было. Видимо Добби, по приказу Грюма, вернул всё оружие обратно в сундуки в тренировочный класс. Вот только близнецы прошлым вечером рассказали, что вынесли всю лишнюю мебель и шкафы в подвалы, чтобы освободить побольше места для вечеринки.   Гермионе ещё не доводилось спускаться в местные катакомбы. Они мало походили на подземелья в Хогвартсе: узкие неосвещаемые коридоры, заплесневелые стены и потолок и подмёрзшая грязь, противно хлюпающая под ногами. А ещё там было тихо. Но тишина эта ни капли не успокаивала, а, наоборот, действовала на нервы.   Гриффиндорка вслушивалась в каждый шорох настолько внимательно и напряжённо, что в какой-то момент совсем перестала смотреть под ноги и споткнулась. Она оказалась на холодном полу, вся измазанная в густой грязи, и в сердцах громко выругалась. Но злость быстро сменилась ужасо, когда, подняв палочку, она увидела, что именно стало причиной её падения.   Это было тело Наземникуса Флетчера.   Растёрзанное, разорванное на куски, с торчащими наружу костями и кишками, с вывалившимся наружу глазным яблоком и порванным от уха до уха ртом. Одной руки у него не было, и страшно было даже предположить, куда она могла подеваться.   От одного взгляда на него, завтрак Гермионы тут же попросился наружу. Её рвало до тех пор, пока желудок снова не опустел. Слёзы текли по холодным щекам и обжигали кожу, а тело дрожало, как если бы она решила прогуляться по морозу в одном белье.   Ей не нужно было гадать, кто мог сотворить подобную жестокость. Её мучали другие вопросы — как Орден мог додуматься притащить инфернала на базу, и где сейчас находится монстр. Ответ на второй она получила уже через пару секунд.   То ли заслышав её вскрики, то ли почувствовав её запах, инфернал заревел. Его хрипящий крик эхом пронёсся по катакомбам. У Гермионы не было времени, чтобы подумать о том, насколько он близко, она просто рванула к выходу, молясь о том, чтобы ей хватило времени выбраться на поверхность живой.   Шаги за её спиной становились всё громче.   Память услужливо напомнила недавний кошмар, и Гермиона покрепче сжала в руках свою палочку. Отбиваться с её помощью вряд ли бы у неё вышло — тварь совсем недавно подкрепилась свежей плотью бедного Наземникуса, но терять её всё равно ей совсем не хотелось. Как и не хотелось забираться в тупик. Это больше был не сон, на этот раз она не сможет просто закрыть глаза и очутиться в постели.   Впрочем, судьба любит иронизировать.   Она не просто наткнулась на стену, свернув не в тот коридор, но и на ящики с оружием. Гермиона открыла ближайший к ней сундук и разочарованно вздохнула — в нём лежали лишь мечи, клинки да ножи. Резким взмахом палочки Грейнджер подняла всё железо в воздух и запустила прямо во тьму, откуда раздавался шум инфернала.   Оружие громко звякнуло, рухнув на пол. Большая его часть даже не долетела до монстра, но по коридору эхом раздался его страшный надрывистый вскрик. Он всё ещё был жив. В привычном для него понимании.   — Акцио, копьё!   Железная трубка вырвалась из соседнего ящика и оказалась в её руке. Гермиона ставшим уже привычным движением рассекла ею воздух, обнажая острие. По правде, она была совсем не уверена в том, что ей хватит ни то что навыка, а просто сил на то, чтобы отбиться. Но сдаваться она точно не собиралась.   С громким воинственным криком Гермиона рванула прямо на надвигающегося инфернала. Копье с глухим хлюпом воткнулось в его ребра, заставляя снова завопить от боли. Монстр схватился за оружие и начал дёргать его из стороны в сторону, пытаясь вытащить из своих костей. Гриффиндорку, которая держалась за трубу с другой стороны, откинуло в прямо в стену.   В голове зазвенело, в глазах заплясали тёмные пятна, а желудок, хоть и был пуст, грозился снова напомнить о себе. Гермиона приложила руку к макушке — грязная ладонь тут же окрасилась в красный.   Инфернал всё-таки смог вытащить из груди копье, предварительно сломав себе пару ребер (кусок одного из них с глухим стуком упал в паре метрах от гриффиндорки) и распотрошив живот. Гермиона нервно ощупала пол вокруг себя — судя по звону, её оружие упало неподалёку. Но наткнулась она на что-то другое, мягкое. Ещё пара секунд тактильного осмотра дали простой и жуткий ответ — это была оторванная рука Наземникуса. «Какого чёрта она здесь делает?!»   Инфернал снова заревел и бросился вперёд. Грейнджер почувствовала, как её сердце пропустило удар. Стараясь игнорировать страх и отвращение, она швырнула в тварь руку Флетчера. Мерзкое чавканье и прихлюпывание раздались на весь коридор. Подавив очередной приступ тошноты, Гермиона схватила палочку, направила её на потолок и из последних сил закричала:   — Бомбарда Максима!   Яркий луч со свистом ударился о камень. По катакомбам эхом пронёсся громкий треск, а затем потолок начал обваливаться.   Гермиона вскочила на ноги и рванула в сторону выхода, не оборачиваясь назад. Она всё ещё слышала вскрики инфернала за спиной и грохот падающих камней, чувствовала жуткую боль в голове и бедре, но старалась не думать обо всём этом. Она сосредоточилась на дыхании, как учил Оливер, а вскоре и на свете, исходящем от распахнутых дверей в катакомбы.   Оказавшись на улице, Гермиона обессилено рухнула на снег. Она дрожала всем телом, но не от холода, а от ужаса. Адреналин всё ещё бушевал в её крови, поэтому, когда тяжелая рука легла на её плечо, она почти инстинктивно схватила палочку и воскликнула: «Редукто!»   — Какого чёрта, Грейнджер? — заорал Грюм, вовремя увернувшись от заклинания.   Гермиона оглянулась. К ней приближались орденцы, друзья и другие студенты. Похоже, она наделала много шума.   — Инфернал… в катакомбах… Наземникус… инфернал…   — Тише, тише, милая, — обеспокоенно пробормотала мадам Помфри, присаживаясь рядом с ней. — Мерлин, да ты вся в крови!   Гермиона снова рухнула на снег и заплакала. Ей было плевать на раны, плевать на то, как она выглядела, на то, что подумают остальные. Она жива! Она выбралась!   Пока медсестра осматривала её повреждения и проверяла на заражение, Люпин наколдовал носилки, но Грейнджер раздражённо отмахнулась от них. В её голове снова зазвенел тот самый вопрос. Неуклюже поднявшись, она сжала палочку и направила её прямо на Грюма.   Толпа загудела, кто-то закричал, Макгонагалл призывала всех успокоиться, а Грозный Глаз лишь улыбнулся.   — Какого чёрта здесь делал грёбаный инфернал?!   Толпа загудела ещё сильнее, а улыбка на лице Грюма растянулась. Мракоборец, прихрамывая, прошёл к входу в катакомбы, заваленному камнями, и сухо произнёс:   — Я же говорил, что нельзя доверять такое задание этому кретину Наземникусу.   Гермиона фыркнула. Грюм оставался Грюмом.   — Я предупреждала, Аластор, что эта затея добром не закончится! — стальным тоном отозвалась Макгонагалл. — Предупреждала! Но ты снова не послушал!   — Мы должны были попытаться достать эти чёртовы воспоминания из дрянной башки Руквуда, Минерва! — рявкнул мракоборец. — Мы потратили столько времени и сил… Это был наш шанс! А теперь он похоронен под камнями!   Гермиона смотрела на него, как на умалишённого. Он притащил обращённого Пожирателя Смерти в крепость полную детей, бросил его в первой попавшейся клетке в подземелье и приставил в охрану к нему одного посредственного волшебника. Но было в его словах кое-что, что зацепило девушку ещё сильнее.   — Вы никогда их и не искали, верно? — тихо спросила она, стараясь, чтобы голос дрожал, как можно незаметнее. — Наших родных. Вы никогда их не искали! Вы бегали по всей Британии в поиске чёртовых Пожирателей и каждый божий день вешали нам лапшу на уши, ведь так?   Она посмотрела на бледных орденцев. Многие склонили голову, лишь Тонкс вышла вперёд и воскликнула:   — Мы искали, Гермиона! Клянусь искали!   — Ложь! Снова ложь! — закричала гриффиндорка. — Плевать вы на них хотели. Плевать вы хотели и на нас. Весь ваш Орден — одна сплошная ложь!   Макгонагалл хотела было подойти к ней, но Гермиона перевела палочку прямо на неё. Это было очень больно — направлять оружие на своего наставника. Но Грейнджер больше не могла доверять даже ей.   — Ты ведёшь себя, как малолетняя эгоистка! — фыркнул Грюм. — Если бы мы достали воспоминания из этого засранца, то нашли бы, где прячется его Лорд. Мы бы смогли убить его или хотя бы обезвредить и остановить распространение этой дряни. Мы бы спасли куда больше народу, чем если бы пытались разыскивать по всей Британии твоих драгоценных мамочку и папочку!   Гермиона фыркнула. Орден не мог победить Тёмного Лорда даже тогда, когда у него не было армии инферналов и новых сил. Сейчас их шансы на успех в этой затее, казались просто смехотворными.   — Что ж, тогда дайте мне шанс найти их самой!   Грюм засмеялся.   — Ты провалила свой экзамен, Грейнджер, — с ухмылкой напомнил он.   Гермиона почувствовала, что снова закипает. Этот старый козёл просто издевался над ней.   — Что ж, а Орден провалил свой.   Она кивнула в сторону катакомб и опустила палочку. Грюм снова ухмыльнулся и тихо назвал её идиоткой. Споры были бессмысленны.   — Я сама их найду, — заявила ледяным тоном Грейнджер. — Без вашей чёртовой помощи.   С этими словами она развернулась и направилась в крепость, игнорируя крики за спиной и мерзкий смех Грозного Глаза.   — Не говори, что ты серьёзно собираешься одна туда отправиться! — воскликнул Гарри, врываясь в комнату.   Рон, Джинни, Невилл, Симус, и Дин засеменили следом за ним. Гермиона раздражённо вздохнула, пожалев, что не наложила на замок запирающие чары.   — Мне семнадцать, надзор на меня больше не действует, а значит я могу идти куда угодно. Орден не имеет права удерживать меня здесь.   Это было чистой правдой. Грюм ни раз говорил о том, что после совершеннолетия студенты вправе сами решать, что им делать. Правда, хотя эти слова звучали в контексте вступления в Орден, Гермиона считала, что имеет право трактовать их по-своему.   — Это же самоубийство, — протянула Джинни, хватая её за руку. — Оно того не стоит!   — Мои родители того не стоят, Джинни?!   — Она не это имела ввиду, Гермиона, — встрял Рон, но Грейнджер уже закипела.   — Легко вам говорить, ваши-то родные живые, здоровые и спят в соседних комнатах! Я бы посмотрела на вас двоих, если бы хоть кто-то из них был сейчас там. Впрочем, они же не какие-то жалкие маглы, может, Орден бы и выделил немного сил на их вызволение.   Гермиона понимала, что бросаться на друзей — не самая правильная затея, но внутри неё всё ещё бушевали адреналин и злость. И от глупых комментариев Уизли легче совсем не становилось.   — Мы идём с тобой, — заявил Гарри. — Плевать на Орден. Справятся как-нибудь сами.   Друзья активно закивали, но Гермиона была совершенно иного мнения.   — Нет, Гарри, Дамблдор чётко дал понять, что ему нужен ты. Пойми, если есть хоть какой-то шанс действительно остановить этот ужас, то мы не должны его упускать. А это… это мои личные разборки с Орденом.   — Я думаю, что ты права, Гермиона, — вдруг подал голос Невилл. Взгляды собравшихся резко обратились на него, но он не стушевался. — Политика Ордена проста — лучше попробовать спасти миллионы, чем конкретные единицы. В каком-то смысле, наверное, это логично и правильно… но это же наши родные! Так что я пойду с тобой. Я должен спасти то, что осталось от моей семьи!   На последних словах его голос задрожал. Гермиона почувствовала, как её сердце обливается кровью. Она вспомнила встречу с Долгопупсами в Мунго. Бедные Алиса и Фрэнк… Шансов на то, что они живы, почти не было — вряд ли волшебная больница не привлекла внимание инферналов. А вот властная и сильная Августа вполне могла успеть скрыться.   — И я пойду, — подал голос Дин. — Мои родители тоже маглы, как и твои, Гермиона. Я не могу их бросить там одних.   — Значит, отправляемся вчетвером! — хлопнув в ладони, воскликнул Симус. — Не смотри на меня так, Грейнджер. В конце концов, это изначально был мой план!   Гермиона смущённо отвернулась. Значит что-то с прошлой ночи он всё-таки помнил. Джинни раздражённо помахала рукой и указала на себя и Рона.   — У тебя всё так плохо с математикой, Финниган? А что насчёт нас, а?   — Мы не сможем одновременно скрываться от инферналов, Пожирателей, надзора и вашей матери, — закатила глаза Гермиона. — Она поднимет на уши всю Британию, если узнает, что вы сбежали. К тому же, — её взгляд остановился на пустом болтающемся рукаве свитера Рона, — твое лечение ещё не закончено…   Уизли покраснел, прекрасно поняв намёк. Да, она сказала об этом мягче, чем Грюм, но смысл был тот же. Ей не нужен балласт.   Ещё какое-то время они ожесточенно спорили, пока терпение Гермионы не лопнуло. За окном уже стало смеркаться, она и так потеряла слишком много времени на пустую болтовню. Она дала час Невиллу, Дину и Симусу на сборы и выпроводила всех приятелей прочь из комнаты. Джинни ещё полчаса стучала в запертую дверь и пыталась переубедить подругу, но Грейнджер пригрозила запустить в неё Петрификус, если она не угомонится.   — Гермиона, подожди! — воскликнул Гарри, поймав девушку в одном из коридоров.   Она договорилась встретиться с остальными неподалёку от кабинета с круглым столом и камином, чтобы не привлекать внимание орденцев толпой шестикурсников с рюкзаками наперевес.   — Если ты снова хочешь попытаться меня переубедить, Гарри, то лучше не трать время. Ничего не выйдет.   Поттер усмехнулся.   — Я тебя слишком хорошо знаю, Гермиона. Если ты что-то задумала, тебя никто не способен остановить. На самом деле я принёс тебе это, — он протянул свёрток, в котором гриффиндорка без труда узнала мантию-невидимку. — Не думаю, что она мне понадобится. В конце концов я буду с Дамблдором.   Он снова улыбнулся, пытаясь скрыть грусть в своих словах. Гермиона почувствовала, как к её глазам подступают слёзы, и сжала приятеля в крепких объятиях.   — Хотел бы я отправиться с тобой, — прошептал Гарри, уткнувшись ей в плечо.   — У тебя своя миссия, у меня своя, — так же тихо отозвалась Гермиона.   Поттер хмыкнул, глубоко вздохнул и всё же нехотя отпустил её.   — Береги себя, ладно? И этих балбесов тоже, — он кивнул в том направлении, где находился главный кабинет Ордена.   Гермиона улыбнулась и кивнула.   — Ты тоже береги себя. Не позволяй никому делать тебя разменной фигурой в своей игре. Даже если этот кто-то — Альбус Дамблдор.   Гарри закатил глаза, но всё же качнул головой.   — Я отвлеку их ненадолго, — он достал из кармана пару крошечных голубых шариков — видимо, новая разработка близнецов. — Спрячьтесь под мантией и ждите сигнала.   Гермиона с болью проследила, как он скрылся за дверями башни. За все эти годы они ни разу не разделялись вот так. Но сейчас это было правильнее для всех.   Местом встречи был выбран неприметный коридор сразу за кабинетом с круглым столом. Гриффиндорцы уже ждали её там. И не только они. Гермиона почувствовала странное трепыхание в животе, когда в полумраке узнала лицо и голос Теодора Нотта. Он о чём-то оживлённо препирался с Симусом и, казалось, что появление девушки буквально предотвратило драку.   — Что ты здесь делаешь? — грозно спросила она у слизеринца, вставая между ним и Финниганом.   — Я пытался задать ему тот же вопрос, Гермиона, — встрял Симус, скрестив руки на груди. — Какого чёрта ты тут забыл, слизняк?   Тео закатил глаза и прижался спиной к стене. Он покрутил в руках палочку, а затем совершенно обыденно заявил:   — Я иду с вами.   Несколько секунд Гермиона обескураженно смотрела на Нотта, которого, казалось, её вид безумно забавлял.   — Исключено! — рыкнул Симус. — Не хватало нам там грёбаной змеи под боком. Ещё сдаст нас своему папаше-пожирателю при первой же возможности!   — Выбирай слова, паршивец! — в словах слизеринца звенела сталь. — С огнём играешь.   Финниган ухмыльнулся, сделал шаг вперёд и, глядя прямо в глаза сопернику, заявил:   — О да, это я люблю!   Где-то неподалёку раздался громкий взрыв. Это был сигнал от Гарри. Гермиона тут же развернула мантию-невидимку и с помощь Невилла прикрыла ею, словно стеной, всех ребят. При желании их без труда можно было обнаружить, но Грейнджер надеялась, что общая суматоха, а также полумрак сыграют им на руку.   Так всё и вышло. Не прошло и минуты, как из кабинета вылетели один за другим члены Ордена и выскочили из башни в поисках источника шума. Видимо, утреннее происшествие в катакомбах не прошло даром, потому что теперь орденцы среагировали на грохот куда резвее, чем это бывало обычно, когда развлекались студенты.   — Быстро, все за мной! — скомандовала Гермиона, закидывая мантию в рюкзак.   Вся пятерка пулей выскочила из своего убежища и рванула в приоткрытую дверь кабинета. Дин схватил палочку и наложил на замок пару блокирующих заклинаний, а затем, на всякий случай, ещё и подпёр выход стулом.   Гермиона уже ждала ребят у камина, держа в руках банку с летучим порохом.   — Куда мы отправляемся? — спросил Невилл, забираясь во внутрь.   Гриффиндорка опешила. Она так сильно увлеклась мыслью о побеге, что даже не подумала о его конечной цели. В «Дырявый котёл» идти было опасно, как и любое другое место в Косом Переулке — Тонкс пару раз обмолвилась, что его просто заполонили инферналы. На площади Гриммо их запросто сможет отследить Орден, да и возвращаться туда после случившегося с Роном совсем не хотелось. Камина в её родном доме вовсе не было, а других безопасных точек она не знала… ну разве что, кроме одной.   — Маунт Роу, 11.   Невилл кивнул, без лишних вопросов набрал в ладонь пороха и тут же исчез в зелёном пламени.   — Что это за место, Гермиона? — в отличии от Долгопупса Дин всё же не хотел отправляться вслепую.   Девушка вздохнула и посмотрела на дверь — времени оставалось всё меньше.   — Эта квартира принадлежала моей бабушке. Она завещала её мне. Летом я попросила Кингсли подключить камин в ней к общей сети, чтобы иметь собственное убежище в Лондоне на случай атаки Пожирателей. Как в воду глядела, что пригодится…   — Но нас же там не найдут?   Гермиона покачала головой.   — О ней знает только мистер Бруствер, больше я никому ничего не говорила. Даже Гарри и Рону. Там безопасно.   Томаса её ответ удовлетворил, поэтому он, как и Невилл минутами ранее, схватил летучий порох в ладонь и исчез в огне. Гриффиндорка выжидательно посмотрела на Симуса и Тео. Финниган глубоко вздохнул и залез в камин.   — На твоем месте, Гермиона, я бы шарахнул этого паразита Конфундусом и бросил здесь. От него вечно одни проблемы.   — Не боишься, что я очнусь и сдам вашу штаб-квартирку Макгонагалл? Я вообще-то всё слышал.   — Тогда Обливейтом, — сухо отозвался гриффиндорец.   Тео хмыкнул и, прежде чем камин снова опустел, показал Симусу средний палец. Гермиона покачала головой.   — Вы оба, как маленькие дети, — пробормотала она, подталкивая слизеринца вперёд.   — Я не виноват, что твой женишок тот ещё ревнивец!   — Ещё раз назовешь его так, и я действительно запущу в тебя каким-нибудь заклинанием. Давай, полезай в чёртов камин, пока я не передумала!   Тео ухмыльнулся, но повиновался. Он взял в ладонь немного пороха и, прежде чем исчезнуть, показал Гермионе язык. Гриффиндорка едва сдержала улыбку.   Она не понимала, как Нотт вообще узнал об их плане и почему вдруг решил присоединиться. Но не могла избавиться от необъяснимой пьянящей радости от его присутствия.   За дверью послышались шаги и громкие голоса — орденцы возвращались. Пора выдвигаться.   Гермиона сжала в кулак немного пороха и поставила банку на место. Забравшись в камин, она увидела, как сквозь замочную скважину пробивается свет Алохоморы.   — Маунт Роу, 11.   Стул отлетел, и дверь в кабинет распахнулась, но Гермиону уже поглотило пламя.