survivors | все мертвецы должны оставаться мёртвыми

Первые несколько часов на Маунт Роу прошли в нервном ожидании. Беглецы то и дело бросали обеспокоенные взгляды на камин, ожидая, что Орден их найдёт и заставит вернуться. Однако секунды складывались в минуты, минуты — в часы, а в маленькой квартирке неподалёку от Гайд Парка их по-прежнему было пятеро. Быть может, Грюм и остальные были слишком заняты предстоящей миссией в Нурменгарде, а, быть может, им просто было плевать. По крайней мере, Гермиона не сильно бы удивилась такому раскладу.   Старая квартирка бабушки Грейнджер была совсем небольшой. Крохотная кухня с выцветшим зелёным гарнитуром, который Гермиона мечтала заменить в первую очередь после полноценного переезда, была уже облюбована Невиллом. Парень с любопытством перебирал содержимое шкафчиков в поисках чего-то съестного. В гостиной на старом раскладном диванчике дремал Дин. Симус сидел на полу возле него и листал магловские журналы десятилетней давности, которые нашёл в книжном шкафу в спальне — бабушка гриффиндорки была одной из самых многообещающих студенток архитектурного факультета. Тео изучал магнитофон с такой осторожностью, словно устройство было сапёрной миной и вот-вот намеревалось взорваться.   — Мы точно здесь в безопасности? — спросил Дин, когда Гермиона вышла из душа.   После произошедшего в катакомбах она была настолько взвинчена, что даже не подумала о том, чтобы хотя бы умыться. Рана на голове уже не казалась такой страшной, по крайней мере, ей не требовались швы. Зато с ушибами повезло чуть меньше — на бедре и плече уже красовались яркие здоровенные синяки.   — Вполне, — отозвалась она и выглянула в окно. На улице было пустынно, света в соседних домах не было, как и любых других признаков жизни. По крайней мере, инферналов поблизости тоже не наблюдалось. Пока что.   — Так какой у нас план? — поинтересовался Симус, отрываясь от чтения.   Гермиона пожала плечами. Она была слишком уставшей, чтобы сейчас снова генерировать план и стратегию. Утреннее происшествие с Руквудом, споры с Орденом и побег отняли слишком много сил.   — Я пойду домой. Попробую начать поиски оттуда. А вы…   — Мы пойдём с тобой, — заявил Финниган. — Мои родители живут в Ирландии, поэтому мне, в любом случае, нужна будет помощь маглов, чтобы до туда добраться, раз колдовать я не могу.   Дин раздражённо застонал. Он постоянно забывал о магическом надзоре и искренне считал его идиотским, игнорируя все доводы и объяснения преподавателей и друзей.   — Фред и Джордж рассказывали, что, когда началась вся эта заварушка, маглы в крупных городах стали организовывать лагеря в своих самых защищённых учреждениях, — сказал Невилл, дегустируя содержимое коробки с хлопьями. Судя по выражению лица гриффиндорца, ему не очень понравился вкус отсыревшего завтрака. — Может, некоторые из них ещё функционируют и, если мы их найдём, то люди помогут нам добраться до дома и отыскать родных.   Тео фыркнул. Он вообще ничего не говорил с момента прибытия из «Фоукс», просто молча изучал каждый угол и каждый предмет в квартире и изредка посмеивался над рассуждениями остальных ребят.   — Ты так и не сказал, какого чёрта прицепился к нам на хвост, клоун, — любезно напомнил ему Симус. — Что-то мне слабо верится, что ты пойдёшь с нами просить помощи у маглов… Да и искать тебе особо некого.   Нотт бросил на него испепеляющий взгляд и буркнул что-то похожее на «Не суй свой длинный нос не в свое дело, гавнюк». Гермиона вздохнула и устало села за стол. Невилл тут же организовал для неё чашку чая, и, хотя на вкус он был таким же отвратительным, как и те хлопья, девушка благодарно улыбнулась.   Слова Симуса пусть и были грубыми, но не были лишены правды. Единственным живым членом семьи Тео был его отец, но парень всячески давал понять, что искренне ненавидит этого человека и предпочел бы никогда не встречаться с ним снова. Резона помогать в поисках остальным у него не было — слизеринец, мягко говоря, не был другом и даже приятелем для остальных мальчишек в квартире. Единственным разумным ответом Гермиона находила только желание Тео сбежать подальше от Ордена. Похоже, новость об инфернале в катакомбах разбудила в Нотте старые кошмары, а потому оставаться в месте, где он не чувствовал себя в безопасности, он больше не видел никакого смысла.   Было решено выдвигаться на рассвете. Из окна спальни Дин приметил новенький Форд, брошенный хозяевами посреди проезжей части. До дома Гермионы было недалеко, но в случае столкновения с инферналами удирать от них на машине было бы намного проще.   Раньше Гермиона любила предрассветный Лондон, когда город ещё спал, а солнце, медленно выползавшее из-за горизонта, укрывало дома, лавочки, террасы кафетерий, витрины магазинов и деревья красивым золотистым одеялом. Теперь эта картина вызывала другие чувства. И одно из них — тревога.   Брошенные машины и сумки, разбитые витрины, кровь и размазанные останки на стенах и асфальте, разбитые фонари, перевёрнутые автобусы, сломанные деревья… этот город было сложно назвать уютным и красивым. Повсюду лежали замёрзшие мёртвые тела — похоже, маглам хоть немного удавалось отбиться от инферналов.   Они ехали в полной тишине, каждый думал о чём-то своем, но, скорее всего, об одном и том же. Даже когда из тёмного переулка выбралась парочка инферналов, никто не проронил ни слова. Дин просто посильнее вдавил ногой педаль газа и скрылся за следующим перекрёстком, оставляя орущих голодных тварей далеко за позади.   В доме Грейнджеров было пусто. Входная дверь оказалась заперта, но Гермиона без труда разыскала запасной ключ в саду в одной из клумб матери.   Внутри всё было ровно так, как помнила гриффиндорка. Никаких следов драк, мародёрств и заклинаний. Всё лежало на своих местах. Пока парни осматривались, Грейнджер решила поискать зацепки — быть может, родители оставили ей записку.   — Эй, Гермиона, — окликнул подругу Дин, и она пулей рванула на его голос в надежде, что тот обнаружил что-то важное. Томас стоял в кабинете её отца и с полными восторга глазами держал в руках его старый пистолет. — Могу я взять его? Колдовать мне всё равно нельзя, а пушка явно будет надежнее какой-нибудь биты или лома.   Девушка рассеянно кивнула.   — Можешь брать всё, что захочешь и посчитаешь нужным, — сказала она. — Только, пожалуйста, не направляй эту штуку на других людей.   Дин расплылся в довольной улыбке и принялся искать патроны. Гермиона вышла в коридор и, прежде чем вернуться к своим поискам, заметила, что дверь в её комнату открыта.   — Искренне надеюсь, что тебе хватило мозгов не рыться в моих ящиках с бельём, — сурово заявила она, врываясь в спальню.   Нотт одарил её хитрой улыбкой. Он стоял возле старого большого шкафа и изучал корешки ближайших к краю полки книг.   — Не знаю, за кого ты меня принимаешь, Грейнджер, — отозвался он, — но раз уж в твою кудрявую разбитую голову всё-таки лезут такие мысли, то лучше бы ты переживала за Финнигана. Он, кстати, в спальне твоих родителей.   Гермиона поморщилась от отвращения и густо покраснела. Тео засмеялся.   — Так значит, — протянул он, лениво падая на кровать, — это и есть детская комната малютки Грейнджер? — он заметил на потолке светоотражающие наклейки в виде звёзд и добавил: — Очень мило.   На самом деле «очень мило» совсем не подходило для описания комнаты Гермионы. С детства серьёзная и рассудительная, она мало походила на своих сверстниц. Например, она не обклеивала стены плакатами звёзд, а мягкие игрушки и вовсе называла пылесборниками. Тем не менее, она годами бережно хранила большого плюшевого лисёнка, не в силах объяснить даже самой себе, почему вдруг пошла против собственных убеждений. Большую часть комнаты занимали книжные шкаф: английская, немецкая, французская и русская классика, пара томиков со стихами и куча учебников, купленных когда-то для магловской начальной школы, а затем и для Хогвартса.   — А это что такое? — спросил Нотт, доставая из приоткрытого ящика тумбочки толстую красную тетрадь.   Если у Гермионы и было что-то общее со сверстницами, так это любовь к дневникам.   — «Дорогой дневник, сегодня Росс Баркли написал про меня на доске очередные обидные слова. Я ударила его учебником по английскому. Может, хоть так он запомнит, что слово «заучка» пишется через «а». С любовью, Гермиона», — процитировал слизеринец и тут же согнулся пополам от смеха. — Мерлин, Грейнджер, да ты та ещё стерва!   Пунцовая Гермиона попыталась выхватить тетрадь из рук Тео, но тот вовремя перепрыгнул на противоположную сторону кровати.   — Тебе не объясняли, что личные дневники так называются, потому что они личные! Отдай сейчас же!   — Не будь занудой, Грейнджер, это же просто сборник воспоминаний! — с ухмылкой отозвался он, быстро перелистывая страницы. — Что ты могла тут такого понаписать? Признания в любви Краму?   — Отдай дневник, Нотт! — взвизгнула Гермиона, но паника в её голосе только сильнее развеселила слизеринца.   — «Дорогой дневник, сегодня я стала свидетелем ужасного события — Джоанна Хейл и Патрик Смит поцеловались прямо на глазах всего класса! Какой стыд! Разумеется, я рассказала обо всём директору. Надеюсь, это послужит им уроком!» — Тео едва сдерживал слёзы от смеха. — Эй, Грейнджер, может, мне тоже написать Дамблдору и нажаловаться на тебя и твоего женишка?   Гермиона схватила подушку и швырнула её в голову слизеринца. Нотт восмущённо вскрикнул, затем снова запрыгнул на кровать и выставил ногу вперёд, не подпуская девушку ближе.   — Погоди, погоди! Вот это просто шедевр! «Дорогой дневник, сегодня впервые побывала в Косом Переулке. Всё было прекрасно, я даже познакомилась там с одним мальчиком в магазине «Флориш и Блоттс». Кажется, его зовут Драко. Он был очень милым и посоветовал мне пару хороших книг. Надеюсь, мы будем учиться с ним на одном факультете в моей новой школе».   — Я же не знала, что это грёбаный Малфой! Я вообще тогда ничего не знала! И он действительно был любезен!   Но её оправдания были бессмысленны, потому что Тео просто уткнулся головой в подушку в попытке сдержать истерику. Гермиона решила воспользоваться этим и, запрыгнув на него, выхватила злосчастный дневник.   — У вас тут всё в порядке?   В комнату заглянул Невилл. Завидев странную для своих глаз картину, он ойкнул, смущённо потупил взгляд в пол и, что-то неразборчиво пробормотав, снова вернулся на кухню. Нотта накрыл очередной приступ смеха, на этот раз зацепивший уже и Гермиону.   Покрасневшая от смущения, беготни и хохота Грейнджер неловко слезла с парня и засунула тетрадь поглубже в книжный шкаф. Тео следил за её манипуляциями с нескрываемым весельем, затем скорчил расстроенную физиономию, за что и получил ещё одной подушкой по лбу.   — Никогда не трогай чужие дневники, — чётко проговорила Гермиона, скрестив руки на груди. — Это просто неприлично!   — Прости, Грейнджер, не смог сдержаться, — он неохотно поднялся с кровати. — Любопытно узнать, что твориться под твоей кудрявой копной…   Где-то на первом этаже раздался оглушительный взрыв, а затем кто-то закричал. Гермиона обменялась с Тео обеспокоенными взглядами. Улыбка тут же слетела с его лица.   — Лучше бы это быть Финнигану, — пробормотал он, доставая из кармана палочку.   Гермиона мысленно с ним согласилась, хоть и вообще бы предпочла не слышать подобных звуков в своем доме. Они медленно и почти бесшумно выглянули в коридор, там, у перил, уже сидел Дин. Он жестом показал им вести себя тихо и одними губами прошептал: «Пожиратели».   Гермиона почувствовала, как по её спине пробежал холодок. Она быстро достала из рюкзака мантию Гарри и укрыла ею себя, Томаса и Нотта, чтобы все трое могли незаметно проверить обстановку внизу.   На первом этаже было многолюдно. Двое Пожирателей, среди которых Грейнджер узнала Рабастана Лестрейнджа, кружили вокруг обездвиженного Невилла. Три инфернала, как цепные псы, стояли неподалёку от них, периодически издавая свои жуткие мерзкие хрипы.   — Я знаю его! — заявил Лестрейндж. — Это пацан Долгопупсов, он был прошлым летом в Отделе Тайн с Поттером!   — Вряд ли он пришёл сюда один, — слащаво протянул второй Пожиратель. — Похоже, Рабастан, мы сорвали куш! Тёмный Лорд будет нами доволен!   — Не торопись радоваться, Амикус. В прошлый раз мы уже упустили чёртовых маглов. Если бы не Беллатрикс… в общем, ещё одной ошибки Он нам не простит, — мужчина махнул рукой на Невилла. — Допроси этого засранца, а я пока осмотрюсь. Ты прав, не может быть, чтобы он пришёл один.   Гермиона почувствовала необычное для данной ситуации облегчение. Её родители всё ещё могут быть живы!   Амикус кивнул и присел рядом с Невиллом, приставив палочку, как нож, к его горлу. Гриффиндорец нервно сглотнул, но старательно сделал вид, что ему не страшно.   — Зря стараетесь, — заявил он, глядя прямо в глаза Пожирателя. — Кроме меня здесь нет никого…   В этот момент в комнате мистера и миссис Грейнджер раздался ещё один хлопок. Симус вылетел из комнаты, ударился о стену и, как тряпичная кукла, обмяк на полу подле ног инферналов. Твари снова захрипели, но с места не сдвинулись.   — Кроме меня и его, — поспешно добавил Невилл, бросая обеспокоенные взгляды на раненного приятеля. — Нас было двое.   — Смотри-ка, — протянул вернувшийся Рабастан. — К нашему юному другу постепенно начала возвращаться память. Быть может, стоит добавить тебе ещё немного мотивации?   Он щёлкнул пальцами, и троица инферналов с утробным рыком начала приближаться к бездыханному телу Симуса. Ещё один щелчок, и они снова замерли.   Гермиона схватила за руку Дина. Она почувствовала, что парень уже был готов рвануть вниз, чтобы спасать друзей. Но при нынешних раскладах это было чистым самоубийством. Томас неохотно кивнул, но всё же достал из кармана куртки пистолет мистера Грейнджера. Похоже, он его просто успокаивал.   — Ну, так что, Долгопупс? — ехидно поинтересовался Амикус. — Вспомнил ещё что-нибудь?   Невилл попытался покачать головой, но из-за действия чар мог пошевелить лишь глазами.   — Мы здесь одни, — повторил он, дрогнувшим голосом. — Мы пытались найти своих родных и случайно…   Лестрейндж закатил глаза и достал палочку.   — Гоменум Ревелио!   Троица на втором этаже напряглась. Но мантия-невидимка, по всей видимости, не позволяла обнаружить своего обладателя никакими заклинаниями. Единственным исключением был волшебный глаз Грюма, но эту вещицу Гермиона всегда считала, чем-то большим, чем простым волшебным протезом.   — Я же говорю вам! — воскликнул Невилл. — Мы ничего не знаем!   — Ну, почему же? — Амикус прижал палочку ещё сильнее к его шее. Если бы это действительно был нож, Долгопупс бы уже истёк кровью. — Ты всё ещё можешь нам рассказать, где прячется твой дружок Поттер.   — И советую в этот раз не пытаться нас одурачить, — сухо добавил Рабастан, — у меня заканчивается терпение.   Он многозначительно поднял руку вверх, приготовив пальцы для щелчка.   — Но мы правда ничего не знаем, — жалобно проскулил Невилл, с ужасом смотря то на Пожирателя, то на инферналов, то на Симуса. — Я клянусь!   Лестрейндж цокнул языком и покачал головой.   — Что ж, — с мерзкой улыбкой сказал он. — Тогда наслаждайся зрелищем!   Его пальцы стремительно сомкнулись, а затем раздался щелчок.   Инферналы кинулись на Симуса, как голодные псы. От адской боли разрываемой плоти парень на мгновение пришёл в себя и закричал, но тут же снова отключился. Невилл, всё ещё обездвиженный заклинанием, плакал и молил Пожирателей остановиться. Но те лишь смеялись и упивались собственной силой и властью.   Терпение лопнуло. Дин выскочил из-под мантии и рванул вниз. Раздалось несколько выстрелов, и одна из тварей, прорешеченая пулями, рухнула прямо на израненное тело Симуса. Двое остальных восприняли это, как добавку, а потому с рёвом бросились на тело павшего собрата.   Несколько ярких лучей пролетели в паре дюймов от Томаса. Обескураженные ещё одним гостем Пожиратели тут же кинулись в атаку, позабыв и о Невилле, и об инферналах.   Дин, не мешкая, направил пистолет на Лестрейнджа и снова нажал на курок. Мужчина схватился за ногу и завопил от боли.   — Кэрроу, убей засранца! — заорал он.   Томас сделал ещё один выстрел, и Рабастан камнем рухнул на паркет, заливая всё вокруг себя кровью.   Несколько секунд все молча смотрели на окровавленное тело. Дина затрясло. А Пожиратель вдруг улыбнулся.   — Мне никогда не нравился этот гавнюк, — проговорил он медленно. — Но это не значит, что тебе его смерть сойдет с рук. Авада Кедавра!   — Остолбеней!   Гермиона, как в замедленной съемке, смотрела на то, как красный луч вырывается из её палочки и направляется прямо в Пожирателя. Но достигает его слишком поздно.   Дин замертво упал на пол рядом с Лестрейнджем. Кто-то снова закричал. Гермиона не была уверена был ли это вскрик Невилла, снова очнувшегося Симуса или её собственный. Да и значения это уже не имело. Дин Томас был мёртв.   Спустившись на первый этаж, Тео попытался с помощью палочки отбросить инферналов от Симуса, но сытые твари едва замечали его заклинаний. Более того, пока один из хозяев был мертв, а второй находился в отключке, инферналы потеряли контроль. И один из них уже медленно приближался к Невиллу.   — Акцио, пистолет!   Оружие, всё ещё сжатое в руках Томаса, взмыло в воздух и через мгновение оказалось в руках Гермионы. Решительными движениями она направила его дуло на монстра и спустила курок. Пуля со свистом рассекла воздух и по странной траектории влетела в бедро Невилла. Парень закричал.   — Здесь стало слишком много магии, — сказал Нотт, хватая стул и со всего размаху опуская его на голову инфернала. Тварь отбросило на полметра назад, но она всё ещё была жива. И очень зла. — Магловские штуки выходят из-под контроля, когда рядом много чар. Особенно сильных. Лучше избавься от него!   Он снова приложился стулом по виску инфернала, вколачивая металлическую ножку, как гвоздь, в его череп. Тварь продолжала размахивать руками и ногами и яростно кричать, но Нотт изо всех сил продолжал дёргать стулом в разные стороны, пытаясь раздавить её мозг изнутри.   Краем глаза, Гермиона заметила, что другой монстр уже отвлёкся от своего первого блюда и выбрал для себя свежий десерт. Тео не видел приближающегося врага, а у гриффиндорки не было времени, чтобы схватить, что-то тяжёлое. Поэтому она просто швырнула в инфернала разряженный пистолет, надеясь отвлечь внимание на себя.   Это сработало. Тварь подняла на неё залитое кровью лицо и обнажила грязные зубы, между щелей которых торчали куски плоти. Гермиона почувствовала приступ тошноты. Но от ужаса, охватившего её, не могла даже пошевелиться.   Инфернал бросился на неё, перепрыгивая через тела Дина и Лестрейнджа. Но Невилл, чары на котором, по всей видимости, перестали действовать после устранения наложившего их Пожирателя, схватил монстра за ногу и резко дёрнул на себя. Тварь с грохотом рухнула лицом на пол. Несколько зубов выпали из её рта, глаза выпучились настолько, что казалось вот-вот вылетят из глазниц, а сломанный нос оказался впечатан в череп.   Вот теперь Гермиону стошнило.   Невилл потянулся до столешницы, схватил кухонный топор и со всего маху всадил его прямо в затылок ещё не оклемавшейся твари. Инфернал дернулся в последний раз и затих.   Гермиону стошнило ещё раз.   — Ты как, Грейнджер? — дрожащим голосом спросил Тео, наконец расправившись со своим соперником.   Но гриффиндорка едва слышала его слова. Она осмотрелась: весь первый этаж был запачкан кровью Симуса, Лестрейнджа, Невилла и инферналов… Кровь была повсюду: на полу, стенах и потолке, у входной двери, на кухонной мебели и лестнице на второй этаж. Где-то валялись оторванные куски плоти и внутренностей. В воздухе витал жуткий кисло-металлический запах. Такое сложно было увидеть даже в самых страшных кошмарах.   На дрожащих ногах Гермиона подошла к телу Дина и, утирая бегущие слёзы, ласково прикрыла его глаза. На губах Томаса играла лёгкая улыбка. Он оказался прав — лучшее оружие против инферналов, да и Пожирателей тоже — обычный магловский огнестрел. Если, конечно, рядом нет волшебников.   Гермиона всхлипнула. Дин мёртв. Тот самый Дин, что мог часами спорить с Роном о том, что лучше — футбол или квиддич; что водил Джинни на её первые свидания и поддержал Гарри, когда его называл лжецом весь магический мир. Тот самый Дин, что был чудесным парнем и настоящим другом.   Он выглядел так, словно просто задремал после тяжёлой тренировки. Спокойным. Умиротворённым. Живым.   Но он был мёртв.   Смотреть на Симуса было ещё тяжелее. Его обезображенное, разодранное тело всё ещё лежало под трупом инфернала, которому одна из пуль, выпущенная Дином, проделала сквозную дыру во лбу. Гермиона, игнорируя очередные рвотные позывы, оттащила тварь за ногу к порогу и села на окровавленный пол рядом с Финниганом.   Проверять его пульс не имело никакого смысла — даже, если каким-то чудом, сердце ещё билось, у них не было ни единого шанса остановить заражение. Симус тоже был мёртв.   Гермиона вспомнила его внезапный поцелуй в рождественскую ночь и разрыдалась. Это воспоминание встало в её памяти огромной стеной, отсекая все прочие. И это оказалось чертовски больно.   — Нужно позаботиться о том, чтобы он не очнулся, — тихо сказал Тео, кладя руку её на плечо. — Не думаю, что у нас есть много времени до его обращения.   Девушка сквозь слёзы кивнула. Тео был прав. В лучшем случае в течении часа глаза Симуса снова откроются, но это будет уже не человек.   — Хочешь, это сделаю я?   Гермиона снова кивнула. Она понимала, что для Тео, также, как и для неё, было совершенно жутко, мерзко и дико даже думать об этом. А потому была безмерно ему благодарна за вызов. Как бы это не было необходимо, её рука просто не поднялась бы сделать это. Теперь она понимала Гарри, когда тот бросил меч на площади Гриммо.   — Давай, — слизеринец мягко помог ей подняться. — Осмотри пока Долгопупса. Кажется, ему здорово досталось.   Гермиона на ватных ногах, перешагивая через тела, подошла к лежащему на полу Невиллу. Он с полными слёз глазами зажимал руками кровоточащую рану на ноге.   — Мне так жаль! — воскликнула она срывающимся от плача голосом. Чувство вины охватило её разум. Она не только потеряла двоих друзей, но и едва не стала убийцей для третьего. — Позволишь мне посмотреть?   Невилл сквозь боль выдавил благодарную улыбку и убрал руки. Гермиона охнула. Крови было много, пуля застряла в его бедре, пройдя примерно в полдюйме от артерии. Ещё немного левее, и в доме Грейнджеров было бы уже три мёртвых гриффиндорца.   — Нужно вытащить эту штуку, — пробормотал он. — Я пытался, но пальцами это сделать сложновато.   Гермиона рассеянно кивнула и стянула с пояса кожаный ремень. Дрожащими руками она затянула жгут на ноге приятеля и бросила взгляд на часы. Стрелка на них не двигалась. Придётся считать самой.   — Я поищу аптечку, может, у родителей есть какой-нибудь хирургический пинцет или скальпель.   Она встала и подошла к кухонному шкафчику, где обычно в доме Грейнджеров хранились медикаменты. Она не была уверена, что найдёт там именно то, что нужно, но всё равно решила проверить. Резать живого Невилла ножом было ещё хуже, чем разбивать голову уже мёртвому Симусу.   Она старалась греметь на кухне, как можно громче, чтобы не слышать, как в конце коридора мерзко трещали ломающиеся кости черепа и хлюпала металлическая ножка стула. Симуса больше нет. Теперь уже точно.   Краем глаза она заметила движение где-то за своей спиной — Амикус Кэрроу пришёл в себя. Гермиона схватила палочку и запустила в Пожирателя ещё одно заклинание, но снова опоздала. Кэрроу успел прижать палочку к чёрной татуировке на своём запястье, прежде чем снова вырубился.   — Твою мать, — пролепетала Грейнджер.   — Нужно убираться отсюда! — воскликнул Тео, помогая Невиллу подняться. — Давай, Грейнджер, приди в себя! Иначе через пару минут мы все отправимся на тот свет!   — Мы не можем трансгрессировать! Невилл и так потерял много крови, это может его прикончить!   — Тогда оставьте меня здесь! — отозвался Долгопупс. — Я их отвлеку!   Гермиона резко покачала головой, но заметила, что взгляд Нотта изменился, словно он начал всерьёз обдумывать слова гриффиндорца.   — И думать про это забудь! — решительно сказала она. — Вы, оба! Мы тебя ни за что не бросим, Невилл! Я тебя не брошу, слышишь?!   «Я не могу потерять ещё одного друга». Эти слова так и остались на её губах несказанными.   — Акцио, мантия!   Мантия-невидимка в мгновение оказалась в руках Гермионы. Тео усадил Невилла обратно на пол, за барную стойку, подальше от центра комнаты, и подтолкнул гриффиндорку туда же.   — Тогда их отвлеку я, — сухо сказал он.   Гермиона снова закачала головой и отчаянно вцепилась в его руку, пытаясь утянуть за собой.   — Прекрати, Грейнджер! Не заставляй меня вырубать тебя, — он выдавил грустную улыбку. — Я смогу выиграть немного времени и увести их отсюда. Просто доверься мне!   — Они же убьют тебя!   — Лучше уж так, — фыркнул Тео. — Смерть будет не самым плохим исходом. Будет намного хуже, если…   Он не договорил. За входной дверью раздался хлопок. Подкрепление прибыло.   — Просто заткнись и доверься мне, — снова попросил Нотт, накидывая мантию на гриффиндорцев. — Не притягивай к нам лишних проблем.   Гермиона всхлипнула и тут же закрыла рот рукой, чтобы заглушить звук. Свободной рукой она сжала окровавленную ладонь Невилла. Они не видели того, что происходило в центре зала, поэтому им оставалось лишь напрягать слух.   — Какого чёрта здесь произошло? — раздался удивлённый мужской голос. — Рабастан?!   Он подбежал к мёртвому Пожирателю и сухо объявил о его жизненном статусе.   — От магловской игрушки! — выплюнул он. — Поверить не могу, что мой брат погиб от рук чёртовых маглов!   — Не думаю, что это были маглы, Рудольфус, — проскрипел второй голос, до боли знакомый Гермионе. Это был Хвост. — Эти мальчишки — одноклассники Поттера. А значит он тоже…   — Нет его здесь! — отозвался Тео. Его голос дрожал, и, судя по громкому шороху ногу по полу, он активно изображал ранение. — Здесь были только мы.   Пожиратели зашептались. Гермиона с трудом разбирала их речь, выхватывая лишь отдельные слова: «Малфой», «Нотт-старший», «думал, что мёртв».   — Какого инфернала ты здесь делаешь, Теодор? — спросил Рудольфус.   Тео тяжело вздохнул.   — Эти засранцы обманули меня! Сказали, что помогут найти отца, а в итоге держали в качестве прикрытия. Ваши приятели нашли нас здесь, Рабастан пытался мне помочь сбежать, но этот грёбаный Томас всадил в него несколько пуль.   Гермиона поджала губы. Она понимала, что Нотт просто врал, чтобы создать алиби и отвести от себя подозрения, но слушать эти гадости было всё равно непросто.   — Мелкий Малфой сказал, что ты, должно быть, уже мёртв. Как ты выбрался?   — Мы разделились при эвакуации из замка. Я попал в руки Грюма. Он неделями выпытывал из меня информацию об отце и о Лорде, но я ничего не сказал. Я ничего и не знал, если честно. А когда эти двое решили погеройствовать, я прицепился следом за ними. Надеялся просто сбежать оттуда…   — Ты знаешь, где прячется Орден? Где они прячут Поттера?   — Нет, — тихо отозвался Тео. — Знаю только, что это какой-то остров или что-то в этом духе. Они меня почти не выпускали на улицу. Нас, слизеринцев, вообще там за людей не считали… Просто чудо, что мне удалось улизнуть.   — Ну, ничего, — пролепетал Хвост. — Тёмный Лорд знает способы, как достать нужную информацию. Он поможет тебе все вспомнить.   Гермиона бесшумно всхлипнула от ужаса и снова сдавила руку Невилла. Похоже, в этот раз слишком сильно. Парень негромко выдохнул, но этого звука хватило, чтобы привлечь внимание Пожирателей.   — Это Кэрроу! — поспешно воскликнул Тео. Его голос немного задрожал, но Пожиратели, видимо, восприняли это, как последствия пережитого стресса. — Финниган вырубил его, но, похоже, он уже приходит в себя.   Послышались громкие шаги. Хвост подошёл к Амикусу, чтобы проверить его. Гермиона и Невилл вжались спиной в барную стойку и затаили дыхание. Тео тоже молчал, пристально наблюдая за каждым движением Петтигрю.   — Он жив, Рудольфус. Очнись.   Кэрроу застонал от боли и что-то бессвязно пролепетал. Гермиона мысленно пожалела, что не впечатала в него заклинание помощнее.   — Хватай его, и давай убираться отсюда, — отозвался Лестрейндж. — Твой отец будет рад тебя видеть, Теодор. Он беспокоился о тебе.   Нотт ничего не ответил. Гермиона почувствовала волну сочувствия и жалости к нему. Стало ясно, что он имел ввиду, когда упоминал про наказание, что хуже смерти.   Хвост выпрямился и достал палочку. А затем вдруг направил её прямо на сидящих по мантией гриффиндорцев.   — Не так быстро. У нас ещё есть здесь одно незаконченное дельце.   — Что ещё не дельце, Хвост? Кончай с этим. В поместье полно выпивки, куда лучшей, чем эта магловская дрянь.   Хвост покачал головой.   — Видишь ли, птичка нашептала мне, что наш юный друг нам немного недоговаривает. Или вовсе врёт!   Тео начал было что-то говорить, но Петтигрю жестом его оборвал.   — Я провёл достаточно много времени с Джеймсом Поттером и прекрасно знаю, как работает мантия-невидимка. Чудесный артефакт, столько раз нас выручал во время наших проделок. Если бы Поттер не был таким дураком и не отдал мантию Дамблдору, быть может, и смог бы сбежать в ту ночь.   Гермиона почувствовала, как внутри неё поднимается гнев. Невилл осторожно ткнул её пальцем по ноге, привлекая внимание. Одним взглядом он показал на расплывшуюся крохотную лужицу крови, которая тоненькой струйкой вытекала из раны на его бедре. Похоже, Гермиона, паршиво наложила жгут.   Хвост медленно переместился ближе к гриффиндорцам, по-прежнему держа наготове палочку. Гермиона покрепче сжала свою.   — Думаешь, это Поттер? — с надеждой спросил Лестрейндж.   — Сейчас и узнаем!   Он вытянул руку вперёд, ухватился за край мантии и резким движением стянул её, одновременно с этим воскликнув: «Экспеллиармус!» Палочка Гермионы в миг оказалась у него в руках.   — Долгопупс и Грейнджер! Какая встреча, друзья!   Мерзкая улыбка появилась на зверином лице Петтигрю.   — Мы тебе не друзья, проклятая ты крыса! — воскликнул Невилл, пытаясь пнуть Пожирателя здоровой ногой.   Хвост засмеялся. Рудольфус тем временем отобрал палочку у Тео. Но парень, похоже, и не сопротивлялся от усталости и страха.   — А где же Гарри? — также сладко спросил Петтигрю. — Уверен, вы знаете ответ на мой вопрос. Так что, не будем тратить на время на бессмысленные геройства.   — Можешь сразу нас убить, потому что мы ничего тебе не скажем! — заявил Невилл, снова вызывая у Хвоста гадкую улыбку.   — Говоришь прямо, как твой отец, Долгопупс, — хмыкнул Лестрейндж, подходя ближе. — Что ж, ему Круциатус язык развязать не мог, быть может, ты будешь посговорчивее. Круцио!   Гермиона никогда не слышала такого ужасающего крика. Невилл закрутился на полу, пытаясь хоть немного облегчить боль, но это было бесполезно. Капли пота выступили на его лице, а кровь с раны размазалась по полу.   — Хватит! Прошу вас! — воскликнула она сквозь слёзы. — Не надо!   Рудольфус остановился. Невилл замер.   — Ничего не говори, Гермиона! Они всё равно нас потом убьют! — тяжело дыша взмолился Долгопупс.   Гермиона обхватила его лицо двумя руками и вытерла сбежавшие по щекам слёзы. Она не могла больше смотреть, как делают больно её друзьям. Но и противостоять этому также не могла.   — Ну, так что, Грейнджер? — невинно поинтересовался Хвост. — Тоже хочешь попробовать?   — Можете пытать меня сколько захотите, — тихо, но уверенно проговорила она. — Но не трогай его. Он оказался здесь случайно. Он ничего не знает!   Хвост снова засмеялся.   — Ну, это мы ещё посмотрим!   — Вырубай их, — скомандовал Лестрейндж. — Заберём их с собой. У нас нет времени возиться с ними сейчас. К тому же у Беллы хорошо получается общаться со всякой грязью. Пусть порадуется.   Гермиона попыталась было встать и выхватить свою палочку из рук Петтигрю, но тот был быстрее. Яркий луч влетел в её грудь и всё вокруг погрузилось во тьму.