Мечты сбылись

— Доброе утро, котёнок, — улыбнулся Ренд, проходя мимо кровати в гардеробную комнату, — вставай и иди завтракать, я приготовил очень вкусный омлет с мясом по новому рецепту, Кей с Вовой уже оценили. А после завтрака присоединяйся к нам, — он ходил где-то глубоко в гардеробной и его голос стало плохо слышно. — А чем мы будем заниматься? — крикнул Яр. — У нас сегодня семейное мероприятие, — загадочно ответил эльф, — тебе понравится. На вот, наденешь, — он появился в спальне с большой кучей одежды в руках и часть из неё бросил на кровать. — Сделай красивую высокую причёску и надень украшения. Мы будем ждать тебя в роще неподалёку, иди по дорожке, как выйдешь из дома, и сразу нас найдёшь. Омлет и вправду был потрясающе вкусным. Хотя, можно подумать, у Ренди что-то получается не вкусное, он и сухую траву, наверное, сможет приготовить так, что вилку откусишь, когда будешь пробовать. Яртетис наелся до отвала и вернулся в спальню, примерять выданную одежду. Это оказалось длинное пышное платье с жёстким корсетом, очень красивое, на его взгляд. К платью прилагалась широкая кружевная лента на шею и изящное нижнее бельё — чулочки и пояс для них, трусов же не наблюдалось. О, ну в таком-то наряде он определённо будет трахаться, если нет — то Ярик очень, очень сильно удивится. Корсет он с трудом на себе затянул — благо хоть застёжки располагались спереди, было удобно — и подумывал его расширить магией, чтоб дышать было легче, но потом решил ничего не трогать. Так, наверное, и задумывалось, потому что в остальном платье было по размеру. В узком корсете его талия стала ещё тоньше, и выглядело это весьма сексуально. Ничего, немного потерпит ради красоты. Он выбрал в гардеробной украшения и туфли, подходящие по стилю, и занялся причёской. Провозился Яр долго — редко забирал волосы полностью наверх, но получилось вроде красиво, во всяком случае зеркальное отражение уверяло, что он прекрасен. Хотя в этом образе — скорее «она», чем «он». От девушки его не отличить. Нет, ну а что, бывают же наверняка такие мускулистые барышни с широкими плечами и с нулевым размером груди. Он ещё немного повертелся перед зеркалом эротично задирая юбку. Погладил себя по попке, по приподнявшемуся члену, и удовлетворённо улыбнулся. Эти ажурные тесёмочки на бёдрах и прозрачные чулки на длинных ножках никого не оставят равнодушным. До чего же хорош! Жалко нельзя самого себя трахнуть. Как бы тогда себя Ярик ёб, ух! Жёстко и долго, и чтоб пищал, и подмахивал. Как там Вова его называл? Королевская сучка? Да, именно так, шикарная сучка, такую невозможно не хотеть! Яр еле отлип от зеркала, настолько он сам себе нравился и самого себя возбуждал. Его и так секс ожидает, зачем перед этим ещё и дрочить, лучше уж немного потерпеть. Два оставшихся беловолосых слуги мыли пол на первом этаже, и когда Яртетис спустился вниз, оба подняли на него глаза, да так и застыли со швабрами в руках. Судя по их горящим взорам, выглядел Яр сногсшибательно. Он независимо прошествовал мимо, легко покачивая бёдрами. Сзади раздался стук, видимо кто-то швабру уронил. Эх… и эти сбегут. Распугал Ярик всю прислугу своей неземной красотой. Идти по песчаной дорожке на каблуках было неудобно, и Яртетис полетел, резонно решив: зачем мучиться, если есть магия. Опустился на землю, когда услышал впереди среди деревьев голоса. Войти надо красиво, чтоб мужья обалдели от его прекрасности и сексуальности. Обалдели ли супруги он не успел понять, потому что сам так обалдел, что чуть не споткнулся. Кей, его драгоценный любимый ненаглядный Кейнаниар стоял на небольшой полянке и нагло лапал какую-то красноволосую дамочку! Вот это нихуя себе! У Ярика аж в глазах потемнело от ярости и ревности. — Яр, охуенно выглядишь, — улыбаясь, сообщил Кей, оторвавшись от увлекательного процесса. К счастью Яртетис не успел на него наорать, потому что дама к нему повернулась и… оказалась вовсе не дамой! Это же Терендир! Вот только выглядел габаритный эльф не мощнее и не выше самого Ярика. Он был тоже одет в платье, на шее так же красовалась ленточка, а прекрасные рубиновые волосы были забраны у висков заколками. О тьма, красивый-то какой! Изящный и нежный, словно куколка. Яртетис и без того был уже возбуждён, а при виде такого непривычного, но чертовски сексуального супруга, завёлся окончательно. Вот бы его трахнуть такого! А может и трахнет, они же тут для этого собрались. — Яртетис, иди сюда, — позвал его Вова. Он сидел под раскидистым деревом на коврике и Яр его не сразу заметил. — На вот, сценарий прочитай. — Сценарий? — недоумённо переспросил Ярик, забирая протянутый лист бумаги. — У нас тут что, театральная постановка? Он-то уже настроился на секс, а, мужья, оказывается, просто представление собираются разыгрывать. Понятно, почему даже Кей необычно одет — в кожаную куртку и кожаные штаны, такое в жару просто так никто не наденет. Но костюм эльфу очень шёл, Кейнаниар выглядел в нём брутально и эротично. — Ага, театр ёбли, — заржал Кейнаниар. — Мы порнуху снимаем. О, значит секс всё же будет! Чудесно. Ярик пробежал глазами текст и возмущённо воскликнул: — В смысле: Ренди рассматривает его маленький член? У меня член вовсе не маленький! — Будет маленький, не переживай, — успокоил его Владимир. — Я его уменьшу. — Но я не хочу маленький! Зачем его уменьшать? Он вам разве не нравится? — Конечно, нравится, Яричка, — заверил Ренд, — так нужно по сценарию, посмотри, у меня тоже маленький. Эльф задрал юбку и Яртетис уставился на его хозяйство. Ну… не совсем уж крошечный, но гораздо меньше, чем был. Симпатичный такой членик: розовый, леденцовый, как конфетка. Сразу же захотелось его пососать. — Кхм… — кашлянул Ярик, отвлекаясь от будоражащих мыслей. Ничего ещё не началось, а он уже распалил сам себя до крайности. Этак кончит раньше времени, толком не потрахавшись и ни в чём не поучаствовав. А поучаствовать хотелось, порно с сюжетом — это интересно! Хрен с ним, с маленьким членом, раз так нужно — пускай Вова уменьшает. — Ну ладно. Только ты же потом вернёшь как было? — Разумеется, верну, — улыбнулся Вова. — Могу даже больше сделать. Как у меня, хочешь? — Как у тебя?.. — задумался Яр. Размеры собственного достоинства его всегда устраивали, и всех партнёров вроде тоже. У него большой член, Рендиному не уступает, например. То есть — обычному Рендиному. Но может же быть ещё больше, как у Кея, или как у Вовы. Однако больше — не значит лучше, им ещё нужно уметь работать, иначе вместо удовольствия будет доставлять только боль. С другой стороны, мужья же научились и Яртетису всё нравится… — Даже не думай! — строго прервал Кей его размышления. — В нашей семье уже достаточно огромных хуёв, у тебя всё идеально! И сосать, и принимать в жопу — одно удовольствие. — То есть мой сосать и принимать в жопу для тебя не удовольствие? — прищурившись, уточнил Вова. — Удовольствие, ещё какое! — возразил Кей. — Только другого плана. Давайте не трогать то, что уже хорошо. Ренди ты, вон, хер почему-то не увеличиваешь до чудовищных размеров, вот и Ярика попрошу не менять! — Будто ты не знаешь, почему Володя его не увеличивает, — рассмеялся Ренди. — Ну всё, распизделись, — закатил глаза Владимир, — вспомнить про мою бедную жопу и меня подколоть — это ж святое! Я, вообще-то, пошутил. Не собираюсь я нашей тыковке член выращивать. Давайте уже делом займёмся. Дочитывай сценарий, Яртетис, тебя одного ждём. Яртетис быстро дочитал и вернул листочек. — Что, даже вопросов никаких нет? — с подозрением уточнил Вова. — Нет, всё понятно, — улыбнулся Ярик. Сценарий ему понравился и он уже горел желанием воплотить написанное в жизнь. — Нужно придерживаться основной сюжетной линии, а в целом импровизировать. Думаю, у меня получится. — Вот, Кей, учись, — наставительно сказал Вова, — а у тебя вечно какие-то вопросы. Всё, любовь моя, иди пока в заросли, а вы оба подойдите ко мне, хочу, чтоб у вас члены получились одинаковыми, задерите юбки. Терендир вместе с Яриком подошли к Владимиру и подняли платья. Яр почувствовал, как по члену и яичкам пробежалось лёгкое тепло, посмотрел вниз и увидел, что его хозяйство уменьшилось. Ох, тьма… Но он же от этого ведь не будет работать хуже. Наверное… — По-моему, отлично, — резюмировал Владимир, придирчиво осмотрев результаты своей магии. — Включай камеры, дорогой, иди на позицию, а ты, Яртетис, начинай собирать цветы. И не смотри на камеры, веди себя естественно. Яр вышел в центр поляны и принялся по одному неторопливо срывать цветочки, а Ренди спрятался неподалёку за деревом. Когда Вова махнул рукой, он вышел грациозной походкой и подошёл к Ярику. — Ох, умаялась, — сообщил Терендир, усаживаясь в траву, — целую корзину ягод собрала, пора бы и домой. А у тебя как дела, подружка?  — Вот, посмотри какой красивый букетик, — показал ему собранные цветы Яр и присел рядом. — Давай сперва отдохнём, а потом домой пойдём. Ярик из-под ресниц посмотрел на Владимира, чтобы проверить, правильно ли он отыгрывает свою роль. Муж недовольства не показывал, значит правильно. — Ой, подруженька, я давно хотела тебе признаться, — застенчиво начал Ренди, теребя подол своего платья, — у меня есть один секрет… Хочешь я тебе покажу? Только ты никому не рассказывай! Никому-никому! Обещаешь? — Конечно не расскажу, дорогая! — горячо пообещал Ярик. — Покажи, что за секрет, мне очень интересно. — Вот, — Терендир смущённо — даже покраснеть как-то смог — и медленно потянул платье вверх, и взору Яртетиса открылся его милый член, на который он недавно любовался. — Красота-то какая, — восхищённо воскликнул Яр, прижимая ладони к щекам. — А можно его потрогать? Тебе не будет неприятно, если я это сделаю? — Можно, — почти прошептал Ренд, окончательно заалев, — я сама его иногда трогаю… Это очень приятно. Яртетис осторожно провёл кончиками пальцев по члену, отчего тот сразу заинтересованно качнулся. — Ой, он шевелится! — испуганно воскликнул Ярик. — Да, он так делает, если его потрогать, — Ренди почти всхлипнул, сгорая со стыда. Он закрыл лицо руками и пробормотал: — Мне так стыдно, подруженька. У девушек не должно быть таких штучек, я какая-то неправильная. Вот это актёрский талант! Яртетис был искренне восхищён игрой мужа, у него самого так не получилось бы. — Вовсе нет, милая! Я тебе никогда не рассказывала, но у меня тоже есть секрет, — вдохновлённо заявил Яр, вставая и поднимая подол своего платья. — Посмотри! Терендир нерешительно отнял руки от лица и робко уставился на его пах. — У тебя тоже есть такая штучка, — благоговейно прошептал он. — Какая маленькая и миленькая… — Потрогай его, не бойся, — предложил Ярик. — А можно… можно я его полижу? — стыдливо попросил эльф. — Полижи его, дорогая, я не против. Член у Яртетиса давно уже был в боевой готовности. Ему было странно видеть на себе практически чужое хозяйство: форма вроде его, но размер непривычный. Он старался об этом не думать: ощущается-то всё по-прежнему, главное вниз особенно не смотреть и на этом не зацикливаться. Терендир подполз к нему на коленях, высунул язык и медленно провёл им от яиц до головки, посылая по телу сладкую дрожь. — Ещё, моя хорошая, — искренне попросил Яр, ему нравилось смотреть на такого очаровательного, женственного и хрупкого мужа. Нравилось, что тот и в самом деле будто стесняется, это возбуждало до умопомрачения, — сделай так ещё. Возьми его в ротик. Ренд ещё несколько раз провёл языком, а потом несмело насадился ртом на член, обхватывая его нежными губками. — Так, милая, мне очень хорошо, продолжай, — прошептал Яр. Несмотря на игру, предполагающую неопытность Терендира, отсасывать тот ухитрялся всё равно обалденно, изображая, что делает это неумело. Яру пришлось впиться зубами в костяшки пальцев, чтоб не начать громко стонать. Он еле вспомнил, что по сценарию должен ещё сам его полизать. — Можно теперь я твою штучку пососу? — попросил он. — Обещаю, тебе понравится. — Можно, — скромно согласился супруг, укладываясь на спину и раздвигая ноги, — сделай мне хорошо, подруженька. Яртетис повторил тоже самое, что делал Терендир. Брать в рот его небольшой член было очень, очень приятно. Он помещался целиком вместе с аккуратными шелковистыми яичками и Яр от этого просто тащился, играя с ними языком внутри. Вот только дальше всё пошло не по плану, он не смог устоять и принялся гладить Ренди в процессе. Сил просто никаких не было, чтобы удержаться. Муж был потрясающе хорош, лучше Ярикова отражения, на которое он недавно чуть не подрочил и которое не отказался бы выебать. Его стройные ножки, затянутые в чулки, сводили Ярика с ума, а ладная попка так к себе и манила, разве можно было её не полапать? Ренд жарко застонал, когда пальцы Яра проникли в его анус и подался вперёд, приглашая к продолжению. — Вы чего от сценария отходите! — возмутился Владимир. — Яртетис, ты должен был ему только сосать! А ну, кыш с Терендира! — Любимый, пусть Яричка меня потрахает, — жалобно попросил Ренди, насаживаясь на пальцы, — мне очень хочется, потом вырежешь. — Хрен с вами, ебитесь, — милостиво согласился супруг, — только не кончайте. — Я чуть-чуть, — пообещал Яртетис, радостно пристраиваясь к мужниной попке. Он сначала переживал, что Ренд не будет в восторге — член-то намного меньше, вдруг ему не понравится, может он даже ничего не почувствует. Но дорогой эльф так искренне отдавался, так самозабвенно стонал, что Яр забыл о своих переживаниях. Да и по внутренним ощущениям муж кайфовал. Он остановился, только когда понял, что ещё немного — и сдержаться уже не получится. — Кей, выходи, пока они снова не начали, — крикнул Вова. — Это кто это у нас тут? — зычно поинтересовался Кейнаниар, ступая на поляну. — Какие милые девушки! — он сделал вид, что повнимательнее присмотрелся и добавил: — А девушки-то с сюрпризом! Ну-ка, бабы, покажите мне, что это у вас между ног! — Да не бабы, Кей! — поправил его Владимир. — Девочки! — Да какая, нахуй, разница? — фыркнул Кей. — Большая! Давай по-новой, всю сцену испортил. — Было бы чё портить, — проворчал Кейнаниар, уходя за дерево. — Это кто это у нас тут? — задорно повторил он, появляясь обратно. — Какие милые девушки! А девушки-то с сюрпризом! Ну-ка, девочки, покажите мне, что это у вас между ног! — Ой, мужчина! — испуганно воскликнул Терендир, резво поднимаясь с земли и опуская платье. Яртетис тоже скромно прикрылся, пряча своё хозяйство. — Не скромничайте, красавицы, задерите юбочки, — приказал Кей. Ярик и Ренди повиновались, изображая, что делают это стыдливо, словно против воли. — Какие они у вас маленькие, — снисходительно заметил Кейнаниар. — Хотите увидеть настоящий хуй настоящего мужика? — Хотим, — выдохнул Ярик, облизывая взглядом агрегат супруга, который уже увеличился и натягивал спереди кожаные штаны. — Тогда дайте мне ваши писечки потрогать, а я вам дам потрогать свой величественный ствол. При этих словах он немного скривился, словно собирался заржать, но тут же вернул обратно серьёзное выражение. Яртетис чувствовал, что Кею смешно и ощущает он себя нелепо и некомфортно, что огорчало, ведь самому Ярику нравилось. Тем не менее любимый всё же был возбуждён, и это вдохновляло на продолжение. Они с Ренди ласкали его член, а Кей гладил руками их обоих. — Полижите его, красотки, — велел Кейнанир, — пусть ваши ротики познают вкус настоящего самца. Да ёбаный в рот, можно я их просто выебу?! Ну не могу я эту хуйню нести! Хуй ли я-то должен в этом пиздеце участвовать, у тебя хер не меньше! — Ну чем ты опять недоволен, я и так половину текста изменил! — воскликнул Вова. — Давай, продолжай, не отвлекайся. Говори уже что хочешь, заебал придираться. — Полижите мой хуй, красотки, — смиряясь, повторил Кей. Яр с удовольствием выполнил приказ, нежно проводя языком по великолепному стволу со своей стороны, а Ренди лизал с другой, прикрыв глаза от наслаждения. Ласкать вместе один член было возбуждающе-приятно, они иногда с Ренди встречались и Ярик беспалевно лизал и его, даже поцеловал пару раз, Вова на это ничего не сказал, значит так было можно. — Подставляйте свои маленькие попки, — приказал Кей, — я их как следует разработаю своим мощным орудием. — Молю вас, прекрасный сударь, будьте с нами нежнее, — пролепетал Ренди. — Наши крохотные дырочки ещё не ведали мужской ласки, вы будете у нас первым. — Не бойся, красавица, я буду нежен, — пробасил Кей, хлопая пятернёй по его заду. Дальше был просто секс, страстный и как всегда потрясающий. Кей трахал сначала их с Ренди поочерёдно, потом одного Ярика, а Ренди в это время делал ему минет; затем Терендира, в то время как Ярик ему отсасывал; а после приказал встать перед ним на колени и со стоном спустил, забрызгивая подставленные языки и лица спермой. Терендир ушёл трахаться с Вовой, а Яр остался с Кеем, приводить себя порядок. — Почему тебе не нравится в таком участвовать? — недоумённо спросил он. — Мне было очень интересно: и секс, и настоящее представление.  — Это ёбаный стыд, а не представление, — проворчал Кей, — ты просто не видел, что Вова там понаписал, и что я его попросил убрать. Жаркие пещерки, грозные драконы — тьфу, как самого-то блевать не тянет. Вроде вменяемый мужик, а как начнёт писать тексты к своим ролевым играм, так просто охуеваешь: и откуда в нём такое берётся? — А мне текст понравился, — возразил Яр. — Величественный ствол — очень красиво звучит. — Охуительно! Рад, что Вова нашёл, наконец, своего читателя. Ренди тоже от этой хуйни иногда воротит, но он умеет абстрагироваться, а я не умею. Ладно, я пошёл, они тут наверняка надолго. Ты со мной? — Если ты не против, я к ним присоединюсь, — сказал Ярик, полноценно потрахаться с таким Терендиром всё ещё очень хотелось. — Разумеется, не против, — улыбнулся Кейнаниар, — развлекайся. Только не забудь сказал Вове, чтоб он тебе хуй нормальный вернул! Привычный размер божественный муж вернул ему сразу же, даже напоминать не пришлось, и Яртетис, как в омут, нырнул с головой в горячий семейный секс. Трахались почти до самого вечера, и в основном досталось слишком соблазнительному Ренди. Ярик с Вовой его отжарили во всех возможных позах со всех сторон, заласкали, зацеловали и вылизали с головы до ног. Яртетису тоже под конец довелось поработать задницей, Владмир его основательно выебал, пока тот сам обрабатывал сладкую попку красноволосого супруга. А в завершение отличного семейного мероприятия насадили Терендира на два члена, заставив его орать от удовольствия. К сожалению этому замечательному дню не удалось остаться замечательным до конца. Яр первым улетел с полянки — ему ужин нужно было готовить, а дома сразу направился в ванную на первом этаже, чтобы привести себя в порядок, но до неё не дошёл, его поймали и затащили в хозяйственную каморку под лестницей. Драка получилась короткой, он только и успел — врезать Владланиору в нос, когда тот его скрутил и прижал к себе. Вот чтобы Вова не говорил про силу Ярика, а всё же её недостаточно. Вероятно он может справиться с обычными эльфами, но противостоять эльфам старого Анайэ, тем более таким здоровенным и накачанным, не в состоянии. — Да когда же ты от меня отъебёшься? — задушено вопросил Ярик, с трудом впуская и выпуская воздух через сжатые в стальной хватке лёгкие. — Чего тебе надо опять? — Чего мне надо? — рыкнул Лан. — Идеальным вариантом была бы твоя смерть, но увы, это разобьёт Кею сердце, он не сможет от такого оправиться. Из-за тебя он не желает меня видеть! Кей меня к себе не пустил. Из-за тебя я потерял того, кого любил больше всего на свете! — Ты его не потерял, — прохрипел Яртетис, — Кей как был твоей матерью, так ей и остался, просто ты его больше не будешь трахать и это нормально. — Заткнись, — прошипел эльф, — просто заткнись! Ты разрушил мою жизнь и должен хоть чем-то это компенсировать. Если я не могу трахать его, буду ебать тебя. И мне похуй, согласен ты или нет. Яр не чувствовал от Лана настоящей угрозы, скорее отчаяние и боль, которую тот желал выплеснуть хоть куда-нибудь, желательно — на причину своих страданий. Вряд ли он способен на настоящее насилие, но лучше это всё же не проверять. — Я согласен, — сообщил Ярик, — трахни меня. — Согласен? — растерянно переспросил Владланиор, с удивлением на него глядя. — Разумеется, — подтвердил Яртетис, — я же шлюха и обожаю когда меня ебут такие мощные красивые самцы. Кей так расхваливал твои любовные таланты и твой большой хуй, теперь я мечтаю на нём побывать. — Шлюха… — удовлетворённо прошептал эльф, сжимая зад Яртетиса крепкой ладонью. — Я это сразу понял, хоть ты и пытался отрицать. Другая жена и не могла достаться моему папочке, только распутная девка. Тебе повезло, что ты блядь, Яртетис. Он бы тебя всё равно таким сделал. Разрушил бы, развратил, превратил в послушную давалку. Он ломает всё, к чему прикасается. — За что ты так ненавидишь Вову? Он же твой отец, — хоть Лан сказал «папочка», понятно было, что имел в виду он явно не Ренди. — За всё, — холодно ответил Лан. — За всё, что он сделал. Мой отец — бездушный монстр, обладающий божественной силой, которой никто не может противостоять и он этим пользуется. Настоящий дьявол во плоти, прекрасный, коварный и жестокий. Наверное Владимир сделал что-то плохое конкретно Лану, другие его сыновья к нему так не относятся. Яртетис не стал спорить с эльфом по поводу морального облика своего супруга, сам он его монстром давно перестал считать, но убеждать Владланиора в том, что его отец милая лапочка, нет смысла, это будет очевидным враньём. Лан между тем время не терял, пока Яр размышлял над семейными отношениями, тот задрал на нём юбку и гладил уже неприкрытую жопу, запуская пальцы под ажурные верёвочки пояса для чулок. — Подожди, Лан, — Ярик попытался отстраниться, что у него предсказуемо не вышло, — мне нужно сначала искупаться и переодеться, от меня воняет. — Мне нравится как ты пахнешь, — сообщил эльф, вдыхая его запах где-то у шеи. — Ты пахнешь сексом… тебя только недавно трахали. И переодеваться не нужно, в платье тебя от бабы не отличить, только сисек нету. — Нет, надо, — возразил Яр, — я весь чешусь. Не очень эротично получится, когда я буду тебе отсасывать и почёсываться, согласись. Отпусти, я быстро, подожди меня в спальне на пятом этаже, приму душ и приду туда. — Нашёл дурака, — усмехнулся Владланиор, — вдруг ты меня наебёшь? Потом опять тебя вылавливать. — Да вот ещё! — возмутился Яртетис. — Я же сказал — сам мечтаю тебе дать, зачем мне наёбывать? Всего лишь хочу, чтоб всё было цивилизованно: я чистый, и секс на постели, а не в задрипанной каморке среди веников. Я всё же принц, учти, и не привык трахаться где попало, мне условия нужны. — При-и-инц, — протянул Лан. — А что, похож. Есть в тебе что-то такое… королевское. Ну иди, мойся. Но сначала задаток! — Какой? — растерялся Ярик. Он надеялся, что получится безболезненно улизнуть. — Хм… даже не знаю, — задумался эльф. — Поцелуй не подходит, со шлюхами я не целуюсь, отсос слишком долго… Пожалуй, ознакомлюсь для начала с полем деятельности, которое мне предстоит разрабатывать. Он резко развернул Яртетиса к себе спиной, не ослабляя хватку, и его пальцы надавили на анус, беспрепятственно проникая внутрь. Когда тоже самое делал Вова, Яртетиса это сразу же завело, хоть он и был против, сейчас же ничего приятного не испытывал, только отвращение к происходящему. Жаль, магией невозможно воспользоваться. Оттолкнуть не получится, этот козлина в него словно клещ вцепился, вместе куда-нибудь полетят, Лан поймёт, что Ярик его обманывает, и сбежать уже не получится. Щит тоже не поставить, некуда. А причинять серьёзный физический ущерб этому потёкшему крышей идиоту нельзя, Кей опять очень расстроится. Яр обещал поговорить с его сыном, а не покалечить. Он был уверен, что главное сейчас смыться и дать Владланиору остыть, тот ведь не хочет на самом деле его трахать, по нему видно. Да у него даже член не стоит, и это после того, как он Яра всего излапал и в жопу залез. Не возбуждает его Яртетис, это ясно как день, и пристаёт к нему Лан или из вредности, или из ревности, или из каких-то похожих побуждений. — Неплохо тебя растрахали, девочка, — сообщил эльф, продолжая наяривать пальцами. Яртетис только покрепче зубы сжал — главное не сорваться, перетерпеть. Он просто уйдёт, а потом они поговорят нормально, на безопасном друг от друга расстоянии, когда получится поставить щит. — Сразу видно, кто хуём поработал. Позови меня, когда отец соберётся тебя отыметь, хочу на это посмотреть. Мне всегда нравилось смотреть, как он ебётся. Даже тогда нравилось. Я его ненавидел, но не мог не смотреть, он был так хорош, так красив… Какое-то всё же ненормальное у Лана к родителям отношение, совсем не здоровое. Его, интересно, в детстве на пол часто роняли головой вниз? Судя по всему — частенько. — Хорошая дырка, — резюмировал Лан, — хотя я предпочёл бы, чтоб она получше закрылась, люблю входить в тесные отверстия. Иди куда собирался, может заодно и закроется, пока будешь готовится. Жду тебя наверху и попробуй обмануть, всё равно потом поймаю и выебу, только тогда тебе не понравится, гарантирую. Ярик на самом деле пошёл в ванную комнату, как и собирался, а потом в гардеробную, надеть что-то поскромнее, чтоб не провоцировать Владланиора на очередные издёвки по поводу его женственности. Так-то было абсолютно насрать, но у этого эльфа явно какие-то проблемы с его тягой к мужчинам, зациклится на этом в очередной раз и нормального разговора опять не выйдет. Ладно ещё Яртетис, в самом деле не пойми какого пола, если не присматриваться, но Кейнаниара дамой только слепой назовёт, одно лишь красивое точёное лицо не делает его женственным. До пятого этажа он не дошёл, у лестницы услышал голоса, раздающиеся откуда-то со стороны столовой. Один из них точно принадлежал Владланиору, а второй вроде Владимиру, точно нельзя было сказать, мужчина говорил тихо. Яр не собирался скрываться, но когда подошёл поближе, понял, что эльфы срутся. Влезать в разборки отца и сына ему не хотелось, подождёт, когда закончат. Однако любопытство не позволило ему уйти, он решил бессовестно подслушать чужой разговор, потому что тот явно касался непосредственно его самого. — С чего вдруг ты против, папочка? Надоело делиться своими игрушками? — ехидно поинтересовался Лан. — Он не игрушка, он моя жена, — спокойно ответил Вова. — Когда это тебя останавливало? — фыркнул его сын. — Или эта твоя шлюшка чем-то отличается от других? Она у тебя на особом положении? — А сам-то ты, думаешь, не шлюшка? Сколько баб переёб, пробовал хоть сосчитать? Или шлюха по-твоему только тот, кто даёт? Ебанутые у тебя понятия, Лан. Где ты только такого нахватался, ума не приложу. — Действительно, где? — ядовито переспросил Лан. — Конечно, не от тебя. — Я так называю своих мужей только во время секса, и вкладываю в это немного иной смысл. Я не оскорбляю их, и ты вроде бы должен это понимать, не маленький. — Да поебать мне, во что ты какой смысл вкладываешь. Ты тоже шлюха, хоть никому, кроме своих жён, не даёшь. И Яртетис твой шлюха, он сам в этом признался и собирается мне давать. Сам хочет, я его не заставляю. Ты своим жёнам ни в чём не отказываешь, а его желанию, значит, противишься? Всё же странно, он и в самом деле особенный или с тобой что-то не так? Неужели ты изменился? Не верю. — Сомневаюсь, что Яртетис тебе даст. Наверняка сказал так, что б ты от него отвязался. Лан, в самом деле, не надоело ещё? Что ты к нему пристал? Кея хочешь задеть? Вряд ли… Скорее всего — меня. Ну считай, что задел, я разозлился. Если ты не оставишь Яртетиса в покое… — Что ты сделаешь? — иронично перебил его сын. — Убьёшь меня? Давай, ты только это и умеешь, это у тебя очень хорошо выходит! — Довольствия лишу. Работать ты не привык, да и не заработаешь столько, так что будешь сидеть безвылазно на планете и трахать только эльфиек. Взвоешь от однообразия, тебе же разных баб подавай. — Подумаешь! Мне братья стержни дадут, они не мудаки, в отличие от тебя. — Ты серьёзно считаешь, что они посмеют нарушить мой прямой приказ? — Всё равно — мне похуй! Пусть только эльфийки, но всё же разные, так что обломаешься, от скуки не подохну! А твоего Яртетиса я всё равно выебу! Добровольно не даст — возьму силой. Думаешь, только одному тебе так можно? — Я заебался уже тебя убеждать, что он дал мне по собственному желанию, я его магией не принуждал. Сколько уж тысяч лет прошло, а ты всё никак не успокоишься. — Фейн был моей парой! — заорал Владланиор. — Он бы не влюбился в тебя, просто не смог! Он любил меня! — Не был, — голос Владимира звучал устало, — сколько можно тебе это повторять? Между вами не было связей. Что бы ты ни чувствовал к нему, это было всего лишь обычной любовью, пусть и очень сильной, но обычной. — Я ощущал его запах! Связи бы появились, он был просто ещё очень молод. А ты всё разрушил! Ты сделал его своей шлюхой, развратил, превратил в подстилку, готовую раздвинуть ноги перед любым мужиком, и он перестал мне подходить! — Это какой-то пиздец! — обречённо воскликнул Вова. — Я уже миллионы раз пожалел, что трахал твоего любовника! Этот Фейн мне нахуй не сдался, если бы он сам мне на шею не начал вешаться, я бы на него даже внимание не обратил! Он не любил тебя, Лан! Это ты его любил, а он с тобой встречался, чтобы сблизиться со мной! Я не знаю, как тебя в этом убедить. Мне жаль, что всё так вышло. — Нихуя тебе не жаль, не пизди. Тебе не знакомо такое чувство. Он любил меня, я это знаю, я чувствовал его любовь до того, как в нашу жизнь вмешался ты! — Бесполезно, — вздохнул Владимир, — мне надоело это перетирать стотысячный раз. Просто оставь в покое Яртетиса, серьёзно тебе говорю. Нехрен его вмешивать в наши с тобой вечные разборки, он уж точно ни в чём не виноват. — Виноват ты! И ты за это когда-нибудь ответишь! Если хочешь, чтоб всё закончилось, просто дай мне. Я тебя выебу и успокоюсь. — Извращенец больной. Мне иногда кажется, Лан, что твоя обида лишь предлог, чтоб до меня доебаться именно с этой целью. Не знал бы точно, что ты не испытываешь ко мне страсти, думал бы, что ты на мне помешался. Но ты, слава богу, меня даже не хочешь, поэтому прихожу к выводу, что мой сын просто долбоёб, не умеющий вовремя останавливаться. Я мстю и мстя моя страшна. Яр слушал разговор и в очередной раз охреневал. Его семья, наверное, никогда не перестанет его удивлять. Хорошо хоть не кидаются друг в друга магией, как Кей в Вову. Владимир вроде бы даже уже не сердился на сына и разговаривал с ним своим обычным ироничным тоном. Видимо это далеко не первый их разговор, он привык к его приставаниям. Нда… весело эльфы живут, ничего не скажешь, знают, как себя развлечь. Ярик уже собирался-таки выходить — сколько можно ждать, когда они наобщаются, как вдруг Владланиор подался вперёд, схватил Вову за шею и присосался к его рту. — Ты охуел?! — заорал Вова, отталкивая его. — Лан, ты перешёл уже все границы! — Всё думал, какие же твои губы на вкус? Теперь знаю: как миллиарды членов, которые ты сосал, и жоп, которые ты лизал, — желчно сообщил Лан, с отвращением вытирая ладонью рот. — Мерзкий привкус, я, наверное, теперь никогда от него язык не отмою. Яртетису показалось, что глаза мужа вспыхнули темнотой. Его сын и в самом деле охуел: так разговаривать с отцом не допустимо! А уж так разговаривать с богом, который легко может потерять контроль над своей тьмой — чистое самоубийство. Ярик выскочил из своего укрытия, пока не случилось страшное, и напустился на Лана. — Ты какого хрена отца доводишь?! Не понимаешь, что можешь вызвать в нём тьму? Жить надоело?! Придурок конченый! Хватит родителей терроризировать, тебе не пять лет! До всех доебался, и до отца, и до матери! Тебе родительского внимания не хватает, что ли? Не вырос ещё? Ведёшь себя как ребёнок, который не в состоянии принять горькую правду! Тебе же отец сказал — не любил тебя твой Фейн, прими это уже и успокойся. Вова бог, он видит чужие души и знает о чём говорит! Должен же ты это понимать, если не совсем тупой! Иди домой и подумай над своим поведением, а завтра я к тебе приду и мы поговорим. Всё, всё, выкатывайся. Яртетис подталкивал Лана к выходу и тот, как не удивительно, послушно пошёл. То ли Ярик его огорошил своим появлением, то ли сам понял, что перегнул палку, довёл Вову, и если не уберётся — огребёт по полной. Он допихал Владланиора к входной двери и выпихнул его на улицу. — Давай-давай, топай, Лан. Завтра увидимся. Проводив глазами удаляющуюся габаритную фигуру, Ярик выдохнул, и поспешил обратно в столовую, размышляя по дороге — стоит вызывать Ренди или нет. Вроде дымка ещё не было, значит Вова не успел сильно разозлиться, Яртетис вовремя вмешался. Но заходил в комнату всё же с опаской, ожидая там встретить вместо мужа разгневанного тирана. Вот только встретил его ржущий супруг. Владимир держался за живот и ухохатывался по совершенно непонятной причине. Пиздец семейка, один ебанутей другого. — Ой, не могу, — эльф чуть не всхлипывал от смеха. — Ну и рожа у него была. А ты-то, прям молодец: иди домой и подумай над своим поведением! С Ланом так сроду никто не разговаривал. — Рад, что тебе весело, дорогой, — буркнул Яр. — Я вот не пойму, вы тут все трагедию разыгрываете или комедию? Причиняете друг другу боль и считаете это нормальным? Можете развлекаться, если вам такое по нраву, меня только одно беспокоит: Кей. Он мне вчера рассказал, как между ним и сыном всё началось. Но теперь мне кажется, что Лан начал трахать его только из-за того, чтобы тебе отомстить, а не из-за того, что с детства любил. Я прав? — Прав, — вздохнул Вова, перестав веселиться. — Начал, чтобы меня достать. Знал, что инцест между ним и Кеем приведёт меня в бешенство и сильно заденет. Воспользовался моментом, когда меня не было рядом, и запудрил Кейнаниару мозги. Вот только потом в него по-настоящему влюбился. — Странный у тебя сын, — невесело хмыкнул Яр. — А если бы вы с Ренди не вернулись? Если бы в самом деле погибли, как он заливал Кею, к чему бы тогда была его месть? Кто бы её оценил? — Лан просто не верит, что я могу умереть, — пожал плечами Владимир, — и что способен бросить своих мужей. Он уверен был, что вернусь. Я же, по его мнению, всесилен и способен на всё. И был прав, в общем-то, я смог вернуться. — Всё же он подлец. Так поступить с собственной матерью, использовать его для того, чтобы досадить отцу… А где вы были с Ренди двести лет? Почему оставили семью? — Это неважно, — сухо бросил Владимир, — к делу это не относится. — А что относится? Ты в курсе, что твоя жена, которую ты пиздец как любишь, несколько тысяч лет страдала, не в силах разорвать порочную связь с вашим сыном, потому что тот угрожал покончить с собой, если Кей его бросит? — строго спросил Ярик. — Почему ты позволил всему этому продолжаться, тем более если знал, что всё началось из-за мести? — Покончить с собой? — растерянно переспросил муж. — Нет, я этого не знал… Я думал, Кей в него на самом деле влюбился за двести лет таких отношений. Что я мог сделать? Был против, знал с чего началось, но Кейнаниар отказался прекращать эти отношения. Он не моя собственность, Яртетис, и не мой раб. Какое бы у тебя не сложилось впечатление о нашей семье, я не насилую души своих жён. Сказал что любит — значит любит, что ж с этим поделать. Он принял решение и я смирился. — А я бы не смирился! — гневно сообщил Яр. — Мало ли какое решение он принял! Оно было губительным для его души! Нужно было во всём разобраться, залезть Кею в голову, в конце концов, и убедиться, что это в самом деле любовь. Пусть ты этого принципиально не делаешь, но в этом случае так было нужно поступить, для него! Для его счастья! — Не удивительно, что ты бы не смирился, — улыбнулся Владимир, — ты ведь его солэн. Ренди тоже насрать, чего я хочу, а чего не хочу, если он считает, что по-другому для меня будет лучше. А я не солэн Кея, чтобы решать за него. Я боюсь ошибиться. Слишком часто это происходило, мои решения и мои поступки иногда несли за собой катастрофические последствия. — А вдруг… Вова, а что, если я ошибусь? Я не хотел становиться солэн, это такая ответственность… Но вселенная назначила меня на эту роль. Я боюсь с ней не справиться. Вдруг я уже ошибся, разлучив Кея с Ланом? Твой сын может покончить с собой, как ты считаешь? Он на это способен? — Нет, на это Лан не способен, не переживай. Я продляю жизни нашим детям, как и своим мужьям. Прилетаю специально для этого раз в триста лет, омолаживаю организм. Не дай бог я посмею задержаться, Лан мне такую истерику закатит! Хотя я говорил ему, что ни день, ни неделя, ни даже год ничего не решают, он может спокойно дожить до тысячи и без моего вмешательства, а потом снова стать молодым. Если бы мой сын не держался за жизнь, то так не волновался бы. А насчёт ошибок… Ты будешь ошибаться, Яртетис, от этого никуда не денешься. Просто прими это и делай то, что должен делать. — Ты можешь разорвать эту связь? Кей рассказывал, что в него был влюблён его брат. Ты оборвал нити любви и страсти, идущие от него, и он смог разлюбить. Пусть потом любовь и вернулась… но не обязательно же вернётся? Почему бы не попробовать, от этого же никому не будет хуже. Если вернётся, так что ж поделаешь… — Могу, — сообщил Владимир. — Но не буду. — Потому что брат Кейнаниара покончил с собой, и Кей чувствует себя виноватым? Не хочешь, чтобы он из-за сына переживал? — Кейрэндир не покончил с собой, я убил его, — невозмутимо сообщил муж. — За что? — ужаснулся Ярик. — За то, что он любил Кея?  — За то, что он его изнасиловал. После того, как я оборвал связи, вернулась похоть, а любовь не вернулась. Чистая похоть без капли любви… это хуёво. Кей не помнит, что случилось. Кейрэндир ударил его сзади по голове, очень сильно, благо у эльфов крепкие черепушки, а то бы убил. Я почувствовал, что моей жене плохо, нашёл его… Кейрэндир его трахал, Кей был почти без сознания, весь в крови, искусан. Я испепелил ублюдка на месте. Не рассказывай об этом Кейнаниару. Известие о том, что брат его изнасиловал, будет для него гораздо болезненней, чем мысли о том, что он мог стать причиной самоубийства, уж поверь мне. — Пиздец, — только и смог вымолвить Яр. Пусть это произошло давно, но у него всё внутри перевернулось только от одной мысли, что такое сделали с его любимым. — Тогда определённо не стоит рвать эту связь, я с тобой согласен. — Яртетис, я способен сделать так, что ни любовь, ни похоть не вернётся, честно тебе скажу. Но Лан мой сын и я люблю его, несмотря на наши не самые лучшие отношения. И поэтому не хочу с ним так поступать. Не стоит вмешиваться в то, во что можно не вмешиваться. Владланиор в конце концов успокоится, любая любовь, кроме истинной, не вечна. Возможно, он даже найдёт свою пару, он ведь об этом раньше мечтал… Теперь мы знаем, что элантейрские ядра способны к соединению. Ты всё сделал правильно, бельчонок. И правильно, что хочешь нормально поговорить с моим сыном. Он не конченый мудак, хоть так может показаться на первый взгляд, и вполне способен на конструктивный диалог. Но больше ничего делать не нужно, пусть всё идёт своим чередом. Дам на будущее тебе совет: иногда лучше пустить жизнь на самотёк, чем сотворить то, о чём потом пожалеешь. Яртетис не успел как следует задуматься над этой философской мыслью, потому что Вова его поцеловал и мозги от этого как всегда отключились. Включились только тогда, когда тот зачем-то опустился на колени и потянул штаны Ярика вниз. Что он собирается делать? Неужели?.. Эльф обхватил его полувставшее достоинство губами, гладя ему в глаза. Сосал он охуительно, но Яра гораздо больше приводил в восторг и возбуждал сам факт, что делает это Вова, его божественный могущественный супруг, который до этого никогда не брал у него в рот. Он с ума сходил от его вида, от того, как он смотрит снизу своими прекрасными синими глазами, с каким явным наслаждением отдаётся процессу. Продержался Яртетис недолго, кончил в тот момент, когда муж совершал те самые горловые движения, которым его самого обучал Терендир. — Обожаю твой член, — облизнувшись, игриво уведомил Владимир, поднимаясь с колен, — Кей правильно сказал: он идеальный! Прекрасный размер, ни больше не надо, ни меньше. Совершенная форма! Да ещё и вкусный, оказывается. — Почему ты раньше этого не делал? — решился спросить Ярик. — Выёбывался, — интимно шепнул муж на ушко. — Считал, что ты должен это заслужить. — И чем же я сегодня заслужил? — улыбнулся Яр. — Спас меня от моего доставучего сына, защитил мою честь. Такое надо было чем-то вознаградить. Но на самом деле я просто люблю брать в рот у своих мужей, и решил, что хватит уже заниматься какой-то хуйнёй — самому себе в желаниях отказывать. — Вова… меня давно уже занимает вопрос, почему ты называешь всех нас то мужьями, то жёнами? Меня в том числе. От чего это зависит? Просто от настроения? Но даже если так, от какого именно настроения? Что на это влияет? — Тыковка, я открою тебе страшную тайну, — заговорщицки прошептал супруг, — так уж и быть. Даже Кей и Ренди не знают причину, цени моё доверие. Я вас так называю… по приколу. Меня забавляет, что мои мужья не понимают почему и придумывают какие-то объяснения: про моё настроение, про своё поведение, про что-то ещё. А я всего лишь прикалываюсь, мне давным давно плевать на любые названия. Вы просто мои любимые мужики, так я вас и воспринимаю. Любимые? У Яртетиса сердце замерло на мгновение, Владимир сказал «вы», значит он Ярика тоже любит? Или просто так обобщил? Но это уточнить он уже не решился. — Ладно, раз уж ты не соизволил заняться моим удовлетворением — пойду Кея потрахаю, — сообщил Вова. — Я, вообще-то, возбудился, когда доставлял тебе удовольствие. — Извини, — спохватился Ярик, — я просто охренел от произошедшего… Прости, не уходи, давай я тебе тоже отсосу или трахнемся. — Да ладно, шучу я, — хихикнул эльф, — напрягся уже. Я и так собирался его ебать. Приходи лучше сегодня ночью на пятый этаж, в спальню, когда все уснут. Продолжу награждать тебя за своё спасение. Если хочешь, конечно, это не приказ. Почему ночью? И почему, когда все уснут? Может быть Яртетиса ожидает что-то… необычное? Непривычный секс? Он отлично помнил, как они встречались с Владимиром по ночам и чем занимались. Неужели муж даст ему то, о чём он мечтает? Просто так, без обязательств? Что это будет? Связывание? Наказание плёткой? Грубый секс? Ярик от любого варианта не отказался бы. До ночи он не находил себе места и еле дождался, когда Ренди с Кеем задрыхнут. Выбирался из кровати тихонько, чтобы их не потревожить. А поднимаясь на пятый этаж, чувствовал себя очень странно — словно от супругов на блядки сбегает, бессовестно изменять. В спальне оказалось темно, но он достаточно неплохо всё видел, и видел, что она пуста. Одинокая заправленная кровать, красивая мебель и никого живого. Разочарование охватило его — Вова снова над ним подшутил, а он, дурак, уже о чём-то размечтался. Но сильно расстроиться Яр не успел, сильные руки обняли сзади, развернули, и в губы впились чужие губы. Муж целовал его совсем не так, как он привык. Лихорадочно, порывисто и одновременно нежно. Словно они сто лет не виделись, он ужасно соскучился и не может никак насытиться. Руки его жадно блуждали по телу Ярика, он то прижимал его к себе, то отпускал. То отрывался от губ, принимаясь целовать лицо и шею, то снова к ним возвращался. Это дезориентировало, заставляло тело слабеть, зарождало внутри томление и негу. А от того, как Вова чувственно шептал его имя, растягивая гласные, Яртетиса окончательно повело. Они повалились на кровать, продолжая целоваться, муж стаскивал с него одежду очень медленно, целуя и вылизывая каждый открывающийся участок обнажённой кожи. Когда его губы и язык коснулись соска — Ярик застонал. Тьма… как же хорошо, как сладостно. Его качало на волнах нежности и страсти, он плавился от этих неторопливых, чутких прикосновений. Руки мужа находили на его теле такие отзывчивые на ласку места, которых Яр в себе ещё не знал. Язык Вовы на члене, на яичках, внутри заднего прохода, его мягкие губы везде-везде, практически привели Яртетиса к оргазму, но муж не дал ему кончить, лёг сверху. — Я-яри-ик, — снова томно прошептал он, глядя Яру в глаза, и во взоре его Яртетис не увидел той горячей животной похоти, которую обычно там находил во время их секса, там было нечто другое. Не менее сильное. — Это был ты… — тихо сказал Яр. Он лежал головой на плече у Владимира и рисовал пальцем узоры на его обнажённой мускулистой груди. — Тогда, когда мы сюда только прилетели, две ночи подряд. Не Ренди меня трахал в приступе лунатизма. Почему когда я спал и не мог проснуться? Почему ты скрывал, что можешь быть таким? — Твой любимый вопрос «почему», — хмыкнул Вова. — Так и хочется на него ответить: по кочану. — Хорошо, я задам другой вопрос: ты меня любишь? — Сам как думаешь? — усмехнулся муж. — Любишь, но почему бы не произнести это вслух? — Бельчонок, я понимаю, что романтичным мальчикам жизненно необходимо после романтического секса побеседовать о любви, прочих возвышенных чувствах и тонких материях, но я не романтичный мальчик. Я устал и хочу спать. Спи давай. Ярик тут же уснул. Проснулся он в той же позе — головой на груди Вовы, и некоторое время размышлял о том, что его божественный муж всё же немного, совсем чуть-чуть — козёл, усыплять собеседника, уходя от неудобных вопросов, — очень некрасивый поступок. Потом ему стало не до размышлений. Владимир всё ещё спал, а его сосок находился так близко от губ Яртетиса. Он не удержался и сначала его лизнул, а потом вобрал в рот и пососал. А после его руки каким-то образом оказались на потрясном теле супруга. Яр видел, что Владимир уже проснулся, однако не смог остановиться. Почему он раньше этого не делал, зачем сдерживался, если ему никто не запрещал? Он отпустил себя, позволяя рукам, губам и языку вытворять всё, что хочется. Крышу у него сорвало моментально. Кто же знал, что Вова такой отзывчивый, что умеет так сладострастно стонать, трепетать ресницами и похотливо выгибаться, подставляясь под ласку, что не оттолкнёт, когда Яртетис бесцеремонно полезет языком в самое сокровенное, а только раздвинет ноги, чтобы ему было удобней. Ярику невыносимо, до ломоты в яйцах захотелось ему засадить. Проникнуть членом в тугую дырочку, которая даже под напором умелого языка как следует не раскрылась — всё же муж редко бывает снизу. Увидеть его глаза, когда Яр будет его ебать. Услышать хриплое, сбивчивое дыхание, горячие стоны и просьбы: «ещё», «давай, Ярик, сильнее». Он бы полжизни отдал за то, чтобы трахнуть Вову. Он был уже готов, но… в последний момент зассал. Насадился сам на его исполинский хер, предварительно как следует смазав. В принципе, тоже получилось неплохо. В смысле — великолепно. — О чём ты думаешь, Яртетис? — с улыбкой поинтересовался Владимир. Они оба кончили, но Ярик не торопился с него слезать. Было приятно чувствовать его опавший член внутри себя. — У тебя сейчас такое серьёзное и сосредоточенное лицо, будто ты решаешь какие-то проблемы вселенского масштаба. — Я думаю о том, что ты можешь сказать, — признался Яртетис. — Что всё, что между нами было вчера и сегодня, не повторится. Что это был твой подарок мне в награду за так называемое спасение. — Не угадал, — фыркнул муж, — я скажу, что тебе пора перестать быть маленьким трусливым зайчонком. И что это всё повторится и не раз. Я люблю разный секс, и не собираюсь себя ни в чём ограничивать. И когда меня ласкают, тоже люблю. Когда это уместно, разумеется, а не посреди жёсткого порева. Более того, скажу — что ты охуенный любовник, мне всё очень понравилось. Думаю, ты заслужил ещё одну награду. Но не сейчас, получишь её потом. Сейчас мы пойдём есть, умираю от голода.