-Мы ещё живы?...

Сигарета дотлела до фильтра. Окурок полетел в мусорку, стоящую в углу спортивной раздевалки.

Вдох-выдох.

Терпкий запах тяжёлого табака заполнил и без того душное помещение. Небольшая тёмная комнатка, служившая лишь для быстрой смены одежды и небольшого душа, сейчас вся пропахла дымом. Приглушённый свет едва освещал раздевалку, ещё больше нагнетая тяжёлую атмосферу, которая не позволяла вдохнуть полной грудью и впустить долгожданный свежий воздух в истерзанные лёгкие. Волнует ли это кого-то? Возможно. Скорее всего, спортсмены будут категорически против запаха сигарет в Гнезде, но, к большому сожалению, это не волнует блондина, который, убрав пачку с зажигалкой в карман, вышел в коридор из раздевалки. Такой же тёмный коридор встретил Миньярда разными звуками: слева доносились звуки мячей, что с силой отбивались от плексигласа и со свистом летали из угла в угол, и крики игроков, которые, выкрикивая команды, перемещались по всему полю, справа же доносилась лёгкая, негромкая музыка, смех Лисов и приятный запах шоколадных маффинов, что так манили к себе. Что ж… Там хотя бы есть шанс найти что-нибудь сладкое, что поможет выбраться из пучины отчаянья и нескончаемых вопросов, которые с новой силой начали крутиться в голове, надавливая на и без того воспалённые нервы.

Вдох-выдох.

Шаг за шагом.

Миньярд шёл лёгкой поступью по коридору, невесомо шагая по ковровому покрытию и практически не создавая шума.

Вдох-выдох.

Что он хотел увидеть, когда заходил на кухню Воронов? Возможно, он хотел увидеть свою семью, что была в полном порядке и под опекой Рене. Не исключено, что он желал увидеть всю команду в какой-то своей и только ему понятной эгоистической манере. Но он совершенно не ожидал увидеть это. Что вообще происходит на этой чёртовой кухне? Да, окей, хорошо. Глубокий вдох, нужно успокоиться. Первым, что сразу же бросилось в глаза третьего номера, был стол. Обычный, ничем не примечательный стол из тёмного дуба. Такие столы повсюду, ну что же в нём может быть особенного? Верно, в нём — ничего. Если только в этот момент на столе не стоит сам "великий" Кевин Дэй чуть ли не в обнимку с Бойдом и не пытается удержать падающую люстру, пока второй вкручивает новые лампочки. Что ж, ладно. Слегка отведя взгляд, Миньярд смог увидеть своего кузена, который вилял бёдрами под спокойный ритм музыки, что заполняла пространство кухни. Хэммик стоял на чёрной лакированной барной стойке, что находилась с правой части большой вороньей кухни. Проходясь своими ладонями по телу, прикрытому лишь ярко-оранжевой футболкой и такими же ужасно яркими шортами, а также плавно двигаясь на стойке, Николас иногда смеялся с каких-то комментариев со стороны капитана Стервятников и защитника Лисов — Элисон. Двое игроков, весело смеясь и снимая это всё на телефон, иногда подкидывали к ногам Хэммика купюры денег с достаточно большим номиналом. В стороне от этого импровизированного шоу, насупившись, сидел Гордон и, обнимая откуда-то взявшуюся плюшевую игрушку в виде рыжего кота, наблюдал за происходящим, кидая едкие комментарии в сторону Ники, Лисов и всего радужно-гейского в принципе. Эндрю должен признать, что его любвеобильный-кузен-гей, на удивление, очень даже неплохо двигался под ритм музыки, привлекая к себе внимание. Из размышлений и попыток понять, что здесь происходит, Миньярда вывел звонкий детский смех, что эхом разнёсся по кухне. Слегка заторможенно, третий номер всё же перевёл взгляд в другую часть кухни, практически застыв на месте. Эндрю может поклясться, что был готов увидеть ребёнка, как никак, смех все-таки детский. Он был готов увидеть несколько детей. Да он бы даже не удивился если бы увидел ребёнка и двух незнакомых ему людей, которые представились бы его родителями, начиная читать нотацию какому-нибудь глупому Хэммику, что при ребёнке пытается танцевать свой неумелый недостриптиз. Но он точно не был готов увидеть это... Рыжий дьявол, сидя на небольшом диванчике, спокойно попивал янтарный напиток из стакана, в котором тихо постукивали о стенки кусочки льда, в то время как маленькая девочка с чёрными, словно смоль, косичками сидела у него на коленях и что-то весело щебетала о птицах вместе с... Аароном?.. Что? Почему его неудавшаяся копия сейчас сидит рядом с голубоглазым бедствием и говорит о гребаных птицах с каким-то ребёнком? Что, блять-вашу-мать-черт-побери-и-множество-другого, происходит?! Видимо, его замешательство всё же заметили, потому что в этот же момент перед глазами появилась, боже-сохрани-эту-внимательную-христианку, Рене. Девушка мягко улыбнулась Миньярду, заглядывая в глаза. — Эндрю? Сфокусировав свой взгляд на втором голкипере Лисов, блондин наконец смог выдавить из себя слова и впустить в лёгкие воздух вместе с приятным шоколадным запахом, который немного отдавал пряностями и апельсинами: — О, милая самаритянка, что здесь происходит? — Миньярд многозначительно повёл глазами в сторону своей копии. — Ох, ты же ещё не знаешь... — Девушка, мило улыбнувшись, зацепила рукой край формы третьего номера, привлекая идти за ней. — Её зовут Мей, будь вежлив. На это он лишь фыркнул, но покорно пошёл за Уокер. Первым их приближение заметил рыжий бес, который, поставив стакан, смерил Миньярда спокойным взглядом. Пронзительные голубые омуты манили к себе, при этом останавливая на месте и не давая спокойно двигаться. Создавалось такое впечатление, будто сделаешь один шаг и будешь выпотрошен на месте. Сейчас Натаниэль представлял из себя не просто человека, не просто игрока, не просто Дьявола. Сейчас это был сторожевой пёс — Цербер, что был готов в любой момент сорваться с цепи и вонзить свои острые клыки прямиком тебе в глотку просто из-за того, что ты косо посмотришь в его сторону, а если зайдёшь на его территорию — проживёшь не дольше секунды. Что бы Рыжик не увидел в Миньярде — его эмоции, глаза или саму душу — это достаточно удовлетворило его, из-за чего яростный огонь потух в глазах так же быстро, как и появился. Этот огонь мог спалить до тла не только кухню Воронов, но и весь чёртов Эвермор. На замену беспощадному огню и холодной ярости, пришёл покой и… нежность? Да, это была она, сама матушка-нежность, с которой Дьявол смотрел на Жана и Кевина в их первую встречу после нескольких мучительных лет разлуки. Это была та самая нежность, с которой дьявол обычно наблюдал за игрой своих сокомандников. Это была та самая нежность, с которой рыжик обычно готовил обед своим Стервятникам и иногда Лисам. Это была та самая нежность, с которой он буквально минуту назад смотрел на девочку у себя на коленях. И теперь он также смотрит на Эндрю. Глаза в глаза. Голубые в карие. Холодные ледники с теплом смотрят в пустые медовые с золотым отблеском. Эта минутная заминка стоила Миньярду самоконтроля. Блондин хотел потеряться, полностью окунуться в это мгновение, которое дарило спокойствие и утешение. Он хотел забыться в этих омутах, что были готовы защищать своё и не готовы расставаться с ним. Он хотел стать его… Медленно моргнув, третий номер Лисов сделал несколько шагов вперёд, проходя за Рене и аккуратно ступая на территорию беса, границы которой казались так отчётливы в этот злополучный момент. Так же медленно, словно ощупывая почву, Эндрю опустил взгляд и сразу же наткнулся на округлившиеся тёмные глазки малышки, которая, сидя на коленях дьявола, держала маленькие ручки в больших и тёплых ладонях Аарона. — Двойник! Аари, это твой двойник! – Девочка, хлопая большими пушистыми ресничками, переводила взгляд с одного близнеца на другого, практически моментально находя отличия и слегка хмурясь. Бес, на удивление самого Миньярда-того-что-с-ножами, лишь тихо фыркнул, отводя взгляд в сторону и придерживая малышку, чтобы та не скатилась с его колен. Аарон, выпустив из своих мазолистых рук ладони ребёнка, резко подорвался, поворачиваясь к брату и сразу проходясь изучающим взглядом по своему «двойнику». Близнецы цепляются глазами друг за друга так, как будто в первый раз увидели своего прямого родственника. Эндрю не знал точно, что именно его брат хотел найти в нём: то ли отголоски прошлой панической атаки, то ли, как будущий врач, искал любые физические увечья на и без того истерзанном теле. А, возможно, он, как последняя мразь, искал признаки агрессии, которая сопровождала его брата со дня знакомства. Третий номер впервые в жизни не мог прочитать ни одной эмоции брата, не смог залезть в его голову, предугадывая мысли и действия. Ему стало не по себе от такого Аарона — расчётливого, серьёзного и взволнованного. От Аарона, который переживал за семью. От Аарона, который переживал за близнеца. Да, пятый номер Лис мог переживать за своего кузена, который достаточно часто находил приключения на свой неуклюжий зад. Да, он мог переживать и за Лисичку, ту самую черлидершу из группы поддержки. Да он даже мог переживать за королеву драмы – Кевина Дэя! Но он никогда не показывал своё волнение за близнеца… На то было слишком много причин, и Эндрю понимал это. Он в красках помнил, как через несколько месяцев после знакомства убил его мать. В его памяти отпечатался образ того разбитого и потерянного брата. Он прекрасно помнил, как позже ломал его. Ломал Аарона в их общей ванне, в доме Колумбии. Помнит те страшные крики и мольбы о помощи. Он видел, как скручивало всё тело брата, видел, как трещал мозг Аарона и весь его организм, прося о новой дозе наркотиков. И помнил тот вид близнеца, который, кажется, на подкорке сознания навеки засел в голове у Эндрю: худой, измученный и практически убитый, просящий лишь о быстрой смерти. Помнил, как заключал сделку со своим братом, и помнил крики негодования. Он помнил всё это. Миньярд понимал, что защитник видит в нём лишь стену, за которой можно спрятаться в случае опасности, и монстра — монстра, что убивал. Монстра, что своими руками ломал судьбу собственного брата. Аарон видел монстра в своём близнеце. А сейчас? Что же происходит сейчас? Пятый номер место себе найти не может. Переступает с ноги на ногу, прикусывает щёку, быстро моргает, проходясь взглядом по всему телу своей копии. Волнуется. Переживает. Почему? Почему Аарон сейчас беспокоится? Тем более за кого? За Эндрю, который в очередной раз причинил боль брату? За Миньярда, который сейчас прожигал дыру в перебинтованном запястье брата? Именно вратарь полоснул по нему ножом тогда на корте. Он снова не сдержался, показал слабость, из-за чего Аарону сейчас больно и неспокойно. Чёрт. — Эндрю? — неуверенный и чуть дрожащий голос брата вывел третий номер из ступора, заставляя вновь взглянуть в карамельные глаза напротив. — Аарон, — голос оказался на удивление мягким и хриплым, как будто им долгое время не пользовались, а после начали тихо шептать успокаивающие слова. — Ох, что ж... Эндрю. Ты не... Я имею в виду, всё хорошо? Всё в порядке? Было видно, как защитник Лисов накрутил себя, только непонятно из-за чего. Всерьёз переживал? Вряд ли...Хотя Эндрю обязательно поговорит с Добсон об этом на их еженедельном сеансе, который из-за сборов был перенесён со среды на субботу. — Успокойся.— Не так он хотел прекратить мямли брата, но ладно. Это не было приказом, скорее, это подразумевалось как просьба, но кто сказал, что просьба Миньярда — это такая же просьба как остальных? — Я в норме. —Аарон кивнул, облегченно выдыхая, но не успел он открыть и рта, как вратарь продолжил: — Сильно болит? Казалось, вопрос выбил у защитника землю из под ног, на которую он встал, после положительного ответа близнеца. Увидев замешательство в глазах напротив, Эндрю неопределённо махнул на перебинтованное запястье. — Ох. Да. Ничего страшного. Уже всё обработали. Утвердительный слабый кивок — это всё, что увидел Аарон, перед тем как вернуть своё внимание малышке, которая внимательно слушала Рене и Натаниэля, которые рассказывали про близнецов. Кажется, Эндрю тоже с интересом наблюдал за мыслительным процессом девочки, которая очень мило хмурила бровки и кусала нижнюю губу. — То есть... они родные братья, которые родились одновременно от одной матери?— Та с недоверием посмотрела на Миньярдов, получив кивки от обоих и тихие "да", "ты права" от Уокер и Ната. — Помнишь, я говорил, что птицы откладывают несколько яиц? — начал говорить Аарон, садясь обратно перед девочкой. — Так вот, когда вылупляются птенцы, они считаются родными братьями и сёстрами, так? — Утвердительный кивок. — а теперь представь, что из одного яйца вылупились два птенчика. Казалось, Мей и правда это представила, глубоко задумываясь об этом, но после десяти секунд молчания она резко хлопнула в ладоши, привлекая к себе внимание всей комнаты: — Я поняла! Тогда они считаются близнецами! Утвердительный кивок Аарона и насмешливое хмыканье от Эндрю — это всё, что получила девочка от братьев после своих умозаключений. Невесть откуда взявшийся Хэммик начал громко хлопать в ладоши, тем самым пугая присутствующих: — Да, детка! Меньшего я от тебя и не ожидал! Ты умница! — Николас, — чуть хриплый и грубый голос Натаниэля прервал радостные и громкие высказывания Лиса, — я просил же быть тише. — Прости-прости! — Защитник поднял руки в защитном жесте а-ля «я больше не буду». — Это всё, конечно, мило, но никого не смущает, что Аарон разговаривал с ребёнком о птицах? — Гордон, встав со своего тёплого и насиженного места, подошёл ближе и отдал игрушку рыжего кота в руки малышки, тихо сидевшей на коленях Веснински и внимательно наблюдавшей за действиями игроков с нескрываемым весельем в глазах. — Ой. В отличие от тебя, у меня есть, что рассказать ребёнку. — Вот тот самый милый раздражённый Аарон, ура-ура. — Да-да, он хотя бы не будет учить её употреблять наркотики! — гоготнул Хэммик в поддержку брата. — Слышь, пидр... — не успел Гордон сказать что-то ещё, как ему сделали подсечку, и он с грохотом упал на пол. — Сет-Сет-Сет... — Натаниэль, поставив девочку на пол около Даё, встал над упавшим Лисом, с превосходством возвышаясь над тем. — Я же предупреждал не использовать такие слова при ребёнке. — Да что ты сделаешь?! — Шестой номер, вскочив на ноги, с вызовом уставился на рыжего, слегка наклоняя голову вниз, чтобы быть с ним на одном уровне. — Ты просто маленький слабый нападающий. Ох, видит Эндрю: будь его воля, он бы давно прирезал Гордона, хотя, не будь здесь девочки, Натаниэль бы уже спокойно разрезал труп Лиса по кусочкам, напевая какую-нибудь милую мелодию. Но, к сожалению Миньярда и к большому счастью для Сета, Рене встала между нападающими, примирительно и мило улыбнувшись. — Мальчики, во-первых, давайте не при ребёнке, а во-вторых, я уверена, что Сет не хотел ничего говорить. Девушка добродушно улыбнулась разгоряченному дьяволу и схватила Гордона за запястье, сжимая его, чтобы он не смел открыть даже рта. Иначе, видит Бог, прольётся кровь... Парни, сверля друг друга тяжёлыми взглядами, практически одновременно фыркнули, расходясь в разные стороны. Интересно, они знали, как сильно в этот момент были похожи на детей? Что ж... Пусть остаются в добром неведении. Девочка, стоявшая подле Даё и державшая его за руку, слегка нахмурилась, указав на Гордона и привлеча всеобщее внимание к своей персоне: — Ты бука. И слова взрослые говоришь. Ники и Элисон, не сдержав смешки, с интересом смотрели за этой сценой, пока остальные присутствующие прятали улыбки и тихий смех, маскируя его под кашель. — Прости? — Гордон, хмурясь, посмотрел на девочку и встал напротив неё. — Папа говорит, что такие слова говорят только плохие и невежественные взрослые. Лисы с нескрываемым весельем наблюдали за ребёнком и непонимающим Сетом, в то время пока стервятники гордо смотрели на малышку и кивали. — Это.. Это не так... Я очень даже вежливый! — оскорбленно воскликнул шестой номер, ошарашенно смотря на Мей. — Да, он такой! — не дожидаясь новой перепалки, практически хором крикнули несколько Лисиц. Девочка недовольно и недоверчиво нахмурилась, твёрдо и с какой-то грубостью кратко ответив: — Нет. После этого короткого слова дружелюбная атмосфера чуть дрогнула, а Лисы всерьёз и по-новому взглянули на малышку, разглядывая её под новым углом. Да, она не была похожа на дьявола. Да, они уже узнали, что это не его родная дочка, но то, что воспитывалась она под руководством стервятников и некого "отца", было бесспорно. Некоторые бы и не провели параллели, но хмурилась и отвечала, она точно так же, как и дьявол. Между бровками пролегала одна единственная складочка, что выглядела мило и одновременно устрашающе. Нет, не подумайте, Лисы ни в коем разе не боялись девочки, но они сразу осознали, что за ней стоят могущественные люди, которые из-за одного её слова, могут пройти через горы. Это было видно. Это было заметно. Мей была ещё мала. Она была невысокая и ей было всего лишь пять лет, но она знала своё место. Она знала, чего достойна. Она была умной. Миньярд сразу это уловил, ещё когда она оценивающим взглядом прошлась по всему его телу. Для пятилетки в её глазах было слишком много осознания этой жизни и так же много размышлений. Она была угрозой. Такой же угрозой, как и её так называемый "папочка" и, похоже, такая же угроза, как и её настоящий отец. В одну секунду она могла громко смеяться над Аароном и спорить о различных видах птиц, а в другое она спокойно могла дать отпор неуравновешанному и вспыльчивому Гордону. А то, как она твёрдо могла отказывать и говорить: "Нет", тоже повергло в шок игроков Пальметто. Как только они зашли на кухню, Николас сразу предложил малышке пачку мармеладных мишек. Вы бы видели эти глазки, округлившиеся от удивления и непонимания, но лишь спустя секунду они стали серьёзными и в какой-то степени холодными. Она внимательно посмотрела на Хэммика осуждающим взглядом, как будто отчитывала нашкодившего щенка и спокойно ответила: — Ники, нельзя перебивать аппетит сладостями. И это сказал ребёнок. Пятилетний, мать вашу, ребёнок. Обычно дети за любую конфетку могли закатить истерику и требовать своё, пока не получат желаемого или наказание за своё поведение. Только тогда они останавливаются и чаще всего успокаиваются. Самое смешное, что именно Ники был похож на ребёнка, которого наказали, а не сама девочка, которая, получив одобрительный кивок от дьявола, пошла за Даё в сторону холодильника. Что ж, это действительно интересно. — Но... — Гордон снова не успел связать и несколько слов, как его перебил громкий смех девушек, которые с улыбками зашли на кухню. Дэн и Киека шли вместе, чуть ли не в обнимку, держа в руках несколько пакетов сока. — Вы не представляете какое злое лицо было у Рико! Как будто он раньше не знал, что у него есть племянница. — Дэн, тяжело дыша от смеха, поставила сок на стол, смотря на своих слегка ошарашенных Лис. — Так он и не знал. — Ино ярко улыбнувшись, тоже поставила сок на стол, придерживая подругу за талию, пока та содрагалась в безвучном смехе. — Ри-чан? — Девочка подняла взгляд на Натаниэля, в ответ тот лишь гордо хмыкнул. — Он не достоин тебя, солнышко. — Подняв на руки малышку, тот пошёл ближе к столу, чтобы налить сока. Побледневший, словно стена, Кевин по-совиному посмотрел на Рина, который остался вместе с охреневшими Лисами: — Племянница Рико? — Ну да. Мы разве вам не сказали? — Нет. Вы сказали, что это не ваша родная дочь, и всё. — Гордон встрял в разговор. — А, Мей — дочка Ичиро Мориямы. — Даё, спокойно пожал плечами и, не дожидаясь реакции, пошёл ближе к столу, на котором уже стояли тарелки и свежие горячие маффины дьявола. — Что?! — Лисы практически вскрикнули, но после хмурого взгляда беса быстро заткнулись, садясь за один стол к остальным. Эндрю глубоко задумался о чём-то своём, внимательно наблюдая за девочкой, которая теперь казалась в его глазах не просто угрозой, нет, она была опасностью. За ней стояли более могущественные люди, которых он мог представить, хотя, будем честны, Натаниэль Веснински один, может стоить сотню "могущественных людей". Не раз дьявол это показывал и доказывал своей твёрдой и ровной осанкой, что сама кричит о его превосходстве и власти, то, как он буквально за несколько минут поставил Рико на место, и то, как он непринуждённо общался с Лордом Морияма. Миньярд сам должен был понять, что и девочка, которую бес будет защищать и воспитывать, не будет так проста, как обычные дети. Благодаря шумному Хэммику, недовольным Гордону и Аарону и весёлым Дэн с Киекой за столом прошла та тяжёлая и гнетущая атмосфера, что образовалась после слов: "Мей — дочь Ичиро Мориямы". Теперь было как обычно шумно. За столом в разные стороны то и дело летала еда и, Боже, даже малышка весело смеялась, когда мармеладный червячок с характерным звуком ударился о лицо Сета. Несмотря на весь хаос, что царил на кухне, ни один из Лисов не позволял себе бранного слова в присутствии девочки. Эндрю, наблюдая за всем этим, разламывал очередной маффин на маленькие кусочки, когда услышал спокойный голос дьявола у себя рядом с ухом: — Сегодня вечером, после тренировки, за вами приедет тренер и заберет на все выходные. Подавив в себе желание заскулить от бархатного тембра и тёплого дыхания у себя на коже, Миньярд раздражённо посмотрел на Веснински. — Я знаю, идиот. — Хорошо. — довольно ухмыльнувшись на реакцию психа, которая последовала после его действий, дьявол наклонился чуть ниже. — Тогда какие планы? — голос приобрёл едва заметные отголоски веселья после того, как на шее Эндрю начал появляться едва заметный румянец. Не успел голкипер открыть и рот, как их прервал громкий писк Ники: — Эндрю, Эндрю, молю! Скажи, что мы поедем в Колумбию! Веснински резко отстранился, в то время как Миньярд снова подавил в себе желание разочарованно фыркнуть от потери тепла. — Да, Ники, мы поедем. Радостный вопль кузена — и стол снова начал общаться между собой, буквально забыв о вратаре Лисов и нападающем Стервятников, который опять наклонился ближе. — Колумбия? Что у вас в Колумбии? — Клуб, — сухо и чуть грубо отчеканил третий номер, запихивая небольшой кусочек маффина себе в рот. — Там что, настолько хорошо, чтобы ехать через штаты? — Приемлемо. — Что ж... Нужно будет тоже в воскресенье съездить... — задумчиво проворковал Веснински, вновь отстраняясь и возвращаясь к кексам. Эндрю старался игнорировать тепло, которое разливалось в теле от вида на такого домашнего и уютного Натаниэля, что накормил всю его команду, при этом ещё и оценивая предпочтение каждого, чтобы в следующий раз готовить то, что нравится Лисам. Это означало, что голкипер ещё не раз сможет насладиться едой дьявола и его присутствием рядом...