Карамельное пиво

Чонгук смотрит в зеркало в прихожей, оценивая свой унылый вид. «Возможно, этот ужин откроет тебе глаза.» — язвительно повторяет он про себя слова старшего брата. Потихоньку приходит понимание, что тот против их отношений. «Какие отношения, господи, Чонгук? На ужине он будет с невестой.» Да-да, он знает. Ему все равно. Однако, в белой рубашке он смотрится лучше, чем смотрелась бы в белом платье та женщина. А обтягивающие задницу черные джинсы, дырявые на коленях точно соблазнят кое-кого. Потому как это не впервой. Когда на телефон приходит уведомление, что такси уже приехало, он надевает сверху чёрную кожанку и выходит. На улице солнечная погода. Что не радует совершенно. Ужин накрывают в квартире молодожёнов. Чонгук понял смысл в аренде другой хаты, но мысли о том, для чего именно, вызывает тошноту. Доезжает он быстрее, чем хотелось бы. Поднимается на нужный этаж. Дверь открывает хозяин квартиры. Они с минуту разглядывают друг друга — Тэхён лицо и ноги, Чонгук всего сразу, но в первую очередь губы — не опухли ли от чужих поцелуев, слава богу — нет. Иначе истерики было бы не избежать. Он заходит в квартиру и сразу же впивается поцелуем, крепко обнимая за шею. Чонгук не видел своего хёна бесконечные два дня. Из гостиной доносятся голоса и шум столовых приборов о тарелки. Младший дышит через нос, вдыхая аромат карамельной кожи, чувствует увлажняющий крем, гель для бритья и парфюм. Чёртово комбо, которое сносит крышу каждый раз. Тэхён не даёт долго его целовать. Воровато оборачивается в коридор и хмуро смотрит на младшего. Собирается отругать за распухшие теперь губы, но Чонгук целует снова на этот раз специально кусая нижнюю. Тэхён шипит тихонько и сдавливает чужую талию до боли. Чонгук откровенно наслаждается. — Раздевайся, — имеется ввиду кожанка. — Так сразу? Повеселиться не дают — Тэхён смотрит на последок своими серьезными глазами и уходит обратно к гостям, оповещая, что опоздавший наконец прибыл, тот довольно усмехается.

***

За большим столом, который фиг знает откуда взялся, сидят не только жених с невестой и брат с братом — ещё два весёлых долбаёба, с которыми Чонгук в целом и проводит ужин, жаль третьего нет, тот затерялся в клубе. Ужин, кстати, отвратительный. Чонгук ловит на себе долгие внимательные взгляды карих глаз. И такие же внимательные, но строгие — брата. Если честно — до пизды. Кстати об этом. Невеста поймала его на кухне, когда он вливал в себя второй стакан воды — свинина была пересолена. Дженни на самом деле была красивой женщиной, с доброй улыбкой и прочими прелестями порядочной и хорошей жены. Дескать, тот самый лучший выбор. Но Чонгук, хоть и понимал все это, почему-то не мог сам себе признаться в том, что не хочет для Тэхёна такого счастья. Не хочет, что бы рядом с его мужчиной была там какая-то женщина. Он вам, что шутка? На кухне эта полоумная рассказывает вдруг о том, что она рада, что у ее будущего мужа, есть такой младшенький Чонгук. Мол, учится ладить с детьми — в будущем пригодится, которое не за горами. Смешная. Вот что думает сам Чонгук. Ему становится веселее, когда на кухню заходит Тэхён. Тот настороженно подходит, кладет руку на женскую талию и натянуто улыбается, спрашивает, о чем это они тут секретничают. Младший безразлично бросает, что о его будущих детях и оставляет их одних. Уходит в ванную, чтобы привести себя в порядок, умывается холодной водой, а когда выпрямляется, через зеркало видит, как Тэхён закрывает дверь изнутри. Разворачивает младшего к себе, прижимая к раковине. Шипит в губы, взяв чужое мокрое лицо в ладони. — Это ещё что за выходка? — Ты о детях? — Чонгук совершенно не сопротивляется чужим прикосновениям, а лишь ухмыляется. — Я о твоих джинсах. — Чимин ждёт меня в клубе. Тэхён выгибает бровь, но ничего не говорит, только целует жёстко и напористо мокрые от воды губы, и понимает что стал сумасшедшим от этих губ, от этих чужих вздохов в поцелуй, от этого Чонгука. Понимает что сам готов прямо сейчас закатить истерику, потому что какой нахрен клуб?! — Хочешь, покажу кое-что? — шепчет младший, убирает чужую ладонь со своего лица, плавно проводит ей по собственной груди, заводя за спину на ягодицы, сквозь джинсы давит чужими пальцами между половинок и тихонько стонет, потому что анальная пробка вошла глубже. Тэхён яростно смотрит в глаза, пытается побороть гнев. Чувствует очертания камушка и снова давит на пробку, заставляя Чонгука подскочить на носочки, закусив губу. И снова, и снова. Пока младший не отталкивает старшего с силой, что тот бьётся об дверь. Он смотрит на Чонгука туманным пьяным взглядом, снова приближается, хватаясь за тонкую талию, и сажает на стиральную машинку, плотно прижимая к себе, снова глубоко целует, сжимает чонгуков пах и ловит ртом глухой стон. — А знаешь для чего я собрался в клуб с этой штучкой? Специально выводит из себя. Бесит неимоверно, хочется просто придушить, чтобы не мучиться самому. Тэхён зло рычит сквозь сжатые зубы, хватает младшего за волосы на затылке, натягивает сильно, чтобы голову задрал, и сильно кусает в шею, второй рукой расстёгивая чужой ремень. Он слышит как Чонгук тихо смеётся, чувствует руки на собственных спортивных штанах, которые спускают до колен, впивается губами в бледную шею, когда чонгукова ладонь плотно обхватывает уже твердый член и начинает быстро водить по стволу. Снова рычит, кусает до синяков, а когда наконец справляется с ширинкой, то сдергивает узкие джинсы и садит голой задницей обратно на белую поверхность. Гладит нежные худые ноги, разводит их шире, одну ставит на раковину другую держит сам, обводит пальцем красный анальный камушек и аккуратно достаёт. Из очень хорошо растянутой дырочки вытекает смазка, Тэхён собирает ее пальцем и размазывает по собственному члену и, глядя младшему в глаза, медленно входит до упора. — Сучка, — шипит в розовые улыбающиеся губы, целует и начинает жёстко трахать, резко и, до мурашек по всему телу, приятно. Чонгук как может сдерживает рвущиеся наружу откровенные стоны удовольствия, но получается худо-бедно. Машинка ходит ходуном и неприятно стучит об стенку позади. — Я скоро выдеру тебя так, что ты ходить не сможешь, понял? — прямо в ухо горячим злым шёпотом. Чонгук громко стонет, не сдерживается, шумно вдыхает носом воздух, когда его рот зажимают ладонью, шею снова атакуют зубы и губы, оставляя яркие следы. Похуй совершенно, что скажут те люди за дверью. Тэхён не может иначе. Он придерживает младшего под поясницей, трахает быстро, и даже как то отчаянно, не обращая внимания на громкий стук в дверь, он ускоряется наоборот, чувствуя, как Чонгук сжимается вокруг него, он продолжает стонать сквозь ладонь, член внутри неустанно задевает простату, он дрожит мелко, царапая чужие плечи под футболкой, получая очередной яркий засос. В дверь начинают долбиться, а Тэхёну плевать. Они кончают одновременно.

***

Тяжёлые биты музыки, светодиоды и всякие идиоты, которые считают себя звездой вечеринки. Уши закладывает. В крови количество алкоголя достигло фатальной отметки. Чонгук в самом центре танцпола, совершенно в забытье, отпускает свою душу и разум. Но только на пару часов. Все вокруг него цепляют глазами идеальную фигуру, сексуальное тело и его откровенные движения. Каждый и каждая хочет получить внимания. Чонгук чувствует на себе чужие руки, женские накрашенные губы и его начинает тошнить. Он ловко изворачивается, продолжает танцевать с закрытыми глазами, поднимая руки к прожекторам. Он почти забыл, как сбежал из квартиры. Цель на сегодня весьма впечатляющая. Игра в прятки. Или кошки-мышки… кот и мышонок. Кот к слову установил рекорд по количеству пропущенных звонков за ночь — аж двадцать восемь. От брата впрочем, не меньше. Перед глазами в ярких цветастых вспышках света появляется лицо Чимина, он кладет горячую ладонь на чонгукову шею, притягивая ближе, чтобы громко прокричать в ухо: — Свадьба отменяется? Чонгук ничего не отвечает. Ухмыляется, с загадочной улыбкой и закрытыми глазами. Через пару часов его силы уже на исходе. Сзади к нему уже минут пятнадцать клеится какой-то мужик, пытаясь соблазнить, и несколько раз порывался утащить в туалет. И как раз после очередного отказа, впился в шею губами, а руками в задницу. Получил по яйцам коленкой. Перед глазами снова маячит Чимин, что-то отчаянно пытается втюхать в пьяную голову, но Чонгук ничего не понимает. Ему душно, его тошнит и кружится голова. А на талии снова появляются руки. Холодные и сильные. Кот его нашёл. Он расслабленно наваливается спиной на чужую грудь, улыбается. Теперь можно отключаться.