Don't call me Sweetheart

      На закате четвертого дня приезда Джордж впервые ступил на теплый флоридский песок. Вечер был прелестен, даже несмотря на то, что друзья весь день проторчали у Клэя дома из-за ужасно жаркой погоды. Но температура немного спала, и у моря поднялся освежающий бриз.       — Слава богам, прохлада, — Клэй закинул руки за голову, потягиваясь. Они с Джорджем гуляли по пляжу у самой воды, так близко друг к другу, что костяшки пальцев Клэя иногда случайно касались пальцев своего спутника. Ленивый теплый прибой порой доставал им до лодыжек, оставляя солоноватую пленку.       — Мне все еще жарко, — пожаловался Джордж. Клэй хмыкнул и засунул руки в карманы.       — Привыкнешь.       — Ты так говоришь, потому что вырос в такой погоде.       — Можно подумать, в Англии не бывает жарко.       — Не то чтобы совсем не бывает, но не настолько же! Честно, у меня ощущение, что меня поджаривают заживо или что-то типа того, — возмутился Джордж. Смех Клэя слился с шипением волн.       — Ладно, ладно, дитя-переросток. Подожди здесь, я скоро приду.       Джордж проводил уходящего Клэя непонимающим взглядом: — Ты что, просто бросишь меня здесь?       — Ой, да все будет хорошо! — заверил его Клэй, помахав рукой.       — Откуда ты знаешь? Я в, черт побери, Флориде, и слышал разные слухи! — крикнул Джордж в ответ, делая несколько уверенных шагов в сторону друга, но Клэй повернулся к нему и двинулся спиной вперед. Он будто отступал, до последнего пытаясь уверить не на шутку встревоженного маленького мальчика в том, что за пять минут его никто не съест.       — Просто. Подожди. Здесь. Глазом не успеешь моргнуть, а я уже вернусь, — сказал Клэй, хитро усмехнувшись, — Просто не говори с алкашами, и все будет чики-пуки!       Джордж проследил, как его друг дошел до обочины и куда-то ушел. Он действительно взял и бросил Джорджа, иностранца, на флоридском пляже наедине с самим собой. Ну и что, что на несколько минут. Многое может случиться за несколько минут. Его могли похитить за несколько минут.       Джордж раздраженно вздохнул и сел на мягкий песок, уставившись на синеву моря. Было даже как-то странно думать, что у Клэя был тот же океан, что они любовались одними и теми же водами в разных точках планеты. Но здесь океан был другой: более открытый, что ли, светлый, свободный. Не то, что в Англии: мрачный, серый и хмурый, больше похожий на простую декорацию. Кто-то вообще купался в северных морях?       Джордж вдохнул солоноватый воздух полной грудью, наблюдая за тем, как на линии горизонта сильный порыв ветра растянул окрашенные в желтый пушистые облака. Они неохотно поплыли над водой, тая, как упавшая в воду сладкая вата. Кажется, даже несмотря на то, что Джордж опасался — ладно, боялся — таинственной Флориды, ему точно будет ее не хватать. На Клэя у него осталось всего несколько дней, потом — рейс обратно в Лондон. Скучный, серый и дождливый холодный Лондон. В котором нет дружелюбного моря, нет желтого, словно пушок цыпленка, песка, и нет Клэя. Как будто Флорида — парк развлечений, из которого надо возвращаться в обычную надоевшую квартиру.       — О чем задумался? — голос Клэя раздавался откуда-то сверху. Джордж запрокинул голову назад, чтобы посмотреть своему другу в его изумрудные наглые глаза. Вздумал пугать еще. В руках американец держал две высокие кружки.       — Ничего особенного. Что ты принес? — спросил Джордж. Он взял одну из кружек, чтобы Клэй мог сесть рядом с ним.       — Милкшейки!       — И это то, ради чего ты меня бросил? Милкшейки?       — Пф, не бросал я тебя, — Клэй закатил глаза и пихнул Джорджа локтем. — Просто я только тогда понял, куда именно мы пришли, и решил преподнести нам обоим достойное угощение после столь изматывающего жаркого дня.       — Звучишь как паренек из рекламы, — усмехнулся Джордж.       — Приму как комплимент. Но попробуй милкшейк, они классные.       — Знаю, я люблю милкшейки.       — Но этот — особенный.       — В смысле?       — Разные виды бывают. Вот например- ладно, просто выпей его уже, пока он не растаял.       Джордж пожал плечами и сделал маленький глоток. Было неплохо, но на вкус он был точно такой же, как и все остальные, какие он пробовал раньше. Но, видя предвкушающее восхищение на лице Клэя, искренне улыбнулся.       — Это… это просто превосходно! — И, на самом деле, не то чтобы он много приврал.       Клэй улыбнулся во все тридцать два и повернулся к морю: — А я о чем?       Джордж хмыкнул, глотнул еще и тоже вернулся к созерцанию волн, бившихся о пологий песчаный берег: — Видок что надо, да?       Он заметил краем глаза, что Клэй мгновение изучал его лицо; зеленые глаза обвели его линию лица и тень улыбки на губах. Клэй опрокинул в себя почти половину кружки, прежде чем ответить.       — Джордж, ты же даже не видишь цветов.       — Мне не нужно. Я знаю, что он красив в любом цвете.       — То есть, ты преспокойно говоришь это закату, а мне ни в какую?       — Ну да, если бы я сказал это тебе, мне пришлось бы соврать, — парировал Джордж.       — Невероятно, у тебя же так хорошо получалось вчера.       — Не могу сказать о тебе того же. Впрочем, не только вчера.       — Джордж!       Джордж повернулся к Клэю с улыбкой, не выпуская изо рта трубочку: — Честное слово! Твой флирт откровенно бесит.       — Ты просто глупый, и не понимаешь его.       — Что ж, не я забыл забронировать своему другу отель.       Клэй усмехнулся, но не стал отвечать, снова устремив взгляд на море. Джордж был доволен, что последнее слово в разговоре осталось за ним, но было немного странно, что Клэй даже не попытался что-то отрицать. Обычно он был неотразим в затыкании Джорджа каким-нибудь ловко ввернутым словечком или фразой, но, похоже, делать этого фэйс-ту-фэйс он не собирался. А может, он просто устал после жаркого дня и не хотел спорить. Клэй же может хоть на миг побыть обычным двадцатилетним мужчиной, а не упрямым бараном с подозрением на харизму?       — Он сейчас светло-розовый, — Клэй прервал его мысли, задумчиво подбирая слова для оттенков и указывая куда-то за горизонт. — Но потом облака — они… ярко, ярко-оранжевые.       — Что?       — Солнце такое мягко-желтое, а небо над нами — такого, гм, глубинно-синего цвета…       — Клэй-       — …и краски отражаются на воде…       — Клэй! Чем ты вообще занимаешься? — спросил Джордж, повысив голос.       — Описываю небо для тебя, лапушка, конечно же.       Лицо Джорджа удивленно вытянулось: — Не называй меня так.       — С чего бы? Тебе не идут милашные прозвища?       — Да нет, наверное, идут. Но не когда ты их говоришь, — объяснил Джордж, делая долгий медленный глоток своего милкшейка. Он уже почти растаял, но британец сделал это, чтобы спрятать глупо расползающуюся до ушей улыбку. Да и бабочек в животе это бы утопило.       — Ты просто придуриваешься.       — Эй, не бесись только потому, что проигрываешь мне, — сказал Джордж, успокоившись. Его медленно, но верно начинало плавить — в хорошем смысле этого слова. Пусть прохладный бриз щекотал обнаженные руки и ноги в шортах, в этой почти невинной атмосфере ему было как никогда хорошо и спокойно.       Он откинулся спиной на песок и добавил: — А я ведь даже не флиртую.       — Боже правый, я не проигрываю. Я же читаю тебя как раскрытую книгу, бро.       Джордж закрыл глаза, ни на йоту не задетый этим высказыванием: — Не думаю, что ты и вправду можешь.       — Откуда знаешь?       Если бы Клэй и вправду знал, что флирт влиял на Джорджа очень и очень сильно, то сразу же прекратил бы. Ведь насколько Джордж знал — американца интересовали только девушки…       — Просто знаю, — с нажимом ответил Джордж, полностью успокоенный и убаюканный нагревшимся за день песком под ним и легким дуновением ветра над ним. Клэй откинулся на локти рядом, смотря, как солнце медленно скрывается за океаном.       — Я, кстати, даже никогда не видел розового или оранжевого, — сказал Джордж через несколько минут. Он сел, и его взгляд беспомощно застыл на Клэе, который расслабленно прикрыл глаза и сладко посапывал. Отворачиваться не хотелось. — Но я ценю то, что ты пытаешься мне их объяснить.       — Без проблем, друг.       Джордж задумался на секунду, размышляя, чем бы продолжить разговор: — Я буду просто весь покрыт песком после этого.       — Маленькая плата за бесконечное удовольствие, — Клэй открыл глаза, поймав долгий безмолвный зрительный контакт. Джордж почувствовал, как между ними проскользнул какой-то заряд, почти электрический, но он так и не понял, что это было. Он тряхнул головой, ссыпая с волос налипший песок.       — Джордж! — возмущенно усмехнулся Клэй, закрываясь от летящего в его сторону песка. Джордж ухмыльнулся и угрожающе наклонился в его сторону, затряся головой еще интенсивнее. Посыпался целый шелковый водопад.       — Это за «лапушку», — восторжествовал Джордж, гордо наблюдая за тем, как Клэй счищает песок с рубашки и шорт.       — Да ну? Тогда это, — он повернулся и начал быстро закапывать британца в песок, — за кидание песка в меня!       — Клэй! — Теперь уже очередь Джорджа возмущенно откапываться, не сдерживая улыбки. Он встал и двинулся к другу, угрожающе стряхивая песок с одежды, и Клэй, поняв намек, припустил в противоположную сторону.       — Джордж! — фраза оборвалась на середине, Клэй помчался по песчаному пляжу, застав ничего не ожидающего Джорджа врасплох. Британец ухмыльнулся и пустился вдогонку, как только невесомые песчинки осели и перестали кружиться перед глазами.       — А ну иди сюда! — Джордж протянул руку, чтобы вцепиться другу в рубашку, но схватил лишь воздух. Они бежали по самой кромке воды, взбивая ее пятками, как маленькие дети, и лишь выкрикивали имена друг друга, как призыв остановиться и признать поражение. Вдруг Клэй резко вильнул в сторону, и Джордж, не вписавшийся в поворот, поскользнулся на мокром песке, плюхнувшись головой в воду. Британец мгновенно поднялся и, откинув водоросль с лица, продолжил погоню за хихикающим другом, который даже забыл убежать, с новой силой. С победоносным воплем Джордж схватил Клэя за руку и прижал к себе. Американец вяло попытался вырваться, все продолжая смеяться, но Джордж держал крепко.       — Ага! — крикнул он, наконец отпустив друга, поняв, что вцепился слишком сильно. — Догнал!       — Это просто я позволил тебе догнать меня, мне стало жалко тебя, потому что ты упал!       — Все-все-все, оправдашки пошли, я просто быстрее бегаю!       — Я. Позволил. Тебе. Догнать. Меня, — отчеканил Клэй с невозмутимым выражением лица, и Джордж снова смеется, слишком довольный мыслью о победе. Он даже не злился на налипший ко всему телу и одежде песок. Клэй может быть хоть игроком номер один в Майнкрафте, но в реальной жизни Джордж с легкостью показал ему, где раки зимуют!       Джордж все еще смеялся, когда Клэй сделал шаг к нему. Но когда британец это заметил, он подавился смехом и невольно затаил дыхание, несмотря на то, что еще не отдышался, потому что черт возьми, почему он был так близко. Клэй все еще учащенно дышал после неожиданной пробежки, и Джордж видел гранулы песка на его щеках, рассыпанные, как веснушки.       Клэй не двигался, да и вовсе не делал ничего вызывающего, кажется, даже не моргал. Он просто долго смотрел через черные глаза Джорджа прямо ему в душу с выражением веселья, но одновременно — жгучей печали. Как будто он знал что-то, чего Джордж не знал, но пытался прикрыть это улыбкой и ненастоящим счастьем.       — Все… В порядке? — выдавил из себя британец, почувствовав холодный липкий пот, мгновенно выступивший на спине и прилепивший к себе футболку. Ему так хотелось, чтобы Клэй сам отошел хоть на полшажочка назад, потому что его собственные ноги своего хозяина не слушались. Но вместо этого американец лишь нагнулся вперед, а его глаза лениво прикрылись веками с длинными черными ресницами. Сердце Джорджа пропустило удар. Клэй ведь этого не сделает, правда?       — Бу-у-уп! — мурлыкнул тот, столкнувшись носами.       — М-мф! Какого черта, Клэй?! — Джордж отскочил как ошпаренный, закрывая лицо руками. Нет, ему конечно же не было больно, но надо же было как-то скрыть вспыхнувшие щеки…       Клэй громко рассмеялся: — Боже мой, твое лицо! Это просто шедеврально, Джорджи! Черт возьми, если бы я мог сфоткать!..       — Пф, все, забудь уже, — пробормотал Джордж, но все то время, что они брели к машине, Клэй продолжал хихикать и, уже садясь, наконец сказал: — Бро, господи, ты выглядел таким напуганным! А? Неужто ты подумал, что я собирался тебе врезать?       — Ты начал творить какую-то чепуху!       — Ты подумал, что я хотел поцеловать-       — Нет! Заткнись, нет конечно. Нет, — отрезал Джордж, и Клэй фыркнул, скрыв смешок.       — Ладно, ладно. Извини, щекотливая тема, наверное.       — Ты просто меня так бесишь, честное слово.       В ответ на это британец получил милую улыбку и толчок локтем под бок, что на языке Клэя означало: «Эй, друг, не парься. Все чики-пуки». Джордж легко простил ему произошедшее. Ведь какой смысл додумывать что-то за других, если что-то подобное даже в его мыслях произойти не может?       Как бы то ни было, Клэй иногда думал о чем-то подобном, но Джордж, конечно же, этого не знал.