В поисках хорошего самочувствия

      Северус сидел за своим столом в подземельях, потирая переносицу и потягивая самый крепкий кофе, который домовые эльфы могли найти. Выпускные экзамены закончились, и он действительно сильно отстал от своей оценки. Ему нужно было создать противоядие от взорвавшегося зелья, которой погрузило близнецов Уизли в дурно пахнущую слизь, от которой они пахли гниющей рыбой, а кожа позеленела. И прошлая ночь была ужасной, когда они пытались дать Джулиану питательное зелье, модифицированная для вампиров, через его трубку.       Это работало достаточно хорошо, пока они не решили увеличить скорость, с которой оно выдавалось. Даже после того, как они снова замедлили темп, у Джулиана были очень ужасные судороги и тошнота, что им пришлось остановиться. Шесть часов спустя судороги утихли настолько, что он больше не кричал от боли при каждом спазме. Но к тому времени было уже почти три часа ночи.       И теперь это.       Северус вздохнул, перечитывая письмо, которое он получил по почте. Он совершенно забыл о дне рождения Драко Малфоя. Хотя Северус и Люциус никогда не были друзьями в традиционном смысле этого слова, Люциус продолжал поддерживать связь с Северусом даже после окончания войны. Хотя Северус знал, что этот контакт был скорее уловкой, чтобы казаться ещё и шпионом, Северус так же видел в этих отношениях возможность, возможно, помешать Драко вступить на тот же тёмный путь, по которому пошёл его отец.       Забыв о его дне рождении было непростительной ошибкой с его стороны, тем более что Драко любил получать подарки. У мальчика действительно было доброе сердце, но его родители, а именно отец, были невероятно избалованы.       Люциус, судя по тону письма, был недоволен, когда Северус не пришёл на вечеринку по случаю одиннадцатилетия его сына. Он не был доволен и тем, что Северус не отправил мальчику никакого письма или открытки. Теперь, спустя несколько недель после события, Драко начинал верить, что Северус больше не хочет быть его наставником.       Северус ещё раз вздохнул, накладывая согревающее заклинание на свой кофе. Сначала противоядие, а потом он будет беспокоиться о Драко и огромных стопках бумаг, которые тот разложил вокруг него на столе.       Это будет долгий день.

***

      Люциус Малфой оторвал взгляд от Ежедневного пророка, когда в его кабинете ожил камин. Только нескольким… избранным… лицам был разрешён доступ в его дом, таким образом Северус Снейп, шпион, был один из них.       — Ты хотел поговорить со мной? — Спросил Северус, стряхивая сажу со своей и без того чёрной мантии.       — Ты пропустил день рождение Драко. С тех пор, как он открыл своё письмо из Хогвартса, он надеялся поговорить с тобой о занятиях и факультете Слизерин, — холодно сказал Люциус. — Однако ты ни разу не послал ему письмо, подарок или какое-либо объяснение относительно того, где ты находишься.       Северус посмотрел на своего предыдущего наставника усталыми глазами.       — Я был поглощён своей работой.       — Ты никогда не был так занят, что забыл что-то важное. Я знаю тебя, Снейп, — усмехнулся Люциус, бросая бумагу на стол и подходя к тому месту, где стоял Мастер Зелий. — Я знаю, что ты готовил моего ребёнка пойти против его чистокровного наследия. Я знаю, над чем ты работаешь, Снейп. Не забывай, я легко могу отменить твои обвинения. Ты разрушаешь свои «дружеские отношения» со мной, и Министерство что-то подозревает, мы оба падём. И так, скажи мне, Снейп, какая часть твоей работы настолько поглощает тебя, что ты забываешь других своих друзей?       — Я работал над личным проектом, — устало сказал Северус.       — Какого рода личный проект?       — Тот, который, откровенно говоря, может отправить меня в Азкабан на всю жизнь, если Министерство узнает, — сказал Северус, слегка вздрогнув.       Всё то время, пока его судили как Пожирателя Смерти, Северус провёл несколько месяцев в Азкабане в ожидании приговора. Люциус был там, хотя ему удалось откупиться задолго до того, как Альбус смог снять или смягчить большинство обвинений Северуса. Люциус также утверждал, что был шпионом, утверждая, что много раз работал вместе с Северусом. Хотя это не было откровенной ложью, поскольку эти двое мужчин регулярно объединялись для рейдов Тёмного Лорда, это также было не совсем правдой. Но это было достаточно близко к тому, что Северус ответил на плохо сформированный вопрос под Веритасерумом таким образом, что Люциус ухитрился уйти на свободу, как если бы он тоже был шпионом.       — Что ты сделал, Северус? — Люциус слегка отшатнулся, большая часть его ярости ушла.       Северус на мгновение замолчал, пытаясь быстро собрать историю происхождения мальчика, который, вероятно, сейчас спал. Альбус изменил дату рождения мальчика в документах об усыновлении отцовства, чтобы отразить день, когда его забрали из дома Дурслей, а не фактический день его рождения. За 11 лет и примерно 10 месяцев до этого Северус ненадолго исчез как из Пожирателей Смерти, так и из Ордена Феникса. Он пытался сбежать, но когда объявили о беременности Лили Поттер, он понял, что больше не может скрываться.       — Помнишь, как я пропал на несколько месяцев в семьдесят девятом? — Спросил Северус.       Люциус кивнул. Это было действительно странное время. Только что Северус был там, участвуя в веселье, а в следующий момент он исчез. Они думали, что он бы проклят, вероятно, Беллатрикс. Когда он снова появился через несколько недель, они посмеивались над этим.       — Я сбежал, и этим фактом я не горжусь, — сказал Северус, внимательно наблюдая за выражением лица Люциуса. — Я сбежал, и попытался начать новую жизнь. Однако это было не то, на что я думал, слишком утомительно, я ненадолго нашёл девушку, однако мы почти сразу расстались. Только несколько лет назад я узнал, что она пыталась связаться со мной и так и не нашла меня после того, как я ушёл.       Люциус скрестил руки на груди и уставился на Мастера Зелий, раздувая ноздри. Он понадобился им вскоре после его исчезновения, он был лучшим Мастером Зелий в Британии, независимо от его возраста. Без него в течении этих нескольких месяцев несколько Пожирателей Смерти были тяжело ранены во время нападения. Его навыки зельеварения легко могли бы спасти их жизни.       Ничего из этого не объясняло, ради чего он рисковал своей свободой.       — Она забеременела, — продолжил Северус. — Я не хотел иметь ничего общего с ребёнком, но когда она внезапно скончалась, я получил по почте письмо от его тёти и дяди, в которой говорилось, что я ближайший родственник ребёнка и поэтому должен быть его опекуном. Сначала я отказался от этого предложения.       — Мне сказали, что он был болезненным ребёнком, но я был уверен, что смогу вылечить его с помощью нескольких зелий. Он несколько лет жил у тёти и дяди, прежде чем я наконец согласился встретиться с ним. Я не знал, насколько он болен. Он не мог есть, и я, честно говоря, думал, что они преувеличивали этот факт. Я перепробовал все зелья, которые мог придумать, чтобы помочь ему. Однако ему становилась всё хуже. Затем у него начали проявляться каким-то странные симптомы, и до меня наконец дошло, в чём было дело.       Люциус пытался выглядеть скучающим, но он был увлечён рассказом. У Северуса был ребёнок? Он прятал ребёнка? Однако, похоже, всё необходимое документы были поданы, так в чём же проблема?       — Я хочу повторить, я не знал об этом, когда разговаривал с ним. Честно говоря, я думал, что у него проблемы с желудком, но это не всё, — Северус посмотрел Люциусу прямо в глаза.       — Что с ним не так? — Спросил Люциус, его интерес, безусловно, достиг пика.       — Он вампир. Но я боюсь, что ему может быть нанесён непоправимый ущерб из-за уровня недоедания, — сказал Северус, продолжая смотреть Люциусу в глаза.       Люциус заметно отшатнулся. Вампиры были тёмными существами, похожими на дементоров в том, что они могли забрать душу существа, если бы действительно захотели. Ради того, чтобы Северус оставил одного, даже ребёнка, он рисковал тем, что все обвинения, с него снятые, будут поставлены под сомнения. У самого Люциуса в доме хранились тёмные артефакты, но поскольку они были семейными реликвиями, это считалось простительным. Более современные свидетельства его использования тёмных искусств были спрятаны.       Но вампир был существом, которое по своей сути было тёмным. Будучи известным Пожирателем Смерти, даже шпионом, быть замеченным в использовании Тёмных искусств, владении любой формой тёмных магических артефактов или «общении» с любыми существами, которые были на стороне Тёмного Лорда, рассматривалось как попытка вызвать возвышение нового Тёмного Лорда.       — Где, скажи на милость, ты его держишь, если он так болен? — Спросил Люциус, задаваясь вопросом, как этого ребёнка прятали.       Северус довольно злобно ухмыльнулся, он знал, что Люциусу это не понравится.       — В Больничном крыле Хогвартса.       — ЧТО?! — Взревел Люциус, широко раскрыв глаза от шока. — Вы держите вампира в ШКОЛЕ?!       — Успокойся, Люциус, — сказал Северус, радуясь, что наконец-то одержал верх в отношениях. — У него ещё нет желания кормиться, и у него не хватило бы на это сил.       — Я полагаю, что спятивший старик знает об этом?       — Это была его идея держать Джулиана в лазарете. У Альбуса есть склонность предоставить всем существам доступ к одним и тем же ресурсам. Однако, если ему станет ещё хуже, мадам Помфри уже решила, что отправит его на лечение в больницу Святого Мунго. Мы все знаем, что с ним случится, если его туда отправят.       Люциус некоторое время стоял молча, обдумывая свой следующий шаг. Мальчик не мог пойти в Святое Мунго, в этом можно было быть уверенным. Если бы стало известно, что Северус укрыл вампира в Хогвартсе, он немедленно предстал бы перед судом. И если Северуса арестуют и поставят под сомнения его статус шпиона, Люциуса тоже будут судить.       — Какие ресурсы тебе нужны, чтобы сохранить это в секрете? — Наконец он спросил.       — На данный момент больше всего мне нужны деньги, — признался Северус. Его банковский счёт всё ещё был… довольно стеснён в средствах на данный момент. Он был благодарен Джулиану за то, что он мог терпеть более простые леденцы, а не просто леденцы с кровью. — Я обнаружил, что совершенно не готов к тому, чтобы иметь ребёнка. Я предполагал, что его родственники, по крайней мере, пришлют ему какую-нибудь одежду, однако это было не так. Добавь к этому его… Особые диетические требования и тот факт, что мне приходится проводить некоторые эксперименты, чтобы найти зелье, которое может стабилизировать его состояние.       — Директор знает что-нибудь об этом? — Спросил Люциус. — Он знает, что мальчик находится на территории Хогвартса, а ты профессор школы, разве он вообще не повысил тебе зарплату, чтобы помочь вам?       Северус вздохнул. Каждый раз, когда он пытался, поднять вопрос о том, что ему нужен форвард на его зарплату, по крайней мере, чтобы они могли прожить, пока он не сможет начать выполнять заказы на лето, Альбус придумывал какую-нибудь отговорку или его вызывали по другим делам.       — К сожалению, у меня не было возможности поговорить об этой текущей финансовой ситуации.       Люциус бесстрастно посмотрел на человека перед собой. Он не знал, что и думать о ситуации. У Северуса есть ребёнок. И этот ребёнок — вампир. Ребёнок, который был болен до такой степени, что нуждается в более тщательном уходе, но не мог его получить, поскольку тогда он был бы отмечен и отслеживался, как животное. Всё это казалось крайне невероятным.       — Я не могу представить тебе средства, кроме небольших подарков. Что-то большее, и это вызовет беспокойство. Однако я могу купить некоторые предметы, которые могут вам понадобиться, особенно более дорогие, — сказал Люциус.       — Спасибо Люциус, — сказал Северус, склонив голову в знак благодарности. Эта доброта была неожиданной со стороны Лорда Малфоев.       — Но, при одном условии, — внезапно добавил Люциус, отчего волосы на шее Северуса встали дыбом.       — Да? — Спросил Северус. надеясь, что это условие не требовало от него дополнительной работы.       — Я бы хотел познакомиться с мальчиком, — сказал Люциус, взяв чёрную с серебром трость и призвав свою дорожную мантию.       — Сейчас? — Спросил Северус, пытаясь скрыть шок в своём голосе.       — Да, сейчас. Я не позволю выставлять себя дураком. Ты говоришь, что у тебя есть ребёнок, которого ты держишь в лазарете, я хочу проверить это сам.       — Я бы никогда не пытался украсть твои деньги, Люциус. И я бы не смог намеренно ставить кого-то из нас в такое положение.       — Сейчас, Северус. Сейчас мы аппарируем в Хогвартс, — почти прорычал Люциус, схватив мужчину за руку и аппарировав их обоих как можно ближе к воторам Хогвартса.       Северус ахнул при приземлении, так как аппарация была неожиданной. Визит, чтобы увидеть Драко, официально сошёл на нет. Он только надеялся, что Джулиан был достаточно последовательным, чтобы понять, что он в опасности, если, неправильно ответит на какие-либо вопросы или скажет, что он жил с магглами.       Люциус последовал за Северусом на несколько шагов вперёд к замку. Если бы кто-нибудь увидел их, они бы подумали, что Северус ведёт его в подземелья. Однако Северус знал, что если он попытается сбежать или сообщить Альбусу о визите, Люциус немедленно проклянёт его.       Альбус встретил двух мужчин у входной двери, как будто ждал их.       — Губернатор Малфой*, чем я обязан неожиданному визиту? — Радостно спросил Альбус.       — Добрый день, директор, — спокойно протянул Люциус. — Я слышал, что здесь живёт маленький ребёнок, который ещё не студент. Поскольку детям профессоров не принято оставаться в замке, я счёл благоразумным проверить его благополучие.       Альбус кивнул и отошёл в сторону, позволив мужчинам войти в замок перед ними.       — Ты не возражаешь, если я пойду с тобой в лазарет, Северус? Эти старые кости вызывают у меня боли, возможно, у мадам Помфри есть что-нибудь, что могло бы помочь.       — Вовсе нет, директор. Однако я уверен, что у Люциуса есть дела, которые ему нужно выполнить.       — Не волнуйся, Северус, — сказал Альбус, скромно играя роль старика. — Я догоню.       Северус кивнул директору, когда они с Люциусом шли по коридорам, чуть не сбив Перси Уизли, который медленно брёл к библиотеке, уткнувшись носом в книгу.       — Пять очков с Гриффиндора за невнимательность, — огрызнулся Северус, когда мальчик отпрыгнул в сторону.       Двое мужчин продолжили путь по координатам к больничному крылу, привлекая взгляды, полные одновременно страха и любопытства. Некоторые из старших учеников видели Люциуса Малфоя, когда к директору школы приходили с периодической проверкой, однако на этот раз он был один и с профессором Снейпом, и они оба быстро шагали к больничному крылу. Сразу же среди студентов поползли слухи, и некоторые даже осмелились попытаться прокрасться за спинами мужчин. Этим нескольким ученикам не хватило смелости последовать за мужчинами, когда они вошли в больничное крыло.       — Северус? — Люциус вопросительно зарычал, когда они вошли в пустое крыло.       — Ты действительно считаешь меня дураком? — Спросил Северус довольно раздражённо, продолжая идти к кабинету мадам Помфри. — Зачем мне держать ребёнка, которого я пытаюсь спрятать, в больничном крыле, где его легко увидеть?       Люциус фыркнул, он не знал, на что ему следует надеяться больше. Он не мог попытался обмануть его, заставив поверить, что у него есть ребёнок, но он также не мог поверить, что в стенах школы скрывается вампир. В любом случае, он последовал за Северусом в кабинет и сразу заметил дополнительную дверь.       — Могу я проверить, проснулся ли он? — Спросил Северус, надеясь, что Джулиан был готов принять посетителя, если он не спит.       — Не закрывай дверь, я не хочу, чтобы ты накладывал чары на того, кто там находится, — сказал Люциус, продолжая не доверять шпиону перед ним.       Северус кивнул. Это была достаточно разумная просьба. Он потребовал бы того же самого, если бы поменялся ролями.       Северус взмахнул палочкой и открыл дверь, волна сухого тепла вырвалась из комнаты, кога он вышел, заставив Люциуса немедленно отступить на шаг. Жара, хотя и не была огромной, находиться в ней было бы крайне неуютно.       «Если только ты не в состоянии контролировать температуру своего тела». Напомнил ему разум. «Снейп действительно сказал, что он был очень худым».       Люциус мог слышать какое-то бормотание из другой комнаты в течение нескольких секунд, прежде чем Снейп снова появился в дверях и поманил его внутрь.       — Джулиан, это Люциус Малфой. Он один из Губернаторов школы и он хотел проверить, как у тебя дела.       Люциус вошёл в комнату и почувствовал, как его глаза немедленно расширились. На кровати перед ним сидел самый истощённый ребёнок, которого он когда-либо видел. Даже когда он был активным Пожирателем Смерти, он никогда не видел, чтобы кто-то выжил таким худым. Должно быть, механические резервы мальчика были единственным, что поддерживало его жизнь, это было единственное объяснение.       — Здравствуйте, сэр, — довольно кроткий голос вырвал его из задумчивости.       — Привет, Джулиан, — ответил Люциус, удивив даже самого себя тем, как мягко он это сказал. — Как у тебя дела?       — Лучше, сэр. Я могу бодрствовать гораздо дольше, — сказал Джулиан, слегка улыбаясь. — Приятно иметь возможность почитать больше, чем несколько минут перед сном.       Люциус молча кивнул, пытаясь придумывать следующий вопрос. Он всегда гордился тем, что был готов к любой ситуации, но, увидев перед собой ребёнка, потряс его так, как он не был готов.       — Сколько тебе лет, Джулиан? — Мягко спросил Люциус.       Джулиан на мгновение задумался об этом. Он кратко обсудил это со своим… отцом… его изменённый день рождения. Было странно начать думать о себе как о совершенно другом человеке, но он уже привык к этому. Если то, что сказал ему отец, было правдой, то он был бы чрезвычайно знаменит, если бы сохранил своё настоящее имя. Он не был слишком увлечён этим планом, он просто хотел быть самим собой, а е какой-то известной личностью.       Северус также предупредил его о людях, пытающихся выяснить, кто он такой, и быть осторожным с людьми, которые задают вопросы или приходят без предупреждения.       — Одиннадцать, — наконец ответил он. — Но я проспал свой день рождение.       Того же возраста, что и Драко.       Это было похоже на удар под дых. Правда, Снейп работал над привитием идеалом, которые шли вразрез с тем, что знал Люциус, но Люциус знал, что Драко нужно будет выжить в мире, где знания всех сторон поможет ему выжить. Северус, пропустившему день рождения Драко, казалось, что он перестал заботиться, тем более что он прервал почти все контакты с мальчиком за несколько недель до дня рождения Драко.       Люциус сделал бы то же самое. Жизнь его ребёнка было важнее вечеринки по случаю дня рождения. Если бы в этой кровати был Драко, Люциус не думал, что он или Нарцисса смогли бы покинуть кровать.       — У меня есть сын твоего возраста, — продолжил Люциус. — Он собирается начать учиться в Хогвартсе осенью.       — Мне ещё предстоит обсудить с Альбусом логистику Джулиана, начиная вовремя, но если он достаточно окрепнет к сентябрю, есть вероятность, что он будет учится по частичному графику, — объяснил Северус.       — Я просто хочу заниматься зельеварением, — сказал Джулиан, краснея и глядя на книгу, которую он держал в руках. — Я не думаю, что я хорош в чём-то другом.       Люциус слегка ухмыльнулся яблочко от яблони.       — Что ты хочешь получить на свой день рождение? — Спросил Люциус.       Джулиан слегка вздрогнул от вопроса. Он даже не думал о возможности получать подарки за что-либо. Кроме того, до его настоящего дня рождения осталось больше месяца.       — Жизнь.

***

      Альбус и Поппи разговаривали друг с другом в её кабинете, когда Северус и довольно зелёный на вид Люциус Малфой вышли из соседней комнаты.       Люциус кратко кивнул им обоим, прежде чем продолжить путь в главный лазарет.       — Я расскажу тебе позже, — сказал Северус директору, следуя за своим большим соотечественником из кабинета.       Люциус задумчиво стоял посреди лазарета, ураган мыслей проносились в его голове.       — Ты сказал, что у него нет одежды? — Спроисл Люциус, услышав как дверь в кабинет закрылась за Северусом.       — Нет, ничего, кроме шапочки и одеяла. Мы отдали должное пижаме, выданной Больничным крылом, тем более что он никуда не выходит.       Люциус прост о кивнул.       — Я прошу прощение за то, что угрожал тебе, — тихо сказал он, его глаза слегка остекленели. — Я не могу даже представить, в каком стрессе ты сейчас находишься. Я попытаюсь объяснить Драко, где ты был. Я не расскажу ему о Джулиане, пока ты не сообщишь мне, что я могу это сделать.       Северус был шокирован, хотя и не показывал этого. Люциус никогда ни за что не извинялся. И если он выглядел таким потрясённым, каким был сейчас, что-то в Джулиане, должно быть, потрясло его до глубины души.       — Спасибо, Люциус. Я сделаю это, когда он сможет должным образом принимать посетителей.       Они стояли в тишине ещё несколько минут, прежде чем Люциус, наконец, повернулся и пошёл к двери.       — Спасибо, что позволил мне встретиться с ним, — сказал Люциус, снова останавливаясь у двери. — Я сам найду выход. Затем он открыл дверь и ушёл, прежде чем Северус успел что-либо сказать.       — Что случилось, мой мальчик? — Спросил Альбус, довольно тихо подкрадываясь к Мастеру Зельеварения.       — Люциус спросил Джулиана, что он хочет получить на день рождения, и Джулиан ответил одним словом «Жизнь». Я никогда не видел Люциуса таким потрясённым таким заявлением, я честно думаю, что он думал о том, что Драко того же возраста, и представлял, как его собственный сын в постели говорит это, — сказал Северус с лёгкой ухмылкой.       — Он действительно казался очень встревоженным, — сказал Альбус.       Северус фыркнул. Люциус всегда был встревожен, но он также очень ценил семью и делал всё необходимое, чтобы обеспечить их безопасность. Хотя многие моральные принципы Люциуса были в лучшем случае сомнительными, он действительно любил своего сына и часто хвастался им.       — Я прошу прощения, директор. Я не собирался приводить сюда Люциуса; он настоял на встрече с Джулианом, как только узнал, из-за чего я пропустил день рождение Драко.       — Что сделано, то сделано. Никакого вреда мальчику не причинили, хотя в будущем следует проявить большую осторожность, — сказал Альбус, слегка поблёскивая глазами.       — Я сомневаюсь, что он вернётся для повторного визита. Однако он предложил помочь с покупкой некоторых предметов, которые мне понадобится для ухода за Джулианом в будущем.       — Ах да я как раз собирался поговорить с тобой об этом. Я верю, тебе полагается повышение, а также корректировка стоимости жизни. Особенно теперь, когда у тебя на попечении ребёнок, — Альбус улыбнулся Мастеру Зелий.       — Спасибо, директор. Однако, боюсь, мне нужно будет запросить аванс на мою следующую зарплату, — сказал Северус. Две корректировки заработной платы помогли бы уменьшить бремя заботы о ребёнке, но его денег всё равно было бы мало, пока он не смог бы начать выполнять большей порученной работы. И у него не будет времени на это, пока Джулиан больше не будет нуждаться в интенсивном наблюдении. Но это помогло бы.       — Я уверен, что это можно устроить, — сказал Альбус, как будто у него был план в разработке.       Северус вздохнул. Визит Люциуса был потрачен на час потерянного рабочего времени. У него было так много документов, которые ему нужно было сделать, и срок был почти завершён.       Ему нужно много кофе на эту ночь.