Благословения • Blessings

— Мне нужно, чтобы ты сегодня вёл себя хорошо, — сказала я Малкольму, помогая ему прибраться в гостиной. Он позвонил мне рано утром, пьяный. Сказал мне, что разгромил всю гостиную и коридор, но не помнит, чтобы делал это. Я ему не поверила. Конечно, он помнил. Когда Малкольм не ответил, я посмотрела на него. Он даже не мог стоять прямо. Он явно всё ещё был пьян. — Это плохая идея, — я вздохнула. — Ты её разочаруешь. — Что? — он нахмурился. — Я иду! Я буду там… — Нет, — перебила я его. — Ты не придёшь, чтобы поддержать нашу дочь в пьяном виде. Кем ты себя возомнил? Малкольм рассмеялся. — Если я не приду, то и он тоже! — возразил он. — Он не будет играть в отца с моими девочками. Я этого не потерплю. Малкольм потянулся за бутылкой виски на приставном столике, которую я раньше не заметила из-за разгрома комнаты. Я быстро подошла и выхватила её из его руки, заставив его вздохнуть, когда он откинул голову к стене. — По крайней мере, Джордж вот так не напивается, — сказала я. — Он всегда приходит, и он даже не их отец… — Я всегда прихожу. Я засмеялась. — А ещё ты приходишь пьяным. Элси стыдится быть с тобой на людях, когда ты в таком состоянии! — Не говори так… — Знаешь, иногда я хочу, чтобы ты не был их отцом. Я хочу… — Не смей! — его голос прогремел по комнате, заставив меня подпрыгнуть. — Не говори, что ты бы хотела, чтобы он был их отцом! Скажи это, и я… Он стиснул зубы, и я вскинула брови. — И ты что? Ударишь меня? — Нет, — выдохнул он. — Далия, я не собирался этого говорить. Я тебя не ударю. — Нет… больше нет, — я пожала плечами, а затем направилась на кухню с бутылкой виски, и Малкольм последовал за мной. — Я навестил Джереми в Азкабане вчера, — сказал он, заставив меня на мгновение остановиться, прежде чем я начала выливать алкоголь в раковину. — О, брось… не делай этого. Я обещаю, что не буду его пить. — Зачем ты навещал его? — Он же мой брат. — Он домогался нашей дочери. — Он болен. Ему нужна помощь. Я засмеялась. — Ты точно знаешь всё о том, каково это – быть больным, — сказала я. — Не защищай его. — Я и не защищаю. Я сделала глубокий вдох. — Так ты вчера начал пить из-за Джереми? Или что… — Он рассказал мне, что именно он делал с Лией, — сказал он, и я снова сделала паузу. — Я не могу выбросить его слова из головы. Лия, должно быть, была так растеряна. Её собственный дядя… он… — Не надо! Я не хочу этого слышать. Малкольм прислонился к кухонному острову, впиваясь взглядом мне в спину. Я поставила пустую бутылку из-под виски на столешницу и уставилась в окно, на сад. — Семья должна любить тебя, а не заставлять чувствовать себя в опасности, — сказала я. — Он должен был быть её единственным дядей, он должен был присматривать за ней, когда мы были заняты, а он просто использовал эту возможность, чтобы приставать к ней. Ей было всего два. Ты же знаешь, что она всё ещё страдает от этого, верно? Я оглянулась на Малкольма, когда он провёл рукой по лицу. — Ты сказал, что она не сможет вспомнить это, потому что была слишком маленькой, — сказала я. — Но её тело помнит. Она боится темноты, она не может спать, когда дверь закрыта. Большую часть ночей ей нужно, чтобы я оставалась с ней, пока она не заснёт, а иногда она просыпается в слезах посреди ночи, рассказывая о плохом человеке из её снов, который причиняет ей боль. Я снова посмотрела в окно. — Но она всё ещё посещает своего психолога, — продолжила я. — Она научится вести нормальную жизнь так, чтобы это не влияло на неё. Ей не придётся ходить с этим в голове двадцать девять лет. — Это конкретное число, — пробормотал он, но я проигнорировала это. — Ты не пойдёшь с нами в Косой переулок, — сказала я. — Ты пьян, и я не хочу, чтобы ты приближался к девочкам, когда ты в таком состоянии. — Далия… — произнёс он с предупреждающим тоном в голосе. — Я серьёзно, — заявила я и снова направилась в гостиную. — Я собираюсь в Косой переулок с девочками, Джорджем и его детьми, но… Когда я проходила мимо Малкольма, он схватил меня за руку, притягивая к себе, и на секунду я почувствовала, как моё сердце пропустило удар. Я подняла на него глаза, внезапно замолчав от неожиданности, что он так резко стал агрессивным. — …ты не идёшь. В ответ на это он толкнул меня, и моя спина ударилась об угол острова, отчего меня пронзила боль. Я ахнула от боли и поспешила отойти от столешницы, отведя руку назад, чтобы потереть кожу. — Я их грёбаный отец! — выплюнул он. — Он всего лишь замена, и не важно, как сильно ты хочешь, чтобы они называли его папой, этого не произойдёт. Я посмотрела на него, сглотнув. Затем начала плакать, и он вздохнул. — Почему ты плачешь? Я покачала головой и опустила взгляд в пол, заставляя себя остановиться. — Я так устала, Малкольм, — сказала я и снова посмотрела на него. — От этого поведения, от того, что ты так со мной обращаешься. Я думала, развод поможет, но ты продолжаешь обращаться со мной так, как будто я твоя собственность. Он засмеялся. — И всё же ты всегда бежишь ко мне, когда я звоню. Я не ответила. Я вышла из комнаты, слыша, как он зовёт меня вслед, затем взяла свои вещи и ушла, трансгрессируя домой. Когда я вошла на кухню, Джордж стоял там, склонившись над островом и уставившись на свой телефон. — Где дети? — Наверху. Они строят крепость и заставляют Фреда играть растение. Когда я не ответила, Джордж поднял взгляд и, увидев слезы в моих глазах, тут же выпрямился и положил телефон. — Что случилось? Я покачала головой. — Моя спина… Ты можешь проверить, есть ли там что-нибудь? — спросила я и, когда он подошёл, обернулась, немного задрав рубашку. Я почувствовала руки Джорджа на своих бёдрах, мягко подталкивающие меня немного вперёд, прежде чем он провёл рукой по тому ноющему месту, что заставило меня вздрогнуть и зашипеть от боли. — Это что такое? — спросил он с оттенком гнева в голове. — Это сделал Малкольм? — Заметно? — У тебя спина покраснела, — сказал он. — Потом точно будет синяк. Это он сделал, Диа? Я опустила рубашку обратно и повернулась к нему лицом, скрестив руки на груди. — Диа… — Он просто толкнул меня, — вздохнула я, проводя рукой по лицу. — Но он пьяный… — Это, блядь, ничего не оправдывает! — он повысил голос. — Я иду туда. — Нет, не идёшь! — я схватила Джорджа за руку и посмотрела на него снизу вверх. — Он уже достаточно ненавидит тебя за то, что ты был отцовской фигурой для Элси и Лии. Если ты пойдёшь туда, то что-нибудь случится, а я просто хочу, чтобы прямо сейчас всё успокоилось… Джордж покачал головой. — Я вообще не понимаю, зачем ты туда пошла, — сказал он. — Я же говорил тебе не делать этого. Мои глаза изучали его лицо мгновение, прежде чем я рассмеялась. — Значит, это моя вина, что он взбесился? — Нет! Это не твоя грёбаная вина, но каждый раз, когда он звонит, ты спешишь туда, чтобы помочь ему в любой ситуации, в которой он оказался! Он всегда на первом месте! — Это неправда. — Неужели? — спросил он. — Ты ставишь его даже выше себя. Ты скорее защитишь этого сукина сына, чем выдвинешь обвинение о нападении, так что, если ты ничего с этим не сделаешь, то сделаю я.