Благословения • Blessings

Я накрыла обед для детей, пока ждала возвращения Джорджа. Он ушёл увидеться с Малкольмом, и я была более чем взволнована. Я знала Малкольма и знала, что он может стать жестоким, когда напьётся, но я также знала Джорджа и знала, что он перейдёт в «режим защиты», если кто-то причинит боль тому, кто ему дорог. — Мы можем сначала пойти за моей палочкой? — спросила Элси. Она смотрела на письмо, которое получила из Хогвартса в этом месяце, в котором было написано всё, что ей нужно было приобрести, прежде чем начать обучение. — Конечно, — я кивнула. — Если это то, чего ты хочешь. Я подошла к столу. — Могу я взглянуть на секунду? — спросила я, и Элси протянула мне список, чтобы я могла прочесть его. — Мне нужны три комплекта простых школьных мантий чёрного цвета, — сказала она. — И зачем мне нужна остроконечная шляпа? Я посмотрела на Элси с лёгкой улыбкой. — Ты должна надеть её на торжество, — сказала я ей. Она кивнула. Я передала ей обратно лист со списком, когда входная дверь открылась, и я выглянула в небольшой коридор, где Джордж снимал обувь. Он посмотрел на меня, и наши взгляды встретились. Я подняла брови, как бы спрашивая, что случилось, но он просто поднялся наверх. Странно. — Это очень много книг, — сказала Элси. — Мы можем себе это позволить, мам? Я посмотрела на неё. — Конечно. — Мне нужна одна книга, — заговорил Фред. — Стандартная книга заклинаний, второй курс. — И мы возьмём её сегодня, — пообещала я ему, прежде чем присесть на корточки рядом со стулом Элси. — Я говорила с твоим отцом ранее… Она посмотрела на меня, но затем перевела взгляд на стол, слегка нахмурившись. — Он не хочет идти, да? — Что? Нет, он бы с удовольствием пошёл с тобой, дорогая… но он плохо себя чувствует. У него может быть что-то вроде простуды, и мы же не хотим, чтобы ты тоже приболела прямо перед тем, как отправишься в Хогвартс, верно? Элси пожала плечами. — Он придёт хотя бы в первый день? — Конечно, придёт, — я улыбнулась. — Я позабочусь об этом. Я встала и, пока дети продолжали есть свой обед, вышла из комнаты, поднимаясь наверх, чтобы проверить Джорджа. Он стоял в нашей спальне, нанося пасту от ушибов на скулу. Я подошла к нему и положила руку ему на подбородок, поворачивая его голову так, чтобы могла посмотреть на неё. Затем услышала, как он вздохнул. На его скуле начал образовываться синяк, но не только это — вместо около дюйма кожи была открытая рана. — Джордж, твою ж… ты не можешь наносить на это пасту до того, как залечишь рану, — сказала я и схватила пасту с комода, закрывая её. — Я же говорила тебе не ходить туда. — Точно так же, как я говорил тебе не делать этого сегодня утром? Я прикусила язык, чтобы не ответить ему. Вместо этого я взяла свою палочку и осторожно коснулась его кожи у раны, наблюдая, как она медленно затягивается. — Разве ты не видишь, что большинство наших ссор из-за него? — спросил он. — Вы разведены, и ты всё ещё позволяешь ему получать удовольствие от того, что он портит наши отношения. — Ничего я ему не позволяю! — огрызнулась я. Джордж покачал головой и отступил назад, когда я попыталась нанести немного пасты ему на скулу. — С ним всё в порядке? — поинтересовалась я. — Ты… — Ударил ли я его? — спросил он. — Нет… я этого не сделал. Хотел, но я не собирался причинять боль отцу тех двух замечательных девочек внизу. На самом деле довольно забавно, что я стою здесь с очевидным синяком на лице, а ты беспокоишься о Малкольме. — Конечно, я беспокоюсь о Малкольме! — усмехнулась я. — Но это не значит, что я не беспокоюсь о тебе! Почему я не могу волноваться о нём без твоей ревности и не могу любить тебя без его ревности? Я ничего не могу сделать так, чтобы всё было правильно! — Почему тебя волнует, что он думает?! — закричал Джордж. — Ты замужем не за ним! Ты замужем за мной! Я быстро подошла к нему и взяла за шею, чтобы удержать его на месте, пока намазывала пасту на синяк. — Я не собираюсь с тобой ругаться. — Я хочу, чтобы он исчез из нашей жизни. Я рассмеялась. — Да, точно. — Я серьёзно, Далия. Я посмотрела на его лицо, пока он смотрел на меня сверху вниз. — Он отец Элси и Лии, — сказала я. — Я не отниму у них отца, потому что ты хочешь, чтобы он исчез из нашей жизни. Я отступила назад, и Джордж закатил глаза. — Ты годами пыталась сохранить с ним хорошие отношения, чтобы они могли видеться с ним, но это, очевидно, не работает. Как ты думаешь, что произойдёт, когда они вырастут и начнут иметь мнение, отличное от его? Что произойдёт, если они решат навестить его, а он будет пьяным? В какой-то момент всё пойдёт под откос, и он сделает им больно, как он постоянно делает это с тобой. — Он никогда не поднимал на них руку, — возразила я. — Они — его мир. Он пытается стать лучше для них. — Неужели? — Джордж рассмеялся. — Тогда почему он причинил боль их матери всего час назад? Как ты думаешь, они вообще захотят, чтобы он был в их жизни, когда вырастут и осознают, сколько всего он натворил? Я усмехнулась и покачала головой, направляясь обратно к двери, но она резко захлопнулась, и я обернулась, чтобы увидеть Джорджа с палочкой в руке. — Далия, вот почему я постоянно боюсь, что ты вернёшься к нему, — сказал он. — Каждый раз, когда он звонит, ты берёшь трубку, как только видишь его имя, и когда он хочет, чтобы ты пришла, чтобы помочь ему, ты всегда это делаешь. Ты ведёшь себя так, будто многим ему обязана, хотя на самом деле ты ни хрена ему не должна. Я засмеялась, проводя обеими руками по лицу и волосам. — Разве я не вышла за тебя замуж меньше месяца назад? — спросила я. — Знаешь, Малкольм даже заявился на свадьбу, но я сказала ему уйти и сказала, что ему нужно перестать вести себя так, будто он рассчитывает вернуть меня. Я сказала ему, что счастлива с тобой, и сказала, что у нас будут близнецы. Я не собираюсь… — Он пришёл на свадьбу? О чёрт. — Ты не говорила мне об этом. Я вздохнула. — Почему ты мне этого не сказала? — спросил он. — Ты не думаешь, что я должен знать, что твой бывший муж пришёл на нашу свадьбу? — Я не знаю, почему я этого не сказала, — ответила я. — Я имею в виду, на тот момент я этого не сделала, потому что не хотела, чтобы это испортило день. Я собиралась рассказать тебе потом, но я забыла… — Да, точно, — он издал смешок. — Ты забыла. Твою мать, Далия. — Мне очень жаль. — Да, держу пари, что так и есть. Ты даже рассказала ему о беременности до того, как мы сообщили нашей семье. — Нашей семье? — я приподняла бровь. — Там была твоя семья… не моя. — Почему это имеет значение? — спросил он. — Ты всё равно сказала ему до того, как мы рассказали людям, которые на самом деле имеют какое-то отношение к этим детям! — Я думала, что это заставит его понять, что всё действительно кончено, что я к нему не вернусь, — сказала я. — Мне жаль. — Ты уже, блядь, это говорила, — сказал он, проведя рукой по рту. На следующее мгновение или около того я уставилась в пол, чувствуя на себе его взгляд, но ни один из нас ничего не сказал, пока он, наконец, не разрушил тишину. — Ты заявишь на него за то, что он сделал, — сказал он, заставив меня поднять на него глаза. — За то, что он сделал сегодня, но также и за всё, что он делал в вашем браке и вне его, и я пойду с тобой, чтобы убедиться, что ты действительно это сделаешь. Усмехнувшись, я сделала шаг ближе к нему. — Я не какой-то ребёнок, которого нужно водить за руку, — сказала я. — Нет необходимости выдвигать обвинения, и ты не имеешь права пытаться указывать мне, что делать. — Либо так, либо ты его вычёркиваешь, — сказал он. — Потому что мне надоело смотреть, как ему сходит с рук то, как он обращается с тобой.