Благословения • Blessings

Джордж посмотрел на меня. Возможно, мне не следовало упоминать наёмного убийцу. Теперь он думал, что я спятила. — Откуда, чёрт побери, ты знаешь цену киллера? Когда я была ребёнком, я отчаянно хотела уйти из-за того, что мой отец сделал со мной, поэтому я искала цену наёмного убийцы, но на самом деле никогда не проходила через это, что, по-моему, довольно очевидно. — Есть много вещей, которых ты не знаешь обо мне, любимый. Он вопросительно приподнял бровь, и я просто покачала головой, засмеявшись. — Я никого не нанимала, не волнуйся. Я просто провела небольшое исследование, когда мне было одиннадцать. Джордж, казалось, понял почему, когда кивнул. — Знаешь, я убью твоего отца, если когда-нибудь встречу его, — сказал он и встал, захватив ноутбук. — Нет, не убьёшь. — Я сделаю это. — Нет. Не сделаешь. Джордж остановился по пути в гостиную и оглянулся на меня. — И почему же? Я пожала плечами. — Потому что он убьёт тебя первым. — Разве ему не за шестьдесят? — Да, — я кивнула. — Какое это имеет отношение к чему-либо? Джордж прошёл в гостиную и положил ноутбук на полку под диванным столиком. — Он старый. У него уже не может быть такой силы, как тогда, когда он был молод и убил целую кучу людей. Я вздохнула. Теперь, когда мы говорили о моём отце, мне вспомнилось, что сказал мой психотерапевт, когда я была на приёме сегодня. Он посоветовал мне поговорить с Джорджем и выложить всё начистоту. Сказал, что я слишком долго хранила это в себе и что, возможно, для моего же блага было бы неплохо рассказать своему мужу о том, что мой отец сделал со мной. — Джордж? — окликнула я, когда он снова пересёк комнату, открывая один из шкафчиков на кухне. Он взял пачку крекеров и повернулся ко мне. — Хочешь? Я покачала головой, и он взял только себе. — В чём дело? — спросил он, закрывая шкафчик. Он повернулся, чтобы снова посмотреть на меня, прислонившись к столешнице. Пока я собиралась с духом, чтобы рассказать ему, в комнату вошёл Чарли, и я посмотрела на него, медленно поднимая ноги с пола и подтягивая их на стул. Мне не нравится эта собака. — Диа? Я посмотрела на Джорджа. — М? — Ты собиралась мне что-то сказать. — О, точно, — я усмехнулась. — Ну, мой психотерапевт считает, что я должна рассказать тебе то, что ещё не рассказала… об отце, я имею в виду. Я наблюдала за ним, чтобы увидеть его реакцию. Он на мгновение перестал жевать, затем продолжил, направляясь к столу. — Ты хочешь мне рассказать? Я пожала плечами. — Никто об этом не знает, кроме моего психотерапевта, — сказала я. — Даже моя мать или Надин, которые обе жили под одной крышей в то время, когда это случилось. Джордж сел напротив меня. — Это случилось всего дважды, — начала я. — Мне было пять. В первый раз это случилось из-за того, что родители поссорились. Отец разозлился на маму и, вероятно, ударил её или что-то в этом роде. Я уже была заперта в подвале, отбывая наказание за то, что плакала, потому что споткнулась и содрала колени. Я водила когтями вверх и вниз по руке, пока рассказывала ему это, пытаясь сдержать дрожь в голосе, или в теле раз уж на то пошло. Разговоры о травмирующих событиях всегда заставляли меня дрожать и заикаться. — В общем, я была заперта в подвале, и после того, как он поругался с мамой, он спустился ко мне… — я сглотнула. — Он… ну… он… Я издала смешок, пытаясь скрыть тот факт, что это было трудно для меня. — Ты же понимаешь, что я пытаюсь сказать, верно? — спросила я. — Да… — И мне было пять… я не понимала, что он делает. Он продолжал уверять меня, что это просто то, что отец должен делать со своей дочерью. Сказал, что это награда за то, что я выполнила своё наказание как хорошая девочка. Я отчётливо помню эти слова и также помню, как он завязал мне глаза, прежде чем сделать это. Будто он хотел это сделать, но не смог бы, если бы я смотрела на него. Он знал, что это неправильно. Я взглянула на Джорджа, но быстро снова опустила глаза, когда увидела выражение его лица. Он выглядел так, словно увидел привидение, но в то же время его взгляд был полон жалости. — Это был первый раз, — продолжила я. — Когда мне было девять, он сделал это снова, но на этот раз он пробрался ночью в мою спальню, и я проснулась от того, что он… Я нервно почесала шею. — …от того, что он насиловал меня, — сказала я, сразу почувствовав огромное облегчение от того, что просто произнесла это слово. — Он закрыл мне рот рукой, когда увидел, что я просыпаюсь. Он был пьяным и не хотел, чтобы я кричала. Конечно, он не хотел, чтобы я кричала. Моя мать может быть кем угодно, но я не верю, что она позволила бы ему сделать то, что он сделал со мной, если бы знала. Я снова сглотнула. — Когда мне было двенадцать, у меня начала расти грудь, и во время каникул, когда отец пригласил друзей на рождественский ужин, он захотел показать меня. Мамы тогда не было, и Надин тоже. Он приказал мне снять одежду и встать перед ними, чтобы они могли посмотреть на меня. Никто не прикасался ко мне, но это было унизительно. Я никогда не понимала, почему он делал со мной всё это. Я откинулась на спинку стула и посмотрела на Джорджа, который провёл рукой по рту, его глаза были сосредоточены на мне. — Не говори никому, пожалуйста, — сказала я. — Никто не знает. Даже Инесса. Она думает, что я потеряла девственность с Малкольмом, когда на самом деле я потеряла её из-за собственного отца. Джордж встал и обошёл вокруг стола, в то время как я опустила голову, уставившись на свежие царапины на своей руке, и увидела немного крови под когтями. Чёрт. Добравшись до меня, он поднял меня со стула и крепко обнял, обхватив руками так, будто никогда не хотел отпускать. — Мне так жаль, что это случилось с тобой, — прошептал он. Я медленно обвила руками его шею и закрыла глаза. Моя голова покоилась на его груди, и я чувствовала, как бьётся его сердце. Я была рада, что мой психотерапевт посоветовал мне это сделать. Мне определённо нужно было, чтобы он знал. Кроме того, это был первый раз, когда я сказала это вслух. Мой психотерапевт знал, что я подверглась сексуальному насилию, но я никогда не рассказывала ему, что именно сделал мой отец. Но теперь я рассказала Джорджу и почувствовала, что с моих плеч свалился огромный груз.