Благословения • Blessings

— Мне не понравилось, как ты разговаривала со мной, когда навещала меня в Азкабане несколько лет назад. Я пошла на прогулку со своим отцом. Он угрожал причинить вред моим дочерям, и я бы сделала всё, чтобы этого не произошло. — Извини. Отец издал тихий смешок. — Как вы назовёте своих близнецов? Я сглотнула. — Мы не знаем, — тихо сказала я. — Мы ещё не говорили об именах. — А пол? — спросил он. — Вы знаете, кто у вас будет? — Нет. Отец промычал, а затем остановился. — Я думаю, ты лжёшь мне, Далия, — сказал он. — Ты знаешь, что я делаю с людьми, которые мне лгут. Я тоже остановилась, закрыв на мгновение глаза и напоминая себе просто дышать. Просто дышать и не плакать. — Я спрошу тебя ещё раз. Кто у вас будет? — Я не знаю, — повторила я, моё дыхание слегка дрогнуло. — Мы хотим подождать до родов. — Может, меня и не было в твоей жизни с тех пор, как тебе исполнилось двенадцать, но ты всё ещё щипаешь себя, когда лжёшь, — сказал он. — Повернись ко мне лицом, Далия. Я так и сделала, и как только отец увидел моё лицо, он рассмеялся. — Ты что, плачешь? Я покачала головой. — Нет. Я чувствовала себя так, словно вернулась домой, снова стала ребёнком, столкнулась лицом к лицу с отцом, который пытался решить, как наказать меня за то, что я просто ребёнок. — Далия, ты знаешь, что я думаю о слезах. Я кивнула. — Скажи мне. Что это? Я вздохнула. — Признак слабости. — Совершенно верно, — он кивнул. — Так почему ты плачешь? Я сделал что-нибудь, что тебя расстроило? — Я могу идти? — спросила я. — Мне нужно быть дома к ужину. — Нет. Я закрыла глаза. — Чего ты хочешь? — спросила я и посмотрела на него, чувствуя себя гораздо смелее, чем всего секунду назад. — Очень жаль, в самом деле. У тебя был такой большой потенциал, а тебе нужно было его разрушить, да? Конечно, это моя вина, что меня заперли в Азкабане. Твоя мать попросту не была достаточно сильной, чтобы сформировать из тебя ту женщину, какой я хотел, чтобы ты была. Я покачала головой. — Нет, ты добился своего. Ты превратил меня в женщину, решившую воспитывать своих собственных детей так, как должны были воспитывать её. Я начала уходить, но отец трансгрессировал и внезапно оказался передо мной, заставив меня отшатнуться. — Ты не уйдёшь от меня! Моё сердце билось как сумасшедшее. Если я не вернусь домой до ужина, как обещала, Джордж это заметит, и если он появится здесь, то узнает почему. Мой отец без колебаний сделал бы кому-нибудь больно, так что, если Джордж появится… Мне нужно было попасть домой до этого, но мне нужно было, чтобы отец сказал мне, что я могу уйти, иначе он может навредить Элси и Лие. Что ж, Элси была в безопасности в Хогвартсе, но Лия — нет. — Прости, — выдохнула я. — Я не должна была так тебе отвечать и не должна была уходить от тебя. Извини. — Хорошо, — сказал он. — Далия, посмотри на меня. Я продолжала смотреть в землю, пока он не взял меня за челюсть и не заставил посмотреть на него. — Я хочу встретиться со своими внучками. — Ладно. Не бывать этому. — Обними меня, — сказал он, раскрывая объятия. Пожалуйста, не надо. — Далия, — сказал он с предупреждающим тоном в голосе, и я заколебалась, но затем обхватила его руками и обняла. Он сомкнул свои руки вокруг меня, и на всё время, пока мы были так близко, я затаила дыхание. Я ненавидела это. — Я думаю, тебе лучше не рассказывать своему мужу о нашей маленькой встрече, — прошептал он и снова отстранился, держа меня за руки и глядя мне в лицо. — Ты выросла в прекрасную женщину. Нам просто нужно исправить последнюю деталь, да? Сделать из тебя того человека, которым ты всегда должна была быть. Он провёл рукой по моим волосам, прежде чем сделать шаг назад. — Я хочу, чтобы ты встретилась со мной здесь завтра в полдень, — сказал он. — У тебя нет выбора, так что тебе лучше прийти. Он прошёл мимо меня, и я закрыла глаза, сделав глубокий вдох. Мне нужно домой. Я провела обеими руками по лицу, продолжая глубоко дышать, чтобы не потерять сознание. Я всё ещё чувствовала его руки и слышала его голос, и это было худшее чувство в моей жизни. Почему я просто не могла сбежать от этой части своей жизни? Мне нужно было, чтобы это закончилось, и я думала, что всё закончилось, когда он должен был быть заперт, а с матерью я не виделась. Эта часть моей жизни исчезла, и сейчас она открывается снова, но теперь всё по-другому. У меня есть дети, я беременна, у меня есть Джордж. Мне так много есть, что терять. Я стояла там, в парке возле дома Малкольма, и не двигалась. Не знала, как это сделать. Мне хотелось плакать, но я не могла. Кроме того, мне было всё ещё очень трудно дышать, поэтому я продолжала делать глубокие вдохи. Я не могла пойти домой и выглядеть как человек, увидевший привидение. Но когда я всё-таки добралась до дома, я медленно закрыла за собой дверь и сбросила туфли. Я провела рукой по волосам, когда вошла на кухню, где Джордж уже подавал еду, раскладывая её по тарелкам. — Как всё прошло? — спросил он с определённой интонацией в голосе. — Малкольм хорошо себя вёл? — Всё было нормально, — пожала я плечами, направляясь к холодильнику, чтобы взять что-нибудь выпить. — Ему придётся смириться с тем, что Элси на Пуффендуе, а не в Слизерине. — Верно, — выдохнул он, пока я искала бутылку кока-колы. Я взяла стакан и налила напиток в него. — Знаешь, ложь разрушает браки, — голос Джинни заставил меня замереть, и я обернулась, увидев, что она сидит за столом рядом с Лией. Я посмотрела на Джорджа, потом снова на Джинни. — Что ты здесь делаешь? — Я сообщаю своему брату о том, что видела в Лондоне всего пару минут назад, — сказала она. — Тебя, обнимающую своего отца, с которым, насколько я помню, ты сказала, у тебя нет никаких отношений. Я поставила стакан на стол и хмыкнула. — Это не твоё дело, — сказала я. — Что ты делаешь? Преследуешь меня? Почему ты вообще была там? — Почему ты обнимала своего отца? — спросил Джордж, глядя на меня. — П-потому что он… — Она была воспитана Пожирателями Смерти, Джордж. Конечно, это должно было произойти. Это был лишь вопрос времени. — Может, ты заткнёшься уже наконец?! — закричала я, заставив её поднять брови, в то время как Джордж выпрямился и повернулся ко мне. — Далия, не… — Нет! Я устала от того, что со мной так обращаются! — крикнула я, прежде чем снова посмотреть на Джинни. — Ты ни хрена не знаешь, так что закрой свой рот! — Мамочка! — воскликнула Лия, и я почувствовала, как моё сердце замерло, когда я вспомнила, что она была в комнате. — Ты сказала плохое слово! Я вздохнула. — Прости, дорогая, — сказала я и подошла к ней, спуская её со стула. — Давай поднимемся наверх и подготовим тебя к ужину. Я взяла её за руку, и мы поднялись в её комнату. — Ты злишься на меня, мамуль? — спросила она, когда мы зашли в её ванную, чтобы вымыть ей руки. — Конечно же, я не злюсь на тебя. Почему ты так говоришь? — Ты кричишь и говоришь плохие слова только тогда, когда злишься на Джорджи, поэтому я подумала, может быть, ты злишься на меня. Я не помню, если сделала что-то не так. — Нет… — я присела на корточки и развернула её лицом к себе, — я не злюсь на тебя, обещаю. Прости, что кричала.