Один шаг назад

На постоялый двор они вернулись последними. Мо Цинван стоял перед воротами, дожидаясь их. Его идеальный собранный вид ужасно не нравился Мо Жаню. Ведь на фоне младшего брата сам Наследный принц выглядел в разы хуже. — Пойдёмте, — позвал их Мо Цинван и проводил до комнаты Тяньлана, где все собрались. Старейшина выглядел крайне недовольным то ли от того, что они узнали, то ли от того, что все собрались именно в его покоях. Сюэ Мэн сидел рядом с Тяньланом слева, по другую руку стояла пиала с чаем, явно принадлежавшая Мо Цинвану. Второй принц занял своё место, Чу Ваньнин сел напротив этих троих, и Мо Жань подсел к нему под негодующие взгляды своих братьев. — Ну так что? — спросил Наследный принц, устроившись. — Удалось что-то выяснить? На его вопрос ответил Мо Цинван, потому что двое других альф недовольно поджали губы, не собираясь что-либо говорить и непонятно из вредности или чего-то ещё: — Мы посетили семью Чэнь, там все очень взволнованы. Они собирались провести церемонию ещё до начала убийств, однако первое из них произошло как раз через неделю после начала подготовки. Их старший сын-альфа, Чэнь Бохуань, напрочь отказался жениться, чтобы не рисковать своей возлюбленной, девой Ло. Потом их посетила мысль провести церемонию скрытно, за закрытыми дверьми, но Чэнь Бохуань снова отказался. Видимо, он настолько дорожил своей возлюбленной, что отбросил все варианты, осознавая риски. — Что ж, этим он спас ей жизнь, — вслух сказал Мо Жань. — Мы узнали, что семья последнего погибшего как раз собиралась провести такую же церемонию, никому не сообщая. Но, как мы видим, это их не спасло… — Семья Чэнь по сути ничего не знает. Они считаю, что во всём виновата какая-нибудь тварь, также они поделились, что в округе бродит призрак мёртвой невесты. Местные распространяют слух, что это она убивает других невест, потому что сама умерла раньше и не смогла совершить трёх поклонов. — Мёртвая невеста, которая насилует омег? — присвистнул Мо Жань. — Это что-то новое. Сюэ Мэн сжал челюсти, на шее у него выступила пульсирующая вена, но Мо Жань не понял, что столь сильно его разозлило. Меж тем Мо Цинван продолжал: — Мы поняли, что никто не знает о том, что их изнасиловали. Про языки тоже, а глаза местные считают не вырвали, а выкололи. Но опять же они всё объясняют появлением мёртвой невесты. Этот слух здесь уже начал укореняться. — Да с чего они вообще это решили? — Мо Жань поставил локоть на стол и подпёр рукой подбородок. Тут Мо Цинван ответил не сразу, сначала он нахмурился и только потом сказал: — Кто-то из жителей города бродил на окраине, возле леса, ночью и услышал чей-то смех. Неизвестно, кто именно это рассказал, однако он также говорил о том, что это точно был женский голос, приятный, похожий на перезвон колокольчиков. Тут Сюэ Мэн не выдержал и ударил кулаком по столу, пиала Мо Цинвана перевернулась и чай разлился по деревянной поверхности. — Да они нас за дураков держат! Что это за бредни?! Похоже Сюэ Мэн сдерживался уже долгое время и вот наконец-то выпустил гнев на волю. На самом деле не было ничего удивительного в появлении такого рода слуха. Людям нужно как-то объяснять происходящие ужасы, вот они и делали это, как могли. Хоть они и выяснили довольно многое, но похоже, что никто на данный момент сказать что-то определённое не мог. — Его Высочество выдвинул предположение, что это возможно ритуальное убийство, — неожиданно сказал Чу Ваньнин. Трое людей напротив одновременно посмотрели на Мо Жаня, ожидая пояснений. — Ну, — альфа неловко почесал затылок. — Я просто подумал, что языки и глаза вырывают не просто так, а для какой-то цели. Это выглядит либо как казнь, либо как жертвоприношение. — А изнасилование? — спросил Мо Цинван. — Это как раз-таки не вписывается в мою теорию о жертвоприношениях. Да и вообще их задушили руками… Мо Жань задумался, но больше в его голову ничего не приходило. — Остаются ещё мемориальные таблички, — заключил вслух Мо Цинван. — Было бы неплохо увидеть своими глазами, как их раскалывают, — согласился с ним старший брат. — И что? Мы будем сидеть в храме предков семьи убитого и ждать, пока появится тот, кто это делает?! — выплюнул Сюэ Мэн, глядя на Мо Жаня, Наследный принц лишь пожал плечами. — А что нам остаётся? Повисла неуютная тишина, каждый думал о своём, пытаясь переварить услышанное и сделать какие-то выводы. Звучало лишь сопение недовольного Сюэ Мэна, который пускай и медленно, но успокаивался. — Придётся ещё потревожить семью Цай, — спустя какое-то время произнёс Мо Жань. — Нам нужно иметь доступ в их храм предков. — Не думаю, что будет легко этого добиться, — Мо Цинван поставил перевёрнутую пиалу нормально, глядя на мокрый стол. Мо Жань был с ним согласен, но у них был также младший сын семьи Цай, Цай Ай, который выразил готовность подсобить. Если попросить его об этой услуге, то быть может омега поможет им. — На сегодня всё, — сказал Тяньлан тоном, не терпящем возражений. После он обвёл взглядом всех юношей и обратился только к ним: — Отправляйтесь все по комнатам и отдохните. Мо Цинван не стал спорить и первым поднялся с места, за ним Сюэ Мэн. Мо Жань осторожно бросил взгляд на Чу Ваньнина, никуда не собирающегося, и тоже встал. Если он будет пререкаться с Тяньланом, то ничего толкового из этого не выйдет. Когда юные заклинатели покинули комнату, в ней остались только Тяньлан и Чу Ваньнин. Никто из них не спешил заводить разговор. Тяжёлая тишина нависала над ними, подобно Куполу Тишины. Сначала Тяньлан собирался ехидно поинтересоваться, что же в таком городке забыл второй сын семьи Чу, но не стал. Ему было прекрасно известно о нраве этого человека, чтобы представить реакцию на его ядовитые слова. К несчастью, слава Чу Ваьнина бежала вперёд него. Даже никогда не встречавшись с ним лично, большинство людей уже имели представления о Втором Молодом господине Чу, как о вспыльчивом высокомерном и властном мужчине, который мог с лёгкостью поколотить всякого на своём пути. Однако Тяньлан не мог отрицать образованность этого человека и его силу. Ссориться сейчас с Чу Ваньнином было не выгодно. — А ты что думаешь обо всём этом? — спросил старейшина, задрав подбородок. Чу Ваньнин молчал и Тяньлан уж подумал, что ответа не дождётся. — Нужно сходить туда. — Куда? — не понял поначалу альфа. — В тот лес, где видели духа мёртвой невесты. — Ты что, поверил в эти россказни? — Тяньлан выглядел негодующим и немного… разочарованным. Ему казалось, что уж кто-кто, а Чу Ваньнин в такую белиберду не поверит. — Слухи не всегда рождаются на пустом месте. Сейчас тяжело сказать даже убивает человек или нечисть. Сначала нужно исключить предположение об этом духе. После посмотрим на мемориальную табличку. Если это делает какая-то тварь, то возможно мы найдём оставшийся след тёмной ци. — А если её не будет? — нахмурился Тяньлан. — Тогда появится вероятность, что убивает человек. — А сейчас её нет? — Есть. Однако мы в первую очередь заклинатели, и интересуют нас дела, появившиеся из-за нападений тёмных тварей. К тому же есть вероятность, что это действительно ритуальное убийство. Тогда Тяньлан спросил напрямую: — Полагаешь, что это принесённые жертвы? Чу Ваньнин не мог знать точно, но он был достаточно подкован и имел опыт в расследовании таких дел. Количество ритуальных убийств с годами лишь росло, как и количество причин, по которым их совершали. Кровь являлась сильным проводником, почуяв её запах даже тварь не самого высокого ранга могла откликнуться на зов и ежели она обладала хоть толикой силы, превосходящей низшую нечисть, в её власти было вырезать небольшую деревеньку или убить пару десятков человек. Тяньлан не стал с ним спорить, но ему очень не хотелось, чтобы слова Чу Ваньнина оказались правдой. Больше им обсуждать было нечего, к тому времени уже стемнело, и Второй Молодой господин Чу покинул комнату старейшины. Так совпало, что комнаты всех сюда прибывших располагались на одном этаже друг за другом. Комната Тяньлана была самой первой и располагалась ближе к лестнице, за ней комната Сюэ Мэна, потом Мо Жаня и наконец Мо Цинвана. И только в самом конце остановился Чу Ваньнин. Омега медленно прошествовал до своей комнаты, даже не подозревая, что за ним через небольшую щель приоткрытой двери наблюдал сам Его Высочество Наследный принц. Мо Жаню было жизненно необходимо узнать в какой из комнат поселился Чу Ваньнин. И словами нельзя описать его негодование, когда выяснилось, что они не были соседями. Между ними как назло вклинился Мо Цинван. Снова этот Мо Цинван… Когда дверь за спиной Чу Ваньнина закрылась, Мо Жань тоже осторожно отошёл от щели и закрыл дверь на засов. Какова вероятность, что его действия сочтут странными, если он попросит Мо Цинвана поменяться с ним комнатами? Он знал, что это очень глупо, но как альфа мог не воспользоваться даже таким малюсеньким шансом быть ближе к Чу Ваньнину? Сама судьба ведь позволила встретиться им в этом городе! Нельзя упускать такой шанс! Рассудив так, пускай и не совсем здраво, Мо Жань покинул свою комнату и постучался к Мо Цинвану. Послышались шаги и младший брат осторожно спросил: — Кто там? Воистину он был самым подозрительным среди них всех и, если необходимо принять взвешенное не обременённое лишними эмоциями решение, Мо Цинван сделал бы это не задумываясь. — А-Ван, это я, — сказал Мо Жань и натянул на лицо беззаботную улыбку. Он готов приступить к воплощению своего плана. Мо Цинван был удивлён, но Мо Жань не мог видеть его выражения лица по ту сторону двери, поэтому ничего не знал. Второй принц отпер дверь и выглянул в коридор. — Жань-гэ, что-то случилось? — спросил он обескураженно. — Ха-ха, разве должно что-то случиться, чтобы у меня была причина навестить тебя? На лице Мо Цинвана ничего не отразилось, однако от слов брата у него потеплело на душе. Он подумал, что все его предположения о злости и обиде на него Мо Жаня являлись лишь порождением разыгравшегося воображения. Посторонившись, Второй принц впустил Мо Вэйюя в комнату. Мо Жань с удивлением отметил, что между собой их комнаты отличались пускай и не сильно. Мо Цинван уже собирался выкладывать свои немногочисленные вещи из мешочка цянькунь, когда к нему заглянул брат. Мо Жань понял — нужно действовать быстро. — На самом деле ты прав, — сказал он, с улыбкой обернувшись к Мо Цинвану, — я пришёл не просто так. Мо Цинван нахмурился, но готов был выслушать. — Могу ли я попросить тебя поменяться комнатами? — спросил альфа со всей беззаботностью, на которую способен. — Что-то случилось? — осторожно поинтересовался Второй принц. — Ничего особенного, просто мне не нравится расположение окна в ней. Действительно окна в их комнатах находились на разных местах. Мо Цинван бросил взгляд в сторону окна. Для него в его расположении не было ничего сакрального, но, возможно, для Мо Жаня всё обстояло иначе. — Ладно, — согласился Мо Цинван, не задумываясь так глубоко. Для него действительно не имело смысла, где ему придётся провести ночь. — Спасибо тебе большое, А-Ван, — Мо Жань порывисто обнял Мо Цинвана, надеясь, что мог поступить так в прошлом. Второй принц опешил, не зная, что стоит сделать, однако, чуть погодя, он ответил на объятия, осторожно разместив ладони на лопатках Мо Вэйюя. Мо Цинван был смущён, но ему удалось спрятать это, чуть зарываясь носом в плечо брата. Когда Мо Цинван покинул комнату, улыбка с лица Мо Жаня так и не сползла, но причина её появления заключалась в том, что через стенку от него был Чу Ваньнин. Наследный принц старался вести себя достойно. Для начала он последовал примеру своего младшего брата и достал из-за пазухи мешочек цянькунь. Вытащил из него защитные талисманы и повесил один на дверь, другой на оконную раму. Осторожность не помешает. Он был занят серьёзными вещами ровно столько, сколько нужно, а после сел на кровать и задумался. Что делать? Мо Жань прислушался, вокруг было тихо. Стены на этом постоялом дворе служили только для разграничения комнат между собой и не отличались прочностью и звукоизоляцией. Поэтому он надеялся, что будет окружён множеством звуков, среди которых сможет различить Чу Ваньнина: поступь, скрежет перемещаемой утвари, хоть что-то. Но не было ничего. Альфа остался в абсолютной тишине. Также Наследный принц думал о их расследовании, в голове сплошная каша из перемешанных рассказов, слухов, картинок. Но понятнее не становилось. Наоборот он словно всё глубже погружался в какой-то грот, ему также стоило подумать о том, как найти храм, где поклонялись Кровавым Богам, а именно Хранителю Времени. Вот только сейчас в приоритете находилось расследование этих убийств. Мо Вэйюй тяжело вздохнул, ему требовался отдых, чтобы расставить полученную за сегодня информацию по местам. *** Мо Цинван спал довольно чутко, порой его могло разбудить даже дуновение ветра за окном, но в этот раз это было нечто другое. Он услышал стук. Открыв глаза, альфа осмотрелся по сторонам, пелена сна ещё не спала. Звук повторился вновь и Мо Цинван напрягся. Тяньлан до отъезда предупредил их, чтобы юноши сделали себе достаточно бумажных талисманов разного действия. Несмотря на наличие у Мо Жаня и Сюэ Мэна оружия, им всё равно пришлось их рисовать. У Второго принца же личного оружия не было, поэтому альфа довольствовался обычным мечом без имени и арсеналом различных талисманов. На двери и на оконной раме Мо Цинван разместил несколько защитных талисманов, поэтому нечисть не могла пробраться в комнату, но… снаружи точно кто-то был. Мо Цинван видел тёмный силуэт за окном. Он сглотнул; это был второй этаж, никакого балкона снаружи не наблюдалось, а силуэт преспокойно стоял себе, словно повиснув в воздухе. Осторожно выбравшись из кровати, стараясь действовать бесшумно, Второй принц подошёл к окну. Тук-тук. Юноша замер, его сердце билось ужасающе быстро, и в такт сердцебиению продолжало звучать… Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук. Мо Цинван посмотрел на печать. Она не загорелась. Значит, за окном не нечисть? А кто тогда? Второй принц не был склонен к импульсивным поступкам, Мо Цинван славился своей выдержкой и терпением, в этом разительно отличаясь от своего старшего брата. Мо Цинвана оплели оковы: чужих ожиданий, долга, надежд, — и не позволяли двигаться, как ему вздумается. Именно поэтому его грудь наполнила горечь. Как он сможет стать лучше, если никогда не превзойдёт Мо Жаня?.. В силе, способностях, храбрости… Собрав всю волю в кулак, Мо Цинван в два шага оказался возле окна и резким движением распахнул его, готовый встретиться с врагом лицом к лицу. Вот только за окном никого не оказалось. Мо Цинвавн растерялся. Он ведь совершенно точно видел кого-то! Там кто-то был! Тогда почему… Сердце понемногу успокаивалось, напряжение покинуло его тело, мышцы расслабились. Альфа облегчённо выдохнул и именно в этот момент чёрная тень ворвалась в его комнату через окно, ударяя по лицу. Мо Цинван не успел даже вскрикнуть, как оказался поваленным на пол. Потеряв ориентацию в пространстве, юноша оказался на спине, пытаясь понять, что произошло, сердце зашлось в сумасшедшей пляске. На груди у него было что-то тяжёлое. Это «что-то» имело две небольшие лапы и ходило немного вприпрыжку. Над его лицом нависла воронья голова. — Кар… — тихо произнесла птица, но этого оказалось достаточно, чтобы Мо Цинван облился холодным потом. Следом на него накатило облегчение. Это был всего лишь ворон. Взмахнув рукой, Мо Цинван столкнул наглую птицу с себя, услышав недовольное «Кар» в ответ. Однако ворон послушно отошёл, а затем и вовсе вылетел в окно, оставляя Второго принца одного. Альфа почувствовал себя таким жалким. Испугаться какой-то птицы! Это ж надо! Он закрыл окно и, подумав, налепил на него ещё целую кучу талисманов. Мо Цинван хотел быть храбрым, правда хотел, однако его трясущиеся руки заставляли почувствовать себя до ужаса жалким и никчёмным. В его голове звучали слова матери о том, что он должен быть лучше, сильнее, умнее, храбрее. Мо Цинван не мог оправдать чужих ожиданий. Расстроенный, альфа забрался на кровать и подтянул ноги к груди, затем обессиленно посмотрел на свои дрожащие руки и наконец уткнулся лицом в колени, думая, что раз сам ничего не видит, то и другие тоже. Ему было очень грустно. Под веками запекло от подступающих слёз. *** Утром Мо Жань подорвался ни свет ни заря, ему в голову пришла одна мысль, которой ему срочно нужно было поделиться с кем-нибудь. Разумеется, первым делом он побежал к Чу Ваньнину. Альфа несколько раз настойчиво постучал в дверь, прислушиваясь к каждому шороху. Чу Ваньнин открыл дверь и посмотрел на него сверху вниз своим недовольным взглядом, но Наследный принц слишком хорошо знал его, поэтому никак не отреагировал на нерадушный приём. — Второй Молодой господин Чу, — сказал Мо Жань полушёпотом, что омеге пришлось прислушаться и следить за движением его губ, — я кое о чём подумал и хочу поделиться с вами мыслями, это по поводу нашего дела. Мужчина продолжал смотреть на него ещё несколько секунд, после отойдя от двери и сразу уходя вглубь комнаты, оставляя закрытие двери на Мо Жаня. Тот с радостью заперся в комнате с Чу Ваньнином на засов и побежал следом. Чу Ваньнин чинно сидел за низким столиком, на котором расположился горячий чайник и несколько пиал с чаем. «Он кого-то ждал?», — мысленно изумился юноша. Мо Жань опустился напротив Чу Ваньнина и обратил на того свой взгляд, но слова засели у него в горле. Как давно они не сидели наедине за чашкой чая? Казалось, прошло несколько десятков лет и одновременно не минуло ни секунды с их прошлого, в котором они также пили чай, наблюдая за солнечными лучами за окном. Сейчас солнца не было, лишь монотонное серое небо и жуткие убийства под боком. — Я ночью поразмыслил, — начал Мо Жань, — если подумать, что всё-таки свирепствует злой дух, то он ведь может вселяться в людей? Чу Ваньнин нахмурился, но явно понял, к чему клонил Мо Вэйюй, но чтобы закрепить убеждение, альфа продолжил: — Никто из посторонних в дома жертв не проникал, но нельзя сказать не вышли ли они из домов сами. Просто… — Ты намекаешь на то, что их никто не похищал, а они последовали за убийцей самостоятельно… — закончил за него омега. — Не только… Что если дело в женихах? Я имею в виду, что если дух вселялся в них и управлял ими? Они не говорили ни с одним из женихов, поэтому не могли даже предположить что-то такое. — Тогда ответьте и на следующие вопросы, Ваше Высочество, — Чу Ваньнин посмотрел ему точно в глаза и по телу Мо Жаня прокатилась дрожь, — Зачем это духу? Зачем наносить столько физических увечий? Зачем вырывать язык и глазные яблоки? Зачем вывешивать труп на обозрение? Духи бывают жестокими, однако это жестокость умостилась на тонкой грани с безумием. Вы сами видели в каком состоянии тела. Не одна жертва, а много. Насколько бы не был свиреп дух, его ярость должна была хотя бы немного поутихнуть. К тому же все женихи находились на виду и довольно искренне изображали горе. Можно предположить, что никто из них ничего не помнит, но каким образом это провернули? Если дух вселяется в тело, обычно выбирает одно. Женихи же все разные. Проблема была в том, что у него не было ответов на эти вопросы. Он покачал головой, признавая поражение. — Не могу найти ответа, Второй Молодой господин Чу. Я всю ночь думал над этим. Если предполагать, что женихи были одержимы, мог ли дух забрать с собой эти воспоминания? И разве одержимость не вредит здоровью? Я слышал о случаях, когда дух захватывал тело человека, питался его природной энергией, а затем исчезал, оставив опустошённое тело. Мы вроде бы собирали информацию, разговаривали с людьми, а толку-то? Куча предположений, но ни одного конкретного. — произнёс Мо Жань, не прерывая зрительного контакта с омегой. Чу Ваньнин был крепким орешком, в его глазах скрывалось слишком многое, только этот отстранённый холодный вид, служивший ему бронёй многие годы, не позволял заглянуть глубже, узнать его лучше. Между ними высилась громадная стена, но Мо Жань был готов бороться до конца. Он не отступится от своего: год, два — не важно. Его терпения хватит и на десятилетие, столетие, тысячелетие. Потому что Чу Ваньнин того стоил, был достоин всего счастья этого мира. Между ними повисла тишина, Чу Ваньнин явно не собирался угощать его чаем и Мо Жань буквально кожей чувствовал, как мужчина хочет его выставить за дверь. Тогда альфа пошёл другим путём: — Второй Молодой господин Чу, — позвал он его, — что нам делать дальше? Неужели мы просто будем ждать вестей о мемориальной табличке? Сначала Чу Ваньнини не собирался отвечать, но всё же, подумав, сказал: — Сегодня я отправлюсь в лес, где видели духа мёртвой невесты. Наследный принц округлил глаза. Чего? — Зачем? — спросил тот вслух. — Ваше Высочество правы, говоря, что у нас нет столько времени, чтобы дожидаться чего-либо. Нужно проверить все версии, какими бы бредовыми они не казались. Иначе убийства будут продолжаться. Мо Жань тяжело сглотнул. — Тогда следует как можно скорее найти Цай Ая и попросить его держать нас в курсе относительно таблички. Чу Ваньнин ничего не ответил, холодное выражение так и не ушло с его лица. Альфа понял, что нет смысла раздражать его своим присутствием ещё дольше, однако было ещё кое-что, что следовало произнести вслух. — Я поговорю с Цай Аем, — сказал уверенно Мо Жань и следом добавил, — а потом мы с вами направимся с лес. Следует ли нам дождаться завтрака? Мо Вэйюй поставил его перед фактом — он в любом случае пойдёт с Чу Ваньнином. Надеялся ли Мо Жань, что хоть от этих его слов что-то на лице Чу Ваньнина изменится? Он соврёт, если скажет «нет». — Тогда я пойду. Наследный принц поднялся и вышел за дверь. Чу Ваньнин продолжал сидеть и смотреть на то место, где только что сидел юноша, затем его взгляд медленно перешёл на дверь через которую тот покинул комнату, после же глаза снова вернулись на место. Чу Ваньнин не понимал, что происходит. *** Мо Жань бежал со всех ног. Он развил такую немыслимую скорость, что едва не снёс Сюэ Мэна, грозясь вышвырнуть его не то, что с дороги, а и из самого города. — Куда ты прёшь?! — заверещал Сюэ Мэн, подстреленной дурной птицей. Но его грозный крик не произвёл на Наследного принца никакого впечатления, юноша проворно завертел головой в поисках Чу Ваньнина. Всю дорогу до дома семьи Цай и обратно его не покидала мысль, что Второй Молодой господин Чу просто уйдёт без него, ничего не сказав. Но хвала богам, тот обнаружился вместе со всеми. Они с Тяньланом стояли позади и выражением лиц копировали друг друга. Оба недовольные и серьёзные, что становилось жутко. — Второй Молодой господин Чу, — позвал Мо Жань, напрочь игнорируя беснующегося Сюэ Мэна, — я всё сделал! Мы можем отправляться! Он говорил с такой радость, словно обращался не к Чу Ваньнину, а как минимум к своему дорогому другу. Все одновременно посмотрели в сторону омеги. Второй Молодой господин Чу даже не обратил на это внимания. Для него ничто не имело значение, это был поистине страшный человек! Казалось, что даже если бы его насквозь пронзил меч, он бы ни то что не проронил ни слова, но и даже не изменился в своём каменном лице. — А ты куда это собрался? — сощурился Сюэ Мэн, делая шаг вперёд, тем самым отрезая обзор Мо Жаню. — Искать убийцу, конечно же, — нехотя ответил альфа, едва не закатывая глаза от тупости братца. — Как ты его будешь искать, если даже не участвуешь в расследовании? Сюэ Мэн так возмущался по большей мере из-за того, что ему ужасно не нравился Тяньлан. Вчерашний день тянулся до отвратительного медленно и уныло, сосредоточиться на деле не получалось, потому что не было никакого интереса разбираться с этим. Тяньлан был мастером в изготовлении снадобий, но как учитель оставался откровенно плох. Из вчерашнего дня Сюэ Мэну больше всего запомнилось, как Второй Молодой господин Чу оттаскал лекаря Цуня за шиворот и как они рассматривали тело трупа. Это дело действительно внушало ужас, но после посещения семьи Чэнь оно растеряло всю привлекательность. Сюэ Цзымин считал себя лучше Мо Вэйюя, ведь посещал все занятия и на тренировках выкладывался по полной. Мо Жань же ничего не делал: пропадал не пойми где, а меч в руки брал только по настроению. Поэтому этот баловень небес искренне думал, что самым бесполезным членом их группы будет именно Мо Жань. А в итоге получилось с точностью наоборот. Наследный принц не просто оказался заинтригован происходящим, он решил проявить себя не только как искусный заклинатель, но и довольно мозговитый юноша. Ему тоже хотелось показать себя с лучшей стороны, чтобы выделиться. Но альфа понимал, что с Тяньланом всё будет бесполезно. Второй Молодой господин Чу внушал ему истинный страх, но Тяньлан раздражал гораздо сильнее. — Почему это именно ты должен идти со Вторым Молодым господином Чу? — прищурив свои красивые глаза, вопросил Сюэ Мэн. Услышав это, Мо Жань едва не обронил челюсть. Это что сейчас такое было??? В его памяти как бы невзначай начали всплывать обрывки прошлого, и от этих воспоминаний губы поджались сами собой, обратившись в блеклую полоску. — Намекаешь, что сам хочешь составить компанию Второму Молодому господину Чу? — в интонации его голоса что-то изменилось и это не укрылось от Мо Цинвана, он впервые слышал такой тон у брата. Да, они и раньше скандалили с Сюэ Мэном, но между не было настоящей вражды. А сейчас Мо Вэйюй готов был обернуться настоящим коршуном, острыми когтями вцепиться в плоть и выклевать глаза большим клювом. — Не переворачивай слова, как тебе заблагорассудится! — ещё сильнее взъярился Сюэ Мэн. Понимая, что ссоры не избежать, но можно избежать драки, Мо Цинван осторожно произнёс, вставая между ними: — Сюэ Мэн, Жань-гэ, не думаю, что нам вообще есть смысл разделяться сейчас. Они оба посмотрели в его сторону и альфа продолжил: — Мы уже опросили всех, кого хотели. Если появится информация о табличке, нам сообщат. Так почему не отправиться в лес всем вместе? — Мо Цинван обернулся назад и обратился к Чу Ваньнину, — Второй Молодой господин Чу, что вы думаете на этот счёт? Он надеялся, что сможет потушить пламя зарождающийся драки между братьями, но этот милый ребёнок понятия не имел, что своими словами лишь подлил масла в огонь. Сюэ Мэну не было до этого никакого дела, однако Мо Вэйюй, лишь заслышав, что Второй принц обращается исключительно к Чу Ваньнину, минуя их прямого наставника, изменился в лице. Сейчас всё внимание сконцентрировалось на Втором Молодом господине Чу и поэтому никто не заметил, каким жутким стало выражение лица Мо Жаня. — В словах Его Высочества есть зерно смысла, — туманно ответил омега. И Мо Жаню ничего не оставалось, как сглотнуть ком в горле. Ему казалось, что уж сейчас никто не встанет у него на пути к Чу Ваньнину. Так как же получалось, что Сюэ Мэн и Мо Цинван снова оказывались теми, кто так упорно пытались забрать у него даже крохи внимания Чу Ваньнина?