Музыка и чувства

      Вот уже пять дней каждое утро радовало Чанёля прекрасными концертами в исполнении таинственного пианиста. Ранние пробуждения перестали быть в тягость, напротив, он с удовольствием просыпался пораньше и ждал у открытого окна ставшие уже родными звуки. Музыка всегда была разной, она менялась, ускоряя или замедляя темп, передавала чувства и настроение музыканта. Одно в ней оставалось неизменным — печаль, которая красной нитью проходила через все произведения. Она была как краеугольный камень для каждого звука, каждая мелодия строилась на печали глубоко в душе пианиста, и он щедро делился ею через свой инструмент.       Чанёль переживал. Он действительно хотел найти место, откуда идёт звук, но ничего не вышло. Музыка разлеталась по улице и шла будто сразу отовсюду. Из-за чёткого звука казалось, что пианист где-то совсем рядом, чуть ли не в соседнем доме, но точнее определить Чанёль пока не смог. Дослушав произведение до конца, он закончил с утренним сборами и, закутавшись поплотнее в серый потрёпанный шарф и старенькую ветровку, курьер отправился на работу. Из-за рассеянности шлем он забыл дома. Ноябрь разгулялся на полную и часто заливал улицы дождём, подмораживал воду в лужах первыми заморозками. Чувствовался скорый приход зимы, которая обещала быть довольно суровой.       Сегодня солнце решило немного порадовать озябших прохожих своими лучами после нескольких дней проливного дождя. Чанёль не спеша ехал по влажной улице, погруженный в собственные мысли. Он давно привык к своему скутеру и чувствовал его как часть себя, все движения были доведены до автоматизма. В очередной раз задумавшись над тайной утреннего музыканта, Чанёль отвлёкся сильнее, чем следовало, и не заметил вышедшего прямо перед ним на дорогу человека. Лишь опыт и хорошее чувство своего транспортного средства позволило избежать серьёзного столкновения. Чанёль вывернул руль и резко затормозил. Скутер занесло и повалило на правый бок, он лишь слегка задел человека на дороге.       Чанёль поспешил подняться и проверить, все ли в порядке. Беспокойство и адреналин поднимали в душе волну злости и негодования. Он подскочил к пострадавшему и, увидев перед собой молодого парня примерно своего возраста, не стал сдерживаться в выражениях.       — Да какого чёрта! Ты не видишь куда идёшь?! — осознав, что парень в порядке, Чанёль дал волю своему гневу.       — Простите, я отвлекся и не услышал ваше приближение, — парень поклонился и двинулся в сторону обочины.       Чанёль было хотел сорваться на молодого человека и рассказать, куда тому стоит засунуть свои извинения, но заметил, что он прихрамывает, а на штанине красуется большое грязное пятно от колеса. Значит зацепил сильнее, чем думал. Поумерив свой гнев, всё же и его вина здесь была, он поднял свой скутер и покатил его вслед за пострадавшим.       Уже на тротуаре, Чанёль оценил ущерб: помятый подклювник и боковина, куча царапин. Ничего серьёзно, но все же неприятно. Этот скутер был, как член семьи, да и главная рабочая лошадка. Курьер без транспорта так себе курьер.       — Ты как? Сильно задел? — Чанёлю стало совестно, что он беспокоится о своём железном коне больше, чем о человеке, которого чуть не сбил.       — Всё нормально, думаю отделался синяком. Небольшая плата за собственную невнимательность, — тихо ответил парень, потирая ушибленную ногу. — А ты не пострадал? Как твой скутер? Большой ущерб?       — Ты что, не видишь? Придется кое-что поменять, да и царапин куча. — Чанёль махнул рукой в сторону повреждений, указывая на их очевидность.       — Хм, действительно, не обратил внимания, извини, — молодой человек склонил голову и криво усмехнулся.       Он что, ещё и издевается? Чанёль опять начал закипать. Рассмотрев парня получше, он понял, что перед ним представитель золотой молодежи. Дорогие шмотки, часы, солнцезащитные очки, закрывающие почти половину лица. Красивые пепельные волосы, явно крашенные. Лицо тоже обещало быть красивым, но из-за очков рассмотреть всё не удавалось. Конечно, такому мажору непонятны переживания бедного курьера о своём дешёвеньком, но с таким трудом доставшемся скутере.       — Ну конечно! Не обратил внимания! Тебе ж наверно такие скутеры на сдачу в дорогих автосалонах дают. А я до сих пор пашу, чтобы кредит за него выплатить! Теперь ещё и ремонт этот…       — Я заплачу.       Чанёль осёкся и посмотрел на парня. Хм. Вид серьёзный, не шутит и не издевается.       — Что? — на всякий случай переспросил он, чтобы удостовериться, что не ослышался.       — Я заплачу за ремонт твоего скутера, — ровным, не выдававшим особых эмоций голосом, ответил парень. — Запиши мои данные, и сообщи, как оценишь ущерб, я переведу тебе нужную сумму.       Чанёль замер. Вообще-то у него была страховка, но скорее всего этот случай страховым не посчитают, так что предложение мажора было как нельзя кстати. Тем более, что и его вина здесь есть.       — Хорошо, диктуй, записываю, — курьер достал свой недорогой самсунг и записал номер. — Имя скажешь?       — Кхм… Бэкхён. Бён Бэкхён, — парень замялся, будто решая, называть или нет свое имя, но всё же ответил.       — Записал. Отгоню в сервис и сообщу, что как, — убирая телефон, отозвался Чанёль, но тут же почувствовал укол совести. Парню явно больно было стоять, очевидно нога пострадала больше, чем они оба думали. — Тебе бы врачу показаться, я могу проводить или такси вызвать.       — Всё нормально, просто ушиб. Я позвоню и за мной приедут. Не волнуйся, занимайся спокойно своим железным другом. Я прочный, — с этими словами губы парня растянулись в милой улыбке, которая казалась дружелюбной. Он повернулся к Чанёлю, но из-за очков невозможно было понять, что именно выражали его глаза в этот момент.       — Это хорошо, хах. Тебе бы ещё внимательности побольше, у твоей прочности тоже есть лимит, не стоит её проверять слишком часто. — Чанёль ухмыльнулся в ответ и странное чувство захватило его мысли.       Сейчас, когда уровень адреналина упал и ситуация разрешилась, на смену волнению от аварии пришло волнение другого рода. Он наконец смог внимательней разглядеть своего собеседника и пришёл к выводу, что тот очень хорош собой, даже слишком, по меркам курьера. Несмотря на огромное пятно на светлых брюках и явный дискомфорт от боли в ноге, создавалось ощущение, что парень позирует для фотографа. То, как он достал телефон, набрал номер и откинул волосы свободной рукой со лба, все это напоминало танец. Плавные движения, такие же линии лица и тела. Пепельные волосы будто светятся изнутри на солнце. И глубокий спокойный голос, который Чанёль наконец-то смог оценить адекватно. Весь вид просто завораживал.       Курьер заметно занервничал, он был довольно влюбчив, а образ Бён Бэкхёна почти не оставлял шансов. Не говоря ни слова и лишь махнув на прощание, он подхватил свой скутер и поспешил ретироваться, попутно доставая телефон и набирая номер начальника. Чанёлю дали отгул на весь оставшийся день, разумеется без оплаты, что подпортило настроение окончательно. Он оставил своё транспортное средство в сервисе, получив предварительный прайс. Повреждения действительно были не слишком серьёзными, но все же могли ударить по кошельку.       Уже у себя дома, за кружкой чая с мёдом, Чанёль крутил в руках свой телефон, не находя сил набрать необходимый номер. Даже написать сообщение, простое сообщение с суммой без лишних слов, казалось самым тяжёлым решением в его жизни. Странное волнение, дрожь в руках, взмокшие ладони. Чанёль встал и прошёлся по комнате, продолжая крутить телефон в руках.       Ну ничего же сложного, просто представиться, напомнить об утреннем происшествии и обещании Бэкхёна. Не на свидание же он его зовёт, в самом деле. От мысли о Бэкхёнк и свидании в одном предложении, телефон всё же полетел на пол из дрожащих рук. Ругнувшись на собственную неуклюжесть и волнение, Чанёль поднял телефон, сел на кровать и решительно открыл контакты. Закрыл глаза, глубоко вздохнул и нажал кнопку вызова. Черт! Он же хотел написать сообщение! Но сбрасывать было поздно, так как на том конце ответили.       — Да, кто это? — знакомый глубокий голос, почти без эмоций. Чанёль со свистом втянул воздух в себя, пытаясь успокоить сердце и ответил.       — Это Пак Чанёль.       — Чанёль? Я не знаю никакого Чанёля, возможно вы ошиблись номером, — все тем же ровным голосом ответил Бэкхён. Курьер опешил, но быстро осознал. Точно! Он же так и не представился!       — Это курьер! Ну тот, который чуть не сбил тебя утром… — протараторил парень, стараясь успеть объясниться, пока собеседник не отключился.       — А, значит, Чанёль? Приятно познакомится, — в ровном голосе послышалось улыбка или всё же показалось? — Как твой скутер, жить будет?       — Да, да. Там кое-что заменить и будет, как новый, — озвучив сумму, которую предварительно назвал ему мастер, курьер вспомнил, что Бэкхён тоже пострадал и поспешил узнать о его здоровье. — А как ты, как нога?       На том конце провода повисла тишина.       — Кхм, да всё хорошо. Ушиб, синяк, как я говорил, бегать буду, — ответил уже не такой ровный, слегка дрогнувший голос. — Скажи номер карты или счета, куда перевести деньги. Или по номеру телефона?       — Нет, у меня это, ну… Заблокирован счёт, пока… — соврал! Черт, зачем? Чанёль даже не успел сообразить, как слова сорвались с губ.       — Хм, что же делать? — задал вполне резонный вопрос Бэкхён. Чанёль все ещё продолжал бить себя рукой по лбу, видимо надеясь собрать остатки мозгов. Вариант был один и, очевидно, ради этого он и соврал.       — Давай увидимся, и ты отдашь наличкой? — с замиранием сердца предложил курьер и задержал дыхание, ожидая ответа. По ту сторону молчали. Наконец, спустя несколько мгновений, которые казались Чанёлю вечностью, последовал ответ.       — Хо… Хорошо, давай. Знаешь парк недалеко от центрального моста, там ещё пруд с рыбками? — Чанёль кивнул. Тишина. Осознав, что говорит по телефону, и двинув себя по лбу ещё раз, Чанёль подтвердил уже вслух, что знает.       — Рядом с прудом, на лавочке, завтра около двенадцати? Тебе подходит? –поинтересовался Бэкхён.       — Да, да, всё подходит. Завтра выходной, я свободен весь день, — зачем-то добавил Чанёль.       — Тогда… До завтра, — голос Бэкхёна явно изменился, неуловимо, почти не слышимо, но музыкальный слух Чанёля всё же уловил разницу, голос перестал быть таким спокойным и ровным.       — До завтра, до встречи.       Завершив вызов, курьер без сил откинулся на подушку. Этот разговор вывел его из равновесия. Для чего он соврал на счёт карты? Неужели одной встречи хватило, чтобы Чанёль влюбился? Задаваясь этими вопросами, он вызвал в голове воспоминания об утреннем инциденте, а точнее об образе Бэкхёна перед прощанием. Он был привлекателен, несомненно, но этого недостаточно, чтобы так проникнуть в мысли.       Что-то было в этом парне. Он словно выбивался из серой, ноябрьской картины города, будто не вписывался в эту реальность и пришёл откуда-то извне прямо под колеса скутера Чанёля. Эти плавные движения, спокойный и уравновешенный голос, казалось, что время вокруг него также замедлялось и усмиряло свой бесконечный, сумасшедший бег. С этими размышлениями Чанёль постепенно провалился в сон. Мысли о пианисте остались в солнечном утре, дождливая ночь принесла совсем другие мысли, о другом человеке.