Тень настоящего.
31 декабря 2021 г., 14:51
Сознание возвращалось к Мише неохотно. Молодой человек лежал на большом столе в столовой. Одетый. Когда из пересохшего горла послышался сдавленный хрип, его голову кто-то приподнял, и к губам приставили стакан. Жажда мучила с ужасной силой, и он осушил стакан в доли секунды. После этого он снова провалился в беспамятство.
В окно ярко светило полуденное солнце, когда Миша очнулся всё там же — на столе. Он моментально поднял руку и приложил её к шее. Шрама не было. Рядом с ним дремал, облокотившись на стол, сидящий на стуле Антон. От резкого движения он приподнял голову и раскрыл слипшиеся глаза. Как только он увидел, что Миша в сознании весь его сон мгновенно улетучился.
— Миша, Господи, ты жив, — Антон вскочил и налетел на него, стискивая в объятия.
— Задушишь, — прохрипел блондин.
— Ты так меня напугал, — Антон ослабил объятия, но они всё ещё были крепкими. — Я услышал грохот, захожу в ванную. А там ты лежишь. Окно открыто, ты голый на полу и без сознания. Я сразу тебя вытер, перенёс на стол и одел. Что там произошло?
В Мише боролись рациональность и страх. Рациональность твердила, что того, что было в ванной, быть не могло, ведь вот он, живой, сидит на столе в объятиях любимого. Страх же шипел, что это всё ложь, что оно там. Ждало, пока Миша зайдёт туда, чтобы закончить начатое.
— Миша, — Антон чуть потряс его. — Ты чего завис? Может ты головой ударился?
— Антон, — рациональность и страх приняли ничью. — Не сочти меня за сумасшедшего. Но я видел, как моё отражение... Убило себя.
Антон чуть отстранился и серьёзно заглянул в глаза Миши.
— Тебе надо в больницу, у тебя точно сотрясение.
— Нет, подожди. Я... Я не знаю, что это было, я просто это видел. Или... Чёрт, я не знаю.
— Может, у тебя были галлюцинации из-за сильного перепада температуры?
— Я не знаю. Я увидел это, потом у меня закружилась голова, и я упал. Я слышал, как что-то разбилось.
— Да... Да, там разбилось зеркало.
Страх стал преобладать. По коже Миши побежали мурашки. В его голове появилась мысль о том, что если оно уже здесь. Или... Оно всегда было здесь?
Когда Антон высвободил Мишу из своих объятий, тот буквально стёк со стола и на ватных ногах пошёл в сторону ванной. Медленно он потянулся к дверной ручке. Медленно опустил её. Медленно отрылась дверь.
На полу в ванной не было ни одной капли крови. Взгляд Миши перешёл на зеркало. Паутина трещин растянулась на зеркальной поверхности.
— Всё в порядке? — поинтересовался Антон, стоявший за спиной Миши.
— Да, — с облегчением выдохнул парень. — Да.
— Пойдём, выпьем чаю?
За остаток дня Антон смог починить кровать. Оказалось, что сломана всего одна ножка и скотча, гвоздей и молотка хватило, чтобы её починить. Хоть она и была односпальной, спать на ней было бы всяко лучше, чем на полу. Отсыревший матрас они положили на печь, которая без устали работала не прекращая.
К вечеру Антон созвонился с электриками, чтобы те приехали и починили щиток. Но в этой череде радостных событий должно было быть одно "но". Этим "но" и стали электрики.
— Я вам ещё раз повторяю, что я, чёрт побери, не электрик и не могу починить этот чёртов электрощиток! — Антон не на шутку разозлился и обильно жестикулировал руками, ходя взад-вперёд по холлу. В трубке послышалось неразборчивое "Мы можем только проконсультировать вас по телефону".
— Да знаете что?! Засуньте себе свои консультации знаете куда?! — в трубке послышались короткие гудки. — Сволочи.
— Честно, я даже не удивлён, что сюда никто ехать не хочет, — иронично заметил Миша из столовой.
— Эта их работа, за которую я плачу, — в возмущении Антон зашёл туда и плюхнулся на стул, кинув телефон на стол.
— Кстати о "плачу". Сколько у нас денег осталось?
— На электрика бы хватило, — Антон устало потёр переносицу.
— Я понимаю, что в этой глуши работа фотографа вряд ли кому-то нужна, но ты можешь фотографировать природу.
— Да, только за это платят раз в пять меньше.
— Хоть что-то.
— Слишком много мороки и мало прибыли. Ты один весь дом не приберёшь, пока я охочусь за лисами, чтобы их сфоткать.
— Это будет тяжело, но я справлюсь.
— Нет, — Антон опустил руки на стол и серьёзно посмотрел на Мишу. — Пока у нас деньги есть. И пока их достаточно. Когда я пойму, что мы приближаемся к границе, я что-нибудь придумаю.
— Прошлые счета за дом мы с тобой оплатили ещё в городе, но когда придут следующие — что будем делать?
— До этого ещё далеко. И, к тому же, если сраное электричество нам не подключат, то счета станут значительно меньше.
По столу прошла вибрация.
— Твою ж... Сдох. Твой как?
— Мой ещё вчера... А среди местных могут быть электрики?
— Я не помню, чтобы они были в моё детство. Но, я думаю, даже если они и есть, сюда никто не полезет.
— Помню-помню, местные сторонятся дома. Но вот Маша не верит в эти сказки. Может найдётся кто ещё?
— Тогда это должны быть как и она приезжие. На местных рассчитывать нет смысла.
— Тогда завтра сходим в посёлок?
— Давай. Да надо на второй этаж уже переходить.
Антон в задумчивости достал пачку сигарет и закурил, не вставая со стула. Он поднял голову и, словно в воздух, он медленно произнёс:
— Как только мы заколотили те окна? — парень выпустил колечко дыма.
***
— Гоша! Гоша, ты где?! — мальчик ходил по пустому холлу первого этажа. На лестнице послышался скрип. Мальчик взметнулся по ней и увидел лишь тень, взбегающую по винтовой лестнице на третий этаж. Мальчик кинулся следом. На третьем этаже было пусто. — Гоша, ты где? — обиженно проскулил ребёнок. — Только не говори, что ты спрятался опять в той комнате. Меня бабушка снова будет ругать. Раздался бой больших часов, стоящих у окна. Мальчик повернул голову и посмотрел на время. — Всё, Гоша, уже десять вечера. Мама скоро вернётся, мне надо ложиться спать, — ребёнок, стоящий посреди холла третьего этажа, смеясь, поскакал в свою комнату.***
Выполнив такую утреннюю рутину, как завтрак, умывание, закидывание поленьев в печь, парни собрались и пошли до посёлка. С приближением цивилизации стали попадаться на глаза люди, которые всё так же сторонились молодых людей. Путь их лежал до уже знакомого магазинчика. Открыв его двери, они сразу услышали тяжёлый женский голос, который кого-то отчитывал: — Ещё раз ты попрёшься туда, я лично тебе ноги поотрываю, балбес, — тучная, но красивая рыжеволосая женщина отчитывала двенадцатилетнего мальчишку с такими же яркими волосами. — Прости, ма-ам, — не поднимая глаз на женщину, он говорил себе в ноги. — Ну Коля сказал, что в лесном доме кто-то поселился. Интересно же. — Интересно ему! Кто в лес ночью ходит, следопыт? Да я... — она не успев закончить предложение, её взгляд переключил на открытую дверь и на стоявших снаружи парней. — Брысь, Петька, я с тобой потом договорю. Мальчишка повернулся в сторону парней, улыбнулся, от чего его детское веснушчатое лицо засияло, словно солнце, и убежал в каморку за прилавком. Женщина же полностью развернулась к ним и обворожительно улыбнулась. — Здравствуйте, простите, что прервали вас. А что этот мальчик делал у лесного дома? — Антон подошёл к прилавку. — Ох, да это сын мой. Сколько здесь живём, лесной дом пустует, а тут кто-то начал говорить, что там живут теперь. Да кто там жить будет? Дом старый, заброшенный, его только ремонтировать сколько лет надо. — А как же истории о ведьме? Они не являются причиной не жить там? — Миша заинтересованно прищурил глаза. — Да бросьте вы, какая ведьма. Старая сказка для детей, чтобы они в пустой дом не сувались. Вот на моего, видимо, не сработала, — она выдохнула и обернулась на дверь, в которую убежал мальчик. — Хотите верьте, хотите — нет, но в том доме поселились-таки люди. Ну, мы, — улыбнулся Миша. — Мы к вам с вопросом. Есть ли у вас знакомый электрик, который не испугается детских сказок и починит проводку в лесном доме? — Знаю одного такого. Он завтра приедет, вам не срочно? — Ну, пока как-то без света справлялись. — Вот и славно, я вам номер дам, позвоните ему. — Да-а, тут такое дело. Мы тут уже несколько дней и без электричества. Наши телефоны сели. — Ох, вы бы с собой зарядки принесли, я бы вам зарядила телефоны. Ладно, я поняла, позвоню ему сама. — А вы не знаете, сколько он за работу берёт? — резко вклинившийся в разговор Антон выглядел очень серьёзным. — Без понятия. Но в такой глуши... Не думаю, что много возьмёт. Не больше, чем в городе. — Ладно, спасибо, — Антон начал разворачиваться, чтобы уйти, но остановился. — А вы не знаете, где можно купить дрова? — Так а у нас все сами в лес ходят и колют. — И нигде не купить? — Ну, если у кого-то просить. Но, думаю, с вами особо на разговор никто и не пойдёт. Особенно после слухов о жильцах в лесном доме. — А у вас можно, вы же слухам не верите, — Миша поднял брови. — Нет, мальчики, у нас электрическое отопление. — М-да, история, — выдохнул Антон. — Ладно, наши отсыревшие ещё есть. Пока хватит. А там может и до города доедем. Спасибо. — Всё? Или что-то купите? — Нет, пока у нас всё есть. Позвоните, пожалуйста, электрику, мы будем завтра ждать. По приходе домой, парни поднялись на второй этаж; за эти дни верхнее помещение тоже успело прогреться от печи. То, что второй этаж выглядит значительно лучше первого, молодые люди отметили ещё когда оттаскивали на него люстру. Рядом с каждой лестницей было по двери. Левая дверь вела в комнату бабушки, Антон помнил это чётко, так как всегда боялся заходить в помещение, пахнущее старостью и алкоголем. Правая дверь вела в пустую спальню, в которой могли раньше останавливаться гости. Так же рядом с гостевой спальней располагалась ванная. За комнатой же бабушки была винтовая лестница, которая вела на третий этаж дома. Этаж, на котором Антон проводил в детстве большую часть времени. Но всё же главная ценность этажа была в библиотеке, вход в которую располагался между лестницами, ровно над столовой. Первым делом в неё молодые люди и зашли. — Тут... Много книг, — констатировал факт Миша, проходя вдоль стеллажей, которые располагались по периметру всей библиотеки за исключением небольшого разрыва между книжными полками у правой стены, где находилась массивная дверь. — Надо же, тут даже кресло-качалка сохранилось! Миша плюхнулся в кресло. Антон тяжёлым взглядом обвёл помещение, закрыл глаза, вдохнул воздух с пылью, открыл и подошёл к дальнему стеллажу. Он присел на корточки, чтобы достать до второй полки и вытащил оттуда небольшую книгу в зелёной обложке. — Что это у тебя? — Фотоальбом. — Ого, показывай! Там твои смешные детские фотки? — расхохотался Миша. — Что-то вроде, — улыбнулся Антон, раскрывая альбом, сидя на корточках. — А что за той дверью? — Миша указал на дверь между стеллажей. — Кабинет. В нём... Часто писал отец. Пока не ушёл. Антон поднялся с места и подошёл к Мише, протягивая ему альбом. — Смотри, он показал на первую страницу. — Здесь я и моя семья. Это мама, отец, бабушка... Подожди-ка. Он схватил альбом и стал его быстро листать. — Ты что-то потерял? — Мне казалось... На этом фото должен был быть Гоша, мой друг. Но, видимо... Мне просто казалось. Из альбома выпала фотография обратной стороной вверх. На фотокарточке было написано: "Георгий Страханов". Миша поднял фото и перевернул его. На нём был запечатлён смеющийся годовалый ребёнок. — Ну, здесь есть такая его фотка... Хотя это странно, он же не был твоим родственником, что она делает в вашем альбоме? Антон не ответил, только взял фото из руки парня и пристально стал его изучать. — Антон, а тебе не кажется, что библиотека меньше столовой? — Миша посмотрел по сторонам прикидывая размеры помещений. — Это из-за стеллажей по бокам, — не отрывая взгляд от фото ответил Антон. — Нет, тут другое... Ощущение, что тут ещё одна комната должна быть слева. — Я не знаю никакой ещё одной комнаты, — резко бросил Антон, отрываясь от фото и засовывая его в карман. — Давай зайдём в остальные. Кабинет был очень тёмным, в нём не было окон, поэтому решено было прийти сюда на следующий день, когда уже будет электричество. В гостевой спальне, на удивление, кровати не было. И в целом комната была пуста, лишь стоял стол с торшером рядом. Ванная рядом ничем не отличалась от ванной на первом этаже, они были полностью идентичны, за исключением того, что зеркало на втором этаже не было разбито. Перед дверью в бывшую спальную бабушки Антон замер. Он понимал, что запаха больше нет, как и бабушки, но детские воспоминания нахлынули с новой силой, когда он положил свою руку на дверную ручку. Миша аккуратно подошёл, положил левую руку поверх руки Антона, а правой приобнял Антона за плечи. — Ты должен открыть эту дверь, — мягко прошептал он. Антон взглотнул. Миша слегка надавил своей рукой на руку парня и тот, поддавшись, резко, словно отодрал пластырь, распахнул дверь. В глазах у Антона помутнело, он перенёсся на несколько лет назад. В детство. Антон так же стоит на пороге комнаты и смотрит на свою бабушку. Она сидит на кровати, повернув голову к окну, будто её слепые глаза могут увидеть солнце. Потом она медленно разворачивает голову к маленькому Антону. Медленно её уголки губ ползут вверх. А потом вспышка! Следующее воспоминание — Антон лежит на полу и истошно рыдает. Бабушка продолжает слепыми глазами смотреть в окно. — Антон, дыши. Миша обнял парня со спины. Антон положил руки свои руки поверх его. — Давай спустимся, пожалуйста. Мне нужно попить воды. Придерживая парня под локоть, Миша помог ему спуститься и усадил его на стул. Затем он налил ему воды и сел рядом. — Тебе легче? — Да, спасибо. — Скоро стемнеет, надо зажечь свечи. Давай завтра дождёмся электрика и закончим осмотр дома. — Да, да... Миша. — Что? Ещё воды? — Я кое-что вспомнил. — Что? — Миша обеспокоенно приподнялся на стуле. — У меня... На ноуте скачан фильм, давай посмотрим? Зарядки должно хватить только-только, но должно. — Дурак, — нервно выдохнул Миша, садясь обратно. — Давай, какой фильм? — "Грязные танцы" — Ого, не боевик? — Ха-ха, — саркастично произнёс Антон. — Мне же ничего больше не может нравится? — Ну... Нет. — И кто из нас дурак, — засмеялся Антон. — Ты, — с абсолютно серьёзным лицом ответил Миша. — Так, иди в душ, я за тобой. Потом смотрим фильм. — Мы можем ускорить этот процесс, — Миша положил свою руку на бедро Антона. — Или затянуть... — А ты прав. Можем ускорить, — Антон положил свою руку поверх руки парня. — Если мы оба... Не будем мыться. Он снял руку со своей ноги. — Прости, я не в настроении, — сказал Антон, закуривая. — Фу, обломщик. Следующий час они по очереди мылись, устраивались на кровати, включали ноутбук. Не забыли и подкинуть дрова в печь. И вот фильм начался. И спустя минут сорок просмотра, Миша почувствовал, как его веки тяжелеют. Он задремал на плече Антона. Через, казалось бы, пару минут Миша открыл глаза. Встретила его полная темнота. "Фильм уже кончился?" — пронеслось у него в голове. Но тут сознание забило тревогу. В комнате было окно, лунный свет должен попадать в помещение. Сразу ощутился холод пола, на котором лежал Миша. На ощупь он стал возить руками по голому деревянному полу в поисках двери. Вдруг его пальцы наткнулись на холодную гладкую поверхность. — Сука, нет-нет-нет, только не опять. Его затрясло. Паника обступила его, и деться от неё было некуда. Крупная дрожь не унималась и из последних сил он закричал, чтобы его нашли, как можно скорее.
