Тени на наших стенах.

      Антон проснулся от крика. Быстрый взгляд в сторону — никого рядом. Он моментально вскочил с кровати, выбежал из комнаты и остановился по середине холла.       Понять, откуда разносится крик было трудно; создавалось ощущение, что кричат стены. Антон стоял, смотрел по сторонам. Сперва бросился вправо, затем в лево. Взбежал на середину лестницы, остановился. Кровь стучала в висках с такой силой, что казалось, голова вот-вот лопнет.       И резко крик оборвался.       Антон дёрнулся. Несколько секунд безумно тяжёлой, давящей тишины. Воздух кончился в лёгких, в глазах помутнело. Антон моргнул несколько раз и...       Вот он, маленький, поднимается по лестнице и, смеясь, говорит со своим другом, который идёт вперёд него. Они поднимаются на второй этаж, заходят в бабушкину комнату. Но в ней что-то не так. Маленький мальчик смотрит в проход за отодвинутым шкафом.       Видение исчезло. Антон мгновенно кинулся к двери в бывшую комнату бабушки. Не раздумывая, открыл дверь, влетел внутрь и увидел шкаф, опрокинутый на пол. За ним скрывалась небольшая дверь, которая сейчас была плотно закрыта. Антон подошёл к ней, открыл, впуская в помещение небольшой проблеск света от луны из-за заколоченных окон.       В помещении — небольшой комнате — ничего не было, кроме большого напольного зеркала, стоящего посередине и лежащего перед ним тихо плачущего Миши. Антон мигом подлетел к любимому и поднял его на руки, вынося из помещения. Он отнёс его в их комнату, уложил на постель, лёг рядом, накрыл обоих одеялом и стал шептать ему на ухо нежные слова, чтобы успокоить. Через полчаса шок и паника отпустили молодых людей, но остаток ночи они провели в бессоннице.       Уже под утро Миша тихо, с хрипом прошептал:       — Я снова ходил во сне.       — Тише, малыш.       — Я снова ходил. Я сам пришёл туда. Сам.       — Ты не виноват.       — Если я снова, — к его глазам подступили слёзы.       — Миша, Мишенька, пожалуйста, посмотри на меня, — Антон взял его лицо в свои руки. — Этого больше никогда не повторится. То, что тогда было, никогда не повторится.       Глаза Миши заблестели от слёз, он уткнулся в плечо Антона и тихо заплакал.       Через несколько часов приехал электрик. Молодой мужчина на вид лет тридцати. Мучился с щитком он около часа, но время зря потрачено не было. Заменив большую часть составляющих деталей щитка, электрик добился желаемого результата. Конечно, не все лампы работали, как и розетки, но, к счастью, всё необходимое функционировало, даже та самая люстра из холла.       — Спасибо вам, Владимир. Вы так долго работали, хотите есть? — спросил Миша, когда электрик отчитался о проделанной работе.       — Благодарю, я не голоден. Но я бы не отказался от кофе.       — Да, сейчас сделаю, — сказал Миша, уходя на кухню.       Электрик прошёл в столовую, где на заряжающемся ноутбуке что-то печатал Антон. Владимир сел на соседний стул и, поколебавшись немного, попытался завязать разговор:       — Я слышал об этом доме. Почему вы решили переехать сюда?       — Это дом моей семьи, — безэмоционально ответил Антон, не отрываясь от ноутбука.       — Дом, должно быть, был в ужасном состоянии. Но сейчас здесь... Неплохо.       — Спасибо, — всё также отвечал Антон.       — Извини, я веду себя неприлично, наверное.       — Да, — Поднял на него глаза Антон. — Вы ведёте себя неприлично, как минимум, потому, что мы с вами не переходили на "ты".       — Вот ваш кофе, — появился в дверях Миша.       — Извините, но мне пора. Работа. Вот моя визитка, — он положил бумажный прямоугольник на стол. — Если что, звоните.       Владимир чуть ли не вылетел из дома. Миша недоумённо посмотрел на Антона.       — Меня не было минуту.       — Я его не выгонял.       — Что ты делаешь сейчас? — спросил Миша, заглядывая в ноутбук.       — Договариваюсь о заказе на фотографии.       — Что?! Правда?       — Да, это Женя, помнишь его?       — Ага, твой бывший однокурсник.       — Ему надо для оформления сайта фото осенней природы. Он написал мне сегодня, я так удивился, — откинулся Антон на спинку стула. — Его компания готова заплатить хорошую сумму за фото. Жека вспомнил о моём хобби из университета и предложил мою кандидатуру. Это большая удача, фотки здесь получатся обалденные.       В тот же день был подписан контракт с компанией, после чего до вечера парни прибирались на втором этаже.       — Удивительно, что второй этаж почти не заполнен всяким хламом. И не выглядит таким же заброшенным, что и первый, — по окончании работы отметил Миша. — Интересно, а что на третьем?       — Можем сходить посмотреть.       — Давай! — Миша едва ли не порхая подошёл к винтовой лестнице.       — Осторожнее, она могла прогнить.       — Могла, но не сделала этого! Идём.       Миша поднялся первым. Ещё пока Антон не поднялся, до него донеслось мишино "Вау!". И через несколько секунд сам удивился увиденному: третий этаж оказался полностью не тронутым временем.       — Как... Такое возможно? — недоумевал Антон. Миша уже стал прохаживаться по такому же как и на других этажах большому холлу. Большие часы показывали 8:33.       Дверь в кладовую была открыта, полки были заполнены какими-то консервами, очевидно, просроченными. Миша всё изучал каждую дверь, не замечая, что Антон соскользнул по стене на пол.       — Миша...       — Это какое-то волшебство! Не мог же дом стареть поэтажно? Это бред! Должно быть какое-то...       — Миша...       — Что, Антон? — не поворачивая головы от двери второго в доме кабинета, поинтересовался парень.       — ...ша, — словно скрипнул пол, шёпот получился резким и противным.       — Да что? — обернувшись, парень увидел лишь упавшего Антона. Он словно уснул прямо на полу: глаза его были закрыты, лицо было умиротворённым, не выражвшим ни одной эмоции.       Миша сразу подбежал к своему парню. Усадил его, облокотив к стене, затряс его за плечи, но тот вместо того, чтобы открыть глаза лишь прошептал:       — Помоги...       — Да, да! Сейчас! Поднимайся, — перекинув его руку через своё плечо, он помог Антону встать.       — Помоги... ам...       — Антон, давай спустимся.       Медленно, ступенька за ступенькой, они преодолевали расстояние между третьим и вторым этажом. Затем между вторым и первым. Прошли в спальню. Миша, не раздев Антона, уложил его на кровать, накрыл одеялом и лёг рядом.       Антон шептал разные, несвязанные вещи. Звал Гошу, просил помочь, упоминал свою бабушку. Выглядело, будто он болен и бредит, но на деле это был словно транс или сон.       Когда Антон прекратил дышать рвано, а стал делать это спокойно и ровно, Миша встал с кровати и прошёл в кухню, чтобы выпить чаю. Но, когда он проходил мимо большого окна, в нём сверкнула странная вспышка света.       — Что за...       Подошёл к окну, присмотрелся. Кусты шелохнулись. Затем из них вывалился мальчишка. Миша сразу его вспомнил — его отчитывала продавщица в магазине. Он столкнулся взглядом с Мишей, попытался встать, но упал.       Не раздумывая, Миша выбежал на улицу, чтобы помочь мальчику.       — Привет, я Миша. Всё в порядке? — поинтересовался парень, когда обошёл дом и стал подходить к рыжеволосому юнцу.       — Привет. Э-э, да!       — Почему же тогда не встаёшь?       — Я... Я просто устал, вот и решил посидеть.       — И ты точно не упал, когда пытался встать.       — Ну да, — Миша строго глянул на мальчика, изогнув бровь. — Мама убьёт меня.       — Рассказывай, что случилось?       — Я упал с дерева.       — И?       — И не могу встать.       — А что ты на нём делал?       — Подглядывал за тобой, — словно в этом не было ничего плохого, с гордостью произнёс мальчишка.       — Так, главное, чтобы не было перелома. Давай, опирайся на меня, пойдём в дом.       Миша был выше мальчика сантиметров на двадцать, поэтому мальчик, в основном, придерживался за руку парня. Когда они вошли в дом, Миша усадил его на стул и стал осматривать ногу. Ситуация с ним помогла отвлечься от беспокойных мыслей об Антоне.       — А ты что, врач?       — Да.       — Круто, я тоже хочу быть врачо... Ай! — Миша надавил в одном месте на ногу и мальчик вскрикнул.       — Не выглядит как перелом, больше похоже на обычный ушиб. Но надо сходить на рентген, может быть трещина или скол. Посиди пока, я сделаю тебе чай.       — Спасибо, конечно, но мне нужно домой.       — Послушай...       — Петя.       — Петя. Я сейчас позвоню твоей маме, надеюсь, ты знаешь её номер.       — Знаю.       — Хорошо, потому что минут через пятнадцать стемнеет. И я не могу отпустить тебя домой в потёмках, так ещё и с возможной травмой ноги.       — Но она будет...       — Ругаться, — перебил его Миша. — Да. И по делом тебе.       Миша налил Пете чай с мелиссой. Не думал, что она как-либо поможет мальчику, но спокойнее стало. Потом Петя набрал номер мамы и Миша объяснил ситуацию. Голос женщины в трубке был уставший и грозный.       — Ну вот, — после телефонного разговора заявил Миша, — через полчаса твоя мама приедет за тобой.       — А что мы будем делать до этого?       — Что будешь делать ты, я не знаю, но меня ждёт постель.       — Э-эй! Не бросай меня.       — Да ладно, шучу. Слушай, — Миша опустился на стул напротив мальчишки. — Ты же знаешь все эти страшные истории про этот дом. Почему ходишь сюда?       — Мне было интересно посмотреть на вас. И на дом.       — Это что, зоопарк?       — Нет, — рассмеялся Петя. — Но я здесь живу, никого в доме не было.       — А расскажешь мне одну из историй про дом?       — А не испугаешься? — прищурился Петя.       — А ты попробуй напугать меня, — повторил за мальчиком Миша.       — Ну слушай:       Лет двадцать назад, может больше, в этом доме жила ведьма со своей семьёй. Говорят, она была сумасшедшая.       Однажды мальчик решил подружиться с внуком ведьмы. Он, вроде как, тоже чокнутый был. Внук, не мальчик.       Так вот. Мальчик решил подружиться с внуком. А ведьме это ой как не понравилось! Она сказала внуку: "Все тебя хотят обмануть и предать, только я твой друг". Но её внук хотел подружиться хоть с кем-то. Его, вроде, всегда дома держали, никуда не выпускали. И вот мальчики сблизились.       Ведьма, конечно, узнала об этом. Ну и убила мальчика. Но как-то странно. Так, что его дух навсегда остался в доме, чтобы внучок не грустил.       И говорят, что любой мальчик, который придёт в этот дом, тоже станет лишь призраком в этих стенах.       — Так что же ты тут делаешь?       — Я не боюсь.       — А как звали этого мальчика? — задумчиво произнёс Миша.       — Его звали...       — Кто это? — холодно спросил Антон, стоявший в арке.       — Сын продавщицы из магазина. Он гулял недалеко и ногу подвернул. А я посмотрел в окно и увидел его. Вот жду, пока за ним мать приедет.       — Ладно, — он прошёл в кухню, неплотно прикрыв за собой дверь.       — Почему ты соврал? — шёпнул Петя.       — Не стоит ему знать о маленьком шпионе. Это наш секрет, — также шепнул Миша.       Антон вернулся в столовую с кружкой кофе. Сел за стол и липким взглядом вперился в лицо мальчика. Тот под пристальным наблюдением заёрзал на стуле. Потом Антон медленно произнёс, поднося кружку к губам.       — Иногда врачи — самые страшные люди.       — Что? — поинтересовался Петя.       — Антон...       — Врачи знают, где у тебя находятся важные органы, артерии. Словом, куда бить, чтобы твой сон длился вечно.       Миша вскочил со стула. Антон даже не посмотрел на него. Мерзкий, гадкий взгляд, будто охотник увидел добычу, был прикован к мальчику. Мишин же постоянно перемещался с Антона на Петю, в глазах стояли слёзы. Комок в горле не давал сказать ни слова, а Антон всё продолжал.       — Ты знаешь, кто такие лунатики?       Петя смог лишь кивнуть.       — Когда они ходят во сне, им снится сон. Представь, что было бы если бы врач...       — Антон, пожалуйста, замолчи! — прокричал Миша. Только тогда молодой человек перевёл взгляд на своего партнёра.       — Неприятно, да? Когда сыпят соль на рану. Когда ворошат то, что не хочется, чтобы ворошили. Когда ворошат близкие. Когда...       По столовой пронёсся звук пощёчины.       — Ты... Ты сегодня мне говорил... Я не виноват.       — А я был виноват? — Антон даже не потёр место удара, стойко приняв его. — Я был виноват в том, что мою бабушку считали ведьмой? Я виноват в том, что обо мне и о ней придумали дурацкие детские страшилки?       На лице у Пети застыл ужас. Казалось бы, ничего страшного не происходит, но слова ранят сильнее ножа, они вылетают, точно пули. Он боялся за себя, за Мишу. Если бы Антон напал на них, вряд ли бы они смогли защититься. Но сильнее Петю пугало то, чему Антон даже не придал значения. Антон был тем внуком из страшилки, и это могло значить, что вся остальная часть — правда.       Но резко свет приближающихся фар показался в окне холла. Затем гудок. С Антона, будто сняли наваждение: он проморгался, встал и ушёл вверх по лестнице.       Миша со слезами, катящимися по щекам довёл Петю до двери. Когда он её открыл, за ней стояла Маша.       — Привет, а я за братом, — она не могла не заметить мишиных красных глаз и мокрых щёк, но предпочла не упоминать об этом.       — Да, конечно, вот он. Жив, здоров. Ну, почти. Свозите его завтра в город на рентген. Доброй ночи.       Несколько резко Миша закрыл дверь сразу, как Петя переступил порог. Через пару минут машина отъехала от дома. Миша сидел на полу, облокотившись спиной к двери. Тихие всхлипы разносились по пустому этажу.       Антон сидел в комнате с большим зеркалом, откуда почти сутки назад выносил Мишу. Свет был выключен, он сидел на коленях, всматриваясь в отражение. Он не видел себя, тёмную комнату. Он видел маленького мальчика, закрытого в кладовке на третьем этаже. И тени. Много теней. Они щипали его. Толкали. Хотели забрать его в свой тёмный мир. В мир теней. Но ручка двери медленно повернулась. В проходе стоял он...       — Гоша... — тихо произнёс Антон, не отрывая взгляд от зеркала.       — Ну привет, друг, — ответило отражение.