Touch off

      Словом за словом всё и произошло. Вуд даже и не поняла толком, как всё так быстро началось. Она могла лишь отчаянно смотреть, как её отец нависает над её лучшей подругой, вышедшей ей на помощь. Мужчина имел опасную причуду и высокий рост, так что он считал, что сила целиком на его настроение. Кэсси же продумывала, какое правило ей придумать, если дело пойдёт по плохому сценарию. К счастью для неё, она знала его имя. Рэд Фишер. Да, символичное имечко. — Сэр, мне кажется, что вы несправедливы к своей же дочери. В её мечте нет ничего плохого. Такой, как она, стоит гордиться.       Мужчина встряхнул бритой головой и недовольно насупился. Ему никто никогда не перечил. От одного его взгляда все выполняли его приказы, как что-то само собой разумеющееся. Он был по жизни главным. И вот эта девушка смеет ему перечить? Ха, ей бы у плиты стоять, а не с солдатами водиться. Он снисходительно толкнул её в плечо. — Тебя забыли спросить, дура. Кыш отсюда, я лучше знаю, как общаться с прокажённой. Она сошла с ума! Порка ей поможет на раз-два.       Кэсси словно не заметила толчка в её сторону и уверенно приблизилась к нему, стерев с своего лица улыбку. А когда она переставала улыбаться, стоило её сильно опасаться в гневе. Она в ответ сама ткнула его в плечо и процедила: — А вы уверены, что сами не сошли с ума? Она независимая личность!       Она ненадолго остановилась, обдумывая последующие слова. По виду он так ничего не понял, а если инструктор сюда явится, то Вуд будет ох как несладко. Она же сама дала отцу нелегально пролезть через все эти металлические заграждения. Кэсси почти сладко начала быстро-быстро шептать, почти касаясь плеча мужчины: — Ох, ладно-ладно, я всё поняла. Если Рэд Фишер сдвинется хоть...       Она ничего не успела сказать. Причуда мужчины сработала раньше.       Но она как будто была готова к этому. Кэсси сплюнула кровь и задорно выкрикнула: — Ха-ха-ха-ха, становится интереснее!       Вуд перевязывала раны лучшей подруги с ледяным лицом убийцы. Она всё делала молча. И эта тишина пугала Кэсси даже больше, чем сам недавний инцидент, из-за которого она и попала в медпункт. Вода капала с бинтов слишком громко для взволнованной пострадавшей, из-за чего она внутренне вздрагивала. Этот горький запах дешёвых лекарств забивал ноздри и, казалось, проникал даже в горло. Было больно глотать, но во рту было как в адской пустыне, так что ей приходилось буквально через боль пить ледяную воду. В голове тихонько пищел комарик предстоящей головной боли. Да, всё это пожелаешь только врагу.       Она неловко смотрела на тихую подругу и не знала, как её, собственно, поддержать. Сказать, что ничего страшного, пройдёт через недельку, нечего тут волноваться? Кэсси была более чем уверена, что та просто отхлестает её тряпкой по губам и посмотрит на неё своим фирменным ледяным взглядом. Но что-то же она должна сделать, чтобы подруге стало чуточку полегче. Вот только что именно?..       Вуд устало вздохнула и прикрыла тонкой ладонью глаза в попытке забыть о происходящем. Нет, стало только хуже, начали приходить в голову разные мысли. Если бы она осталась хорошей девочкой для всех, дошло бы до этого момента? Стала бы её первая подруга спасать от своего же отца? Испытывала бы она тогда чувство ненасытной вины за причинённые (не её рукой) шрамы? Этих «если» за восемнадцать скопилось так много, что их стоит выбросить на помойку. — Эм-м-м, Вуд, я могу чем-нибудь помочь?..       Голос подруги донёсся как сквозь мутный туман.       До поступления в кадетское училище Вуд не имела никаких друзей. Максимум она общалась с соседями, да и то только по выходным, если повезёт. Она напридумывала себе множество причин своего одиночества, основной из которых являлась её причуда. Да, образ приторной хорошистки въелся в головы другим людям. И стоит ли говорить, что её решение поступить в кадетку вызвал гнев у её семьи?       Но, как бы эгоистично это не звучало, ей было все равно. Она нашла хороших друзей. Это же хорошо, верно? Она никому ничего не обязана. Вуд так долго думала, точнее старалась, пока не дошло до открытого конфликта между ними, двумя полярными людьми.       Между подругой и отцом. Он хотел, чтобы его дочь вернулась к роли обычной девушки, стала бы пустой оболочкой самой себя, бросила бы мечту про-героини. Подруга же влезла в их разговор тогда, когда тот ударил её по щеке. Попытка уладить конфликт аргументами в пользу существования сильных девушек закончился плачевно. Очень. По словам Бертольда, этот конфликт, как и его зачинщик, был настоящим дерьмом. Лишь инструктор спас их. А если бы им так не повезло? Что если бы она увидела смерть подруги? Или попыталась бы восстать против отца?       Вуд заткнула руками уши, пытаясь заткнуть нескончаемый поток громких мыслей. Она через силу прошептала: — Нет, Кэсс, не надо.       Я не хочу, чтобы ты из-за меня ещё больше пострадала. Я могу за себя постоять. Я сильная девушка. Не волнуйся, чтоб тебя!       Кэсси кое-как приподнялась на локтях и обняла со спины подругу, когда та немного отвернулась. Она уткнулась носом ей в лопатку и весело пробормотала: — Ву, ты же знаешь, я упрямая дура и всё равно тебе помогу.       Вуд надломно всхлипнула. — Кэсс, не надо! Я не хочу, чтобы тебе было больно! Не хочу...       Не хочу видеть, как ты становишься бабочкой на иголке.       Перед глазами девушки плыл кошмарный образ подруги, протянутой шипом в живот. Прекрасная бабочка в плену у паука.