Вокруг нас

      Срочной и активной работы стало поменьше, и большая часть той перетекла в привычную выжидательную, подготовительную, розыскную. Поиски компромата на Закклая, на Фрицев продвигались непросто. Без мгновенных успехов. Если что и удавалось узнать на данном этапе, то жалкие и бесполезные крошки. Впрочем Кива прекрасно знала, что поиск мог занимать месяцы. Даже годы, если не будет везти. У королей имелся целый штат сотрудников, что прикрывал все нелицеприятные, грязные истории, связи. Поэтому ей было проще наблюдать за их действиями. Анализировать, запоминать, как и где те сотрудники канцелярии появляются. «Уж точно это полезнее, чем погоня за дымом», девушка откинула голову, касаясь затылком стены в переулке, и потёрла ладонью лицо. Сегодня ей больше не нужно заниматься ничем таким, пусть мысли и догоняли. Задачи серьёзные как-никак. «Ещё и с Закклаем», она прикрыла один глаз, пока с силой растирала переносицу, посматривала за безрадостным осенним окружением.       Трост. Вполне себе оживлённый ковчег, где можно найти контрабандный товар по вполне себе приемлемой цене. Обеспечивало постоянное наличие дельцев, своих банд, некоторое количество и знати, думающей, что они что-то «решают» и чем-то заправляют. Но всё равно оставалось вокруг довольно спокойно, ей не нужно было ловить движение каждой тени и листочка вокруг себя. Вдобавок, часть следов прошлого главнокомандующего вела на запад Розы. Но в город на юге соглядатай выбралась не для этого. С Закклаем, конечно, было работать трудно, искать его деяния юности, карьерные лазейки, так или иначе связанных людей. И она уже сделала в текущем заходе, что могла. Поэтому на обратном пути направилась в Трост. Потому что… Улыбка мельком и волнующе тронула её губы, и девушка кивнула себе, собираясь: с делами она справилась, могла себе позволить встретиться… с другом.       Ей в прошлом месяце пришло письмо от Карвен. Полицейская предупреждала заранее о том, что окажется ближе к столице по делам, будет рада и встретиться, ежели это будет удобно. Трост уж всяко ближе Шиганшины. Да и Кива запутывала свой след, растворяясь в многолюдном городе. Рука сползла по лицу к шее, она глубоко выдохнула и встряхнулась — дела закончены. До вечера. Сейчас у неё свободное время. Оттолкнулась от стены и направилась по проулку на улицу, дойти до условленного места встречи, одной из площадей с колонной-факелом. Накатывало волнение. Беспокойство, не особо знакомое ей, но теперь хотя бы доступное и понятное. Они давно не виделись. Вдруг за это время что-то изменилось? Или же ей будут не рады? Поэтому мысли о работе возвращались, стоило ей остановиться и перевести дух. Те были более понятными и простыми. Куда как. Но Кива всё равно шла на встречу, порой присматриваясь особо к окружению. Ничего не мешалось. И она добралась до площади без происшествий.       Утро до полудня, погода для осени не самая скверная: достаточно светло, хоть пасмурность витала вокруг, что на небе, что на земле. Ветер налетал промозглый, но не очень уж часто. Возможно, по этой причине людей особо не было. Но Траут уже была на месте, прохаживаясь у колонны. Как ни в чём не бывало. Часов ни на одном из фасадов не разместили, хоть здания принадлежали властям. Но над городом послышался бой колоколов. Десять ударов, под которые Кива, сдерживая своё волнение, направлялась к девушке. Карвен не выглядела как полицейская — пальто-накидка разве что напоминало о военных плащах, но фасон и цвет другие. Шаль-шарф, а на голове шляпа потеплее. Соглядатай аккуратно, привычно бесшумно ступала по плитам, держалась вне поле зрения своего «объекта». Однако на одном из поворотов знакомая приметила её, одну из считанных посетителей просторного места, и уверенно помахала рукой. Узнала и с расстояния. И Кива аккуратно подняла руку в более сжатом, но всё же приветствии. Они встретились. Спустя столько месяцев и событий. Кто бы мог подумать. Девушка внезапно ощутила более мощный наплыв волнения: о стольком вдруг захотелось рассказать. Пришлось сдерживать себя в моменте, пока преодолевались последние десятки метров. Траут не спешила, ждала, как и было условлено в письме, у самой колонны. Бой колокола, что помогал жителям ориентироваться, стих. Последний рывок в тишине, пока они уже могли разглядывать лица друг друга. Подруга смотрела расслабленно и искренне обрадовано. И Кива невольно, но столь серьёзно задалась вопросом: а как изменилось её лицо? Что видно на нём? Попыталась сконцентрироваться на радости от встречи. Они смогли. Обе.       А это само по себе уже довольно неплохо в их мире. Девушка начала сбавлять шаг — до полицейской осталось несколько метров, теперь и ей захотелось просто расслабиться. Пуститься навстречу новому, подобно ветру. — Привет, — тепло поприветствовала Карвен и покивала: — Выглядишь неплохо. Ну и погодка, да?       Она осмотрела серую площадь, и день словно скрадывал краски и цвета. Даже палая листва, что неизбежно оказывалась рядом, выглядела тусклой. Девушка как раз проследила движение той — скользящее по серым плитам гранита. Хотя слова знакомой касались не только осени. Это можно было почувствовать, в этом можно было не сомневаться. Кива улыбнулась уголком губ: — Да-а. Та ещё. Привет, Карвен, — поздоровалась и сама, прислушиваясь к отголоску эмоций, чувству и свободы. Потом резонно, привычно себе указала: — Думаю, тебя привели сюда дела не по работе? До Шиганшины далеко. — У меня отгульные, — выдохнула Траут, подходя ближе, пожала плечами: — Захотелось сменить обстановку, да и надо домой купить толковых подарков. Мама ж родила.       Соглядатай выгнула бровь — жизнь шла. Своим чередом и везде. У неё ведь и самой много чего успело приключиться. Настолько, что теперь могла и сама встречаться с не последним человеком, с каким её свёл банальный случай. Уже так давно. Она чуть сощурилась, вспоминая раннее лето, потом встречу мельком. Захотелось улыбнуться шире. — Как время прошло, — Кива покачала головой, и собеседница солидарно кивнула. — В следующий раз напиши мне, я, может, поищу чего в Сине. Поздравляю.       Вполне искренние слова. Она была рада, что у подруги всё хорошо, что у её семьи тоже. Это же здорово. Чужие ценности. Карвен прикрыла глаза дружески. — Спасибо, — произнесла она спокойно, а потом добавила с интересом: — Если хочешь, я передам твои поздравления родителям. Сестра-то ещё долго не сможет их понять. — Сестра, значит? — отстранёно хмыкнула Кива, осторожно позволяя себе погрузиться в нечто иное, отличное от привычного, вместе с подругой. Огляделась, встряхнулась: — Давай, отойдём в другое место. У меня целый день свободен. — Это же отлично, можно много чем заняться, — серо-голубые глаза Траут довольно заискрили — И можем вместе повыбирать подарки. Заслужили мы денёк отдыха или нет?       Она бодро толкнула Киву локтем, и они, переговариваясь, направились прочь с площади. Открытой и доступной обозрению. Впрочем, едва ли кто-то за ними следил.       Беседа занималась легче прошлой их встречи, зато они всё равно с взаимной осторожностью обходили некоторые темы. Не нарушали пока имеющиеся границы. Соглядатай отпустила ситуацию — энергии и инициативы Карвен хватало на обеих, как раз провести часы новым для неё образом. Некоторые вещи по-прежнему казались странными, не полезными, однако Кива теперь спокойно погружалась и в них, пробовала открывать что-то для себя. Первым делом полицейская направилась в лавку текстильщика. Ткани, материалы. Выбирала цвета, фактуру для разных задач, привлекая и спутницу. Легко и ненавязчиво. Траут говорила, что хотела б обновить вещи и дома: занавеси, скатерти, обивку подушек, покрывала. И соглядатай вспоминала дом семейства, чету Траут, помогала в выборе с долей неуверенности, но старалась выйти за привычные себе рамки действий. Мельком думая и о том, что быть может… улучшить немного и их с Кенни дом. «Но с тканями в любом случае придётся возиться», прикидывала Кива, пока аккуратно перебирала предложенные стопки шерстяных обмотов. Зато материал был тёплым, приятным, так и напоминал собой о тёплом отдыхе. Она чуть улыбнулась и посмотрела на занятую Карвен. — Как планируешь всё это довезти? — спросила девушка у полицейской, что наряду с владельцем сантиметром вымеряла нужный ей кусок. — Или твой отец тебя встретит?       На стойке-тумбе уже высилась гора из выбранных материй, обрезов. Довольно увесисто, если сложить всё вместе. А что-то подсказывало Киве, что это далеко не последнее место, какое они посетят сегодня. Однако это не утомляло. Сегодня — радовало. Они могли спокойно и без переживаний нырнуть в такие простые дела и хлопоты, несущие свою радость. — Найму экипаж, — уверенно проговорила Траут и кивнула владельцу, тот сделал насечку мелом и пошёл за большими ножницами. — А пока отнесём это всё в мою комнату в постоялом дворе. Ты себе выбрала что-нибудь?       Соглядатай сомнительно повела плечом — не была уверенна, что взять, что потом вообще будет время заняться таким. Шерстяные ткани привлекали. И Карвен подошла к ней, взялась направлять и подсказывать, пока они переговаривались о сущих мелочах.       И они, столь разные, аккуратно осваивались дальше в общении. Больше, чем в прошлый визит Кивы в Шиганшину. От этого становилось непривычно легче на душе, приятней, и она с удовольствием проводила время. Ей помогли выбрать отрез шерстяной ткани, и девушка несла свёрток, прижимая к груди, тогда как Траут загрузилась ручными сумками. Обе шли по улицам, переговаривались уже более безмятежно — Киве впервые удавалось сочетать и чуткую внимательность к окружению, и погружение в не самый деловой разговор. Тот скрашивал собой тусклую улицу, добавлял своего света в осенний день. Предсказуемо, полицейская потащила её и в магазин швеи, где были представлены разные фасоны, продавались и выкройки. Тут уж соглядатай сдала все свои знания и участие — она могла что-то подшить, зашить, но вот работать с намётками у неё банально не было времени. Так что Карвен даже не особо приставала к ней на этот счёт, зато активно выбирала себе новые рубашки, юбки, купила несколько расшитых поясов. Груз у той стал совсем объёмным, и Кива помогла донести всё до номера в гостинице. Где просто оставили вещи на заправленной кровати, и Траут уверенно повела подругу дальше на в город: на поиски ресторана, чтобы они могли спокойно пообедать. Обе уже успели убедиться в достаточном количестве денег друг у друга. Так что всего через час они уже сидели и отдыхали, потягивая разновидность белого кваса с травами и смородиной. — Вот это денёк, — довольно протянула полицейская и откинулась на спинку высокого стула. — Заслуженный выходной, вот как это называется.       Соглядатай коротко усмехнулась, помешивая пряный и сладкий напиток. Вокруг теперь фон из неспешных бесед людей побогаче, однако столы и закрытые кабинки располагались так, чтобы подслушать беседы было затруднительно.       В самом деле, выходной. Ей не нужно ни о чём думать и по-настоящему тревожиться. Не сказать, что им с Кенни не выпадали тихие дни отдыха, но такого — определённо ни разу. — Необычно, — ответила она, не замыкаясь в своих ощущениях, пробе нового вкуса жизни. — Знаешь, в такие места я обычно заглядываю только по делам. — Я тоже нечасто, но почему бы и нет, я копила на отдых, — улыбнулась Карвен и потёрла шею и за ухом, пробежалась глазами по окружению, а потом чуть посерьёзнела и посмотрела на Киву: — Как у тебя с ними? Я вижу, что ты в порядке и выглядишь лучше, но, — она с пониманием поморщилась и покивала: — всегда лучше спросить самой.       Соглядатай спокойно отпила напиток и сделала жест рукой — думает. Что и как лучше ответить. На чужое беспокойство. Не любопытство прагматичного толка. Разговор не мог совсем обойтись без данных тем, и это нормально. На их совместную долю выпало одно приключение. Вполне могло выпасть и ещё одно. Иллюзий на этот счёт не возникало. Но хотя бы это они могли уже рассматривать через пройденное. — Я думаю, что об этой истории можно больше не беспокоиться, — девушка прислушалась к отголоску ровного голоса, важно кивнула. — Да. Не забыть, но новых бед она не принесёт. Так что и у тебя в городе теперь попроще. — Хоть что-то. Но своего хватает, так что я поглядываю теперь получше, кто и чем занимается, — Траут довольно потёрла ладони, а потом искренне добавила с облегчением: — Рада, что ты справилась.       Кива, сведя брови, тщательно ловила свои эмоции. Слабые, робкие, но новые. Да, она никогда не смотрела на успехи так. Справится или же нет. Для неё это выжить или проиграть. Но находилось небольшое место теперь и такому. И девушка коротко прокрутила воспоминания, какой она прибыла в Шиганшину тогда давно, как они тогда действовали с полицейской сообща. И сколь много случилось после. Не только в плане дел. Соглядатай покачала головой — перемен очень много. Величина отдельных могла даже пугать. Однако именно сейчас она стояла как никогда уверенно в жизни. — Мы тогда справились. И я рада, что сейчас мы можем посидеть. Просто, — серьёзно выделила она и улыбнулась собеседнице. — Без всего прочего. Это мало кому удаётся. — И даже без спешки, — подчеркнула Карвен, обращая взор в другую сторону зала, в ожидании когда им принесут горячее. — За их исключением. Надеюсь, что они не будут мешкать, я очень голодна.       Гостья из Сины тоже покосилась в ту сторону — до трапезы оставалось какое-то время, поскольку официанты тихо стояли, не привлекая внимания и не удаляясь на кухню. Здесь не как в шумном трактире, где мешалось всё в один бурлящий котёл. Отдельное внимание всему и деталям. Их еду уже готовили в любом случае.       А их двоих ждало ещё довольно много часов для спокойного дня. Где можно как раз посидеть, потолковать, подумать о своём и большем. Всё равно ресторан не место для обсуждения ни то что титаньих сывороток, а более понятных убийств, краж, пропаж людей. «О таком можно поговорить позже, если будет желание», Кива подпёрла лицо рукой и выдохнула. Её видение, взгляд на жизнь и робкие проблески чувств, даже сейчас учитывание и чужого настроения — всё появилось после той поездки. Когда она вместе с Траут прошла приключение на доверие, когда и к ней отнеслись по-человечески. Сейчас в этом можно было признаться. Такие вещи стоили того, чтобы их ценили и берегли. И то, что они с Кенни преодолели время её роста, пусть не без проблем, не без ссор и боли, но всё же сумели; говорило насколько крепки и сильны их чувства. Ей стало больше чем отвечать ему, больше принимать от него. Как бессловесные дары заботы, уважения. Жить с этим было… лучше. И оно не отменяло их прежней манеры жизни, необходимости идти вперёд из раза в раз и побеждать. Выживать. Кто знает, сколько впереди новых испытаний и вызовов? Вероятно, достаточно. Самое главное они с Аккерманом прошли этим летом.       Девушка повела уголком губ, чувствуя силу эмоций, потёрла лицо. Полицейская же допила из своего бокала и подала жест официанту, чтобы ей пополнили стакан. Не хотелось и приподниматься с места за тяжёлым фигурным кувшином. Отголосок роскоши, какой пользовались богатые семьи. На балу всего было больше, ярче, лучше. Соглядатай выкинула образ из головы, как не нужный, главное — это их время и действия сейчас. — Спасибо, Карвен, — произнесла она негромко, прикрыла глаза.       Просто должна была это сказать. Сколь сильнее стала, сколь больше у неё появилось в жизни. Собеседница выгнула бровь и искренне посмотрела на неё: — За что? — наклонила голову коротко. — Я рада, что тогда не просто встретила тебя, а всё же решила, — Кива провела свободной рукой по чистой, белой скатерти, подбирая слова, — поработать с тобой. Нам обоим пошло на пользу.       Траут беззвучно качнулась на стуле, нахмурилась, но сразу не ответила. Задумалась тоже серьёзно. И очень честно. Этому оставалось лишь радоваться. Что оставались в жизни, при всех сложностях, и такие вещи. К ним успел подойти служащий, налить ещё напитка и отбыть обратно. Наконец полицейская покивала солидарно и медленно. — Да, пожалуй. Пожалуй, — улыбнулась и выдохнула: — это небольшое чудо. Для нас. Мы ведь очень разные. И дело не в характерах.       И обе это ценили. Наконец им принесли и блюда, разговор перешёл к иным темам, но не стих. Мясной суп, раки, выпечка — не отказали себе ни в чём. Впрочем, даже в трапезе не особо мешкали, сказывалась и привычка, и желание продолжить дела, пока не истёк день. Они могли в следующий раз встретиться очень не скоро. Из ресторана вышли довольные, сытые, оживлённые, направились дальше выбирать подарки и гостинцы для четы Траут, и новорожденной Вероники. Всё это дело оказалось и по-своему занятным, и разнообразным. Поэтому под конец встречи, уже ближе к зябкому и сумеречному времени, Кива в каком-то смысле чувствовала и облегчения, и довольство. Приходилось трудиться по-новому и мысленно. Настало время прощания. Тихо, незаметно, немного и неловко.       Они стояли на задворках постоялого двора, где остановилась полицейская, поглядывали вокруг. Могли ещё много о чём потолковать, однако времени не оставалось. И наконец Карвен кивнула: — Что ж, надеюсь, что там, куда отправишься, твой мужчина приглядит за тобой как надо, а не как в прошлый раз, — полушутя проговорила она в последнем навете — эта тема оставалась до следующей встречи. — Но ты как будто и лучше. Поэтому я не лезу. — Мне несколько дней одного пути. Отправлюсь сейчас, — ответила соглядатай, уже поправляя перчатки получше, подвязывая и куртку с плащом. Считанные покупки уместились в свёртках на сумке. — Не знаю. До встречи? — Как будто бы да, — коротко рассмеялась полицейская, но потом заговорила серьёзней: — А я ведь так и не знаю твоего имени. Для родителей, конечно, весело сохранять фальшивое, но всё же.       Кива прищурилась — ещё одна деталь. Да, она тогда не назвалась, а потом они сошлись на Мел, чтобы обозначить её как коллегу. Но пожалуй, самое время представиться самой. — Кива, — она коротко кивнула. — Просто.       Её фамилия — это её сокровище. Подаренное Кенни. Но имя представляло её саму. И Траут широко улыбнулась — большего и не требовалось. — До встречи, — пожелала она, протягивая руку для пожатия. — Хорошей дороги.       Соглядатай ответила на пожатие, а потом собравшись с духом устремилась от постоялого двора, в тени и дымку. Её ждал большой переход, ещё несколько дел, но всё же было неплохо идти навстречу им, имея настоящих друзей.