Мир, размером с комнату

Два пристальных взгляда следили за каждым ее малейшим движением, из-за чего напряжение в воздухе только сгущалось. Пакетик из под сахара крутился в ее пальчиках, надрываясь то с одной стороны то с другой, нещадно страдая от ее нерешительности. – Вик, если ты сейчас не заговоришь, я взорвусь, - Дамиано словил ее кисть и забрал пакетик, сжимая его в кулаке. – Я вообще ничего не понимаю, - протянул Томас почти обиженно и откинулся назад на спинку сидения, - Что происходит? Вы ничего не объяснили. – Вот, что она написала мне сегодня утром, - не желая больше ждать, вокалист разблокировал телефон и открыл переписку, дословно читая сообщение, - «Нам нужно встретиться, поговорить. Мне кажется Итан в беде» – Это ещё что значит? - удивился Том и после того как заглянул в экран посмотрел на растерянную девушку, - А где конкретика? – Вот и я пытался добиться у неё деталей, но она сказала что это нужно обсудить лично, - Дам сложил руки на стол, пытаясь надавить на подругу. Перед глазами пронеслись картинки его ссадин и синяков. Как плохо выглядел тот, что на лице, ужасно испортив его красивые скулы.. а красная поврежденная кожа на плече… – Виктория, очнись! - Давид пощелкал пальцами у неё перед глазами и она вздрогнула от неожиданности, глубоко вдохнув. – Итан пришёл ко мне сегодня ночью, точнее прибежал, в домашней одежде и в ботинках. Я в коридоре сразу не увидела, но когда он вышел на свет у него… - распахнув широко глаза она указала растопыренными пальцами на свою щеку, как бы убеждая в мастштабах, - ..вот здесь был огромный синяк. У Томаса брови вскочили вверх от удивления, а Дамиано наоборот – нахмурился сильнее. – Он был расстроен, испуган, но не хотел ничего рассказывать, а потом, - она сглотнула, - когда я обрабатывала ему синяк на лице, я увидела ещё на спине парочку и содранную кожу на плечах. – И он не сказал, что случилось? - холодно спросил Дамиано. – Не прямо. Он выглядел таким подавленным и первое о чем я подумала.. что это Алекс. Когда я спросила о нем напрямую, Итан не отвечал, - заканчивая свой рассказ, Вик чувствовала как внутри все вибрирует от тревоги, - Он просил не говорить вам, но мне показалось это правильным. – Да, Вик, правильно что рассказала, - Томас взял ее за руку, чтобы та не дрожала, и глянул на Давида, выражение лица которого не сменилось ни на йоту. – Потом утром я слышала, что он с ним разговаривал. Я не уверена, конечно, я слышала только Итана, но кажется Алекс хочет помирится и поговорить с ним… – Ублюдок. Тон Дамиано с лёгкостью разрезал бы метал, если бы был физическим. От его резкости Вик в секунду съёжилась. – Дам, давай сначала разберёмся, - попытался успокоить его Раджи, но парень вдруг хлопнул ладонью по столу. – Я всегда знал, что от этого Алекса дерьмом несёт, но Итан его обожал, я не хотел вмешиваться, - он привлек внимание других гостей кафешки, но ему было все равно, - Как найду, я выбью из него всю душу.. – Дамиано, прекрати, - Вик испугалась, попыталась остановить этот поток агрессии. – Переломаю все кости, чтобы никогда нормально не срослись.. – Дамиано, ты меня пугаешь, хватит! Теперь уже Виктория привлекла всеобщее внимание. Томас попытался успокаивающе улыбнуться и дать понять персоналу, что у них все в порядке. – Думаешь я не хочу преподать ему урок? Думаешь я не хочу защитить нашего друга? Я не спала пол ночи, переживая за него! - в носу у неё начало щипать, в глазах появились слёзы, - У меня чуть сердце из груди не выскочило, когда я увидела его потрёпанным у себя за дверью. Я никогда не видела его таким, и я не хочу чтобы твои неаккуратные действия поставили его под еще большую угрозу… – Ладно-ладно, тише, - Дамиано взял ее за руки, крепко сжимая в своих, - Прости, я тоже переживаю. – Да все мы, - Томас вздохнул и нырнул пятерней в свои растрепанные волосы, - Ситуация хреновая. Итан же не расскажет ничего, если тебе не рассказал, то нам и подавно. – Только если мы его в угол припрем, - Дам продолжал поглаживать кисти девушки, пока она успокаивала слёзы, тихо всхлипывая. – Он как пружина отскочит, - мотает головой Вик, - Всегда свои проблемы сам решал, никого не подпускал. – Тут другая ситуация, он должен позволить нам помочь, - не унимался Раджи. Они сидели втроём, погруженный каждый в свои мысли, но все они думали об одном и том же. Вик тупила взгляд на свои руки, заботливо заключённые в ладони Дамиано, настрой которого чувствовался на физическом уровне. Он был мрачнее тучи и нёс в себе тревожное беспокойство. Завис и сам, пусто направив взгляд в поверхность стола и держа руки подруги уже видимо и для своего спокойствия. Виктория вдруг вытащила свои и накрыла их сверху, сжимая так же как он делал для неё. Дамиано отмер и поднял на неё взгляд. – Ты знаешь где он сейчас? У тебя дома? - спрашивает он уже тише. – Он поехал домой за вещами. Планирует остаться у меня на пару дней. – А потом? - вклинился Том, сам не находя себе места, - Он же не вернётся к нему? – Мы узнаем, что случилось, прежде чем делать какие-то выводы и вообще… действовать. Проговорив это Дам почувствовал благодарный взгляд Виктории и легко улыбнувшись ей, выпрямился и опустил руки под стол. *** Итан время от времени прикасался к синяку, будто думал, что он исчезнет, а вместе с ним и всё, что произошло. Хотелось, чтобы вчерашнее оставалось не реальностью, а лишь плодом больной фантазии. Потому что поверить в это, правда, было сложно до сих пор. Будто случилось не с ним. Будто он был лишь наблюдателем. Ночью парень пытался уснуть отгоняя от себя вспышки воспоминаний. Закрывал глаза – сцена того, как Алекс вжимает его в стену лицом, открывал глаза – он находится в квартире Вик, а она мирно сопит рядом, повернутая к нему спиной. Такое происходило раза три-четыре за недолгую ночь, а под утро он решился придвинутся к ней. Ее запах всегда ощущался родным, Итан заметил это практически с самого начала знакомства. Она не часто пользовалась духами, поэтому на ней смешивался не один аромат. Гель для душа, шампунь, порошок для стирки. Ему безумно это нравилось, словно Виктория собрана из нескольких прекрасных частиц, разных, но идеально сочетаемых. И это касалось не только запаха. Вся она была такой. Солнце начинало пробиваться сквозь римские шторы, задерживаясь на хрупких покатых плечах с мелкой россыпью веснушек. Итан задержал на них взгляд, а следом коснулся кончиками пальцев к маленькому их союзу из трёх точек. Конечно от такого Вик даже не шелохнулась и осмелев, Торкио провёл линию от ее плеча к локтю, что лежал в изгибе талии. Ее кожа мягкая, лишь слегка загорелая, как пшеничный хлеб, чутка подрумяненный. Казалось Итан даже мог услышать его запах... Он приехал к себе на квартиру только тогда, когда был уверен, что Алекс уехал. По расписанию у него сегодня смена на работе, поэтому дождавшись нужного часа парень зашёл внутрь и без замедления направился в комнату к своим вещам. Вытащил старую спортивную сумку и стал забрасывать в неё нижнее белье и прочие мелочи, которые обязательно понадобятся ему, как вдруг входная дверь открылась. – Итан, давай поговорим, как взрослые люди! Алекс, не раздумывая, зашёл к нему в спальню, забирая из рук одежду. Торкио старался не подавать виду, что испугался его прихода, и стал складывать другое. – Я думал, ты на работе. – Я так и думал, что ты думал, поэтому сидел в машине, ждал пока ты придёшь, - тот наклонился к сумке, вытаскивая оттуда уже сложённые вещи. – Какого хрена ты творишь? - Итан отпихнул его руки и поднял глаза, - Я сказал, что мы поговорим вечером, на нейтральной территории. – Знаю я тебя, нашёл бы причину отморозиться. Вот, уже вещи собираешь, - он со злостью кинул пару носков на пол, - Хрена с два ты согласился бы встретится со мной. – Я держу своё слово, - Итан наклонился и забрал их, складывая обратно в сумку, - И держал, если бы ты согласился закончить это нормально… – Ты порвать со мной решил?! – Разговор закончить нормально! - чеканит каждое слово Торкио, чувствуя как неизбежно вскипает гнев внутри, - Но ты утром бросил трубку, хотя сам мне и позвонил! Итан откладывает сумку подальше от рук Алекса и развернувшись к шкафу, уже не церемонясь, загребает в кучу что попало и так же неаккуратно кидает это внутрь. Блондин рядом лишь нервно шагает со стороны в сторону как разъярённый бык. – Где ты был? - спрашивает он. – Не твоё дело. – Я твой парень, я имею право знать где ты ночевал сегодня, - на удивление спокойно говорит Алекс, что начинает бесить Итана ещё сильнее. – После вчерашнего ты ни на что не имеешь право. – К кому ты пойдёшь? Родители на другом конце Италии, сестры в Милане.. К тому долговязому другу твоему? Или к Дамиано? Я даже не знаю где живет Вик, а она твоя лучшая подруга! – Оставь меня в покое. Итан хватает сумку, прямо так, раскрытую и, обходя парня, направляется в коридор. Руссо бросается за ним. – Ты не можешь вот так уйти после одной ошибки. – Ты идиот, если думаешь, что все будет как раньше! - срывается он и разворачивается всем корпусом к Александру, - Ты собирался трахнуть меня без моего желания! Ты врезал мне, когда я пытался оттолкнуть тебя! – Ты тоже ударил меня, забыл? – Я защищался! Звенящая тишина после крика отразилась тихим писком в ушах, как неисправная аппаратура. Перед глазами лицо человека, в котором нет того, в которого раньше влюбилось сердце. Перед глазами серое полотно без картинок. Осознание этого оглушило ударом по голове, что в тот же миг отразилось в карих глазах. Алекс заметил эту перемену. – Ты ведь любишь меня, - почти истерично шепчет он, - И я люблю тебя, ты знаешь. – Я уже ничего не знаю. Итан говорит будто только себе, едва шевеля губами. Ему вдруг стало так тесно в своём теле, в этой ситуации, во всем что его окружает. Хотелось выйти на воздух, поэтому он наконец нажал на ручку двери. – Я ухожу. – Куда ты идёшь? К кому ты идёшь? У тебя есть только я! - Алекс кричит до последнего, пока перед ним громко хлопает дверь. Оставшись в звенящей тишине длинного серого коридора, только сейчас, парень наконец слышит своё дыхание. Оно эхом отражается от голых стен, что ровными линиями вели к лестничному узлу*. Только там горит свет. Подавляя подступившие слёзы Итан уверенно шагает к выходу, сосредоточено гоняя воздух в лёгких точно как бык. Резкий вдох через нос, быстрый выдох через плотно сжатые кольцом губы. Покажи сейчас перед ним красную тряпку, он накинется. Или расплачется. Больно. Очень больно ударяться головой о свои же ошибки. Это хуже перелома костей, хуже ожогов и мигреней. Эту боль не искоренишь обезболивающими, не снимешь крепким сном. Она в каждой клетке, рвёт молекулы на части, заставляет кровь бежать по венам, а сердце отчаянно биться, в попытке успокоится. Итан не сталкивался с паническими атаками, но ему казалось до неё совсем недалеко. Как там рассказывала Вик? – Грудь очень сильно сжимает, как будто кто-то огромный наступил на рёбра, пока ты лежишь, - она тревожно дергала пуговицы рубашки у себя на запястьях, - Кажется, что сердце стучит так сильно, как не совместимо с жизнью. – Кажеться, что умираешь? - ошарашено спрашивает парень. – Да, - Вик кивает, не глядя на него, - Именно так. Открыв глаза, Итан осознал, что стоит на улице столбом уже минуты две. И что руки больше не дрожат так сильно. Опускает взгляд на свою сумку и облегчает хватку, чувствуя, как занемели пальцы в напряжении, и как ручка впилась в кожу ладони до красных полос. Телефон начинает разрывать от сообщений. И Торкио, начиная идти в сторону машины, открывает уведомления. Мы встретились с Томасом и Дамиано Выдвигаемся в студию Ты справился с вещами? Был один? Ослабевшими пальцами Итан набрал Виктории ответ. Немногословный. Лишь краткое «Я еду, всё в порядке». А отложив телефон на соседнее пассажирское сиденье откинулся в кресле назад, прикрывая лицо руками. Снова подступала какая-то тревога. Его эмоциональное состояние сейчас мешало сосредоточится на работе, которая не может уже ждать. Не сейчас. Ему нужно ехать на репетицию и выложится на все 100%, а у него до сих пор каша в голове. И в сердце. Телефон пиликнул ещё раз Хорошо) тебе взять что-то из кофейни? Могу взять чёрный чай тебе

Было бы здорово

Итан включил на колонки музыку и провернул ключ зажигания. Как бы сложно ему сейчас не было, показывать это остальным нет нужды. *** Дамиано старался не пялиться. Пытался смотреть на него реже, не задерживать взгляд и вообще контактировать по минимуму, потому что он не знал как себя вести. Итан пришел на репетицию с распущенными волосами, что делал довольно редко, и Дам сразу догадался для чего это, ведь через пару минут разглядел в темноте его угла пятно под глазом. Сразу же по рукам пошёл противный холод, когда сердце сковало от страха за него. А ещё от гнева. А ещё от досады, что друг скрывает такое от него. От них. Он частично доверился только Виктории, которая, кстати, тоже вела себя странно в последнее время. В частности на этой репетиции она не была похожа сама на себя, но тут причину парень хотя бы понимал. Она так же, как и все они, переживает за Итана, но что-то в ней все же не было до конца ясно. Выдернуть поговорить с ней тет-а-тет не предоставлялось возможности, поэтому Дамиано просто слонялся в своей части студии из стороны в сторону, пока Томас пытался сыграться с Вик. Вот Раджи, как казалось со стороны, просто ходячее спокойствие. Он единственный сейчас сосредоточено работал и подначивал остальных включаться в процесс. Если бы не его «Ребята, собрались!» почти каждые пол часа, Давид уверен, что они бы закончили репетицию ещё несколько часов назад. Работа отвлекала. А перерывах хотелось от нервов скурить лёгкие себе до конца, чтобы дышать было уже невозможно. – Тебе помочь прикончить пачку, или встретимся уже в больнице? - голос Итана позади почти напугал, если бы нервная система Дамиано ещё способна была на испуг. – А что? Собираешься туда сходить на днях? – он оборачивается, только чтобы глянуть на него и снова отворачивает голову к раскрытому окну. Торкио подходит и становится рядом, без спросу берет сигарету из пачки Дамиано и прикуривает. У него есть одна привычка, откидывать волосы на одну сторону, чтобы случаем не подпалить их. И он сделал это сейчас, открыв вид на свой синяк во всей красе. Взгляд Давида приковался к нему намертво. – Ты ничего не расскажешь, да? - спросил он. – Не стоит того. – Правда? Ты уверен в этом? Итан уже пожалел что вышел за Дамиано вслед. Он тяжело вздохнул и развернувшись к нему лицом, прислонился спиной к стене. Дискомфорт из-за ссадин уже почти не ощущался. – Что рассказала Вик? – Что это сделал Алекс. – Я не говорил этого. – Просто это очевидно. А она не глупая, чтобы не понять, Эдгар, - слегка раздраженно процедил Дамиано и упёрся острым взглядом в глаза напротив, - До сих пор уверен что нечего рассказывать? – Я сам разберусь, - Итан опускает глаза. – Да ты что, - ухмыльнулся он, - Ты простишь этого ублюдка? Торкио не отвечает, и, спустя пару секунд, Дамиано пинает ногой воздух, когда отворачиваешься в сторону. Итан не знал как реагировать и какую эмоцию ему нужно показать, потому что кроме боли внутри ничего не ощущал. Он уже не понимал во что верит, и что чувствует. Всё, что он испытывал раньше к Алексу, казалось лишь ненастоящим воспоминанием, словно психика создала его, как защиту. И то, что показывал ему парень.. можно назвать это любовью? Может это больная любовь? Может Итан просто не понимает? Может это он ошибся, и ему нужно вернутся? Столько вопросов в голове, ответы на которые противоречат друг другу, запутывая все сильнее. Хотелось наконец найти один единственный, который помог бы разобраться, но сердце молчит. А разум в хаосе. Итан поглядывал на Давида напротив, что и сам погрузился в свои мысли, но задержав на нем взгляд, обратил на себя внимание. – Ты молчишь, - словно адвокат на допросе свидетеля, говорит фронтмен, - Ничего не скажешь на мой вопрос? – Это не твоя проблема, Дам. – А чья проблема? Твоя? Или Виктории, которую ты так сильно напугал ночью? Сердце екнуло внутри, отбивая болью по солнечному сплетению. Итан поморщился. – Я не хотел… пугать ее. Я.. о ней я подумал в первую очередь, не знал куда идти. – От тебя мой дом ближе, чем ее. – Ты бы поднял скандал. – Естественно, - пшикнул Дамиано и стал на ровные ноги, подходя к другу ближе, - Если ты забыл, то я тебе напомню. Я за каждого из вас глотку порву и мне не важно насколько пустяковым ты считаешь этот случай, но если Алекс ещё хоть одно опасное движение сделает в твою сторону, от него и щепки не останется. – Дам, не стоит… – У тебя есть мы, - продолжает парень, - и каждый из нас сделает всё для тебя, ты знаешь это. Тебе не нужен такой человек как он, Ит, ты заслуживаешь большего. Торкио стоял неподвижно во время всех этих слов и лишь на последних опустил голову вниз, тяжело вздохнув. Сигарета в руках давно погасла и окурок лишь лениво вертелся между пальцами. Секунду подумав, Итан бросает его в импровизированную пепельницу, вырезанную из коробки, и желает шаг к Дамиано, крепко обнимая его. Тот лишь немного удивляется и так же как и он обвивает чужую спину, но не сильно, боясь сделать больно. – Спасибо, - шепчет ударник и роняет голову ему на плечо. Дамиано сдерживает вдруг подступившие слёзы и успокаивающе гладит друга по спине. Через время они отстраняются и Торкио, кратко кивнув, первый ступает обратно к студии. Дам, растирая влагу под глазами, следует за ним.