Дело в демоне

      Когда Ву Лин договорил, красные веревки уже упали к ногам Шэнь Цинцю. Зеленоглазый мужчина рефлекторно посмотрел вниз, проводя руками по совершенно целым рукавам, штанинам и другой вообще не тронутой верхней ткани.        Спасибо, Ву Лин не собирался открывать эту банку с червями. И так как он этого не желал, Хун-хун с радостью «баловал» своего хозяина и оставил Шэнь Цинцю во всех положенных ему слоях одежды!       Конечно, на первый взгляд, Хунцзин просто затуплял свое лезвие, но его познаний в физике было достаточно, чтобы понять, что все не так просто! А если не физики, то истории и боевых искусств: молоты, булавы, цепы, палицы, дубинки и посохи были вполне себе серьёзным оружием. И смертельным. В конце концов, раздробленные кости и смятые мышцы были не менее опасны, чем колотые и режущие раны.       …И не то чтобы Ву Лин умел контролировать свою силу и скорость. Так что да, ему очень повезло, что, как он уже говорил не раз: ци — очень интуитивная энергия. И, конечно, что у него был Хун-хун.       Будто дожидаясь окончания его мысленной тирады, Шэнь Цинцю поднял на него свои зелёные глаза, и Ву Лин очень демонстративно убрал меч в ножны. — Почему именно такая последовательность действий? — Спросил светлый заклинатель, потирая своими тонкими пальцами покрасневшую кожу запястья и в этот раз не отводя взгляд. — Ой? — Попаданец недоуменно улыбнулся, делая вид, что не замечает чужих действий, не замечает тона, не замечает подтекста. Он вообще ничего важного никогда не замечает… Ещё бы не ощущать горечь от последней мысли, и вообще все было бы хорошо. — Мастер Ву не глуп, как бы он ни пытался изображать обратное. — Какой редкий комплимент от мастера Шэня. — Попаданец снова улыбается, в этот раз свой самой солнечной улыбкой. И если он не удержался и немного выделил голосом чужой титул, то это ведь ни о чем не говорит, не правда ли? — Вот только это похвала моему интеллекту или актёрскому мастерству?       Шэнь Цинцю выплевывает: — Ни одному из них. Нет ничего хорошего ни в уме, ни в игре, если они используются для неправедных целей. — Талант является таковым вне зависимости от способов его применения. Или не использования. — Тут же опроверг попаданец и замолчал, давая время на обработку «великой мудрости». И, пока его не перебили, с наигранной обидой продолжил. — И вообще, почему сразу неправедных? Демонам, знаешь ли, тоже не нравится Ло Бинхэ. И что может быть «праведнее» предотвращения объединения трех миров?       «Даже интересно, если Шэнь Цинцю нападёт, то кто победит: я с недавним истощением или даже двумя, или светлый заклинатель с полным резервом, но с «затекшими» духовными венами, испорченным неправильным совершенствованием и отсутствющим мечом?» — Он тут же подавил возникшее хищное любопытство и постарался проигнорировать ещё одну волну постепенно восстанавливающейся ци, растекшуюся по его телу.       Тем более, что его нынешний весьма опасный собеседник и так находится на тонкой грани между разговором и попыткой вцепиться ему в горло: — Демонам нельзя доверять. Они не испытывают благодарности, подчиняются из страха и наверняка уже начали искать лазейки и способы получить наибольшую выгоду.       Ответ возник тут же и, к сожалению, сейчас его фильтр рот-мозг работал из рук вон плохо: — Как глубоко. Из этого просто следует, что моя и их выгоды просто должны находиться примерно в одном направлении. Или хотя бы звучать похоже. Как… отлично от людей. — Потому что Ву Лина уже достал этот повседневный расизм.       …В том числе и от него самого. Больше всего от него самого. Ведь, на самом деле, какое дело Ву Лину до других? И, учитывая его прошлую жизнь, его нынешняя природа не улучшает, а скорее ухудшает ситуацию. Как, на самом деле, и его «современное» воспитание, обладающее своими собственными лицемерными впадинами и изгибами.       Не помогает и то, что Шэнь Цинцю смотрит на него чертовски усталым взглядом и только еще больше портит настроение: — Отличие есть. Люди гораздо хуже. Отвратнее животной жестокости может быть только жестокость осознанная и добровольная. Но это не отменяет случаев, когда вторая использует первую. — Тогда почему ты со мной до сих пор разговариваешь? Когда у тебя теперь есть возможность напасть? — Ву Лин оскалился. — Чуть раньше ты спросил о причине моего порядка действий, и вот она! Ты можешь сопротивляться, а значит тебя никто не принуждает. Ты свободен выбрать!       «Лучший шантаж — это шантаж, который обеспечиваешь не ты. Так что, Шэнь Цинцю, ты достаточно доверяешь Ло Бинхэ, чтобы не согласиться с любым планом, не включающим обезвреживание обиженного полудемона?»       Ву Лину могло бы быть стыдно, если бы, опять же, вся эта ситуация возникла по его вине. Но это не так, так что… — Свободен? Отсутствие оков редко делает кого-то свободным.       Шэнь Цинцю, кажется, был скорее интересна его реакция, чем что-либо еще. И у него был уже готов ответ: — А оковы не всегда превращают в раба. — Ву Лин махнул рукой. — Не будем обмениваться пустыми банальностями. Будь ты так против, тебя бы и отсутствие сил не смутило. Это всего лишь выравнивание поля.       Он еще раз прямо думает о потенциальном риске, и только сильнее улыбается. Все равно лучше так, чем в где-нибудь в середине битвы наткнуться на чужой клинок, как только твой «союзник» увидит хорошую возможность вернуть контроль. Нет, это будет полностью свободный выбор. Свободный выбор в его пользу. Оставалось только чуть яснее обнозначить доступные варианты: — Так что просто ответь для себя: на что ты готов пойти, чтобы исправить начатую тобой проблему? Обезвредить Ло Бинхэ? Предотвратить объедение миров? И прежде чем ты скажешь, что такие крайние средства не нужны: у нас меньше трех дней, а один из найденных мной демонов владеет мгновенным перемещением. Как и сам Ло Бинхэ, пусть их способности и исходят из разных источников.       И Шэнь Цинцю хрипло, совсем не возвышенно рассмеялся: — Вот что, по мнению мастера Ву, значит вежливо спросить? — И спустя еще одну паузу. — Ну что же, мастер Ву прав, кажется, этот учитель Шэнь должен вразумить своего ученика.

***

— Друга Ву давно не было. Этот старейшина уже начал волноваться. — Решил включить режим непрошенной наседки Мэнмо.       Идущий за ним Шэнь Цинцю, разумеется, все услышал, замер и поднял на Ву Лина бровь: — Разве «друг Ву» не только недавно освободил этих демонов из тюрьмы дворца? — На самом деле Мэнмо действительно был запрет на самом нижнем уровне, — абсолютно честно соврал Ву Лин. — Я просто очень обаятелен.       На него бросили еще один ястребиный взгляд, но в итоге сморщили нос и неохотно кивнули: — Это видно. Так в чем заключается стратегия мастера Ву? Этот лорд искренне надеется, что не в том, чтобы переместить всю эту армию демонов к школе светлых заклинателей? — Нет. Туда отправимся только мы вдвоем, — Мэнмо крайне намекающе покашлял в свой когтистый кулак, так что Ву Лин тут же поправился. — Втроём. Линьгуан-цзюнь же, как и полагается генералу, после наших перемещений поведёт всю эту армию к месту итогового сражения. — И где же это? Кажется весьма важной информацией.       Ву Лин замер. Он, честно говоря, не знал. Ло Бинхэ не говорил, а настолько подробно канон попаданец не помнил. В конце концов, это было одним из тех очень китайских названий. Если оно еще и не изменилось… И, как назло, в недавней драке он сам расплавил свою верную монету. Да и не в его состоянии сейчас проводить «гадания»…       Его очень вовремя спас Мэнмо: — Хребет Майгу. — Мастер Ву действительно вытащил этого «старейшину Мэнмо» с нижних уровней? — Ладно, на его месте Ву Лин бы тоже не поверил. — Это верно. — Серокожий демон спокойно согласился, снова забирая удар на себя. — Этот принадлежит к роду демонов снов. И знает гораздо больше, чем было бы положено в других обстоятельствах. — Вас же всех истребили! — Сбросил ещё одну бомбу Шэнь Цинцю.       Голова попаданца медленно повернулась к Мэнмо. Его друг последний из рода? — Ну, этот старик стоит прямо перед тобой, так что как минимум одного вы упустили.       Ву Лин сглотнул. Мэнмо не опроверг. Более того, косвенно согласился. И его друг, помимо всего прочего, согласился сражаться вместе с заклинателями, которые уничтожили его клан?       Золотые глаза встретились с его карими, и Мэнмо пожал плечами. Пожал плечами!       И прежде чем он успел учинить что-то очень громкое, Линьгуан хлопнул в ладоши, тут же обратив на себя всеобщее внимание: — Этот Линьгуан-цзюнь не хочет прерывать столь увлекательную беседу, но разве нам не надо спасать мир, или что-то вроде этого?       Ву Лин бросил невольный благодарный взгляд на ледяного демона: этот было очень полезное напоминание. И как же хорошо, что уживать демонов и заклинателей придётся всего два с половиной дня. — Ты прав. Так что, отправляемся? — Минуту, мастер Ву. — Шэнь Цинцю сложил пальцы в какую-то мудру и запустил технику.       Все демоны, включая него, напряглись, но ничего не произошло. Ву Лин вопросительно посмотрел на заклинателя, но тот только напряженно повторил: — Минуту, мастер Ву,       «Ну раз ты так любезно попросил. Раз Миссисипи. Два Миссисипи. Три…»       Ровно на пятьдесят пятой Миссисипи в помещение влетел еще один ярко светящийся меч и аккуратно лёг на спину Шэнь Цинцю.       «А, так мы ждали еще одного «попутчика». Сю Я, верно? Да, я бы тоже не пошёл никуда без своего меча. Интересно, Хунцзин умеет так?»       Хун-хун послал ему волну сожаления.       «Ну, значит, без особой нужды кидать тебя во врагов не будем».       И даже его обычно всеодобряющий меч бросил на него слегка неодобрительный «взгляд».