Dark abyss

«You will be the death of me…»

Ты доведешь меня до погибели…

      Тишина в комнате была слишком неестественной, как будто искусственно созданной. Раньше распахнутое окно пропускало хоть какие-то звуки: легкие шорохи, шелест крыльев, развивающихся от сильного потока ветра. Ей нравилась эта незначительная деталь — ощущать, что время не стояло на месте. Что все шло своим чередом. Нравилось, что утреннее солнце за окном оповещало, что что-то менялось в ее слишком блеклом существовании, бессмысленном скитании по дворцу.       Сейчас же Вики избавилась от всех источников, напоминающих о неизменно меняющихся днях. Закрыла окно, лишая себя доносящихся звуков жизни. Плотно задернула шторы, избегая встречи с солнцем или луной, всегда заглядывающими внутрь и приветствующими то жаркими, до холодными объятиями. Воображаемо поставила время на паузу — только для себя, ограничиваясь пространством комнаты, в которой ничего не могло измениться.       Вики казалось, что, если что-то вдруг изменится, какая-то незначительная вещь вторгнется внутрь, все окончательно разрушится. И восстанавливать среди обломков будет нечего.       Она хотела тишины. Гробовой, оглушающей кричащие мысли в голове. Но их было много — неподобающе много для нормы, если такая вообще существовала. И даже секунды не находилось для передышки, любой вдох грудью сопровождался легкой пульсацией в висках. Вики мрачно хмурилась, думая, что это грань. Но ей нравилось сидеть на кровати, прижимаясь крыльями к изголовью, и смотреть на стену. В пустоту.       «Теперь ты действительно принадлежишь мне».       Тело вздрогнуло от его голоса, прозвучавшего призрачно в голове. Вики поспешно прижала колени к груди, обхватила их руками так сильно, словно от этого многое зависело. Будто если бы она не сделала этого, то упала бы в пропасть. А так ощущение, что ее ладони за что-то цеплялись, успокаивало. Пусть и это крошечное чувство жалко тонуло в остальном потоке, сносящем все на своем пути.       Она хотела пообещать себе не думать о нем. Скорее не размышлять о том, какие на самом деле эмоции сдавливали ее грудь в его присутствии, какие удары сердца звучали изнутри во время близости — душевной и телесной. Меньше всего девушке хотелось прибегать к вранью самой себе. Если бы она дала обещание, то нарушила бы свое слово спустя минуту. Может, даже меньше. Казалось невозможным с пустой головой сидеть и внушать себе, что ничего не произошло. Что все оставалось прежним и неизменным.       Она перестала себя понимать. Найти среди всех эмоций настоящие напоминало самый настоящий лабиринт. В детстве ее отталкивали игры, где нужно было помогать главному герою найти выход. Не потому, что она не хотела помогать, а потому, что никогда не была в этом успешна. Только через большое количество попыток и подсказок ей удавалось найти путь, ведущий наружу. Сейчас же подсказок нигде не было.       Девушка была один на один с неизвестностью, из которой нужно было выбираться.       «Если бы я знал, что ты так глубоко въешься под кожу, то никогда бы не прикоснулся к тебе».       Она подавила отчаянный стон, вырывающийся наружу. Все его сказанные ранее слова безостановочно вертелись в голове.       «Я бы никогда не дал тебе упасть».       Ненавистная влага начала медленно собираться в уголках глаз. Вики яростно заморгала. Она обещала себе не плакать. Обещала, что вопреки эмоциям, которые с каждой новой мрачной мыслью тяжело было воспринимать за настоящие, не позволит себе тонуть вновь.       «Была создана для того, чтобы я стал свободным».       Сдавленный всхлип сорвался в губ. Она прижала ладони к губам, ненавистно отмечая, что они дрожали. Ощущение тесноты в грудной клетке заставило сделать глубокий вдох. Она моргнула еще раз, и неизбежные слезы потекли по щекам. Теперь смириться с ними казалось проще, чем заставить себя двигаться и вытереть.       «Потому что ты не заслуживаешь того, чтобы тебя заставляли».       Ей было действительно больно. Почти невыносимо. И тяжело понять, что больше заставляло это испытывать. Он соврал, воспользовался ее доверием. Потом эта девушка и его взгляд, обращенный к ней… Окончание мысленного предложения было быстро оборвано.       Она не хотела даже думать об этом. Не хотела вспоминать.       Внутри она понимала, что происходящее между ними не несло за собой каких-либо обязательств. Их страстные встречи в любой части дворца несли за собой только удовольствие и расслабление. В конечном счете это было лишь влиянием света внутри нее, которое воспринялось за желание быть как можно ближе друг к другу. Все это было всего лишь приятным времяпровождением.       Но Вики в определенный момент перестала воспринимать притяжение именно так. Она начала видеть большее. Чувствовать что-то более глубокое, когда его взгляд задерживался на ее теле слишком долго, заставляя сердце биться чаще. Незаметно поменяла восприятие их близости и теперь в полной мере вкушала последствия, двойной дозой отравляющие надежду.       Надежду на то, что в этом месте можно было все начать по-новому. Обрести что-то наподобие счастья и спокойствия.       Но ее скромные желания не имели никакого значения. Она не принадлежала себе. Не могла взять в руки собственную судьбу и начать творить — этой возможности лишили, безжалостно вырвали из пальцев. Обрекли на бессмысленное существование, не предупредив, что ей запрещено было вкушать вкус жизни.       С этой мыслью она расположилась на кровати в позе эмбриона, прижимая колени к груди. Темные пряди упали на лицо, закрывая вид на покрасневшие от слез глаза. Она вжалась лицом в кровать, беззвучно крича в пустоту. Если бы кому-то выпала возможность услышать ее внутренний крик, то он бы ужаснулся.       Это был чистый звук боли — безграничной и истошной. Так не кричат из-за временной черной полосы или некоторых неудач. Так кричат, когда внутри все окончательно ломается.       Все перестало существовать в урагане эмоций. Она часто закрывала глаза, погружаясь в сон без сновидений, а когда открывала, то хотела сразу же вернуться в объятия прохладной темноты. Казалось, в районе груди была дыра.       В один из моментов очередного пробуждения перед ней пристало мутное темное очертание. Проморгавшись, она смогла опознать перед собой Вепара, уловив исходящий от него запах мяты и кедра. Он не двигался, смотря на нее своими горящими глазами, когда она отвела взгляд и снова начала глядеть в пустоту.       Даже движение его руки, скользнувшей за пределы зрения, не привлекло внимания.       — Я принес еды, — его рокочущий голос прозвучал непривычно тихо. Казалось, что он опасался нарушить тишину, созданную в комнате. — Ты давно не ела.       Удивление могло бы проскользнуть на ее лице, если бы не пустота внутри. Бес ничего больше не сказал. В течение минуты он находился рядом, явно ожидая какого-нибудь чуда. Но оно не произошло. Поэтому слез с кровати и исчез за дверью, беззвучно закрыв ее за собой.       Витающие в воздухе едва уловимые нотки мяты вместе с тарелкой супа, от которой исходил легкий пар, были единственным доказательством его присутствия. Так бы Вики подумалось, что ей это все приснилось. Или почудилось.       Она все-таки переборола желание лежать неподвижно и съела меньше половины, не испытав никакого удовольствия от вкуса. Вернулась в прежнее положение и закрыла глаза, зная, что рано или поздно снова провалится в необходимый сон.       Вики вновь просыпалась, видела перед собой Вепара, который в очередной раз приносил что-то поесть, и засыпала. Один раз она проснулась, почувствовав легкое, едва уловимое прикосновение к щеке. Открыла глаза, разглядывая полумрак. Но в комнате была только она, поэтому снова провалилась в темноту.       Когда Вики открыла глаза в очередной раз, то заметила рядом сидящего Вепара. Если она не ошибалась, то это был шестой раз, когда он появился, но уже без ничего. Лишь удобно расположился на кровати, скрестив ноги, и внимательно рассматривал ее. Вики несколько раз моргнула, чтобы четче видеть его.       — Сколько.. сколько времени прошло?       Сильная хрипота в голосе подсказывала, что очень много. Глаза беса как-то странно блеснули.       — Три дня.       Вепар тщательно изучал лицо в ожидании какой-либо реакции, но ничего. Вики смотрела на него в ответ без эмоций, лишь чувствуя ужасный беспорядок в голове.       Неожиданно он протянул руку вперед. Прикосновение теплых пальцев к ладони было настолько неожиданным, что она вздрогнула, но не отпрянула. И впервые за все это время ощутила, как сердце, скованное болью, пропустило удар.       — Ты хочешь, чтобы я что-то сделал для тебя?       «Измени судьбу, чтобы мрак оказался лишь кошмаром…»       Но Вики промолчала. Он ничего не мог изменить, а надежды в ней не осталось.       — Не позволяй себе окончательно сломаться, — слова прозвучали едва слышно, но она их услышала, вздрогнув от неожиданности. — Можешь попросить меня обо всем, что только захочешь. Я это сделаю.       Его слова долго звучали в голове после ухода — заезженная пластинка никак не хотела останавливаться. Вики продолжала глядеть в пустоту и слышать тишину, нарушаемую только беспокойными мыслями.       Какое-то неопределенное время она продолжала обо всем этом думать, чувствуя, как сердце тихо билось за ребрами. Темнота комнаты резко перестала быть заманчивой. Она настолько долго в ней пробыла, лежа на кровати, что опустошила себя окончательно.       Неуверенность и некий страх заклубились в груди, когда Вики аккуратно поднялась с кровати и подошла к двери. Несколько дней она не решалась, боялась переступать через порог и встречаться с правдой. Тем, что все изменилось, что ничего хорошего там не будет.       «Не позволяй себе окончательно сломаться», — с этой фразой в голове она медленно открыла дверь. Душа упала куда-то вниз, все тело напряглось, намекая о желании вернуться обратно. Но ее глаза бросились в конец коридора и зацепились за что-то яркое и выделяющееся. Что-то, чего она раньше не видела в темных коридорах дворца.       С каждым аккуратным шагом колотящееся сердце замедлялось, уступая бессмысленному изучению. Вики рассматривала знакомые стены без эмоций, наконец-то слыша хоть какие-то звуки, кроме собственного дыхания.       Спустя несколько шагов она остановилась и невольно расширила глаза. Цветы. Яркие, живые, благоухающие, маячащие — они украшали мрачный проход так, словно в этом месте могла продержаться жизнь. Словно у нее были все шансы не быть отравленной ядовитой чернотой, прячущейся за каждым углом.       С этой мрачной мыслью Вики усмехнулась и прикоснулась к гладким лепесткам, проведя по ним подушечками пальцев. В голове промелькнула мысль, что все цветы обязательно скоро завянут. И коридор станет чуть ли не темницей, какой всегда и являлся.       — Какая интересная встреча.       Вики почувствовала, как пульс резко участился, а дыхание сбилось. Ощущение пристального взгляда на спине почти привело в ужас, но она заставила себя расслабиться. Хотя бы внешне. С колотящимся сердцем, которое начало ныть, обернулась на голос и встретилась с глазами его обладательницы.       Сейчас девушка выглядела намного лучше и увереннее, чем когда находилась в гробу. Ее огненно-рыжие локоны объемными волнами струились вниз, доходя до талии, подчеркнутой обтягивающим черным платьем. Глаза — карие, как поджаренный сахар, излучали странный интерес. Она расплылась в улыбке, и Вики будто пронзило ударом молнии. В голове всплыло яркое воспоминание, ослепляющее реальность своей схожестью.       «Статуя на Небесах…»       Девушка будто не заметила, как Вики складывала в своей голове пазл, подходя ближе. Стук ее каблуков эхом разносился по коридору.       — Люцифер рассказал о тебе, — Вики вернулась в реальность, едва не дернувшись от имени, которое не была готова слышать. Встретившись с глазами девушки, она рассматривала ее выражение лица с любопытством. — И я помню, что ты была с ним, когда он пришел за мной. Конечно, — она улыбнулась шире, переводя взгляд на свои ногти и поверхностно рассматривая их. — Он бы не смог преодолеть защиту без своего света внутри тебя.       Она быстро потеряла интерес к своим ногтям. Вики почувствовала сильное напряжение, когда девушка начала медленно обходить ее вокруг, осматривая с головы до ног. Потом почувствовала боль от очередного упоминания, что ее судьба продолжала принадлежать не ей.       Неожиданно девушка остановилась напротив, с ее лица сползла улыбка. Она наклонилась вперед, чтобы приблизиться к лицу, и спросила:       — Что ты чувствуешь, зная, что ты ничто и никто с самого начала? Что твоя судьба предопределена? Что ты ничтожество, выплюнутое сюда?       Поперек горла встал огромный ком. Вики хотела сглотнуть, но поняла, что сделать это незаметно не получится. Ее лицо оставалось нечитаемым, когда на языке появился омерзительный вкус горечи. Лишь пальцы дрогнули, не позволяя более очевидным образом показать, как произнесенное сильно ударило в грудь.       Не услышав ответа, девушка снова улыбнулась, но уже недовольно. Ее взгляд скользнул куда-то за спину Вики, брови нахмурились. Она махнула резко рукой, и Вики обернулась, заметив направляющегося к ним беса. От него исходил незнакомый горький запах, а в глазах плескались негативные чувства.       — Почему ничего из того, что я приказала, до сих пор не готово? — ее обычный голос сменился холодным и надменным. Повелительным.       Бес резко дернул головой в сторону, словно не мог выносить прозвучавшего звука. Маленькие крылья встрепенулись за спиной. Вики всем телом почувствовала тяжелое напряжение, когда бес поднял взгляд — горящий, пылающий и обжигающий. Он бесстрашно заглянул в глаза девушки и чуть ли не оскалился ее улыбке, ставшей только шире.       — Клятву верности я приносил только своему господину. И только ему я буду беспрекословно служить.       Вики быстро заглянула в глаза девушки, успев заметить, как они блеснули. Она неизменно продолжала держать улыбку на лице, поправляя свои волосы. Что-то в медленных и неспешных движениях ее пальцев вызвало холодные мурашки по телу.       Осмотрев беса с головы до ног, она странно ухмыльнулась и взмахнула рукой. Легкое движение, не несущее в себе угрозы. Но спустя несколько секунд полной тишины раздался странный звук, словно что-то упало и беспрестанно покатилось по полу. Вики медленно опустила глаза и застыла, видя кровавые разводы на полу. Ее сердце едва не разорвалось от ужаса при виде ярких глаз, безжизненно и обреченно глядящих в самую душу.       Она прижала ладонь к дрожащим губам и резко сделала несколько шагов назад. Подальше от крови. Подальше от головы беса, оказавшейся у самых ее ног.       — Какое глупое существо. Сначала нужно было отрезать ему язык, — Вики вздрогнула, услышав, как задумчиво девушка это произнесла. Безжалостно. — Но так тоже неплохо.       Сквозь пелену образовавшихся слез Вики снова рискнула взглянуть в сторону беса. Его тело и голова вмиг превратились в пепел, как и кровь, от которой не осталось и следа. Вики моргнула, но слезы не потекли по щекам. Ни о чем не думая, полностью шокированная и растерянная, она беззвучными шагами направилась в свою комнату, ожидая, что за спиной прозвучит приказ вернуться или еще что-то. Но весь путь до заветной двери прошел в тишине, позади не было слышно ни одного шороха.       Когда она наконец-то оказалась внутри, то позволила себе понять, что только что произошло. Слеза медленно скатилась по щеке, сердце сжалось от жалости и сожаления. Вики понимала, что бес был порождением тьмы, но все равно мысленно пожелала, чтобы его душа нашла покой.

***

      — Вам приказали одеться и спуститься вниз.       Внутри Вики все сжалось при виде темного существа в дверях, держащего в руках красное платье. Он положил его на кровать, маленькой ладонью разгладил складки гладкого шелка и ушел, не сказав больше ничего.       Прошло еще несколько дней после той злосчастной встречи, пустота в груди перестала ощущаться ярко. Вики все чаще думала о том, что не хочет разрушать себя так, как это было на Земле. Что это было бы слишком жалко, что это происходило слишком просто и быстро. Тяжело вздохнув, она поднялась и стала одеваться, думая о бесе.       Вепар навещал ее несколько раз в день, приносил еду и пытался заговорить. Иногда у Вики получалось переброситься с ним несколькими фразами перед тем, как снова окунуться в свои мрачные мысли. Но все равно — его мимолетное присутствие что-то делало с ней. Его слова, голос, горящий взгляд… Вепар часто рассматривал ее так, словно и не думал о том, что она способна сдаться и поддаться внутренним эмоциям.       Он смотрел так, словно она могла справиться со всем.       Первое время такой взгляд раздражал. Хотелось не замечать в круглых глазах огонек, кричащий, что можно справиться со всем. Но потом она начала присматриваться. Мысли, что она слишком быстро начала тонуть, все чаще и чаще метались в голове. Вики не успела заметить, как начала соглашаться с ними.       Разбросав небрежные пряди по плечам, мельком посмотрела в зеркало. И застыла. Из-за собственных размышлений Вики не заметила, что платье выглядело слишком роскошным для обычного вечера. Ком появился в горле, она попыталась сглотнуть, размышляя, что планировалось дальше. Но происходящее уже начало не нравится. Она быстро отогнала от себя мрачные предположения и вышла из комнаты.       Сердце ускорилось при виде украшенного дворца, теперь цветы встречались после каждого метра. Воздух пропитался запахом жизни, совершенно не подходящей этим темным коридорам. Добравшись до лестницы, Вики нахмурилась. Сначала ей захотелось развернуться и вернуться в комнату, но потом она собралась и начала спускаться, не отрывая внимательного взгляда от демона.       Азриэль все это время смотрел куда-то в сторону, явно о чем-то размышляя, но из-за возникнувших звуков повернулся и посмотрел прямо на нее. Сияющие золотом глаза быстро скользнули по телу снизу вверх и остановились на лице. На губах появилась натянутая усмешка.       — Теперь ты выглядишь иначе, — он снова медленно осмотрел ее, в глубине зрачков что-то блеснуло. — Хотя я еще при первой встрече догадался, что ты не так проста.       Ни один мускул на лице Вики не дрогнул. Она поравнялась с ним и прошлась в ответ изучающим взглядом. Абсолютно черный наряд, состоящий из брюк, рубашки и пиджака. Ничего необычного, но ему очень шло. В этом наряде от него так и веяло опасностью и мрачностью.       — Хочешь сказать, что увидел внутри меня свет, когда этого никто не замечал? — она сразу поняла, что демон имел в виду, поэтому не стала увиливать.       Он небрежно пожал плечами, бросив короткий взгляд на ее крылья за спиной.       — Не совсем, — ответил он, странно растягивая слова. Неожиданно приподнял согнутую в локте руку, приглашая к себе. Вики приподняла брови, но потом нахмурилась, заметив, как золотые радужки странно блеснули. Если раньше можно было определить, что за этим скрывалось, то сейчас Вики ощутила растерянность. — Нам уже пора.       Она не двинулась к нему и выглядела со стороны, скорее всего, потеряно. Когда в комнате появился бес с платьем в руках, она сразу же предположила, что его послал Люцифер. Невозможно было даже предположить, что внизу будет ожидать генерал его армии.       Явно почувствовав ее недоумение, Азриэль ответил:       — Он сейчас.. немного занят, — в его голосе была какая-то напряженность. Вики никак этого не показала, но начала внимательнее рассматривать черты его лица. — Как бы тебе не было грустно, но этот вечер ты проведешь в моей восхитительной компании.       Она почти хмыкнула, этот демон очень себя любил. Но позволила лишь облегченному выдоху вырваться наружу. Меньше всего хотелось пересекаться с Люцифером, когда она еще не до конца понимала, что должна была чувствовать к нему. Вики кивнула и подошла к демону ближе, принимая его руку.       Она позволила себя вести куда-то в полной тишине, думая, что для вопросов сейчас не время. Как только она приняла руку демона, то сразу поняла, что он лишь внешне выглядел нормально, а на самом деле все его тело было напряженно. Происходило что-то, что полностью заняло его голову.       Плохое предчувствие. Вики могла поклясться, что ощущала его горький привкус на языке. Что с каждым шагом внутри груди что-то замирало, ожидая неизбежного подвоха. Но ее внешний вид остался безразличным к мыслям, насколько это возможно. Она лишь хмурила брови, понимая, что они обошли дворец. Не пришлось перемещаться куда-то далеко.       Она непроизвольно впилась пальцами в руку Азриэля, обводя взглядом большое столпотворение демонов и дьяволиц. Все выглядели веселыми, воздух заполнился приглушенными разговорами. Вики на мгновение замерла, растерявшись, но Азриэль продолжал медленно идти дальше. Почти тянул ее за собой, не замечая ничего вокруг.       Несколько демоном заметили Азриэля и с ухмылками наклонили головы. Вики подметила, что подобные жесты всегда все делали при виде Люцифера. Выказывали почтение и уважение. Азриэль на это никак не реагировал, направляясь к одинокому круглому столику.       Не успели они подойти, как рядом образовались бесы с тарелками и бокалами. Вики глубже вдохнула воздух, надеясь уловить знакомый аромат мяты. Но, к сожалению, рядом не оказалось Вепара. Она протянула руку и почти вцепилась в ножку бокала, делая глоток, чтобы успокоить постепенно накатывающее волнение. Здесь было слишком шумно и дискомфортно. Особенно когда взгляды незнакомых демонов часто перемещались в сторону их столика и как-то изучающе скользили по ее телу.       Сделав еще один глоток, она посмотрела на Азриэля, чтобы не замечать чужих взглядов. Теперь он выглядел задумчивым и отрешенным. Его сияющие глаза скользили по толпе, словно кого-то выискивали, и неожиданно замерли. Она решила проследить за его взглядом, почувствовав легкое любопытство.       В следующую секунду Вики поняла, что слишком была растеряна и напряжена, поэтому не оглядела само место, а зациклилась сразу на демонах. В груди все потяжелело, когда взгляд остановился в конце всех столиков. В голове проскользнула мысль — безумная, нереальная, отчаянная…       Она резко повернулась к Азриэлю и заметила, что он уже пристально наблюдал за ней. В горле мгновенно пересохло. Стараясь не показывать, как увиденное взволновало, Вики равнодушным голосом спросила:       — Это то, о чем я думаю?       В следующее мгновение уголок его рта дернулся. Она сразу поняла, что усмешка далась ему тяжело. Он сделал медленный глоток из бокала и посмотрел туда, куда несколько мгновений смотрела Вики. На свадебную арку, украшенную полупрозрачными черными тканями и цветами — алыми. Как кровь. Как цвет его глаз. Как ее приближающаяся погибель…       — Да. Это свадьба.