Дьявол Байрона

Люцифер успел вовремя просунуть между кинжалом и головой Уокер свою руку, перехватывая лезвие голой рукой, отчего кровь тут же хлынула в разные стороны. Но он кажется абсолютно не обращал на это внимание, второй рукой отодвигая застывшую в ступоре блондинку себе за спину, благодаря всех Богов за то, что в этот самый момент ему не нужно было соскребать её мозги с ковра. От этого маневра глаза Михаила вспыхнули какой-то безумной искрой и он стремительно вырвал свое запястье из крепкой хватки брата, продолжая надвигаться в сторону Виктории. Девушка хотела было проявить свои таланты, являя миру яркую огненную вспышку, но Люцифер грубо оттолкнул её в сторону ровно в ту секунду, когда Михаил сложил руки для энергетического удара. — Убирайся отсюда, — рявкнул дьявол, не сводя взгляд с Михаила. Но даже не видя его глаза, Виктория точно знала, что сейчас написано у него на лице: ярость. Чистейшая, первозданная ярость из которой ковались чертоги Ада. — Я не брошу тебя. — Сейчас не время геройствовать, Уокер. Михаил очень громко и неестественно рассмеялся, на пару мгновений позабыв о своей операции размазать девчонке череп. — Mon chéri, что я вижу. Ты полюбила это бездушное чудовище? — Ты ничего не знаешь о его душе, — крякнула откуда-то снизу Виктория, элегантно развалившись в разбитой вазе цветов. — Как и ты, моя милая. Тогда бы, прежде чем влюбляться в него, хотя бы узнала, что он страстно жаждет умереть, чтобы воссоединиться там с ней, с Марией. Ты же останешься тут в качестве его очередной использованной игрушки. Все мысли в голове блондинки стремительно улетучивались, стоило ей вновь услышать имя этой женщины, которая, не по своей воле, так упрямо стояла на пути всего хорошего, к чему пытался прикоснуться дьявол. Игрушка. Использованная. Виктория с надеждой взглянула на Люцифера, почти обреченно стараясь найти в его взгляде поддержку, но вместо этого её встретила зияющая пустота его взгляда. Словно все, что отвратительной массой вытекало изо рта ангела — чистая правда. Стало так обидно и больно, что Виктория уже не могла контролировать, как предательски задрожала её нижняя губа и начало щипать в глазах. — Люцифер, ты же не забыл, что я умею считывать чувства других? Давай узнаем, любит ли эта очаровательная дьяволица тебя. Хотя, как и говорил, тут все видно невооруженным взглядом. Михаил устремился в сторону девушки, но Люцифер одним резким движением перекрыл ему путь. — Пока у тебя есть шанс, Михаил, исправь все. — А иначе что? — Иначе ты умрешь. — Забавно. Виктория, ну а ты, хочешь знать, любит ли он тебя? — Если ты такой всеведущий и крутой, лучше бы узнал у своей покойной жены, что она тоже его любила, — на грани с тем, чтобы плюнуть ангелу под ноги, рыкнула блондинка, принимая вертикальное положение. Нет, не под ноги. Слюнооборот во рту Виктории страстно жаждал найти выход в метком плевке ангелу прямо в рожу. И только девушка собралась с духом, как нравоучительный взгляд Люцифера тут же её осадил. Хотелось конечно и этому божьему выродку зарядить рукой по физиономии, но в сложившихся обстоятельствах, Виктория сделала правильный выбор в пользу того, чтобы заткнуться и не выебываться. От абсурдности всего происходящего у Люцифера ещё сильнее сжались кулаки, а от взгляда Виктории, которая так обиженно на него таращилась, — защемило скулы. Ему просто нужно было объясниться с ней, поговорить, пока девчонка не напридумывала себе лишнего в голове, но братец явно не был настроен на пятиминутный брейк, лишая всех вокруг возможности просто объясниться. Оставалось лишь пытаться пробиться к дьяволице взглядом, но её злобный оскал — непробиваемой стеной стоял у Люцифера на пути. Легкая насмешка на лице Михаила тут же померкла, словно извещая всех вокруг о том, что игры кончились. — Какой лапши он ещё навешал тебе на уши, mon chéri? Виктория буквально лицезрела, как у Люцифера начинало лопаться и без того шаткое терпение. Кадык на его горле заходил ходуном, а напряженная вена выступила на лбу. На секунду, всего на секунду в голове девушки промелькнула мысль поддаться сладострастным речам Михаила, а потом все вокруг погасло. Люцифер довольно улыбался, прикрывая свое внушительное достоинство лишь одной белой простынёй. Кажется, никто и никогда не видел его таким умиротворенным и счастливым, как в тот миг, когда обнаженная Мария плавно шагала прямо в его распростертые объятия, освещаемая лишь лунными бликами из окна. На улице было темно, а воздухе витал аромат сирени, отчего их долгожданный совместный вечер становился лишь краше. Только он и она, обнаженные, в тихом уединении на окраине города. Мария с разбегу прыгнула к дьяволу в постель, смеясь и брыкаясь его попытками заточить её в кокон своих крепких объятий. — Пусти! — Никогда, ведь ради тебя одной я живу, если можно это назвать жизнью. Мария на секунду затихла, позволяя Люциферу размеренно наматывать её пшеничные локоны ему на палец. Она несколько минут слушала его сердцебиение, прежде чем резво развернулась к нему лицом. Было уже абсолютно плевать на статус ангела и все причитающиеся правила поведения, особенно когда ты замужняя женщина. В мире для неё не осталось ничего важнее и желаннее, чем омут его темных глаз. — Для меня ты всё в мире. Только ты. — Я никогда и никого не полюблю так, как тебя. Честно говоря, возвращаться в реальность Виктории уже не хотелось, но глаза все-таки открыть пришлось. Люцифер так и не поменял позу, но на этот раз его взгляд был устремлен в её сторону. Взгляд полный боли и сожаления. На секунду все вокруг стихло. Не было больше Михаила, который, впрочем особо не выкобенивался, сам удивленно хлопая глазами с мертвенно бледным лицом покойника. Не было войны. Только Виктория, которая ощущала, как предательски катятся по щекам слезы, и Люцифер, который просто хотел прижать её к груди и забрать всю ту боль, с которой она, мать его, молча, боролась каждый день. Отрывки событий, в которых Виктория дала нагло себя обмануть, вдруг закрутились у неё в голове, прокладывая хотя и шаткий, но очень четкий мост всего к логическому завершению всего произошедшего. Все это была одна кровавая, запутанная, но таки очевидная дорога к ней — к любви всей его жизни. Хотелось сказать так много важных слов, которые крутились на кончике языка, но что-то в глубине души мешало им выйти наружу. Вместо этого Люцифер просто достал из заднего кармана дьявольский клинок. — Отвернись. И дело было не в том, что Люцифер переживал, будто Виктория не переживёт вид его мертвого брата. Нет, он думал лишь о том, что в случае, если он сейчас проиграет — она не переживёт вид его мертвого тела. Даже если прямо сейчас она таращится на него как на врага народа. Но Виктория смотрела, через силу и пелену слёз за их грациозной игрой на выживание. Они были достойными и равными соперниками, но у Люцифера было преимущество — Михаил все никак не мог устаканить увиденное, пропустив пару ударов, которые разорвали его рубашку и полоснули ребра. Последний ловкий удар в грудную клетку и ангел, не в силах больше держаться на ногах, опустился на коленях, изрыгивая собственную кровь. Виктории даже будто бы померещилось, словно в самом конце Михаил и не старался выиграть, подставляясь под острый клинок в руке брата, сдаваясь. И вот, казалось бы, то, к чему они так долго шли. Враг повержен, война окончена. Но в глазах победителей не было ни капли радости. Люцифер вытер окровавленное лицо рукавом рубашки и опустился на коленях рядом с братом, рукой сжимая его за плечо. — Прости, Михаил. — Нет, Сэмми, — Люцифер уже и забыл, когда кто-то называл его так в последний раз. — Я не знал, я… — Он громко закашлял, с трудом извергая слова через очередной хлынувший поток крови. — Я не хотел знать, что она тебя любит. — Михаил, не надо… — Нет, послушай. — Ангел продолжал упрямо хвататься за жизнь, опираясь о руку Люцифера, который старательно сдерживал слезы. — Я причинил тебе столько зла и я заслужил такой конец. Но ты — нет. Рассеянный взгляд Михаила зацепился за застывшую в углу Викторию, которая тут же перестала реветь, размазывая тушь по лицу. Ангел так странно и тепло улыбнулся, что сердце девушки пропустило один удар. — Ты заслуживаешь быть счастливым Люцифер. Так будь же, она бы этого хотела. Эта девушка любит тебя и я извиняюсь перед вами двумя за все, что наделал. С трудом воспринимая все, что говорил Михаил, Люцифер лишь покрепче стиснул зубы, стараясь унять необъятную боль внутри. Но пустота была столь поглощающей, что дьявол в порыве уже подумывал над тем, чтобы вырвать себе сердце. Лишь бы все закончилось. — Прощай, брат. Ангел сделал последний вдох и навсегда закрыл глаза, обмякнув у дьявола на руках. Было так больно и пусто внутри, что хотелось кричать. Уйти, и никогда больше не возвращаться в этот момент времени. Но очередная вспышка яркого света помешала планам Виктории осуществить свой план побега. Она невольно прикрыла глаза рукой, стараясь спрятаться от белого потока. Скулы свело от резкой боли в области поясницы и блондинка обратно рухнула на колени, представляя, что, вероятно, это кто-то из ангелов все же решил добить её сзади. Как же она на самом деле ошибалась. Свет рассеялся, а глаза открывать все так же не хотелось. В спине ещё слегка саднило, но калейдоскоп событий притуплял боль. — Виктория, — позвал голос Люцифера на расстоянии вытянутой руки. И тогда она открыла глаза, в немом ужасе раскрыв рот. Дьявол смотрел на неё сверху вниз, протягивая руку. Но Виктория уже не смотрела на него, на трясущихся ногах пытаясь самостоятельно встать, не в силах оторвать взгляд от огромной пары белоснежных крыльев за спиной у мужчины. Муляж в её замке не шёл ни в какое сравнение с истинным великолепием того, что происходило у дьявола за спиной. Но его это кажется абсолютно не волновало, словно он и не ждал две тысячи лет, пока это случится. Виктория даже не сразу заметила собственную пару за спиной, облегченно выдыхая. — Нужно срочно возвращаться домой и сказать всем, что война окочена, — буркнула Виктория, стараясь не смотреть в глаза Люцифера, которые сулили припадок необъятного всепрощения. А прощать очень не хотелось. Вместо этого она чересчур активно рассматривала мертвое тело ангела на полу, с трудом сдерживая порыв добавить ему каблуком по роже. — Дай мне возможность все объяснить, — не веря в собственные слова и желание перед кем-то оправдываться, сказал Люцифер, глядя на то, как физически Виктория борется со всем тем, что только что произошло. С его воспоминаниями о Марии в большей степени чем с тем, что он только что убил собственного брата. Второго по счёту. Дурная привычка. Как истинный джентльмен он забыл о братской крови на своих руках, о войне, о паре крыльев, которые он так давно не видел, о собственной боли в груди. Люцифер подался девушке навстречу, но она мгновенно отшатнулась в сторону. — Не сейчас. — Хорошо. Тогда, позволь мне призвать водоворот. Давно этого не делал. В ответ Виктория лишь равнодушно пожала плечами, мол делай, что хочешь, мне на тебя насрать. Призывать водовороты — это как кататься на велосипеде. Невозможно забыть. На секунду дьявол отпустил все произошедшее и радостно присвистнул, разворачиваясь к Виктории с предложением подкинуть её в своих объятиях, но она уже молча занырнула в воронку, оставляя его глотать пыль.

***

Дом. Элегантно приземлившись за спиной у Виктории, Люцифер взбудоражено огляделся, не веря тому, что спустя столько сотен лет, может снова здесь стоять. Всего-то надо было убить своего брата. Делов то. — Где это мы? — спросила девушка, пристально вглядываясь в песчаную пустошь посреди которой они оказались в попытках выудить хоть намёк на признаки жизни. — Адские пески, — ответил Люцифер, расплываясь в радостной улыбке, оглядывая все вокруг. — И нахера нам сюда? — Не знаю, — пожал плечами дьявол. — Просто это место было первым из тех, что я сотворил в Аду. — Ненавижу это место, — фыркнула Виктория, вспоминая, как отец тренировал её волю к победе. На Земле то принято кидать детей в воду, чтобы они научились плавать. А вот в Аду развлечения были поинтереснее — что-то своего рода зыбучих песков, усаженных сотнями тысяч костей демонов, которым так и не удалось оттуда выбраться. Блондинка проследила взглядом за тем, как, с лицом самого счастливого в мире ребенка, Люцифер опустился на колени, руками перебирая песок, словно они сейчас не в одном из самых опасных мест в Аду, а гуляют по набережной Брайтон Бич. — Прости, — Люцифер резко встал, поправляя свой костюм. — Я очень давно здесь не был. — Угу, может уже пойдем? — Да, конечно. Я знаю где они. Очень быстро они добрались до основного места проведения кровавого месива, которое ни в какое сравнение не шло с тем, что до этого в своей жизни видела Виктория. Она буквально шагала по трупам, пытаясь найти свободное место для того, чтобы поставить ногу, но все было тщетно. Люцифер галантно расчищал ей дорогу спереди, а она не могла отвести взгляд от белоснежных крыльев самого что ни на есть настоящего дьявола. Дьявол с белыми крыльями — комедия, да и только. Походка его была уверенной и расслабленной, даже более расслабленной, чем в хорошие дни на Земле. Даже несмотря на кровавый дождь, который легким бризом обдавал их с ног до головы, лицо Люцифера было в какой-то степени маниакально радостным. Виктория даже не сразу заметила, с трудом что-то различая в месиве тел и крови, как глаза Люцифера изменили свой цвет на такой же кроваво алый, как у неё. — Ледяное озеро Коцит? — удивленно спросила Виктория, до этого с трудом понимая, в каком направлении они держат путь. И хотя две сотни лет — достаточный период, чтобы изучить все чертоги Ада, на 9-й круг она никогда не забиралась. Они наконец пробрались сквозь кровавый дождь и непроходимые тропы, устланные человеческими останками — самый короткий путь от Адских песков к ледяному озеру. Адское пекло вдруг резко сменилось могильным холодом — главная причина по которой Виктория никогда не совала сюда нос. Для демонов такой холод в течение длительного времени мог стать смертельным, а она просто не хотела испытывать судьбу. — Какая ирония, оказаться на самом дне Ада, куда я был сослан Богом за неповиновение. — Ты был сослан сюда? Но Люцифер больше не был доступен для любого рода запросов. Как статуя он замер на склоне холма, задумчиво оглядывая все происходящее в низине. Лишь напоследок он кинул Виктории свой пиджак, не в силах больше слушать, как она стучит зубами. Запихав гордость и обиду себе в задницу, Виктория тут же юркнула в пиджак, поравнявшись с дьяволом, который молча смотрел вниз. Она вдруг впервые ощутила, кто на самом деле стоит рядом с ней и от осознания его могущества — резко стало не по себе. На Земле Виктория с лихвой могла позволить себе шквал иронии вперемешку с попытками пнуть Люцифера в плечо, но тут, стоя рядом с ним напротив адских льдов, она съежилась до размеров песчинки, с открытым ртом внимая его могуществу. Он — сын божий, ангел, творец Ада и стражник всех проклятых душ. — Ты конечно сейчас попытаешься послать меня в зад, но я настоятельно рекомендую тебе свою помощь по спуску вниз, — резко возвращая себе человеческое выражение лица, сказал Люцифер. — Без должного опыта, ты скорее поломаешь себе все крылья. Виктория в очередной раз глянула вниз, разглядывая миллионы ледяных глыб, что торчали со всех сторон, сужая их коридор для спуска к паре метров. Молча девушка кивнула головой, позволяя Люциферу поднять её на руки. — Ты боишься меня, — не своим голосом шепнул дьявол, пристально сканируя лицо Виктории, которая не знала куда деваться: то ли прижаться по крепче, то ли с криками «помогите» убежать обратно к зыбучим пескам. — Можешь не смотреть на меня как лев на кролика и тогда все будет окей, — пискнула дьяволица, чем вызвала у Люцифера легкую усмешку, ещё больше возвращая его в прежнее состояние. — Не бойся, я тебя не съем, — и с этими словами мужчина сделал один шаг над пропастью, падая вниз. От потока холодного воздуха у Виктории заложило уши и она инстинктивно вжалась лицом в шею Люцифера, как можно сильнее стараясь перебить отвратительный запах извне, ароматом его кожи, которая за последние пару часов стала поразительно чужой. Словно и не было всех тех ночей в обнаженных объятиях друг друга. Люцифер почувствовал, как переменилось настроение Виктории, впрочем как и он сам, ступив на земли им же сотворенные. Давно забытая сила, покинувшая его на Земле, заполнила его собой, переворачивая все в голове вверх дном. Но её холодный нос, ищущий спасения у него на шее, слегка приземлял его. Перед приземлением, Люцифер покрепче сжал тело Виктории в своих руках, оставляя на её макушке невесомый поцелуй. — Ваш убер блэк окончил поездку. — Пять звезд, — нервно усмехаясь ответила Виктория, отшатнувшись в сторону. Раскат грома вперемешку с громкими криками, заставил обоих оторваться от пожирания друг друга взглядами. Теперь картинка того, что происходило вокруг — стала четкой. Со всех сторон слетались демоны, яростно срубая на пути любого кто попадётся им под руку. Ангелы напористо отражали атаки, но их стало значительно меньше, отчего они медленно отступали в угол. Вот он — момент, к которому они шли. Вот они — последствия всех решений. И все из-за одной женщины, которая стала между двумя братьями, меняя судьбы тысячи небесных созданий. Сотни копий пролетали над головой Виктории, а она завороженно наблюдала за тем, как с неба падают тела, рассекаясь насмерть о ледяные глыбы. Война утягивала вглубь кровавых событий, не давая сторонам вздохнуть или перевести дух. Сколько детей останутся без родителей после этой ночи? Девушка уже хотела побежать навстречу бойне, отыскать Карлайла, Мими, Дино, но Люцифер перехватил её за запястье, притягивая рядом с собой. Им под ноги упало тело демона. Виктория с облегчением вздохнула, не находя в его лице кого-то знакомого. Демон затрясся, а затем резко замер, голова его опустилась набок, глаза же его оставались открытыми.

Emmit Fenn - Woman

— Уокер, — рыкнул Люцифер, утаскивая Викторию за собой, заталкивая её за камень. — Сиди здесь и не высовывайся, поняла? — Что? Нет, Люцифер, я пойду с тобой! — девушка попыталась воспротивиться, но дьявол тут же оборвал все её попытки, порывисто прижимаясь к ней губами, зажмуривая глаза от невыносимой боли. Минута. Пять. Вокруг все громыхало, а дьявол отчаянно упивался горечью слёз, что стекали по её щекам, попадая к нему в рот. — Стой здесь. И Виктория осталась, наблюдая за удаляющейся спиной дьявола, который легко рассекал ангелов на своем пути, направляясь в неизвестном ей направлении. Он не сражался — он танцевал, так изящно и естественно выглядели его действия, заполняя все вокруг своей силой и могуществом. Это был совершенно не тот Люцифер, которого она встретила на Земле. Это был правитель Ада. На мгновение Виктория потеряла его из вида, а когда нашла — он уже стоял посреди поля битвы в ином облике, в своем истинном облике. — Довольно, — раздался нечеловеческий голос, оглушающий все вокруг. Битва резко затихла, а все взгляды устремились в его сторону. — Михаил мертв, битва окончена. Все недоуменно переглянулись, но отступили друг от друга на несколько шагов. Обе стороны не знали, стоит ли бороться дальше. Кровь перестала проливаться, и лица, настороженные и измученные, с крайним интересом наблюдали за Люцифером. — И моя битва тоже. Люцифер находился очень далеко, но Виктории показалось, что он кричит ей в ухо, а она все равно не понимает значение его слов, ровно так же, как и не видит его действий. — «Здесь я начал свой путь, здесь его и закончу». — Люцифер из последних сил отыскал взглядом Викторию, которая неуверенно шла ему навстречу, и, в последний раз ей улыбнувшись, вонзил ангельский клинок себе в грудь. Ровно туда, куда пару часов назад, ударил своего брата. Когда Виктория в беспамятстве закричала, падая рядом с ним на колени, дьявол уже вернул свой человеческий облик, а сердце его перестало биться. Навсегда.