Дьявол Байрона

Демоны бежали из тронного зала, как крысы с тонущего корабля. Никому в здравом уме не хотелось бы прочувствовать на себе гнев Повелителя, а он определённо собирался гневаться. Собирался, потому что сил дойти до спальни не было. Ему жизненно необходима была она. Прямо здесь и прямо сейчас. Десяток пуговиц на белом пиджаке разлетелись в стороны, и Люцифер улыбнулся, довольный проделанной работой, проводя языком по верхнему ряду белых зубов Виктории, глядя на неё, как охотник на добычу. Как волк на зайца. Как алкоголик на кварту глифта. Как наркоман на дорожку кокаина. В дыре, в которую его занесло, прошло всего ничего, поэтому от момента своего возвращения до того, как Уокер младшая с ноги выбила двери в тронный зал, он немного волновался, на случай если в Аду опять пролетел десяток лет. Виктория нетерпеливо укусила дьявола за подбородок, требуя внимания и к остальным частям тела помимо глаз. Люцифер самодовольно ухмыльнулся, а потом с новой силой накинулся на девушку, горячими пальцами впиваясь в её ягодицу, запрокидывая правую ногу себе на талию, сокращая расстояние до непозволительно желанного. На Небесах такое положение дел давно бы окрестили как: «Боже, стыд и срам». Девушка изогнулась дугой, словно кошка, ластясь о его тело, прижимаясь бёдрами к совершенно бесстыдной выпуклости на брюках. — Как ты… как ты… — Виктория не смогла закончить. Люцифер предостерегающе зарычал ей в рот, тараня языком её глотку. — Но… Она невольно пискнула, когда дьявол опустил опухшие и блестящие от жадных поцелуев губы ей на грудь. — Уокер, ты действительно считаешь момент подходящим для разговора? Момент был совершенно неподходящим. Люцифер довольно улыбнулся, обхватив ладонью неравномерно вздымающуюся грудь. Его большой палец нашёл затвердевший сосок, а затем рука плавно прошла по изгибу бедра и замерла ниже, собрав в кулак тонкую полоску нижнего белья. — Ты всё ещё одета. Это совершенно недопустимо, — рыкнул он, а Виктория задрожала. Так всегда происходило, стоило лишь раз взглянуть на Люцифера: это странное чувство собственной беспомощности, которое доводило до исступления. До искр из глаз. — Я скучал, — промурлыкал он, абсолютно бесстыдно спуская трусики девушки вниз. — Ты так изумительно пахнешь. — Люцифер обхватил её рукой между ног, а его большой палец прижался к самой чувствительной точке. Виктория невольно приподнялась на цыпочках, сжимая ноги, требуя большего, чем просто эти дразнящие поглаживания. Но жадный взгляд Люцифера не терпел препирательств. Его губы лишь слегка мазнули распахнутый в стоне рот Виктории, когда один палец скользнул внутрь неё. — Ты просто бесстыдно мокрая. Девушка дрогнула, в отчаянной попытке ускорить темп, но его пальцы продолжали медленно сводить её с ума. Она зарычала, а он засмеялся, продолжая подталкивать её в сторону трона, всё ещё не убирая руки. Лифчик повторил судьбу трусиков, и Виктория приглушённо охнула, абсолютно обнажённая опустившись на холодный метал. Люцифер слегка отстранился, выпрямившись. Он плавно опустил руки к пуговицам на штанах, не отрывая голодный взгляд, скользя по ничем не прикрытому телу дьяволицы. — Смотри на меня. И Виктория смотрела, как он раздевается. Вся эта загорелая кожа и мышцы. Она не сдержала приглушённый стон, когда его брюки упали на пол, выпуская наружу до предела возбуждённый член. Он и сам не понимал, как до сих пор держится, как продолжает растягивать этот момент. Но от того прекраснее казался приближающийся миг. А потом Виктория сделала то, что от неё совершенно не ожидалось. Сил терпеть эту муку у неё было куда меньше, и рука плавно скользнула между ног. Она продолжала любоваться дьяволом, прижимая тонкие пальцы к самой чувствительной точке. В голове совершенно не осталось никаких мыслей, сомнений, сожалений. Был только он и её безумное желание, от которого было невозможно больше бежать. Люцифер громко ругнулся, а Виктория шире расставила ноги, открывая обзор на всё самое интересное. Её голова запрокинулась выше, а глаза закрылись от удовольствия. Она знала, что он смотрит, и этого сходила с ума ещё больше. Одним движением руки мужчина поднял дьяволицу вверх, а затем сам опустился на трон, усаживая её сверху. Их горячие тела сплелись в безумном поцелуе, и Виктория подалась вперёд, позволяя ему резко проникнуть внутрь её тела. Оба тихо застонали, а по телу пробежал трепет долгожданной встречи. Люцифер опустил голову к покрытому мурашками горлу, а его рука ещё крепче сжала копну каштановых волос, что струились по спине девушки. Против всех правил, она приподнялась вверх, а потом опустилась. И так раз за разом, пока Люциферу не настоебенила эта сладкая мука, и он не впился ногтями в её бедра, резко наращивая темп. В их движениях не было ритма или размеренности. Их охватило исступление. Напряжение закручивалось глубоко внутри, нарастая с каждым движением бёдер. На секунду Люцифер разорвал поцелуй. Его губы были красными и блестящими, а взгляд совершенно безумным, но он схватил Викторию за подбородок, требуя внимания. — Скажи это снова. Девушка протестующе застонала в попытках продолжить двигаться, но дьявол крепко сжал её тело в руках. — Скажи, — почти что умолял он, зубами впиваясь в её подбородок, языком скользя по скулам. — Ты — негодяй, — зашипела Виктория, прижимаясь ближе. — Это я уже знаю. Скажи мне, чего я ещё не знаю. И она сдалась, не в силах больше сдерживать напряжение внутри. — Я люблю тебя. Теперь это ты тоже знаешь.

***

Виктория даже не пыталась сосчитать, сколько прошло дней. Может пять, может неделя, а может и целый месяц, но это совершенно не имело никакого значения. Ад не имел значения. Небеса не имели значения. Даже то, из какой дыры вылез Люцифер — не имело значения. У них совершенно не было времени на разговоры. Их рты были заняты поеданием друг друга. Уокер младшей вдруг подумалось, что если она откусит от Люцифера кусочек, то он всегда будет с ней. В камине догорали последние поленья, которые Люцифер соизволил принести вчера в обед, когда Виктория без сил провалилась в полудрёму. А потом соседняя половина кровати прогнулась под тяжестью его тела, и глаз не удалось сомкнуть до вечера этого дня. Виктория плавно водила пальцем по мускулистой груди, повторяя линии татуировок, а затем перешла к лицу дьявола, очерчивая контуры его слегка распахнутых губ. Несколько мягких прядей упали мужчине на лоб, и дьяволица аккуратно вернула их на место. — Ты пялишься, — заворочался Люцифер, не открывая глаз. — Я не пялюсь, — шикнула Виктория, тут же стремительно убирая руку. Он успел перехватить её запястье, всё ещё наполовину пребывая во сне. — Погладь меня ещё. — Обойдёшься. — Пожалуйста. — Дьявол слегка потянул девушку на себя, располагая её ладонь на своём лице. — Ну ничего себе. Ты сказал слово «пожалуйста»? Снег пойдёт, не иначе. Он расплылся в довольной улыбке, когда Виктория вновь провела кончиками пальцев по его скулам, спускаясь к шее, а потом ещё и ещё ниже. Она вдруг задумалась, гладил ли его вообще кто-нибудь? Вот так просто? Лишь тонкая простыня скрывала нижние части их тел, и Уокер младшая с силой закусила губу, когда ткань затопорщилась на самом интересном месте. Люцифер накрыл её ладонь своей, когда девушка уже стала стягивать одеяло. — Не подумай, что я против. Просто мне кажется, что нам нужно многое обсудить. Очень многое: начиная от того, что случилось с Сатаной, заканчивая беременностью, которой Виктория ещё не успела огорошить Люцифера. Ей следовало сделать это ещё пару дней назад, но… Она просто испугалась. Не его реакции, а своей, словно до тех пор, пока этот факт не был высказан вслух — он не был реальным. Люцифер открыл глаза, перекатываясь на бок, подперев рукой голову. — А ещё нам нужно поесть. В подтверждение его слов желудок девушки жалобно заурчал. В последний раз они ели вчера в обед. Вместе с дровами Люцифер стащил с кухни тарелку с тушеным мясом и овощами. Прислуге и всем остальным, кто хоть немного дорожил своей жизнью, было строго настрого запрещено приближаться к их спальне. — Это значит, что мне придётся выпустить тебя из постели? Я отказываюсь. — Виктория симметрично повторила позу дьявола, небрежно играя с прядями его волос. — Ты жутко худющая, Уокер, — констатировал мужчина, игриво зажимая зубами кончик пальца девушки, который как раз спустился ниже для того, чтобы очертить его опухшие от поцелуев губы. — И я не позволю тебе умереть от голода. Только не от этого. Ты определённо точно умрёшь через много тысяч лет, верхом на мне. — Значит ли это, что ты предполагаешь, будто бы я умру раньше тебя? — А я умру под тобой. — Ужасно. Я буду трахаться с трупом? Он громко рассмеялся, и Виктория не сдержала улыбку. Сейчас Люцифер абсолютно не был похож… на Люцифера. Он выглядел как проказливый мальчишка, пуская в ход свои совершенно очаровательные ямочки на щеках. Ад. Сатана. Бог… и бла бла бла. За пределами этой спальни был целый вагон и маленькая тележка проблем, но здесь и сейчас, на этой постели, в этом слабом свете камина, Люцифер не был Дьяволом, Тёмным, Карателем, Правителем. Он был просто счастливым мальчишкой, который всё никак не мог взять в толк, как он раньше жил без неё. Без Вики Уокер и её пятки, которая во сне постоянно пинала его в бок. — Где он? — нехотя нарушила их интимную тишину Виктория, подумав о том, что, чем быстрее они разделаются с этим разговором, тем быстрее приступят к другим, куда более приятным вещам. — На самом деле, я и сам не знаю. В тот момент, когда… когда мы были на втором круге и он появился, помнишь, что произошло? Виктория помнила смутно. — Когда ты упала в обморок, то была больше не в силах сдерживать его энергию. И тогда… я испугался, что он тебя убьёт. И меня заодно, — он усмехнулся. — И тогда я просто сделал то же, что ты — выпустил огонь. — Но огонь подчиняется лишь действующим Правителям Ада, — напомнила Виктория, вспоминая о том, что она с недавних пор перестала загораться как фитиль на пороховой бочке. Люцифер кивнул, подтверждая её слова. — А потом мы оба очнулись в темноте. Не было ничего. Никаких энергий. Я больше не чувствовал, что в мире существует что-то кроме нас двоих. Девушка нахмурилась, ведь тогда она тоже его не чувствовала. Как и Бог, если его слова хоть на толику были правдой. — Я не знал, где я, и не знал, как мне выбраться. Это место совершенно не было похоже ни на Ад, ни на Рай, ни на Небытие. — И как ты выбрался? — Она хотела спросить об отце, но почему-то решила, что не хочет знать, на случай, если тот снова вернулся в их мир. — Я услышал голос. Твой голос. — Игривая улыбка сошла с лица дьявола. Он тоже нахмурился, впервые задумавшись о том, что на самом деле это значит. — Ты — дамский угодник, Люцифер, — хохотнула Виктория, но получилось немного нервно. — Я серьёзно. Ты позвала меня, и я понял, куда мне идти. А потом… потом я открыл глаза и оказался в Тронном Зале. — Я совершенно точно не звала тебя, скорее думала о том, как сильно ненавижу и хочу убить. Люцифер рассмеялся, притягивая девушку в свои объятия. — О нет, Уокер. Ты рыдала, умоляла меня вернуться и говорила о том, что не можешь без меня жить. Виктория протестующе упёрлась ладонями в грудь мужчины, пытаясь увернуться от его попытки поцеловать её. Да, она рыдала и умоляла его вернуться, но не могла же предположить, будто какой-то космический радар уведомит Люцифера об этой минуте позора. — Люцифер — ты такой красивый и умный, и в этом мире нет мужчины лучше тебя! Прошу, вернись! — Он смеялся, пародируя её высокий голос, пока Уокер младшая отчаянно колотила его ногами, краснея скорее от злости, чем от досады. — Не было такого! Ты — засранец! — Она снова заехала ему локтем по рёбрам, а он глухо ойкнул. — Ты меня убила, Вики Уокер. — Так тебе и надо, — оскалилась девушка в ответ, пряча смущённое лицо в подушку. Люцифер снова улыбнулся, оставляя поцелуй на её плече. — Мне продолжить мой рассказ? — Если не будешь так нагло врать, то да. Он вернулся на спину, подложив одну руку под голову, другой потянувшись к пачке сигарет. Яркая огненная искра вылетела из его указательного пальца. Мужчина предложил ей закурить, но она мягко отказалась. — Значит ли это, что я больше не королева? — У меня нет намерения отбирать то, что по праву принадлежит тебе, так что обещаю, с этим мы разберемся. Виктория ответила, прежде, чем подумала. — Я не хочу быть королевой. Люцифер вопросительно вскинул бровь. — Не хочешь? — Всегда думала, что хочу. А теперь… теперь, если у меня есть право выбирать, то да. Не хочу. Мужчина искренне удивился, а Виктория села в постели, натягивая на голое тело тонкую простынь, пытаясь скрыть затвердевшие горошины сосков. В этой расслабленной позе, зажав зубами сигарету, Люцифер выглядел совершенно совершенным, но им предстоял серьезный разговор. — Значит ли то, что… что ты теперь снова Правитель… значит ли это что-то для твоего отца? Ты всё ещё должен вернуться в Небытие? Люцифер размышлял над этим все те минуты, что не был занят с Викторией кое-чем другим. И ответов у него было не больше, чем всегда, — их вообще не было. — Не знаю, имеет ли для моего отца хоть что-то значение. С ним… с ним бывает сложно. — Это не обнадеживает, если честно. — Ни на секунду не хотелось думать о том, что у них нет никакого выхода. Только не сейчас, когда всё впервые было таким идеальным. Виктория пожалела, что они завели этот разговор. — Мы ведь что-нибудь придумаем? — Ты мне веришь? — Да.

***

Возвращение Люцифера принесло не только приятное тепло в постель Виктории, но и долгожданное решение насущных проблем Ада. Всё ещё не до конца было понятно, является ли он Правителем, однако это не помешало ему щелчком двух пальцев загнать все души обратно в петли. И хотя их всё ещё ждал долгий путь к восстановлению и неприятный разговор с Богом, сегодня на улицах Ада был настоящий праздник. Мими об этом позаботилась, как и о том, чтобы выдернуть парочку из постели, в которой они провели целую неделю. Виктория сидела за туалетным столиком, впившись взглядом в своё довольное отражение. Мими безбожно вырывала расческой её спутавшиеся в воронье гнездо волосы. — В следующий раз проси Люцифера не трогать их! Это же кошмар какой-то. Голова бывшей или нынешней королевы снова дёрнулась, словно болванчик, но она продолжила улыбаться, воспроизводя в голове ещё свежие воспоминания. Мими треснула ей расческой по голове. — Станция вызывает Уокер. Виктория обиженно почесала макушку. — Прости. — Значит, Люцифер теперь остаётся? Мими окончила с прической и нырнула с головой в шкаф, подбирая наряд к сегодняшнему вечеру. Вики пожала плечами. — Он ещё не знает. Подруга недовольно цокнула языком: каждый наряд из её арсенала был выгулян как минимум дважды, но времени на спонтанный земной шоппинг не осталось. Пришлось довольствоваться тем, что есть. Демоница скомкала в руках изумрудную комбинацию и кинула в лицо подруги. — Только верни его на место. И желательно не по кускам. И не влюбляйся в этого засранца ещё больше, пока не будешь уверена в том, что он не растворится в воздухе. Но предупреждать было уже поздно. И Мими это знала, как и Вики, у которой от запаха лака для ногтей закрутило в желудке.

***

Поход в бар недалеко от центра Столицы Ада — был очевидно лучшим решением в сложившейся ситуации. Громкая музыка, толпа демонов, реки глифта и густой табачный дым окутали небольшое помещение, освещённое лишь редкими лучами красных неонов. Виктория не помнила, когда в последний раз видела Ади, и впервые в жизни была так рада тому, что он не затыкается, отвешивая похабные шуточки в сторону любого, кто, на свою голову, встречается с ним взглядом. Даже Гилберт выбрался из своей норы, приодевшись в приличный костюм. Горячая ладонь сжала тонкую ткань платья на пояснице Виктории. Это было так странно и непривычно — стоять рядом с ним, опираться о его грудь, позволять его рукам по-хозяйски скользить по всему телу. Это было так странно, быть с ним рядом и понимать, что… он теперь её, а она теперь его. И в этом всём больше нет условностей, недосказанности, хотя Люцифер и не терял возможности поёрничать. — Отличная ночнушка, Уокер. С Земли прихватила? — Это не ночнушка, а платье. Вся компания села за удалённый столик на втором этаже. Виктория попыталась отжать себе личный кусочек дивана, но Люцифер нагло сграбастал её в охапку, усаживая к себе на колени. Очень неприлично. — Глифт, весь глифт, который у вас есть, — даже не глянув в коктейльное меню, заключил Ади. — Будешь виски? — уточнил Люцифер, слишком интимно выдохнув девушке в самое ухо. — Мне тыквенный сок, — севшим от волнения голосом попросила Виктория, и пять пар демонических глаз тут же впились ей в лицо. Она неудобно поёрзала у Люцифера на коленях, чувствуя, как лицо начинает потеть. — Я ослышался? — уточнил совершенно потрясённый Ади. — Вик… — Ей тыквенный сок, — перебил все расспросы Люцифер, подбадривающе поглаживая обнажённое предплечье дьяволицы, что елозила у него между ног. — А мне виски. Виктория сжалась ещё больше. — Просто нет настроения, — попыталась оправдаться она. — Я так и понял, — кивнул Люцифер. Виктория попыталась считать эмоции на его лице, но оно было абсолютно обычным. Он всё так же непринуждённо поглаживал её по рукам, коленям, словно его отнюдь не удивил её отказ выпить. Быстро забыв о том шоке, который его постиг, Ади снова завёл беседу, и все принялись бурно обсуждать события минувшей недели, несколько раз катком проехавшись по отношениям Виктории и Люцифера. — Я с самого начала знал, что так оно и будет, с тебя десять монет, — отпивая глифт, усмехнулся Карлайл — последний человек, от которого Виктория ожидала подобной реакции. А потом пазл сложился в голове, стоило учителю ненароком задеть губами плечо рядом сидевшей Мими. Та в ответ смущённо улыбнулась, чего за ней прежде не водилось. Гилберт нахмурился, вытаскивая из кармана деньги. — Чёрт старый. — Вы поспорили на наши отношения? — не то чтобы удивлённо спросила Виктория, делая несколько глотков сока. Люцифер рассмеялся. — Гилберт до последнего ждал, пока ты пырнёшь меня ножом. — Всё ещё впереди, — уточнил мужчина. — Я ещё отыграюсь. Музыка стала более громкой, а дым более едким. Мими отправилась танцевать, захватив с собой остальных, и когда Виктория и Люцифер остались наедине, девушка расслабилась в крепких объятиях, опустив голову мужчине на грудь. — У меня вопрос, — спустя несколько минут молчания, вдруг спросил дьявол. Его рука вдруг резко опустилась с плеча на пока ещё тонкую талию. — Какой? — Когда ты собиралась рассказать мне о том, что беременна?