Дьявол Байрона

Шум и гам закружили блондинку, стоило ей только коснуться ногами земли. И хотя ценность человеческой жизни сводилась к нулю в глазах бессмертных, Виктория не могла не отметить незыблемость трёх столпов Лос-Анджелеса: вонь, грязь и грёбаные машины, у которых до икоты сильно хотелось повырывать гуделки из руля. Даже трасса осталась прежней, не хватало только Джейсона Смита на его старом драндулете и первого знакомства с пачкой Лейс. Поправив свой наряд, который, судя по всему, снова устарел на Земле, Виктория огляделась. Солнце парило в самом зените, но, ровно как и в первый раз, совершенно её не грело. Ветер гонял клубы пыли по всё такой же немноголюдной трассе, а щебет птиц, что вихрем кружились над головой, до боли в груди возвращал девушку в далекие воспоминания. Настолько далекие, что давно перестали казаться явью. А может… она и вовсе всё это выдумала? Как когда-то в детстве, когда из друзей у неё был лишь дырявый носок с заклёпками вместо глаз. А потом девушка развернулась, глядя на подругу, что бережно сжимала в руках крохотный свёрток, который громко кряхтел, требуя внимания. — Как ты? — улыбнулась Уокер-младшая, до момента, пока у неё между ног не вылезло живое создание, не веря в то, что способна так глупо лыбиться. Малыш сонно зевнул, оставшись совершенно равнодушным к своему первому спуску на Землю. Крохотной ручкой он обхватил Вики за палец, коим она поглаживала его щёки, и со зловещей ухмылкой младенца потянул его к себе в рот, намереваясь отгрызть его ещё девственно гладкими дёснами. — Он проголодался, — ласково прошептала Мими, зачарованно баюкая мальчика на руках. Последние две недели она только и делала, что дралась с Уокер за право потискать кроху. Сейчас по расписанию был её черёд, поэтому она увязалась вслед за Вики, решив попусту не тратить оставшиеся сорок минут своего властвования над младенцем. — Здесь не самое подходящее место, — оглянулась Виктория. Словно осознав то, что кормёжка откладывается, мальчик протестующе захныкал, выплёвывая палец изо рта. — Весь в Люцифера, — хмыкнула Мими. — Либо сиськи, либо в слёзы. Будучи с младенчества заточённой в замке, Виктория никогда прежде не видела беременных, поэтому стоило только животу перерасти размеры маленькой дыньки, как она запаниковала, с подозрительным прищуром оглядывая свой живот. — Королева, — крякнул в кулак советник, отвлекая девушку от того, чтобы зачарованно тыкать указательным пальцем в живот, который моментально отвечал ей пинком. Виктория едва помещалась за столом, но деваться от рабочих формальностей было некуда. — Я вас слушаю, — нагло соврала Уокер-младшая, нетерпеливо поглядывая на часы. Карлайл отправился на Землю целых три минуты назад, где его черти то носили? Учитель тут же материализовался в зале совещаний на зов своей королевы, с пакетом МакДональдс наперевес. Дальше Виктория даже не стала делать вид, будто бы ей и впрямь была интересна вся эта бюрократическая белиберда. Она нагло прервала отчёт Гилберта, который теперь пахал за десятерых, обращаясь к Карлайлу: — От Люцифера есть новости? На правах демоницы, что регулярно шныряла за едой на Землю, по пути заскакивая во все фешенебельные бутики, Мими ловко совладала с машиной, которая в значительной степени видоизменилась за последние две сотни лет. Уокер младшая посмотрела на сына, алое зарево глаз которого с интересом разглядывало её в ответ. Вот так вот носишь его под сердцем девять месяцев, страдая отёками и одышкой, трижды обделавшись во время родов… а он возьми и родись точной копией своего небезызвестного папаши. Несправедливость в своей первозданной оболочке. Какими-то хитрыми махинациями Мими завела машину, пока Виктория в отчаянии выискивала дверную ручку, злобно пиная авто ногой в колесо. Прежде, чем от прокатной машины что-то отвалилось, подруга опустила окно: — Приложи палец к мигающему огоньку. Уокер младшая недовольно забухтела пуще прежнего, но с задачей вскоре справилась, забираясь внутрь. — У нас есть ещё час до уговоренного времени, — сказала Вики, глядя на электронный циферблат на лобовом стекле. Мими нахмурилась. И хотя решение было трижды оговорено, она всё же попыталась в последний раз: — Ты точно уверена? — Точно, — непоколебимая в своём мнении ответила Уокер младшая. — Господи, я жирная, как слон! — запищала Вики, не в силах втиснусь свой некогда тощий зад в старые джинсы. Она отчаянно задергала ногами, потянув петли вверх, но те на последнем издыхании треснули, оставаясь у дьяволицы в руках. Мими чуть не свалилась со стула, уже надорвав себе от смеха живот. Смешнее Уокер, отчаянно втягивающей живот размером со спелый арбуз, могла быть только Уокер в джинсах с дыркой на жопе. — Слоны не жирные, они большие, — решила поддержать подруга, наманикюренными ноготками перелистывая журнал, днем ранее стыренный с Земли. — Отлично, тогда я жирный, неповоротливый свин! — всплеснула руками Виктория, теперь пытаясь снять штаны обратно, пока те не передавили ей все ноги. Мими ещё немного понаблюдала за подругой, но затем, решив, что та и сама справится, вернулась к изучению презанятной статейки: — «Мы боимся разных вещей: темноты, больших собак, высоты, самолётов, пауков, мышей и зомби. А ещё обкакаться прямо в родовом зале. И если зомби на нас точно не нападут, то вот опорожнение кишечника происходит ежедневно практически на всех родах в мире. Возможно, кто-то прямо сейчас сделал ЭТО — и ничего. Мы все продолжаем жить своей жизнью и рожать детей. Хотя казалось бы, да?», — цитировала дьяволица, разрываясь от хохота. — Мими, заткнись, умоляю! — вспыхнула Вики, швыряя в лицо подруги лоскуты некогда очень стильной пары штанов. Стройность Вики вернула себе очень быстро. Грустная двоечка превратилась в очаровательную троечку, и она с гордостью глянула на своё отражение в витрине магазина. И хотя жители Лос-Анджелеса в шмотках по последней моде периодически бросали косые взгляды на сомнительную дамочку в откровенно откровенном мини с декольте до пупка да с младенцем в руках, Уокер довольно облизнулась. Мими справилась за считаные секунды, возвращаясь в машину. Они отъехали в менее оживлённый район, и дьяволица извлекла из кармана кинжал, стоящий ей тысячи баксов и пяти минут унижений. — Готова? Дино всё не знал куда деваться, на задних лапках описывая круги вокруг Уокер младшей, что с лицом серийного убийцы недовольно шаркала кроссовками по выбеленному коридору Цитадели. Да — двадцатисантиметровый каблук теперь был ей не по силам. Беременность Виктории приводила ангела в настоящий ужас. Он старался не пялиться на её живот слишком долго, но ничего не мог с собой поделать, слишком уж интересно было его потрогать. Дела в Цитадели шли хорошо. По последним новостям Мария и Бог отчалили на заслуженный отдых, предварительно передав Виктории полную недовольств весточку. План Люцифера поставил всю богадельню вверх дном, но, кажется, Великий Папаша не смог или не стал с этим ничего делать. Целую неделю Дино грустно вздыхал, в одночасье лишившись своей новой подружки. К превеликому удивлению обоих, Мария и ангел нашли между собой кучу общего, но «бывшие» сроднили их крепче всего. Быть ангелом, влюблённым в демона, та ещё мозгоебля. Но Дино, кажется, быстро оклемался, с головой погрузившись в работу, коей у него теперь стало во сто крат больше. Его повысили до секретаря Серафима, и его имидж в глазах белокрылых девиц значительно подрос. А после того, как свою первую увеличенную зарплату он просандалил на три пары новых смокингов, от девчонок просто не было отбоя. Времена, проведённые на Земле бок о бок с Викторией он вспоминал с тёплой улыбкой, а их неудавшиеся отношения — с немного грустной. — Где Карлайл? — нетерпеливо топнула ногой Вики, бесцеремонно снося дверь кабинета учителя в Цитадели. — На собрании, — поспешил объяснить Дино. — Нахрен его собрание! — отчаянно завопила девушка. Нахрен все собрания мира, ей немедленно нужно узнать, что ей передал Люцифер! Ощущение было таким же, как и в первый раз — неприятным, но на этот раз на Виктории не было чар Михаила, не было пути назад, и она, на корню вырывая тормоза, сделала то, что сделала. Иначе быть просто не могло. Жизнь на Земле изменилась не только в том, что людишки наконец-то догадались, что правительство нагло наживается за счёт их налогов, а кокаин запретили по всему миру, но и в том, что Люцифер совершенно не понимал, что ему теперь делать. На месте его клуба теперь был музей, а его горячо обожаемый МакЛарен возглавлял выставку ретро автомобилей. А Люцифер Денница стал человеком, удивлённо наблюдающим за тем, как из ладони сочится алая кровь, а кухонный нож предательски таращится на него в ответ. Приготовил ужин, называется, а теперь в больничку — накладывать швы. Мими отобрала Веспера, который, будучи сытым и очень довольным младенцем, чьё имя в переводе означало «утренняя молитва», мерно посасывал большой палец крохотной ладошки. Виктория взволнованно сминала в руках края платья, шагая вдоль пляжа. Каблуки застревали в песке, и она остервенело сорвала пряжки, ступая на раскалённый июльским солнцем песок. Она не видела его семь месяцев, а он её целых семь лет, и от предвкушения этой встречи внутри всё трепетно сжималась. И, хотя с завидной регулярностью Карлайл спускался на Землю, передавая послания, которые не всегда имели благопристойный характер, Виктория боялась… Девушка злостно отшвырнула фотоаппарат в сторону: — Ничего нет! И хотя Мими с Карлайлом сообщили ей об этом до того, как Виктория отправила их на Землю, требуя передать свои беременные фотки, Уокер до последнего надеялась, что случится чудо… Но чудо не случилось, и фото с Земли, ровно как и наоборот, таинственным образом исчезали, стоило посланнику ступить в водоворот. — Не волнуйся, Виктория, он почти не постарел, — словно пятнадцатилетняя девчонка хихикнул учитель, вместе с Мими наблюдая за королевой, которая злостно цокала языком, поглаживая живот. Вики так спешила, что совершенно не разбирала дороги, грозно топая по пляжу. А потом громко завопила, когда что-то больно переехало её по босым ступням.

— Смотри куда прешь, карга старая, — крякнула дьяволица, отскакивая в сторону от напролом прущей бабки, что громко пыхтя, тащила за собой огромную тележку со сладостями по пляжу.

— Какая некультурная молодая леди! — бабка недовольно смерила девицу взглядом.

Девушка трижды пожалела об утраченной возможности метать взглядом огонь, когда пожилая дамочка не совсем зрячего характера чуть не сшибла её с ног, таща за собой огромный чемодан. Словно причинённого физического ущерба было мало, старушка злобно запыхтела: — Смотри куда прёшь! Годы годами, а бескультурщина и процветание индивидуализма в Лос-Анджелесе — штука незыблемая, совершенно не поддающаяся времени. Прежде, чем Мими успела предотвратить катастрофу, до этого слишком увлечённо сюсюкая младенца на руках, Вики стиснула кулак, чуть не прокусив себе язык, который незамедлительно требовал свою минуту славы. — Это ты смотри куда прёшь, карга старая.

— Нехорошо, дорогуша, так разговаривать со старшими, — промурчал незнакомый голос откуда-то сверху. Виктория, усиленно щурясь от яркого солнца, потянулась на цыпочках к лицу незнакомца, уже представляя, как уложит обоих: и бабку, и странного мужика, что посмел схватить её за руку.

Runaway — AURORA

Горячая ладонь протиснулась в потасовку прежде, чем Уокер младшая успела навалять совсем не милой старушке по самое нехочу. Тело прошибло высоковольтным разрядом, когда его горячая кожа соприкоснулась с её, и Вики развернулась, высоко запрокидывая голову. Всегда так делала, ведь этот чертяга нисколечки не стоптался даже за семь земных лет. — Люцифер, — севшим от волнения голосом прошептала девушка, почти не видя его лицо за пеленой подоспевших слёз. Ответом ей стали его губы, что жадно и требовательно захватили её рот в свой плен. И хотя в памяти ещё были свежи их страстные поцелуи, этот оба не забудут никогда. Вместе. Пока смерть не разлучит их, теперь навсегда. Никогда прежде Люцифер не знал, что его сердце, некогда холодное, как глыба льда, было способно на те чувства, что разрывали его нутро на части. Никогда прежде, он не думал, что проведёт долгие семь лет в мечтах о женщине, ручкой записавшись в список блюстителей целомудрия. Никогда прежде… ничего не было так, как было с ней. Громкий плач за их спинам прервал поцелуй. Виктория рассмеялась, утирая тыльной стороной слёзы, а Люцифер изумленно замер. А потом звук повторился, как бы Мими не пыталась успокоить малыша. — Это мальчик, — прошептала Вики. На негнущихся от волнения ногах некогда дьявол, теперь человек развернулся в сторону давней подруги. И если в глазах его застыли слёзы, больше он не пытался их скрыть. Три шага, что разделяли сына и отца показались ему бесконечностью, но он сумел их преодолеть, склонив голову над крохотным свёртком, из которого на него любопытно глазела пара алых глаз. — Познакомься, папочка, это Веспер, — улыбнулась Мими.