la búsqueda del cielo da lugar a la búsqueda del amor

Острые шпили зданий рассекают облачную высь, открывая взору человечества идеальные оттенки сверкающей голубизны. Сколько бы ты не смотрел вверх, ты всегда будешь восхищаться кристальной чистотой мира над тобой, мечтая взлететь выше любого из людей и кружиться в чарующем танце с птицами, под их мелодичнное щебетание создавая свою собственную песнь ветров. Но ведь простому человеку никогда не достичь божественных обителей, скрытых за гладью неба, не так ли? Ну, тут люди ошибаются. Квакити всегда знал, что невозможного в мире нет. Единственное, что останавливает тебя от достижения невероятной цели — это твой страх. А Квакити не боялся. Он никогда не робел перед трудностями, не отступал, даже когда ситуация казалась безвыходной, не опускал рук и всегда находил выход. Самое главное ведь — это желание. Мечта. Цель. А способ достижения всегда найдётся, надо только хорошо поискать и поломать голову, и тогда ты сможешь подняться ввысь — в прямом и метафоричном смысле. И именно это Квакити и собирался сделать. Глядя на гордо развевающиеся флаги Лас-Невадаса чуточку прищуренными тёмными глазами, Квакити ухмыляется и подбрасывает в воздух свою любимую монетку, всегда приносившую ему победу — монетку с двумя одинаковыми символами, но кто же это узнает? В конце концов, для достижения твоей цели подойдут любые способы.

***

Монеты градом сыпятся в его карманы, и гордая, хитрая ухмылка не сходит с лица шулера. Никого ещё не было равного ему в умении обмануть своего противника — особенно в покере, где ложь уже стала частью игры, кажется, даже впиталась в правила. Золото звенит, искрится под неоновыми лампами казино, осыпается в руки верного помощника Чарли, такого же пройдохи, как и он сам, так мастерски изображавшего глупенького простофилю, которого так легко обокрасть, обмануть… Ах, стойте, но где же деньги? Следите за липкими руками «дурачка», который так весело вам подмигивает, исчезая в толпе, растворяясь, будто его и не было, будто Слаймсикла как настоящего слизня утянуло в канаву вместе с вашим золотом и нервами. Определённо, казино были любимым местом Квакити. Сопровождаемый везде своими верными спутниками, ловкий обманщик обворовывал множество богатых людей по всему миру, неизменно привозя заработанные не очень честным трудом — но почему бы и не ограбить тех, кто и так грабит других ежедневно? — деньги в свой любимый и очень амбициозный проект — свой собственный город, Лас Невадас, место, где настоящая жизнь начинается ночью, яркая, богатая, ослепляющая своим величием. Его мечта, одна из многих, и все они, кроме одной (или, может быть, двух, но вторая его мечта была скрыта так глубоко, что он никогда не признается в ней даже себе) были претворены им в жизнь. И, конечно, даже если последняя цель — взлететь в воздух на своих собственных крыльях — казалась невероятной, ему она была по силе. Он провел годы своей жизни, изучая множество старинных книг и охотясь за древней магией, которая могла бы дать ему то, чего он так жаждал ещё с детских лет. Квакити HQ был поистине неконтролируемой силой. Его звали богом обмана, его боялись и уважали, зная, что ради своих целей он готов пойти на многое. Слухи о нем разлетелись подобно молниям, что было предметом немалой гордости самого Квакити, всегда жаждавшего власти и славы, триумфов и преклонения. Очевидно, ещё одна его мечта претворялась в реальность с невиданным размахом и пышностью, когда имя Квакити прославлялось на весь мир. И, в очередной раз побеждая и становясь предметом всеобщей зависти в ещё одном казино этого развратного, жадного мира, Квакити выходит с гордой улыбкой на лице, передавая свой упрямый запал следующим за ним по пятам Чарли, Пёрплду и Фанди, верным стражам, союзникам и, пожалуй, в какой-то мере даже друзьям, которые так преданно сопровождали его с того дня, как он забрал их с грязных улиц бедного безымянного городка. Он небрежно отсыпает им горсть золотых монет, даже не считая, сколько сыпется с его рук. Вместе с деньгами падает и счастливая монетка, любовно выкрашенная в ало-чёрные цвета, и, разумеется, падает его символом вверх — ведь другого исхода и быть не может. Квакити всегда побеждает.

***

Кровь на его топоре не взялась из пустоты. Конечно, было бы наивно считать, что Квакити добыл свои деньги чистым путем — безумно наивно, невероятно глупо, ведь даже самый тупой человек в мире поймёт, что вся стратегия известного игрока построена на обмане. И, в какой-то мере, на крови — раздобыть некоторые вещи было достаточно сложно, та же обветшалая книга древнего золотого бога стоила ему немалых усилий. Гонка за её прежним обладателем продолжалась несколько месяцев, и не раз оружие Квакити и его соратников окрашивалось алым, и кровь так сильно впиталась в древесину его топора, что осталась на ней тёмными пятнами на долгие, долгие годы. Финальную точку поставил его отец, как всегда, появляющийся в нужный момент с очередным безумным механизмом. Пожалуй, единственный человек, которого Квакити искренне любил — Сэм, воспитавший его и передавший ему хитрую ухмылку и не менее хитрое сердце. С его помощью Дрим, неуловимый дух, защитник сервера, был наконец-то повержен, и его маска лежала на полке трофеев Лас Невадаса, расколотая надвое когда-то злейшим врагом Дрима — Томми, который был первым и единственным несовершеннолетним, допущенным на территорию города обмана. Плата за старую услугу, не более. Именно Томми, дух хаоса, когда-то открыл своему нечистому на руку другу, что в мире ещё скрыты существа, владеющие древней магией, способные стать ключем к исполнению самого заветного желания Квакити. Договор между ними обязывал Томми помогать ему в поисках всех необходимых элементов, а Квакити — пустить неугомонного ребёнка в свой город и забрать у Дрима диски, которыми так дорожил крылатое бедствие всея СМП. Забавно, но за время их сотрудничества у резких на язык Квакити и Томми завязались вполне неплохие отношения. Возможно, из-за их особого отношения к жизни, или, может, потому что старший укрывал младшего от его гиперопекающей магической семьи. Знаете, определённо последнее, на самом деле. Книга, полученная от Дрима, была ключем к многим знаниям, но пользоваться ими можно было лишь обладателю магии. Но в ней также был скрыт путь к получению магических способностей, который и был нужен Кью — старая карта, чем-то похожая на пиратскую, с дорогой к Золотому Храму того самого бога, что когда-то и создал книгу. Дрим, кажется, бормотал что-то о наследстве, когда отдавал её своему мучителю, видимо, он имел какую-то кровную связь с… Фулишем, кажется? Ну, это он мог спросить у самого бога, когда увидит его вживую.

***

Сначала Квакити подумал, что Золотой Храм был великолепен, но потом он встретил его создателя — и он определённо затмил свой дом величием божественного облика. Обилие золота на нем слепило глаза Квакити, но ради приличия и плана приходилось держаться — Томми заранее предупредил его, что боги любят вежливых, как он выразился, сучек. Поэтому великий обманщик поспешно вспомнил все манеры, которым когда-то его обучил Понк, и почтительно поклонился Фулишу, с немалым облегчением принимая его приветственную улыбку и лёгкий кивок головы. Конечно, Квакити не собирался говорить ему, что замучил до смерти его возможного родственника. Это было бы последним, что он сказал бы в своей жизни. Хорошее первое впечатление определённо сыграло большую роль в переговорах. Фулиш не очень благожелательно относился к идее обретения смертным магических сил, но, видимо, сладкая, и, кстати, на удивление правдивая история о давней мечте растрогала его божественное сердце, и златой повелитель сил разрушения и созидания согласился провести его к ХD, высшему из богов. И Квакити, золотой язык которого был его прекрасным даром, тут же осыпал его самыми цветистыми благодарностями, старательно подпитывая эго застенчивого Фулиша. План пока что работал прекрасно для Квакити… Может быть, хорошо, что он не получал вестей из Лас Невадаса, куда, по слухам, наведалась семья не очень позитивно настроенных богов… Но это уже совсем другая история — история о Вороньем Отце, Сладкозвучном Поэте и Кровавом Боге, которого Томми насмешливо называл разрушителем урожая картофеля. Да, определённо история для другого дня.

***

Золотые одежды Фулиша притягивали взгляд всех, кто видел их — казалось, будто его плащ был создан из звёзд и туника — из солнечного света, и, может, это пробуждало скрытого в глубине разума Квакити музыканта, заставляя его тайно сочинять вдохновленные серенады сверканию золота, которое он так сильно любил. Разумеется, Фулиш об этом не узнает. Намерение бога пробираться через чащу леса не было очень хорошо понятно Квакити, но, кажется, его проводник знал больше, чем он. На любой вопрос он с улыбкой отвечал, что они скоро найдут что-то, что определённо привлечёт внимание обманщика, и Квакити мог лишь надеяться на то, что бог не тратит их время зря. Тогда он ещё не знал, что Фулиш мог чувствовать, о чем Квакити мечтал, иногда даже не осознавая. И Квакити был, мягко говоря, удивлён, когда бог вывел его к грибному королевству Киноко (не без гордости рассказывая, что именно он его построил), но Фулиш быстро пресек его волнения, сказав, что дух, обитающий в этом забытом человечеством месте, был самым быстрым способом привлечь внимание ХD — если, конечно, Джордж не решит проснуться в следующем столетии, что было бы крайне неудобно для такого смертного как Квакити. Добрые обитатели Королевства позволили им остаться, пока Джордж не проснётся, и Фулиш, познакомив его с правителями Киноко, удалился к одному из величественных строений, оставив с ним Карла и, кажется, Сапнапа, если Квакити не ошибся в произношении необычного имени. И с этого момента началась самая яркая глава в жизни Квакити.

***

Очаровательные каштановые кудри были похожи цветом на сладкий молочный шоколад, последнюю плитку которого Квакити в первый же день знакомства с Карлом отдал безоговорочно, тут же получив плату в виде объятий благодарного духа времени, который с немалым интересом изучал ранее неизвестную ему сладость. Милый, любопытный, невероятно энергичный Карл идеально вписывался в атмосферу Киноко, места, будто вышедшего из сказки, с его таинственными фонариками, сверкающими как звезды глубокой ночью, с его статуей дракона, голубого, как столь желанное небо… С домиками-грибами, в которых было так спокойно и уютно ночью, с дворцами и библиотекой в изящном стиле, с росписями на каждой стене и резными фигурками на каждом углу королевства — спокойного, как море, ночью, и живого… живого, как Карл, в светлые часы дня, хоть большая часть света и поглощалась кронами невероятно высоких деревьев, что также придавало месту загадочую, магическую атмосферу. Иногда Квакити думал, что он уменьшился до размера жучка, когда вступил на порог Киноко, ведь деревья просто не могли быть так велики. А небо казалось таким же далёким и недостижимым, и как-то раз Карл нашёл его на крыше дворца глядящим в его вышину. Тогда, сидя на тёмном дереве, вертя в руках золотисто-алое перышко из крыла Томми, Квакити рассказал Карлу о своей мечте — и мальчик, обычно невероятно болтливый, ни разу не перебил его, лишь смотрел с загадочной улыбкой и какой-то непонятной обманщику эмоцией в глазах. Это был момент откровения Квакити, момент, когда он впервые по-настоящему раскрыл кому-то свое сердце, и он был благодарен Карлу за комфортную, тёплую тишину.

***

Квакити никогда не видел в Королевстве Киноко янтаря, поэтому первое, что он сделал, когда осознал это — передал Сапнапу свою подвеску с этим солнечным камнем, слезой дерева, сказав, что он соответствует цвету глаз огненного духа. Молчаливый и немного замкнутый Сапнап принял подарок с благовейным восторгом и впервые за все время пребывания Квакити в его Королевстве заговорил при нём — и в тот момент Кью будто бы вспыхнул подобно свече, волна тепла пронеслась по его разуму, когда этот хриплый, глубокий, завораживающий голос достиг его слуха. Карл ещё долго нежно поддразнивал его, припоминая ему румянец и смущение, но Квакити был готов мириться с этим, если платой за беззлобные насмешки были такие интимные моменты между ним и Сапнапом, когда тот смелел и вновь давал Квакити наслаждаться мелодией его голоса.

***

Казалось, что в Киноко он помолодел на несколько лет. Может быть, это была магия Карла, или лес так действовал на него, может, свежий воздух был так полезен для опьяневшего разума… А может, это было чувство, которое возникало в его груди при виде правителей грибного королевства. Может, это были чары голоса Сапнапа, который заставлял тело Квакити вздрагивать, или, может, это были тонкие пальцы Карла, скользящие по его обнажённой спине в глубокие и тёмные ночи, когда все трое лежали в объятиях на общей кровати, шепча пустые слова о глупостях жизни и избегая действительно важных тем. Может, это были тёплые ладони Сапнапа, скользящие по телу Квакити с такой уверенностью, будто он принадлежал огненному духу (хотя так ведь и было, не так ли?), а может, это хихиканье Карла, которое заражало и его неостановимым весельем. Может, это комфортное молчание, когда светлячки озаряли их лица золотым светом, тьма накрывала тела одеялом, а руки сплетались вместе в замочки любви. А может, это то, с какой грустью Карл провожал его из Киноко, или то, как Сапнап плакал, скрывая слезы в одежде Квакити, или то, как он сам хотел остаться в грибном королевстве. Может, Фулиш был прав, когда говорил, что он найдёт здесь что-то очень важное для него. Может быть, бог знал лучше, но когда Джордж проснулся и после продолжительных уговоров согласился провести его к ХD, Квакити не остался. А может, где-то в душе он знал, что вернётся.

***

Остаток пути к своей, казалось бы, самой заветной мечте Квакити провел в раздумьях, шагая бок о бок с немного занудным, но веселым Джорджем, который, как оказалось, не различал часть цветов, ненавидел все зелёное, даже не имея возможности видеть сам зелёный, на самом деле, и больше всего любил спать и издеваться над всеми, кто был возле него — и боже, как же Квакити повезло, что у него были крепкие, привыкшие к испытаниям нервы, иначе капризный бог мог бы обидеться на с трудом сдерживаемую колкость и бросить его в лесу. Но, как ни странно, они все же дошли до храма ХD живыми, и Квакити вновь представилась возможность познакомиться с древнейшим божественным существом и не лишиться головы, хоть ХD и не был столь благосклонен к нему. Признаться честно, в момент, когда бог спросил его о желании, Квакити воспылал таким счастьем, какого он не испытывал с детских лет. Вот он, его шанс! Уникальная возможность получить то, о чем он так давно мечтал! Что бы он не попросил, будь то деньги или слава, крылья или магия вселенной — он может получить это! Одно желание, но такой большой выбор — и, как бы сильно Квакити не жаждал полёта, он не мог не растеряться, ведь так много было других вещей, которые могли бы быть ему полезны. А потом его взгляд вдруг перенесся на скучающего Джорджа, покрытого мухоморчиками, милыми грибочками из Киноко, и сердце Квакити сжала такая тоска, что слова будто сами вырвались из его рта, но он впоследствии никогда о них не пожалеет. — Я хочу быть частью Королевства Киноко.