When The Sunlight Dies

Бэд стал послом Бедлендс, примерно в тоже время, что и Сапнап только появился из огня, и периодически его кожа нагревалась очень сильно из-за отсутствия контроля над ней. Он столько раз обжигал руки отца, что Скеппи перестал снимать свои алмазные перчатки, просто чтобы не обжечься снова. Для огненного демона в таком возрасте это было нормально, по крайней мере, в Бедлендс. Но явно не в Киноко, где большая часть граждан являлись людьми и гибридами животных, а не враждебной нечисти. И Сапнапу не понравилось, когда он узнал, что именно ему предстоит быть «странным ребёнком». Отец рассказывал, что он будет личным стражем принца. Он также упоминал, что принц на четыре года старше него, а значит, принцу было как минимум одиннадцать. Сапнап думал, что это слишком большая разница в возрасте. Отец успокоил его и сказал, что принц станет не единственным новым другом. Будет и второй мальчик, который будет тренироваться вместе с ним, и однажды они станут самой сильной парой в мире. Будут защищать принца вместе, братья по оружию, семья. — Вы трое, — не спеша говорил Бэд, когда Сапнап сидел у него на коленях, а Скеппи дремал на его плече. Их карета проносилась сквозь зелёные и пышные леса, не тронутые суровым климатом Бедлендс. — Будете неразлучны. Не буду врать, Пандас, будет нелегко. Но они того стоят. Сапнап не понимал, что отец говорил, имея в виду, что будет нелегко. Не понимал до того момента, пока через несколько дней, когда его перевели в казарму, какой-то оруженосец не прикоснулся к нему и не закричал. Он закричал так громко, что в казарме наступила тишина. И все смотрели на то, как оруженосец вопил и плакал об обожжённых ладонях и о том, как Сапнап намеренно пытался поджечь его. Но Сапнап не пытался поджечь его, он только учился контролировать температуру своего тела. Но слушать его никто не стал, потому что он был демоном. Командир отчитал его, что людей жечь нельзя и вместо ужина он получил гору грязного белья. Той ночью он сидел в тёмной комнате и стирал одежду в кипящей воде. Она была прохладная, но Сапнап плакал слишком сильно и вскипятил её за мгновения. От пара все окна запотели, и в комнате стало невыносимо душно. Он сидел в полном одиночестве, пока через скрипучую дверь не просунулась светловолосая голова с румяными щеками. — Привет, — сказал парнишка, заинтересованно осматривая его. — Это ты огненный демон? Сапнап быстро вытер глаза рукавом и обернулся. — Да, и что? — огрызнулся он, уже готовый драться. Ему достаточно было одного урока, чтобы понять, что он в этом дурацком замке, никому нельзя верить. За исключением отца, в замке он единственный огненный демон и этого делало его каким-то особенным. В Бедлендс он был бы никем, кроме как очередным огненным демоном из десятка других. Ему не нравилось это. — Привет, — неловко повторил мальчик, закрыв за собой дверь. — Я Дрим. Мы с тобой будем напарниками. Прости, мы опоздали на пару дней, по пути на нас напала огромная толпа скелетов. — Напарники? — тут же растерялся Сапнап. — Кто сказал? — Паффи сказала, — ответил Дрим, тут же начав объяснять дальше. — Паффи, она моя не-мама. Она сейчас капитан стражи. Именно Паффи и сказала мне, что у меня будет напарник, с которым я буду тренироваться, чтобы защищать принца. Сказала, что ты родом из Бедлендс и что ты огненный демон. — Только на половину, — устало вздохнул Сапнап. Его действительно волновало, не придётся ли ему всю оставшуюся жизнь говорить это, живя в этом тупом маленьком королевстве. В Бедлендс ему не пришлось бы объяснять это каждому встречному. Человеческая внешность выдавала, что он был сыном Скеппи ровно так же, как и сыном Бэда. Но подобная смесь в Киноко не имела значения — если один твой родитель был демоном, ты тоже считался демоном. Кто-то даже сказал, что не верит в то, что Скеппи его родной отец! Все тут были злыми и жестокими без причины. Сапнап просто хотел вернуться в Бедлендс или хотя бы жить с отцами. Он скучал по ним, по тому, как они сочиняли истории за ужином, как Бэд рассказывал ему сказки у изголовья кровати, пока тот не засыпал. Здесь же он спал один, на твёрдой раскладушке у стены, и никто с ним не разговаривал, кроме командиров, которые только и делали, что отдавали ему приказы. Другие дети не хотели с ним играть, а после сегодняшнего тем более. — Ой, — улыбнулся Дрим. — Буду знать. А я полностью человек. Ну, мы так думаем. Я не знаю наверняка, но Паффи говорит, что я — это я и это самое главное. — М-мой папа полностью человек. За исключением алмазов на коже, — неловко сказал Сапнап, не совсем зная, что отвечать собеседнику с такой широкой улыбкой. — Круто! — Дрим подошёл ближе и сел возне него. Он с любопытством опустил палец в воду и тут же отдёрнул его. — Вау, это ты сделал? Так вскипятил воду? — Да, — нерешительно ответил Сапнап. — Я не нарочно. — Круто! — восхищённо повторил Дрим. — О, а как тебя зовут? — Пандас. Или Сапнап. Сейчас меня зовут Сапнап, но когда я был моложе, меня звали Пандас, — он сделал паузу. — Это у огненных демонов так принято. — Всё так же круто! Паффи тоже звала меня по-разному, пока не остановилась на Дриме. Сначала она звала меня Клэй, так как она нашла меня в куче глины, потом я долгое время был Утёнком. Но мне нравится Дрим. — Дрим — классно звучит. — Спасибо! Дрим помог ему справиться с кучей грязного белья. Сапнап не просил его, но Дрим сам взял тряпку и опустил руки в горячую воду, хотя минуту назад отдёргивал их. — Тебе не обязательно помогать мне, — фыркнул Сапнап, вытирая оставшиеся слёзы. — Да ну, — серьёзно сказал Дрим, не поднимая глаз, за что Сапнап благодарен ему. — Ники рассказала мне, что произошло. Панз — сука. — Мой папа запрещает мне произносить это слово. — Он не мой папа, поэтому, я могу так говорить. — Справедливо. — В любом случае. Я знаю, что ты не хотел сжечь его. Это он не должен был тебя трогать. Не прилично трогать человека, не спросив его об этом. А так как он не спросил, значит заслужил! — Он напугал меня, — неловко сжался Сапнап. — Я пока не умею контролировать температуру своего тела. — Всё в порядке, — Дрим брызнул на него водой и посмеялся, когда она тут же испарилась. — Всё равно это круто! Обещаю, я не буду тебя трогать, сначала не спросив. — Спасибо, — сказал Сапнап, чувствуя, что кто-то наконец-то его понял. Они аккуратно развесили вещи сохнуть, как только закончили со стиркой. Всё это время Дрим не замолкал, расспрашивая Сапнапа о его семье и Бедлендс. Дрим тоже много рассказывал о себе, хотя на самом деле и нечего было рассказывать. Сколько он себя помнил, он жил со своей не-мамой Паффи, которая нашла его в грязи и решила оставить у себя. Паффи собиралась стать капитаном королевской гвардии, и она выбрала Дрима, как будущего телохранителя принца, зная, насколько он талантлив. О Сапнапе Дрим услышал несколько недель назад, когда они были в очередном затяжном плаванье на большом корабле, который Паффи и возглавляла. — Знаешь, у меня никогда не было друзей прежде, — впервые смущённо признался Дрим. — И у меня, — Сапнап заметил, что не мог перестать улыбаться. — Значит, мы первые друзья друг у друга? — Лучшие, — Сапнап протянул Дриму руку и тот взялся за неё. Он остыл для комфортной людям температуры и быстро высушил руки Дрима, тот был не против. Затем Дрим вытащил его из тёмной комнатушки, прямо к коридору, где располагались спальни для важных людей. — Мы не имеем права заходить туда, — прошептал Сапнап, однако продолжил следовать за новым другом. — Мы имеем право, — уверено сказал Дрим, остановившись перед дверью. — Это наше место. — Наше? — Мы же будем телохранителями принца! — объяснил Дрим, входя в небольшую комнату. — До самой старости будем жить здесь. Паффи рассказала мне об этом. По идее, тебя должны были заселить сюда, но старый начальник-мудак не сделал этого. — Папа говорит, я и так говорить не могу. Это грубо. — Когда ты со мной, можешь говорить что хочешь! — усмехнулся Дрим. — Я ничего не расскажу твоему папе. Обещание лучшего друга, — Дрим поднял кулак и Сапнап с радостью ударил по нему своим. Комната была простой, не шла ни в какое сравнение с тем, где Сапнапу приходилось жить — там было слишком пусто, никак не ощущалось как дома в Бедлендс, и было слишком тоскливо по сравнению с заполненной казармой. Там стояло всего две кровати с камином между ними и дровами в углу. У кроватей стояли тумбы. Всё. Дрим гордо оглядел комнату. Сапнап же снова оглядел Дрима. Он сам вызвался помочь ему с его наказанием, и Сапнап, кажется, начал в полной мере осознавать смысл отцовских слов. Дрим открыл тумбу и достал оттуда большой кусок мяса. — Ники рассказала, что тебя и ужина лишили, — улыбнулся Дрим. — Поэтому, я украл это для тебя. Поешь. Сапнап поколебался. Отец говорил, что воровать нехорошо, независимо от ситуации. Но Дрим продолжал улыбаться, и сам он был голоден. Он не хотел обжигать того оруженосца, поэтому его действительно наказали без причины. Он с удовольствием принял украденное угощение. Дрим сел рядом с ним на кровати и продолжил разговор, пока Сапнап ел. Сам же Сапнап заметил, что ему хотелось поговорить с кем-то, с тех пор, когда отец сказал, что он покинет свой дом. Дрим рассказывал бесконечные истории о море и о жизни на корабле с Паффи до его прибытия в Киноко, и казалось, его не беспокоило то, что у Сапнапа не было такого же количества историй, чтобы рассказать ему в ответ. По крайней мере, таких же интересных. В итоге они уснули вместе, сидя, облокотившись на стену и тихо посапывая. На следующий день Дрим отправился прямо к Панзу, тому оруженосцу, который кричал и жаловался, что Сапнап обжёг ему руки. Он обозвал его такими словами, какие Сапнап не слышал даже в отсутствие Бэда в разговорах других взрослых. После такого за стирку посадили уже Дрима. Сапнап незаметно пробрался к нему, чтобы помочь. — Тебе не стоило делать этого, — сказал Сапнап, нагревая воду, чтобы руки Дрима не замёрзли во время стирки. — Лучшие друзья должны защищать друг друга, — серьёзно ответил Дрим. — Я должен был сделать это. Это мой долг! Сапнап улыбнулся и случайно разогрел воду, что Дрим с жалким писком вынул руки. Они подождали, когда вода остынет, чтобы продолжить работу. С тех пор они были неразлучны. В тот день, когда они начали своё обучение, чтобы однажды стать частью королевской гвардии, они брали тренировочные мечи. В течение всего следующего десятилетия, это было то, чем они занимались каждый день. Рутина быстро стала обыденностью. По утрам они посещали занятия, изучали математику, стратегию, чтение, письмо, географию, манеры и этикет. После обеда проводили часы на тренировочных полях или пропадали в оружейной, изучая каждое оружие королевского арсенала и тренируясь. Вечером ужинали они в числе последних, а после играли до поздней ночи. Иногда к игре присоединялись и другие. Но весь день они проводили вместе, а на утро всё повторялось. Иногда их рутину могли разбавить визиты Бэда, Скеппи или Паффи. Они выбирались искать себе приключений на задницу ((вместе со Скеппи), узнавали что-то новое и интересное (с Паффи), или выбирались в интересные места в королевстве (с Бэдом). Сапнап встретил Джорджа через два года, после знакомства с Дримом. И что он запомнил до конца своей жизни, так это выражение лица Дрима, даже когда Джордж смотрел на них абсолютно не заинтересованным взглядом, стоя около своей матери. И это надо было ещё постараться, чтобы выглядеть незаинтересованным, по сравнению с королевой, которая всегда так выглядела. К тому времени, ему казалось, что он пробыл с Дримом вместе всю жизнь, хотя прошло всего два года. И обещание, что на вторую годовщину их знакомства, они наконец-то встретятся со своим принцем, подпитывало интерес обоих. Конечно, они видели его прежде, но всегда издалека, а принц и вовсе никогда не смотрел в их сторону. Всю неделю перед столь желанным днём, Сапнап был взволнован и даже обеспокоен, что наконец-то он встретит третьего, как и говорил его отец. Но в сравнении с Дримом, его волнение больше напоминало обычное лёгкое несварение. Дрим каждый раз словно пьянел, когда речь заходила о принце, он каждый раз рассказывал, как впервые увидел принца Джорджа в саду, в тот самый момент, когда солнце осветило его сквозь зелёную листву. — Он выглядел так, будто сошёл со страниц сказки, — мечтательно говорил Дрим, никак не попадая едой в свою широкую улыбку. — Замечательно, — согласился Сапнап, отнимая у Дрима его порцию еды, в которой он явно не был заинтересован. — Они же маленькие дети! — сморщил нос Джордж. Первое, что сказал принц в их встречу, обращаясь к своей королеве матери. — И мне таскаться с ними вечно? — Да, Джордж, — королева рассеянно погладила сына по голове. Всё это время она косилась в сторону Тронного зала, откуда они пришли. — Теперь, будь хорошим мальчиком, подружись с ними. А мне надо вернуться к своим обязанностям. Джордж не спорил с матерью. Трое детей в сопровождении Бэда проводили её взглядом, после чего Джордж снова недовольно посмотрел в их сторону. — Как вы, двое коротышек, собираетесь защищать меня? — От того, что ты старше, ты не выше нас, — немедленно ответил Дрим, улыбнувшись ещё шире. — Теперь не ворчи. Мы слишком долго ждали встречи с тобой, так что прежде чем испортишь всё, дай нам насладиться моментом. — Ты не можешь говорить со мной так! — нахмурился Джордж. — Я принц! — Ну, ладно-ладно, — ухмыльнулся Дрим, словно он затевал новую шалость. — Не ворчите, мой принц, мы долго ждали встречи с вами, поэтому прошу вас, дать нам минутку наслаждения этим событием. — Бэд! — тут же заныл Джордж, обращаясь к отцу Сапнапа. — Заставь его заткнуться! — Мальчики, — нежно, но разочарованно вздохнул Бэд. — Не ссорьтесь. Сапнап, поприветствуй своего принца. — Привет, — он неловко махнул рукой. За два года помимо Дрима он смог подружиться с Алисой, Каллаганом, Сэмом, Понком и даже Панзом, и при них он не вёл себя так застенчиво. Вот только Джордж не был его другом. Пока что. Просто незнакомец, с которым Сапнап очень хотел встретиться. Предполагалось, что Джордж станет его вторым лучшим другом, после Дрима, разумеется. Предполагалось, что трое будут неразлучны всю свою жизнь. Он надеется, что Джордж не будет выглядеть таким разочарованным постоянно. — Привет, — неохотно сказал Джордж. — Что ж, получается, я застрял с вами двумя. — Получается! — отозвался Дрим. — Меня зовут Дрим. Это Сапнап. И мы твои телохранители! — Вы ещё даже не рыцари, какие телохранители! — усмехнулся Джордж. — Вы просто оруженосцы. — Рыцари или нет, держу пари, мы легко сделаем тебя в бою, — Сапнап скептически осмотрел его. — У тебя не руки, а макароны. — Эй! Бэд! — Мальчики, ведите себя прилично. — Ладно, — Дрим протянул руку Джорджу. — У нас будет куча времени, чтобы узнать друг друга. Приятно познакомиться, ваше высочество. Джордж поднял взгляд с рук Дрима на его лицо, потом на Сапнапа. Затем вздохнул и аккуратно взял Дрима за руку. — Не называй меня так, — попросил он. — Для вас я Джордж. Если уж нам с вами вечность вместе быть. — Хорошо, — кивнул Дрим. — Джордж. Сколько бы Сапнап не пытался вспомнить, но никто не произносил имя Джорджа, как это делал Дрим. Каждый раз, когда он звал его, словно обнимал его голосом из раза в раз. Сапнап не сомневался, что Дрим был влюблён с первого взгляда. Сапнап просто закатил глаза и протянул свою руку. Джордж пожал её, с той же неохотой, что и руку Дрима. Сапнап и Дрим, весело подтолкнули его в знак дружбы, которая будет только расти вместе с ними. Когда Сапнапу удалось впервые рассмешить Джорджа, Дрим дулся на него следующие два часа. Но когда сам Дрим рассмешил принца, он ещё два дня витал в облаках. — Его смех… — спустя всего пару недель с их знакомства, вздохнул Дрим, лёжа на своей кровати. — Вау… — Он ржёт, как осёл, — вполне справедливо заметил Сапнап, но Дрим лишь забавно хихикнул, спрятав лицо в подушку. Сапнап больше и не пытался как-либо изменить его мнение. Даже под страхом смерти Сапнап не признался бы, что ему понравился смех Джорджа. Ему нравилось смотреть, как Дрим из раза в раз светился от счастья, когда ему удавалось рассмешить их одинокого и сурового принца. В конце концов, и Джордж изменился. Он стал больше улыбаться. Больше смеяться. В замке царил холод, его родители вели себя ещё холоднее, пусть и его отец старался уделять время сыну. Когда Джордж возвращался с ужинов, на которых его родители заставляли его присутствовать, он всегда приносил для Дрима и Сапнапа сладости, и тогда Сапнап в очередной раз убеждался, насколько же он был мил. Джордж нравился ему и прежде, когда он говорил не так много, и больше хмурился, чем улыбался. Но Сапнап любил друга, в которого превратился Джордж. Он часто уходил в свои мысли, пытался выглядеть взрослым и пытался подражать своей матери, но он всё равно оставался милым. Он бывал упрямым, капризным, но Джордж оставался добрым. Он был забавным, в своей крайне надоедающей манере, но однажды, когда Сапнап и Дрим поссорились, то Сапнап убежал в библиотеку, чтобы скрыть свои слёзы, Джордж нашёл его, а после сидел с ним часами. Они просто сидели в тишине, Сапнап лежал на его плече, а Джордж тихо читал ему, до тех пор, пока их не нашёл Дрим и не извинился. Все трое любили косить от своих прямых обязанностей и часто сбегали, когда появлялась такая возможность. И как же много раз они попадали в неприятности из-за этого. Дошло до того, что Бэд однажды заставил Джорджа стирать вместе с Дримом и Сапнапом. В ту ночь Джордж ночевал с ними, прислонившись к стене. Джорджу не пришлось из кожи вон лезть, чтобы Сапнап полюбил его. Как и Дрим, он просто… занял своё место. Раньше его не было, но сейчас он был с ним, и Сапнап не мог скрыть своей радости. Как и обещал Бэд, Джордж стал тем, кого Сапнап искренне хотел защитить. Он стал его лучшим другом, столь же важным, как и Дрим. В судьбу он не верил, но, чёрт возьми, как это было похоже на неё. Пока они росли, Сапнап наблюдал. Иногда он попадал в гущу событий, или издалека наблюдал за любовной историей принца Джорджа и его верного рыцаря Дрима. В каждом споре или суматохе, Сапнап всегда был рядом, и одним ухом слушал о переживаниях Дрима, а другим — Джорджа. Бесчисленные ночи рассуждений и сомнений Дрима, плюсы и минусы признания в любви, бесконечные дни наблюдения за Джорджем, который всеми силами пытается показать, что Дрим не украл его сердце. В день их первого поцелуя, Сапнап стал первым человеком, которого встретил Дрим. Он, как торнадо, влетел в их общую комнату, волосы были взъерошены, глаза блестели, рубашка съехала на плечо. Всего через час, он также стал первым человеком и для Джорджа, который застал его в библиотеке за попыткой выполнения домашних заданий. Он старался выглядеть максимально собранным, но как бы сильно не старался Джордж, он не мог избавиться от улыбки на губах. Джордж также стал первым, кто смог поднять настроение Дриму, когда прошла новость о том, что Паффи отправилась в новое затяжное плаванье. Джордж время от времени застенчиво спрашивал у Сапнапа, не был ли против он, что он любил Дрима не только, как лучшего друга. В подростковые годы Сапнап часто врал об их местонахождении, чтобы Дрим и Джордж могли сходить на свидание, и столько же был вынужден быть «третьим колесом». Однако каждый из них одинаково уделял время наедине и самому Сапнапу. И Сапнап никогда не ревновал, в этом не было нужды. Два самых дорогих ему человека были влюблены друг в друга. О такой любви и писали сказки. Дрим никогда не сиял так ярко, когда рядом с ним был Джордж, и Джордж расцветал, становился самим собой рядом с улыбкой Дрима. К двадцати годам, Дрим уже распланировал их медовый месяц до мелочей. Днями и ночами он рассуждал, какой же выбрать подарок на их свадьбу, в какие цвета украсить интерьеры, зная, что Джорджу будет всё равно. Он подготовил и розыгрыши, для каждого, кого собирался пригласить на торжество, и сам готовился к королевским скандалам, которых ему было не избежать. А Сапнап был готов прожить такую жизнь с ними, а после и состариться. И он был рад, поскольку мог провести всю свою жизнь с двумя лучшими друзьями. Сапнап никак не хотел оспаривать своё место в их жизнях. Дрим навсегда останется для него самым первым другом, мальчишкой, который стирал с ним одежду вечерами. Джордж останется чопорным принцем, который смущённо прятался за платьем матери, и был слишком одинок и застенчив, чтобы попытаться найти друзей самому. Для него они всегда будут его лучшими друзьями, теми людьми, за которых он отдал бы всё. Ради них, ради их счастья, Сапнап был готов пожертвовать чем угодно.

—

— Дрим? — срывающимся голосом повторил Сапнап. — Чт- Что? XD… Дрим?.. медленно повернул голову в сторону Сапнапа. Эта проклятая маска всё ещё была на нём, скрывая большую часть лица. Но Сапнап знал, он всё слышал. — Сапнап… — этот голос произнёс его имя. — Что? — повторил он, не зная, что ещё сказать. — Какого чёрта. Что за херня? — Что происходит? — вздрогнул Джордж. — Почему ты называешь XD… — К-кто ты? — Сапнап сжал Кошмар в трясущихся руках. — Что это за херня? Джордж? — Сапнап, о чём ты… — Джордж резко хватается за голову. — Прошу, прекрати, моя голова… — Нет, — дрожащим голосом отрезал он. — Нет, ты прекрати, Джордж. Я не могу, я не буду ждать больше. Почему XD звучит, как Дрим? Почему… почему он выглядит, как он? Как он… ты… Дрим? XD промолчал. — Отвечай! — закричал Сапнап. — Ответь мне, чёрт тебя подери! — Сапнап, прекрати! — зажмурился Джордж, сильно дрожа. — Остановись! — Нет! Я хочу знать! Я заслуживаю знать! Что случилось с Дримом, почему XD звучит как он, почему… — О ком ты вообще говоришь?! — закричал Джордж в ответ. — Сапнап, кто такой Дрим?! Почему ты… ай… — он сильнее охватил голову руками. — Ай, ай, ай… — Что?.. — Сапнап пошатнулся. Его колени тяжело ударились о землю, Кошмар выскользнул из рук. — Джордж… Джордж, это, блять, не смешно. Это нечестно, это… ты не можешь… ты… — Я не шучу, придурок! — простонал Джордж. — Ай, блять, голова… Карл, м-моё лекарство… — Момент! Уже ищу! — Карл кинулся к эндерчесту. — Не шутишь? Не шутишь? — отчаянно воскликнул Сапнап. — Джордж, прошу, просто скажи мне. Просто скажи мне, что там произошло, мы можем не говорить об этом, но просто расскажи мне… — Рассказать тебе что? — Джордж с трудом убрал руку с головы, на глазах блестели слёзы. — Что рассказать, Сапнап? Я расскажу тебе что угодно, только скажи что! — Что произошло? Что произошло в Тронном зале, что случилось с Дримом? Где он? Куда он делся, Джордж? — Сапнап, мне больно! — Джордж покачнулся, теряя равновесие. Теперь XD держал его. — Сапнап, перестань, — вмешался XD, его голос, словно кинжал, пронзил его сердце. — Перестань спрашивать его, ты делаешь ему больно… — Заткнись! — огрызнулся Сапнап. — Заткнись! Я должен знать, должен! Джордж, он был самым близким и дорогим для нас человеком! Как ты можешь не знать?! — Но я не знаю, — тяжело дыша, Джордж упёрся лбом в XD. — Я не знаю, о ком ты меня спрашиваешь. Тронный зал? Я… нет, там был только я, больше никого. Трон хотел заполучить тебя и я боролся с ним. Потом, я очнулся, когда мы были далеко от столицы. О ком ты говоришь? Сапнап застыл. Каждая часть его тела дрожала, ледяная дрожь пробирала его до самых костей. Этого не может быть, этого не может быть, нет… — Сапнап… — раздался другой голос. Не Джордж, не XD. Карл. — Сапнап, ты должен дышать. Ты опять задыхаешься… Вздох убил бы его. Грудь была сжата, так, что его лёгкие просто разорвутся от единственного вздоха. — Сап, — на этот раз сказал Квакити. — Сап, дыши. — Как? — Сапнап впивается пальцами в плотную лесную почву. — Я не понимаю… Как? — Это… — всё тем же проклятым голосом произнёс XD. — Это сложно объяснить… — Объясни, — прошипел Сапнап. — Меня не ебёт насколько это сложно, просто, блять, объясни! — Когда-то… — начал XD, но тут же осёкся. Его волосы, волосы Дрима, легонько покачивались на ветру. — Когда-то я был Дримом. Но теперь… я больше не он. Кинжал пронзил сердце Сапнапа насквозь. Каждое слово XD было невыносимой пыткой. — Что это значит? — Карл… — простонал Джордж, весь содрогаясь. — Нашёл, вот-вот, — Карл вытащил его лечебные травы из эндерчеста. Он поспешил к Джорджу, который немедленно съедает их. Сапнап пусто смотрел на них. Он не чувствовал ничего. Ничего кроме леденящей пустоты. — Джордж, — произнёс XD, проводя рукой по его виску. — Всё хорошо. Не пытайся вспомнить. — Я пытаюсь… — тяжело выдохнул Джордж. — Я пытаюсь… — Его больше нет, Джордж. Не пытайся, — XD продолжал его успокаивать. — Ты не вспомнишь. Просто прекрати. — Но… — Прекрати, — резко приказал XD, и Джордж покорно обмяк в его руках. Он не потерял сознание, пусть и положил тяжелую голову на его плечо. Сапнап знал, что во время приступов мигрени, Джордж мог забыть минуты разговоров, поэтому, пусть он и может их слышать, но он ничего не запомнит. XD спровоцировал это, он помешал ему вспомнить. — Что это значит? Почему он не вспомнит? — у Сапнапа кружилась голова. Чья-то рука легла ему на грудь. — Дыши, — прошептал Квакити. – Сап, прошу, дыши. Сапнап вздохнул, слушая дыхание Квакити и повторяя за ним. Он выждал, пока мир перестал плыть перед глазами, прежде чем продолжил. — Джордж не помнит Дрима, — пусто ответил XD. — Почему? — Меня… Дрима забрали. Отняли у него. У тебя. Его забрал трон. — Как? — Это… долгая история, — XD посмотрел на Джорджа, чьи плечи вздымались и опускались от тяжелых болезненных вздохов. — Ну, так расскажи мне эту чёртову историю! — прошипел Сапнап, находя на своей груди руку Квакити. Он немедленно схватил её, как спасительный якорь, держащий его в сознании. — Я не Дрим, — осторожно сказал XD. — Ты должен это понять, Сапнап. У меня его воспоминания, возможно и лицо. Но я не он. Я не чувствую себя им. Я не… я не люблю, как он. Я не более чем сосуд для Дрима и трона. Через меня они пытаются достичь своих целей. — Каких целей? — спросил Квакити, ведь Сапнап не мог. — Вернуться к Джорджу. Защитить его. Сделать его… — …счастливым, — закончил за него Сапнап. — Да, — кивнул XD. — Когда Дрим убил Стража… — Кого? — …он сделал это с единственным желанием. Желанием вернуться к Джорджу, чего бы это ни стоило. Я — результат его желания. Он сделал то, что никто из смертных не мог, никто из королей и их возлюбленных не пытался. Я был сотворён, как награда за его победу. — Подожди, — вмешался Карл. — Подожди, что-то не сходится. Сапнап, ты говорил, что трон что-то заберёт у Джорджа: его человечность, изменит его кардинально. Но XD говорит, что трон забрал человека? — На болоте… — с осознанием произнёс Сапнап. — Он сказал… Джордж сказал, что трон мог забрать меня. — Так и произошло бы, будь ты в Тронном зале, — кивнул XD. — Нет… — протянул Сапнап. — Не говори так, это не… — Не отрицай это, Сапнап, — слабо произнёс Джордж, что удивительно, учитывая какой сильный приступ мигрени он только что перенёс. — Сап, я рассказывал тебе это. Я знаю, что рассказывал. Через секунду он судорожно вдохнул, и его голова снова упала на плечо XD. — Ты рассказал это Дриму, Джордж, — мягко сказал XD, зная, что Джордж не услышит его из-за новой боли. — Воспоминания исчезли, но намеренья остались. Ты думал, ты рассказал это Сапнапу прежде, ведь ты знал, что ты рассказал это кому-то. — Но если Дрим знал… — в недоумении выдавил Сапнап. — Почему он… он догадывался, где мог находиться Джордж, и всё равно… почему он?.. — Он хотел защитить тебя, — вздохнул XD. — Мы бы… Ты и Дрим, вы оба могли бы удовлетворить трон. Поэтому я… он отослал тебя как можно дальше, и сам отправился в Тронный зал во время переворота. Это способ прийти к власти. Каждый достойный права править, должен принять власть трона и принести свою жертву Нижнему Миру. Но Джордж… Джордж отказался. Никогда в истории Киноко, будущий монарх не отказывался от власти трона. — В голосе XD появилась нежность, та же нежность, которую Сапнап так хорошо знал, и от этого стало лишь больнее. — Ни один король или его возлюбленный, никто прежде не пытался уничтожить его. Сапнап подавил всхлип. Ну, конечно, эти двое попытались уничтожить трон без него, бросились с головой, зная, какая опасность их поджидала, и никто из них не подумал о последствиях или хотя бы о том, чтобы подождать его. — Что-то, чему никогда не суждено было случиться, — продолжал XD. — Его воспоминания стали наказанием. Месть за предательство, за попытку уничтожить нас… трон. Все воспоминания о Дриме были стёрты, чтобы он не знал, почему он пытался уничтожить трон, и чтобы у него не было искушения сделать это вновь. — Можешь ли ты… — запинался Сапнап. Он не мог поверить, что он просил трон о чём-либо, и ему сложно принять то, что он выглядел как его лучший друг. — Верни его. Отпусти его! Ты не… ты не можешь удерживать его больше! Мы сделали достаточно… — Ты не имеешь права бороться за него. Это должен быть Джордж… — Мне всё равно! — прорычал Сапнап. — Мне плевать! Я имею право бороться за него, он мой лучший друг! Я хочу вернуть своего друга, ты, ублюдок, верни его… — Нечего возвращать. Он умер. Всё что осталось от него, здесь, во мне, в нас. Я… он ждал, но никто не пришёл спасти его. Поэтому, он попытался спастись сам. Я — то, что родилось из его отчаянья. Из его желания вернуться к Джорджу. — Заткнись, — грубо приказал Сапнап. Земля под ним была ровной, птицы щебетали среди деревьев, но всё неправильно, искажённо. Ничего этого не должно быть, если не было Дрима, если ему ничто не может помочь, если Сапнап бессилен, чтобы спасти его. Мир должен разрушится. — Прекрати, просто заткнись. Ни слова больше, просто, блять, молчи… — Мне жаль, — тихо сказал XD. В его голосе могло быть сожаление, но Сапнап отказался принимать его. Он не мог принять сочувствие в голосе, украденного у его друга, он не мог слушать его. Это просто ходячий труп его друга. Его тошнило от него. — Даже если твой друг умер, он всё ещё… существует. Внутри… — ПРЕКРАТИ! — закричал он. — Прекрати, я не могу, ты… ты грёбаный монстр! Ты не Дрим! Ты не он! Дрим рассказал бы мне, он бы… ему было бы не наплевать, видя, как я страдаю, как я скучаю по нему, он рассказал бы… Но ты, ты просто… всё это время, ты знал, что произошло, но просто продолжал парить вокруг, резвиться с Джорджем, притворяясь, что ты не занял чужое место… У Сапнапа не хватило дыхания, чтобы продолжить. Его слова обрывались протяжным отчаянным стоном. Он нагнулся прямо к земле, обхватывая себя руками, словно это могло уменьшить всю эту боль. XD долго не отвечал. Он проводил рукой по волосам Джорджа, чьё дыхание выровнялось, стало медленным. Тишина давила слишком сильно. — Мне, правда, жаль, — наконец-то пустым голосом произнёс XD. Для Сапнапа это стало последней каплей. — Не идите, блять, за мной, — грубо сказал он, встав на ноги, вырывавшись из хватки Квакити. Он крепко сжал Кошмар в руке. — Даже не думайте об этом. Просто… просто оставьте меня в покое! — Сапнап!.. — слабо позвал его Джордж, но Сапнап едва ли услышал его. Он не думал о себе, когда он проносился средь знакомых берёз, где когда-то охотился, где однажды играли в захват флага, он и Дрим смогли выиграть в одиночку, где когда-то имела место быть особая охота, когда Дрим убегал от них, крича и смеясь от восторга… В один момент, ослеплённый горем, он спотыкается о корень дерева. Он проскользил по грязи и опавшим листьям, Кошмар вылетел из рук. Он поднял затуманенный взор на этот проклятый меч. Как же он был бы зол, узнав, что я испачкал его, проносится в вихре его мыслей. Эта мысль сломала его окончательно. Потому что Дрим не будет зол. Он больше ничего не почувствует, не придумает очередной сумасшедший план, чтобы оторваться от них. Никогда больше он не обнимет Сапнапа, весело взъерошив ему волосы; никогда не поблагодарит, что всё это время ухаживал за его мечом, и за всю еду, что Сапнап оставлял ему. Он никогда не спросит Сапнапа, если тот расскажет ему свои переживания. И никогда не ответит на вопрос Сапнапа, почему ты ушёл, почему ничего не рассказал мне, почему не позволил помочь? Сапнап не сможет познакомить его с Карлом и Квакити. Больше никогда не сможет одолеть его в спарринге. Больше никогда не увидит его. Дрим умер. Дрим мёртв. Сапнап закричал. Крик эхом отдался среди деревьев, неба и землёй, крик чистой агонии и скорби. В его ушах шумел ветер, словно бард из той легенды шепчет ему: прости, коль бы у меня остался голос, я бы спас его. Сапнап кричал из-за безысходности. Он не смог спасти своего лучшего друга, а его труп преследовал их месяцами и Сапнап даже не заметил… Дрим ждал их. Он ждал, а Сапнап просто ходил и оплакивал его пропажу, вместо того, чтобы спасти его, помочь ему. Ну, почему он не избавился от Джорджа, почему не отдал Джорджа отцу, чтобы они бежали, почему он не остался, не вернулся, чтобы найти Дрима, почему… почему… — Сап, о, Сап, малыш, — перед мечом опустилась тень, закрыв его собой. — Сапнап, нам так жаль. Руки протянулись в его сторону, но он отшатнулся. — Нет, — охрипшим голосом сказал он, пытаясь видеть из-за пара в глазах. — Нет, ты обожжёшься, не надо… я с-сказал не идти за мной, я опасен сейчас… Карл осёкся, потому что Карл был настоящим, и он сидел прямо перед ним, но руки всё так же были протянуты в его сторону. — Меня это не остановит, — тихо сказал он. — Сапнап, нас это не остановит. — Он умер, — запинаясь на каждом слове, произнёс Сапнап. Позорное признание предателя. — Он умер, умер, умер… — Я знаю, Сапнап, я знаю. — Мы здесь, — раздался позади тихий голос Квакити. — Мы здесь, Сапнап. Мы не покинем тебя. — Я подвёл его, — Сапнап закрыл глаза раскалёнными ладонями. — Я подвёл его. Подвёл их обоих. Он ждал. Он ждал нас… —Ты не знал, — Карл провёл рукой по его спине. — Малыш, ты не знал. Ты не мог знать. — Это убивает… — прошептал он. — Я не могу… как я должен жить дальше? — Не волнуйся об этом, — руки Квакити осторожно легли на щёки Сапнапа, поднимая его голову. Сапнап беспокоился из-за потерянного контроля, он пытался увидеть хоть что-то через слёзы и пар, но он лишь задыхается ещё больше, а голова кружиться сильнее. — Потом будем беспокоиться о нашем выживании. Сейчас же, ты можешь плакать, хорошо? — Ты можешь чувствовать, всё, что хочешь, — отозвался Карл. Даже через затуманенные глаза, Сапнап смог увидеть слёзы на его щеках. — Ты плачешь, — бессмысленно сказал Сапнап. — Потому что тебе больно, — объяснял Карл, кинувшись в объятья Сапнапа. — Сап, я чувствую, как больно тебе. — О… — Сапнап судорожно выдохнул, а после всхлипнул. Он полностью потерял контроль над чувствами, большая волна горя накрыла его с головой, и единственное, что он мог делать сейчас, это плакать. Он просто задыхался, пытаясь не потерять сознание из-за пытки собственными воспоминаниями. Его веки горели, глаза жгло от соли, но даже это не имело значения. Карл обнимал его так сильно, что его плечи начали болеть, и Квакити присоединился к ним. Они оба заключили Сапнапа в крепкие и надёжные объятья. Это защищало его от всей грязи и глины, ведь ему просто хотелось погрузиться в неё, как можно глубже, туда, где однажды нашли Дрима, в надежде найти его снова. — Всё в порядке, — прошептал Карл. — Всё в порядке, мы с тобой. — Мы здесь, — пробормотал Квакити, уткнувшись лицом в его волосы. Сапнап позволил себе заплакать. Он больше ничего не мог сделать. Было слишком поздно, чтобы спасти Дрима. Слишком поздно, чтобы спасти Джорджа. Он не смог спасти даже воспоминания о Дриме, Джордж никогда не вернёт их. Никогда не вспомнит, как Дрим любил его, краснел каждый раз, как Джордж входил в комнату. Не вспомнит, как Дрим убедил его впервые взять меч в руки, как он качал его на руках, когда Джордж впервые попал в цель, и как Сапнап от смеха упал на землю. Не вспомнит тех долгих ночей, когда все трое сидели под одеялом, слушая Бэда и его очередную легенду о Бедлендс. Не вспомнит всех праздников, яркие глаза Дрима, его улыбку… Его улыбку, а не XD. Да и хочет ли Сапнап, чтобы он вспоминал? Два человека удерживали его от того, чтобы сломаться окончательно, пока он хранил все эти воспоминания. Будет ли он винить Джорджа за то, что он не понимал, что он потерял? Если бы появилась возможность, выплеснул бы он всю свою агонию на Джорджа? И стоило ли оно того вообще? — Это моя вина, — прошептал Сапнап, уткнувшись Карлу в плечо. — Это я во всём виноват. — Нет, — тут же начал Квакити. — Нет, нет, что ты, нет… — Я не говорил вам… — произнёс Сапнап. Он слишком долго скрывал истину, от того и было сложнее признаться. — Я не говорил вам раньше. Но, во время переворота я… — Сапнап, мы тоже слышали его, — прервал его Карл. — Он хотел лишь защитить тебя. Это не твоя вина. — Ты не понимаешь, — покачал головой Сапнап. Слёзы упали на землю. — Я мог успеть. Я мог спасти его… — Сапнап, прекрати винить себя, — Квакити сильнее обнял его. — Если бы я только… — Сапнап должен рассказать, что он натворил. Джордж всё равно не поймёт, но они должны знать правду. — Я рассказал вам, что Дрим отправил меня в восточное крыло. Джорджа я там не нашёл… поэтому сразу вернулся назад. Я словно чувствовал, что найду их в Тронном зале. Карл и Квакити притихли, позволив ему говорить. Каким-то образом, это сделало признание намного труднее. — Я срезал через секретный проход для слуг, — сглотнул он. — Я не думал, что по дороге увижу кого-либо, но… кто-то оказался позади меня. Может быть, слуга, может быть, советник, я не помню. Было темно, я сходил с ума от страха, а на нём было столько крови, что я едва мог видеть его лицо. И его преследовали рыцари. Я не знаю, был ли он на стороне Эрета или королевы, но он попросил меня помочь ему, и я не мог отказать. Я спрятал его, и я пробыл с ним слишком долго, ожидая, когда рыцари уйдут. Мне следовало уйти как можно скорее. Я мог сразиться с ними, а потом улизнуть, но я не знаю почему, я оставался с ним. Потом я отдал ему свой меч и довёл до лестницы. Карл успокаивающе гладил его по тыльной стороне ладоней, но Квакити не двигался, он весь побледнел. Сапнап не мог смотреть им в глаза, боясь увидеть в них осуждение. — Когда я добрался до Тронного зала, Джордж был без сознания. Весь в крови, и я подумал, что трон добрался до него раньше нас. Я понял, что опоздал, когда увидел брошенный меч. Кошмар, — он кивнул позади Карла. — Это… это последнее, что у меня осталось от Дрима. И я не заслуживаю даже прикасаться к нему. Я не смог быть лучшим другом, был отвратительным рыцарем. Единственное с чем я хорошо справился, так это с неудачей. Я лишь сделал то, что любой другой рыцарь сделал на моём месте, и это убило его. Как же я хочу… — его дыхание сбилось, сломав голос, теперь напоминавший жалкий стон. — Как же я хочу, чтобы я никогда не… — Тише, — напряжённым голосом перебил его Квакити. — Успокойся. Не говори больше об этом. — Кью, — Сапнап вытер слёзы со щёк, они больше не испарялись, попадая ему на кожу. — Кью, это я во всём виноват. — Нет, — настоял Квакити. — Нет, это не так. В этом нет твоей вины, Сапнап. Никогда не было. — Ты сделал доброе дело, — Карл поглаживал его по волосам. — Ты помог тому, кому действительно нужна была помощь. Сапнап, ты был очень добрым. — Но, если бы я не остановился, я мог бы… — Нет, — трясущимся голосом сказал Квакити. — Нет, ты молодец… Сапнап, ты хороший человек. — Все мы совершали ошибки, о которых сожалеем, — мягко сказал Карл, поцеловав его в лоб. — Все мы. Ты поступил очень храбро, рассказав нам это. Ты храбрее нас. Это не твоя вина. — Это убило его. — Я знаю, Сапнап. — Тогда, — срывающимся голосом произнёс он. — Как я могу быть хорошим человеком, если я позволил ему умереть? — Хватит, — на этот раз твёрдо сказал Квакити. — В этом нет твоей вины, слышишь? Ты просто хотел помочь. Ты лучше каждого из нас. — И какая была цена за это… — Сапнап крепко зацепился за рубашку Квакити, зная, как жалко он сейчас выглядел, плача на земле о том, кого он потерял почти полгода назад. Карл крепко обнял их обоих, проводя пальцами по волосам Сапнапа и успокаивая его. Он упёрся головой в грудь Квакити, слушая быстрый стук его сердца. Дыхание оставалось таким же прерывистым, но он знал, что его не оставят. И сейчас, этого ему было достаточно. Они не позволят ему сломаться. — Большая, — совсем тихо ответил Квакити. — Большая.