Единственный для меня

      Как обычно и происходит в жизни, как только все налаживается, обязательно случается что-то плохое. И как раз то, что сейчас в его жизни все шло отлично и настораживало Ван Ибо. Сильно настораживало. И еще сильнее беспокоило это затишье Сяо Чжаня, живот которого уже немного округлился и перестал быть таким плоским, как раньше.       Как Чжань и говорил, он провел у Ибо всего лишь месяц, после чего должен был возвращаться обратно. Выпуск никто не отменял, а ему оставалось еще сделать выпускной макет, который по интернету не покажешь профессору. Да и в офис нужно было зайти. В общем, дел у омеги накопилось достаточно. Он совершенно не хотел расставаться с Ибо даже на секунду своей жизни, не говоря уже о более длительном сроке. Но альфа успокаивал его, как мог. Последние дни Ибо уезжал разве что только на работу, а остальное время он проводил, ухаживая за любимым, и каждый день выходил в магазин, из которого возвращался с полными пакетами фруктов, любимых снеков Чжаня и крекерами, на которые Сяо Чжань просто подсел.       Тот диван, что стоял у Ибо напротив телевизора решено было раздвинуть, докупить туда просто гору диванных подушек и мягких игрушек и устроить там своему любимому небольшое, но мягкое и теплое гнездо, в котором Чжань мог бы под теплым флисовым пледом с милыми зайками смотреть сериалы, закусывать крекерами и ждать Ибо с работы дома, в тепле и безопасности. Ибо бы очень хотелось, чтобы он мог каждый вечер наслаждаться теплом и запахом любимого, когда уставший ложился и обнимал того со спины, легонько поглаживая живот и целуя его шею. Жаль только, что пока что такое счастье ему недоступно. Ибо даже не разрешал Чжаню самому ходить по лестнице, зная, насколько он неуклюжий, и когда был дома, то старался носить свое сокровище, говоря, что дороже Чжаня и их малыша нет никого на всем белом свете, и что он их уже безумно любит.       Также они о многом говорили и многое обсудили. Ибо очень беспокоило, что он так официально и не представился папе своего любимого. Сяо Чжань частенько подшучивал, что ребенка они уже заделали, но вот родителю так и не сообщили. Ибо краснел и смущался, но все же в последнюю секунду смог освободиться, чтобы поехать с Чжанем в Пекин и официально попросить его руки.       До аэропорта Инчхон они ехали на такси, хорошо, что он был не далеко, так как Сяо Чжаня укачало в машине. Ибо просил остановиться чуть ли не через каждые сто метров, не сводя глаз с любимого, цвет лица которого менялся от бледного до салатового быстрее, чем сигнал светофора. Сяо Чжань надеялся, что перелет он осилит нормально и старался отворачиваться от альфы, чтобы лишний раз не нервировать его. Затея была провальная, но попытаться все же стоило. Потом регистрация, сдача багажа и ожидание посадки. Перелет на удивление прошел спокойно, видимо, малышу понравилось и оба будущих родителя хотя бы ненадолго смогли вздохнуть спокойно. После чего уже аэропорт Шоуду радостно принял их в свои объятия.       Папа Сяо Чжаня, Сяо Цинся, приехал, чтобы встретить сына и помочь с вещами, при этом совершенно не ожидая, что тот прилетит не один. Он много слышал от сына про Ван Ибо и несколько лет назад даже пару раз видел его мельком. Но он совершенно не ожидал, что его сын будет чуть ли не светиться рядом с этим юнцом. А сам парень за эти годы заметно вырос и теперь походил на более взрослого и уверенного в себе юношу.       Как только ребята прошли таможенную регистрацию, Ибо отправился забирать вещи, но только после того, как удостоверился, что его любимый сидит на лавке в комфорте. Сяо Цинся подходит к Чжаню и кладет руку на его плечо.       — Привет, сынок.       — Папа! — Сяо Чжань вскакивает и его небольшая сумка, с которой он не расставался и единственную из которых Ибо разрешил ему оставить, с глухим ударом упала на пол. Омега обнимает папу, сильно стискивая того. — Я так по тебе соскучился! Ты не говорил, что приедешь, мы хотели сразу поехать к тебе, так как у Ибо не так много свободного времени, но он хотел сделать все официально, пока я еще не похож на утку и могу нормально ходить.       Пока два омеги разговаривали, Сяо Цинся решил проверить, так ли сильны чувства у юного альфы, как и у его сына. Поэтому, увлекая сына за собой, они отошли от того места, где Ибо оставил Чжаня и зашли буквально за ближайшую стойку информации. Но стояли так, чтобы молодого омегу с того места было не видно. Сяо Чжань чувствовал себя абсолютно спокойно и с упоением рассказывал папе о времени, проведенном в Сеуле, где он был и что видел. Говорил, что отлично отдохнул и работать удаленно, завернувшись в плед с кружкой теплого чая ему понравилось гораздо больше, нежели когда он ежедневно ходил в офис.       Тем временем вернулся Ибо, но не увидев любимого на том месте, где он его оставил и подняв упавшую ранее сумку, не мог быть также расслаблен. Он начал озираться по сторонам в надежде отыскать свою пару, но никак не мог разглядеть его. Тогда он сорвал маску с лица, которую носил, чтобы его не узнали люди, и принялся звать его.       — Сяо Чжань! Сяо Чжань! Чжань-гэ! — Ван Ибо хоть и начал относительно недавно, но все же был в определенной степени знаменит, а сняв маску в аэропорту, окруженный людьми, мгновенно привлек к себе внимание.       Уже через пару минут на него со всех сторон были направлены сотни телефонов, делая бесчисленные фото и видео, но ему было на это абсолютно наплевать. В образовавшейся толпе он никак не мог найти своего любимого, а люди мешали ему. Он зарычал на них, показывая свои клыки, и наступила тишина, нарушаемая только диспетчером.       — Замолчите! Я ищу одного человека, а вы мне мешаете!       — Бо-гэ, Бо-гэ! Я тут!       — Бо-гэ, это я! Я тут!       Он со всех сторон слышал крики девушек и парней, но они его совершенно не интересовали. Тогда он зарычал снова, перекрывая весь этот шум, поднял высоко вверх руку с кольцом и прокричал:       — Я ищу своего мужа, свалите все!       Толпа расступилась, словно по волшебству, и он, наконец, смог увидеть Сяо Чжаня, который удивленно смотрел на него.       — Ибо, что ты устроил? Ты же говорил, что не хочешь, чтобы тебя узнали.       Ван Ибо подбежал к нему сквозь коридор расступившихся в стороны людей, все еще находясь под пристальным наблюдением своих фанатов, обнял и принялся целовать любимого, абсолютно игнорируя всех, кто был рядом.       — Я так испугался, когда не нашел тебя. — он прижал его к себе, и продолжал шептать на ухо, чтобы их хотя бы не слышали. — Представь, тебя нет, сумка валяется. Я искал тебя, звал, но все никак не мог найти. Малыш, ты меня очень напугал.       — Прости, Бо-ди... Я был с папой, и мы разговаривали вот тут, — он показал на то самое место, где стоял и на мужчину, что все еще был там, только уже широко улыбаясь. — Я не слышал, как ты меня звал, было шумно. Зато крики твоих фанов не пропустил. Такой крик... Ты у меня очень популярен, да?       — А ты сомневался во мне?       — Никогда.       Ибо смог отклеить себя от Чжаня, поклонился его папе, после этого, поцеловав любимого и пообещав, что вернется через несколько минут, направился обратно к фанатам, которые по-прежнему не произносили ни звука.       — Я прошу прощения, если напугал вас. — он низко поклонился всем тем, кто звал его, — Искренне благодарю вас за поддержку. Извините, но нам нужно идти. Пожалуйста, не мешайте больше и уважайте мою личную жизнь.       Толпа молча расступилась. Кто-то желал им счастья, кто-то просил сфотографироваться или автограф, но ни один человек не рискнул подойти ближе расстояния, необходимого для хорошей фотографии или, тем более, попытаться обнять его. Фанаты все еще находились под впечатлением от того, каким грозным может быть этот альфа. Его действительно послушались. После того, как ажиотаж спал, все фото и автографы были розданы и сделаны, он вновь поблагодарил всех и попрощался. Забрав оставленные ранее вещи, альфа вернулся к любимому и его папе.       — Ван Ибо, а ты меня приятно удивил. Это был очень ответственный поступок. — старший омега протянул руку для рукопожатия, — Я Сяо Цинся, папа А-Чжаня. Очень приятно познакомиться с тобой.       — Здравствуйте, господин Сяо. — Ибо поклонился, выражая уважение старшему, но все еще выглядел немного нервным. — Пожалуйста, простите за то, что здесь случилось. Просто я не мог найти Чжань-гэ и заволновался.       — Все в порядке, мой мальчик, все в порядке. И называй меня папа, мы же теперь одна семья, в конце концов, да, А-Чжань?       Сяо Чжань кивнул и протянул руки, чтобы помочь альфе с вещами, но из всех сумок и чемоданов получил только ту, которую выронил чуть ранее и мрачный взгляд своего альфы в придачу. Сяо Цинся только посмеялся над тем, как его сын забавно надул губы, но спорить не стал. Ему уже начинал нравится этот юнец.       — Не дуй губы, Чжань-гэ, все равно кроме этой сумки ты больше ничего не получишь.       — Но Ибо...       — Вот не надо. Я тебе говорил, что пока я рядом, это самое тяжелое из вещей, что тебе достанется. Тебе же нельзя поднимать тяжести, так что не жалуйся. — затем он повернулся к папе своего возлюбленного и добавил, — Простите, вы живете все по тому же адресу, что и раньше?       — Конечно. Куда ж мне старику еще деваться?       — Вы преувеличиваете, господин Сяо.       — Я же просил называть меня папой, вредный ребенок!       — Простите, папа. — Ибо поклонился ему настолько, насколько позволяла его ноша, — Я вызову такси.       — Нет необходимости, я на машине. Пойдемте. — Сяо Цинся все же успел забрать у Ибо чемодан Чжаня и альфа ему с благодарностью улыбнулся.       Без происшествий доехав до дома родителя, они вышли из машины и занесли все вещи в дом, который, как и раньше, встречал их теплом и уютом. Чжань потащил Ибо в свою комнату разбирать вещи, а Сяо Цинся отправился к себе.       — Любимый, — обратился старший омега к фотографии отца Чжаня, — Наш сын нашел свою пару, и они буквально светятся от счастья. Мальчонка, его альфа, хоть и младше, но очень сильно заботится о нашем сыне. Думаю, что мы можем ему доверять. Мне так не хватает тебя, а в такие моменты особенно. Ничего, подожди немного, как только сын будет в порядке и создаст свою семью, мы с тобой обязательно встретимся. Я люблю тебя, мой Су.       Поцеловав фотографию, Сяо Цинся смахнул подступившие к глазам слезы, сглотнул ком в горле и направился к ребятам. Но только подойдя к спальне сына, он услышал его заливистый смех и решил не беспокоить молодых. С Чжанем они еще наговорятся, а вот у них с Ибо оставшегося совместного времени осталось мало.       Они это тоже понимали, поэтому, пока была такая возможность, ребята дурачились, валяясь на кровати. Вдоволь насмеявшись, Ибо прижал Чжаня к своей груди, поглаживая его спину через плотную футболку.       — Боже... Я вновь не хочу от тебя уезжать...Сяо Чжань, ну почему ты такой, а?       — Какой?       — Слишком сладкий, слишком любимый. Слишком родной. — каждое слово альфа подкреплял поцелуями, а Чжань таял от них, наслаждаясь близостью, — Как я буду без тебя там?       — А как я буду без тебя беременный, тебя, значит, не волнует?       — Даже думать об этом не хочу. Может, ты переедешь ко мне в Сеул?       — А может ты к нам в Шанхай? Ты же знаешь, что я не могу бросить работу. Да и не хочу.       — Знаю, любимый, знаю... Если бы только я тогда не уехал, нам бы не пришлось находиться так далеко друг от друга.       — Прекрати так говорить! Ты следовал за мечтой, Ибо, и это очень важно. А мы никуда не денемся и дождемся тебя, хорошо?       — Мгм.       Еще немного насладившись теплом любимого рядом, они выбрались из постели и вышли к уже полностью накрытому столу.       — Ибо, я хочу извиниться перед тобой за то, что увел А-Чжаня от тебя в аэропорту. Просто я хотел посмотреть, как ты к нему относишься. — Сяо Цинся наклонил голову в легком поклоне, прося прощение, — И ты меня удивил. Теперь я могу быть уверен в том, что мой сын под надежной защитой. Пожалуйста, позаботься о нем.       — Спасибо за доверие, папа. Я понимаю, что отдать такое сокровище кому попало вы бы не стали и благодарю вас за то, что вырастили его таким замечательным, сильным и нежным.       Наблюдая эту картину, на глаза Сяо Чжаня навернулись слезы. Кто бы мог подумать, что папа так легко примет Ибо, а Ибо будет настолько вежливым, что даже не скажет ни одной колкости в ответ. Чжань понимает, что то, что случилось в аэропорту, еще может выйти боком его альфе, но, тем не менее, он очень горд тем, что при своих поклонниках тот уверенно заявил, что ищет своего мужа. Муж... Они же даже не женаты... Боже...       На следующий день рано утром альфа улетел обратно, и, не желая будить так сладко спящего омегу, поэтому оставил ему записку. Он предупредил об уходе только его папу, который к тому времени уже что-то читал в гостиной. Они попрощались, и Ибо пообещал, что как только будет возможно, сразу же устроит свадьбу, пока живот Чжаня не такой большой и он может свободно ходить.

***

      Спустя пару дней, когда Сяо Чжань вернулся в Шанхай из родительского дома, первое, что он сделал, так это пошел в офис. Отчитавшись там о результатах работы и проектах, которые высылал по сети, получив одобрение от Хайкуаня, направился домой. Квартира встретила его пустотой и тишиной. И было в ней что-то такое... угнетающее, что Сяо Чжань быстро включил телевизор в качестве шума и направился заниматься макетом выпускной работы.       В качестве своего проекта омега выбрал проект дома, который он хотел когда-нибудь построить для своей семьи. Вот только где именно пока оставалось загадкой даже для него. Ему понравился Сеул, там оживленно и жизнь была бы очень насыщенна. Но Китай ему нравился гораздо больше. А вообще, было бы отлично поселиться где-нибудь в тишине и жить в спокойствии. Жаль, что это не осуществимо. Работа его альфы подразумевает постоянное нахождение на публике и много разъездов, поэтому постоянно мотаться из отдаленного района ему будет очень неудобно. Он хоть ничего и не скажет против, Сяо Чжань в этом был полностью уверен, но все же лишний раз нагружать не хотел. Так что омега решил просто ограничиться проектом, а сам потом уже подобрать более удобную квартиру, чтобы они все вместе могли в ней жить.       Когда его посещало вдохновение, вот как сейчас, работа спорилась и протекала быстро и без затруднений. Он решил сделать двухэтажный дом на большом участке зелени в светлых тонах, с большим количеством панорамных окон, чтобы в доме было светло и обязательно с гаражом, чтобы его любимый мог поставить туда свою машину. Около дома решено было также добавить несколько декоративных растений, на заднем дворе обязательным стал бассейн с зоной отдыха и небольшая собачья будка. Да, Сяо Чжань знал, что хоть Ибо и любит Орешек, но все же больше предпочитает собак.       Сяо Чжань сказал огромное спасибо Сун Цзияну и папе, которые оказали ему огромную поддержку с экзаменами, а преподаватели вошли в его положение. Хотя некоторые и смотрели на омегу недовольно, но только взглядами и ограничились. Проект был сдан раньше времени, конечно же, на отлично. И Сяо Чжань успешно закончил обучение.       Вот только немного не успел, и токсикоз нагнал его раньше, где-то в середине подготовки к выпуску. Сяо Чжаня не просто тошнило по утрам. Ему казалось, что его выворачивает вообще ото всего на свете: не тот запах, не тот вкус, иногда даже не та поза и он уже бежит, чтобы вновь обнять фаянсового белого друга. Одно время омега даже подумывал купить футон и остаться спать рядом с ним, но потом все же передумал. Не хватало только опуститься до того, чтобы спать в туалете.       С Ибо они вновь созванивались по видео связи, только теперь гораздо чаще, чем ранее. И альфа не мог не переживать за любимого, состояние которого и впрямь вызывало опасение. Омега почти перестал есть, и теперь, вместо того, чтобы его щечки мило округлились, они, наоборот, только сильнее впадали, делая внешний вид любимого очень болезненным. Ибо же старался, как мог, и даже больше. Он не просто работал, он выжимал из организма все двести процентов возможностей и благодаря брату сумел купить квартиру в Шанхае, в которой они после смогут жить вместе, а пока что там будут только его любимый и его брат, который последнее время выглядел тоже не особо радостно. Ибо решил, что они смогут позаботиться друг о друге. Поэтому, поговорив с Чжанем вечером перед сном Ибо набрал брата, чтобы обсудить с ним некоторые моменты.       — Брат, ты плохо выглядишь в последнее время. У тебя все нормально?       — Ха, малыш Бо беспокоится о своем брате? — Цзяэр был близок с Ибо и они могли обсуждать достаточно личные темы. В том числе и то, кто с кем спит и с кем бы делать это хотелось. — Я в норме, нет ничего, что могло бы меня сломить, ты же знаешь.       — Но ты был очень сильно раздавлен, когда Исин привел эту... Как ее...       — Боже, Бо-Бо, ее зовут Сюань Лу. Сложно запомнить? Ты как будешь приглашение свадебное заполнять? — ласково посмеялся Цзяэр, втайне надеясь, что братик не заметит смены темы. Но он заметил. Как только у них с Чжанем все стало так серьезно, он начал замечать куда больше, нежели ранее.       — Цзяэр-гэ, не съезжай с темы. Слушай, я понимаю, ну, стараюсь понять, что у вас с Исин-гэ было серьезно. Почему вы расстались?       — Я отпустил его, Бо. Он хотел семью, детишек и любящего человека рядом. Я не мог ему этого дать, поэтому отпустил. Снова.       — Брат... Ты опять жертвуешь собой ради других? А как же ты сам?       — Выживу как-нибудь. А что, ты хотел бы, чтобы я поборолся за Чжаня в свое время? — Цзяэр шутит и Ибо прекрасно это понимает. Понимает, что за этими шутками просто скрывается боль от вновь разбитого сердца. Кто бы мог подумать, что его брат по уши втрескается в лучшего друга, такого же альфу, как и он сам. Только в этот раз все гораздо серьезнее, чем было в юности. И расставание пережить было гораздо сложнее. — Мой маленький братик только ради этого мне звонит?       — Не дури. Ты прекрасно понимаешь, о чем я. И нет, не только ради этого. — Ибо бы хотелось больше разговорить Цзяэра, но он знает, что если тот не хочет говорить, то и давить не стоит. — Слушай, у Чжань-гэ сильный токсикоз, а я вот вообще в ближайшие недели приехать не смогу. Ты можешь пожить с ним пока что? Вы как раз отлично присмотрите друг за другом.       — Ох... Ты предлагаешь беременному нянчиться с моим разбитым сердцем? Как мило. Бо-Бо, у тебя огромное большое сердце. Конечно, если он согласен, то и я не против.       — Спасибо, брат. Держись там.       — И ты береги себя, мелкий.       Они попрощались и у Ибо немного отлегло от сердца. Теперь два близких человека смогут приглядеть друг за другом и стать опорой. Но все же какое-то нехорошее предчувствие не покидало альфу, стоило ему подумать о Чжане. Все ли с ним будет в порядке?