Мой мир - только ты

Когда Джено было семь лет, он был любимым принцем, наследником трона Леонума. Его отец был королем, мать - королевой, и у него были заботливые служанки и слуги, которые ухаживали за ним все детство. У него была аллергия на кошек, но у него было три кошки - Боншик, Сори и Нари, одну из которых его слуга спас на улице и отдал Джено, потому что у них не было средств, чтобы ухаживать за ней самим. В свободное время Джено любил обниматься и играть со своими кошками, даже если его мучила кошачья шерсть. Он слишком любил своих питомцев, чтобы беспокоиться об этом. По утрам в воскресенье он читал с матерью сказки в саду или забирался на плечи отца и просил покатать его на спине, когда у него было свободное время - что случалось редко, но вполне объяснимо, и Джено научился быть благодарным за то, что у него есть отец, который его любит. Того же нельзя было сказать о его двоюродном брате, Марке. Хотя родители Джено говорили ему, что его дядя изменился после внезапной и печальной смерти тети и что ему просто нужно время и пространство, чтобы погоревать, Джено не считал, что это оправдывает фиолетовые и желтые синяки, усеивающие кожу Марка. Но когда он поднимал эту тему, его всегда успокаивали, поглаживая по голове, либо родители, либо Марк, который в те времена очень серьезно относился к своей роли старшего. Джено сожалеет о том, что никогда не противостоял своему дяде, но опять же, в семилетнем возрасте он ничего не мог сделать. Вместо этого он забывал о страшном дяде и торжественном взгляде Марка, когда они с Марком исследовали территорию замка и лазили по его потайным закоулкам и углам, доводя служанок до изнеможения, когда они возвращались грязные и покрытые объедками, ухмыляясь от уха до уха, и как раз вовремя для послеобеденных уроков. Джено ненавидел учиться, но Марк не возражал против этого. Он всегда увлекался историей и политикой, рисовал карты, планировал шуточные стратегии сражений. Родители Джено не хотели, чтобы он учился драться, пока ему не исполнится четырнадцать, но Марк, которому было восемь лет и который уже нес такой большой вес на своих крошечных плечах, все равно тайно учил его с деревянным мечом. В первый раз, когда Джено случайно назвал Марка своим братом, Марк покраснел от гордости. Джено всегда считал, что Марк заслуживает быть наследником, а не он. В ночь перед восьмым днем рождения Джено проснулся от того, что мать трясла его за плечи, по щекам текли слезы, руки дрожали, когда она обнимала его лицо. "Мама?" Джено сонно зевнул, остатки сна затуманили его зрение. "Ты должен бежать", - судорожно прошептала она. Ее служанка нависала над ее плечом, ее кожа была болезненно-бледной. Она выглядела так, словно хотела быть где угодно, только не здесь. Он рывком проснулся. "Мама, что?" "Ты был прав насчет своего дяди, милый. Я не могу поверить, что он... своей собственной семье...", - она насмешливо усмехнулась, всхлип подкатил к ее горлу. "Он очень плохой человек, Джено". "Что он сделал?" спросил Джено, когда мать подняла его с постели и с помощью служанки поспешно одела его, обула и застегнула куртку. Она опустила в его карман увесистый мешочек с монетами, и Джено почувствовал, что все больше и больше расстраивается, оставаясь в темноте. "Мама", - повторил он. "Марка снова ранили?" На этом его мать остановилась. Ее глаза были стеклянными, когда она покачала головой. "С ним все будет в порядке. Боже, этот мальчик и так через многое прошел", - сказала она, скорее для себя. Его охватило облегчение. "Тогда что происходит?" Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но решила не делать этого и опустилась на колени на пол на уровне глаз Джено. Она взяла его раскрытую ладонь и положила ее себе на колени. Ее прикосновение было нежным, как перышко, когда она положила золотое кольцо на изгиб его ладони, теплый металл высек дикую искру и зажег огонь внутри Джено. Джено посмотрел на льва и сразу же узнал в нем кольцо львов - кольцо его отца. "Мама", - сказал он, его голос повысился от паники. Что-то было ужасно не так. Она обняла его, крепко прижав к себе, и когда она поцеловала его в висок, ее губы сложились в печальную улыбку. "Ты можешь вернуть себе корону, Джено". Затем двери распахнулись. На следующее утро жители Леонума были опустошены, когда разнеслась весть о внезапной смерти королевской семьи: король был зарезан во сне, королева лежала на безжизненном теле сына, а ее фрейлину нашли плавающей во рву, застывшей в белом свете. Это был восьмой день рождения Джено. Следующим в очереди на престол был его дядя, который поклялся отомстить за своих родственников. Он обвинил в убийстве соседний народ, Тестудо, и хотя эти два народа никогда не были дружны, они также никогда не начинали войну. Но это было достойное дело, сказал его дядя; он хотел отомстить за своего молодого племянника и вернуть то, что Тестудианцы украли той ночью - Кольцо Львов. Впрочем, Джено знал лучше. Все это было объяснено ему в торопливом бормотании, когда служанка его матери выкрала его из замка, как раз в тот момент, когда верные дяде стражники ворвались в его комнату; она сказала, что его дядя плетет заговор за их спинами, тщательно собирая все свои ресурсы и заманивая союзников обещаниями власти и богатства. Очевидно, мать давно подозревала его, но отец Джено упорно защищал брата, веря в старую пословицу о том, что кровь гуще воды. Никто из них не думал, что он зайдет так далеко и предаст собственную семью. Джено помнит, как стражники его дяди догнали карету, в которой ехали он и его служанка. В ту ночь тоже была гроза, дождь стучал по крыше кареты, а колеса грохотали внизу. Служанке удалось сорвать дверь кареты с петель, чтобы вытащить Джено. Она бросила его в заросли шиповника, такие густые, что стражники его дяди решили, что он убежал в ночь. Они не хотели их обыскивать. Но Джено не убежал. Он висел там, в колючках, и видел, что они сделали со служанкой. Он видел, как они перерезали ей горло в те застывшие мгновения, которые подарила ему молния. Они бросили ее тело в ров, без эмоций и угрызений совести. Ее глаза были пустыми в воде, застывшими в страхе. Они ушли, один сказал, что молодой принц и недели не протянет вне уютного замка. Джено пытался бороться, но колючки держали его крепко. Они глубоко вонзались в его руки и ноги, пронзая плоть, и из порезов текли капли крови. Он чувствовал, как по его венам струится сила от Кольца Львов, которое передавалось из поколения в поколение и содержало коллективную силу и мудрость каждого монарха Ли. Кольцо существовало как доказательство законного престолонаследника, и его огромная сила давалась только тем, кто считался достойным, за цену крови. Но его родители были мертвы, и Джено чувствовал, что на какое-то время он может померкнуть. Паника одолевала его до тех пор, пока он не ухватился за слова мамы, когда она находила его свернувшимся калачиком в углу, напуганным раскатами грома и молнии: "Дыши". Вдох, выдох, пока странное, плавающее чувство не исчезло, сменившись жгучим чувством гнева. Его сердце вспыхнуло, так катастрофично, так значительно, так всепоглощающе, что небеса загорелись и космос закружился, поглощая его в огненном шаре красного пламени. Его сердце пылало, но он не опускал голову, слезы окрасили его щеки. Единственное, что он мог слышать между шумом проливного дождя и грохотом своего сердца, были последние слова матери: "Верни свою корону". И Джено поклялся отомстить.

***

Джено просыпается в холодном поту, его сердце колотится, а на глаза наворачиваются слезы. Он сжимает в руках одеяло и прижимает его к себе. Этот сон не снился ему уже целую вечность, но время от времени он возвращается, и он вспоминает события той ночи с яркой ясностью. Жгучий гнев всегда возвращался в первые несколько секунд, когда он был оцепеневшим от сна, но потом он быстро угасал, и оставалась только печаль. Джено поклялся отомстить, но его дядя уже умер. Внезапная лихорадка убила его в течение трех дней, через четыре года после смерти его родителей. Кто-то может сказать, что судьба окончательно сразила его. Новый король-регент, Тэён, благосклонен и любим народом. Он хочет как можно скорее закончить войну с Тестудо - войну, которую начал дядя Джено, этот любящий войну ублюдок, - прежде чем уйти с поста и позволить следующему в очереди принцу Марку занять престол. Скорее всего, это произойдет в ближайшее время, учитывая, как Черные Койоты помогают Леонуму побеждать в битвах. "Проснись и пой, командир", - тихонько воркует Джемин, входя в палатку Джено с небольшой улыбкой. Он еще не надел свои доспехи. Его белая хлопчатобумажная рубашка низко спускается, чтобы показать его грудь, а бриджи свободно болтаются на бедрах. Его сабля по-прежнему в ножнах, но наготове. Расслаблен, но всегда начеку. Джено выпрямляется, пытаясь улыбнуться в ответ. "Доброе утро, Нана". Медово-карие глаза смотрят на него с беспокойством. "Ты в порядке?" "Я в порядке. Не беспокойся об этом", - успокаивает Джено, пытаясь смягчить свой тон. В итоге он звучит напряженно. "Разве мы не должны были сегодня обсудить наши планы сражения? Мне еще нужно подготовиться, но ты можешь идти первым, если хочешь". Прошло три года с тех пор, как Джено присоединился к Черным Койотам. Приняв участие в бесчисленных сражениях с наемниками, рискуя жизнью ради других членов группы и внося свой вклад в стратегию боя (используя уроки, которые он получил, будучи принцем), он стал вторым командиром вместе с Ренджуном. Каждый из них возглавляет свою часть группы на поле боя, все под руководством Джемина. "У нас много времени", - говорит Джемин. Он озорно ухмыляется, и это все, о чем предупреждает Джено, прежде чем лидер Черных Койотов приземляется на него сверху, обхватывает руками его грудь и прижимается головой к его шее. "Ты такой нуждающийся". Джено закатывает глаза, но все равно гладит Джемина по голове, потому что он тоже жаждет физической ласки. "Заткнись. Ты выглядел так, будто тебе нужны объятия", - бормочет Джемин в его рубашку. ", если ты не в порядке. Ты не должен ничего говорить, но не притворяйся ради меня. Пожалуйста". Джено открывает рот, чтобы ответить, но замирает, слова застревают в горле. Он прикусывает нижнюю губу и позволяет Джемину прижаться ближе, зарываясь под одеяло. Тепло распространяется по его щекам и ушам, но, к счастью, Джемин, похоже, этого не замечает. Околосмертный опыт, с которым они постоянно сталкивались вместе на протяжении многих лет, сформировал между ними неразрывную связь - связь, построенную на доверии и взаимном уважении. Поэтому, когда они остаются наедине, как сейчас, они равны. Просто Джено и Джемин, два мальчика, уставших притворяться мужчинами. Джено слишком устал, чтобы убеждать себя в обратном. Когда Ренджун находит их позже, крепко спящими под кучей одеял, он берет Джено за ухо и вытаскивает его из палатки. "Ты заставил меня ждать целую вечность", - ворчит он, не обращая внимания на крики боли Джено. "Встреча должна была состояться час назад". "Прости! Я хотел встать, но Джемин настоял на том, чтобы поспать!" Ренджун бросает на Джемина недовольный взгляд, но ничего не говорит. Однако глаза у него яркие, и кажется, что он отчаянно пытается подавить смех, продолжая тянуть Джено за ухо. Последнему приходится нагнуться, чтобы сравняться с Ренджуном ростом. "О, но ты уже знал это, не так ли?" говорит Джено, осознавая происходящее. "Тебе просто нужен был повод, чтобы причинить мне боль". "Глупости", - отрезает Ренджун. "Неужели коротышки такие садисты..." размышляет вслух Джено, - "потому что они ближе к аду, чем все остальные?". "Что ты только что сказал?" "Ничего, ничего! Ой, Ренджун, ты мне сейчас ухо оттяпаешь!" Джемин идет позади них, на его лице задорная улыбка. "Возможно, ты в чем-то прав, Джено. И раз мы выше, разве это не значит, что мы ближе к небесам, чем Ренджунни?" Взгляд, который бросает на него Ренджун, лидер он или нет, убийственен, и Джено снова задается вопросом, как они с Джемином остались живы в этот момент. Несколько членов Черного Койота тоже не спят, завтракают или играют в кости небольшими группами - но никто и глазом не моргнул при виде трех высших командиров, препирающихся как идиоты. Не задумываются они и над тем, что Джемин и Джено вышли из палатки вместе, оба выглядят взъерошенными от сна. Потому что, сколько бы раз Джено ни говорил им обратное, половина из них уже пришла к выводу, что они с Джемином действительно спят вместе. Чертовы тупицы. Даже если Джено держит в секрете свою личность - секрет, который, возможно, изменит всю их динамику, а может, даже разорвет их дружбу - они все равно самые близкие друзья. Не меньше и не больше. Ренджун отпускает его ухо, когда они входят в палатку Джемина, наконец-то скрывшись от посторонних глаз. У вождя самый экстравагантный шатер с высоким потолком и достаточно места внутри, чтобы поставить импровизированный стол с нарисованными картами и сделанными вручную фигурками врагов. Чем больше битв они выиграли для Леонума, тем больше денег они получили, чтобы позволить себе такую роскошь. Черные койоты были в неплохой форме, когда Джено присоединился к ним, но с тех пор он видел, как они растут. В какой-то степени он гордится тем, что был частью этого пути. Он провел три года с Черными Койотами, которых теперь называет своими товарищами - братьями и сестрами по крови. Три года он сражался рядом с Джемином. И теперь... "Наша битва через пять дней, если повезет, станет последней на долгое время", - говорит Джемин, придавая своим чертам более серьезный вид, сложив руки на коленях в углу. Он молча наблюдал, как Ренджун и Джено успокоились и собрались с мыслями, чтобы придумать надежную стратегию. Скорее, они проверяли существующий план Джемина, чтобы найти в нем недостатки. Пока что они внесли лишь незначительные коррективы. Ренджун коротко кивает. "Это будет непросто. Твой план, конечно, блестящий, но звучит невыполнимо". "Но если мы возьмем эту крепость силой в тридцать ебанных тысяч человек и выйдем из нее победителями, то Леонум практически выиграет войну против Тестудо", - говорит Джемин. "Это их последняя защита, и после этого они, скорее всего, сдадутся". Он поднимается на ноги с проворством кошки и за несколько секунд подходит к столу. Джено и Ренджун расступаются перед ним, пропуская своего лидера вперед. "Мне нравится, что ты сделал с корректировками", - говорит Джемин, оценивая разложенные карты и фигурки. "Я знал, что было правильным решением сделать Джено одним из моих командиров, даже несмотря на первоначальное соперничество между вами". "Какое первоначальное соперничество?" Ренджун насмехается. "Совершенно очевидно, что я был и всегда буду превосходить его". Джено высунул язык. "Я могу победить тебя в бою на мечах за пять секунд". "Хотел бы я посмотреть, как ты попытаешься". Джемин прерывает их, прежде чем они успевают вытащить свои мечи (они известны тем, что начинают импровизированные дуэли), и обхватывает их обоих за плечи, притягивая к себе в полушутливое групповое объятие. От него пахнет чистым хлопком и весной, и Джено, не удержавшись, наклоняется к нему. "Король-регент доверил мне выиграть эту битву; он верит в Черных Койотов, но ему также нечего терять, если мы потерпим неудачу. Это будет просто еще одна банда наемников, исчезнувшая навсегда", - говорит Джемин, его голос неровен, а глаза горят решимостью, когда он снова просматривает карты, разбирая каждую деталь и собирая ее воедино. "Многие из заносчивых дворян тоже думают, что мы потерпим неудачу. Они считают, что моя уверенность в группе станет моей гибелью, и готовы на все, чтобы это произошло. Если мы не добьемся успеха..." "Добьемся", - тут же обещает Джено. "Я знаю, что сказал, что это невозможно, но, зная тебя, ты все равно сделаешь это", - говорит Ренджун. Джемин ухмыляется, как будто он знал, что они именно так и скажут. Он поворачивается лицом к Ренджуну, а затем переводит взгляд на Джено. Он улыбается, сморщив уголки глаз. "Спасибо, что всегда поддерживаете меня, вы двое". "Конечно, мы же твои лучшие друзья, идиот", - смущенно ворчит Ренджун. Он слегка сжимает плечо Джемина, затем отстраняется. "Нахуй этих дворян; они не перестанут сопротивляться, пока не почувствуют наши зубы, обхватившие их хлипкие глотки". Джемин отпускает его с небольшой улыбкой, но не отпускает Джено. Он ссутулился, поэтому, когда он откидывает голову назад, чтобы рассмеяться, его волосы щекочут щеки Джено. "Они будут умолять меня об одобрении, когда я стану королем", - говорит он Ренджуну. "Половина из них предпочла бы умереть", - говорит Ренджун. Джемин хмыкает. "Пожалуйста, они готовы на все, лишь бы спасти свою шкуру". Джено молчит, стараясь, чтобы его хватка не ослабевала, пока они разговаривают. Когда он сбежал из зарослей шиповника в ночь смерти родителей, ему чудом удалось продержаться в пустыне три дня, пока его не нашла и не приютила жена одинокого наемника. Наемник, старик с вечно хмурым лицом, обучил Джено, как сражаться мечом, как защищаться и как убивать. Всю свою жизнь он готовился отомстить за родителей, но когда по королевству разнеслась весть о внезапной смерти его дяди, он почувствовал лишь пустоту. То, что поддерживало его все эти годы, внезапно было отнято у него. Его лишили цели, и он блуждал без нее. "Верни себе корону", - шепчет голос в его голове. Но он не хочет этого... Почему он не хочет этого? По какой-то причине он больше беспокоится о том, что Джемин узнает его истинную сущность, чем о том, что корона достанется ему. Бывают моменты на поле боя, когда шансы складываются против них, и Джемин поднимает боевой дух группы своей всепоглощающей уверенностью, высоко наклоненным подбородком, поднятым в воздух мечом. Иногда, когда Джено бросается в бой, он чувствует присутствие Джемена, поддерживающего его, сильного и уверенного. Это невероятно. Объединить группу наемников ради высшей цели, отличной от карманных денег, почти чертовски невозможно, но Джемину удается внушить преданность своей харизмой и хитростью. Хотя у многих членов "Черных койотов" есть свои личные цели, все они болеют за то, чтобы Джемин стал королем. Нет, они искренне верят, что он сможет это сделать. Кто еще, кроме Джемина, может сотворить такое чудо? Он уже так многого достиг, так что же мешает ему править королевством? "Привет, - шепчет Джемин, щелчком пальцев привлекая его внимание и выводя из задумчивости. Их глаза встречаются. "О чем ты думаешь?" Он горестно качает головой. "Думаю о том, что из тебя получится отличный король, Нана". Джемин щиплет его за щеки. "О, спасибо! И ты тоже будешь рядом со мной, не так ли?" "...Да." Он не может понять, лжет ли он себе или Джемину. Или, может быть, он говорит правду. Некоторое время назад он начал стирать грань между этими двумя понятиями, и теперь он уже не может различить разницу. У Джемина яркие глаза, когда он хватает Джено за руки, подпрыгивая от радости. Он дразнит покрасневшее лицо Джено, и Джено хочет, чтобы этот мирный момент длился вечно. Страшно, как он понимает, что последует за Джемином в ад и обратно. В глубине души Джено знает, что он слишком привязывается, и опасно позволять этому—что бы это ни было—продолжаться. Он чувствует тяжесть взгляда Ренджуна, но когда он поворачивается к нему лицом, то получает лишь знающую и сочувственную улыбку. Под его рубашкой кольцо львов обжигает кожу.