Мой мир - только ты

"Что ты делаешь?" прорычал Тэн, когда Янян схватил банку со свечным воском и притворился, что начинает вливать его в свою похлебку из моллюсков. "Я надеру тебе задницу. Я надеру твою ебанную задницу". Он выхватывает банку из рук Яняна и хлопает ею по столу, разбивая посуду. Рядом с ним Джено быстро ставит свой бокал с вином. Тэн не замечает этого и достает нож для масла, делая им колющие движения в воздухе. Янян вскрикивает от восторга и, оттолкнув стул, убегает, огибая стол, а Тэн следует за ним по пятам. Хендери смеется и продолжает отрывать кусок своего хлеба из закваски. Остальные наблюдают со стороны, подбадривая Тэна. Кун испускает тяжелый, протяжный вздох. Он поворачивается к Джено, как будто тот - его последняя и единственная надежда. "Ты уже закончил собираться?" "Да", - говорит Джено. Он дует на ложку и делает еще один глоток домашней похлебки из моллюсков, приготовленной Куном. В его животе разливается тепло. "Кстати, очень вкусно". "Спасибо. Я рад, что кто-то нашел время, чтобы насладиться этим, пока горячо", - громко говорит Кун. "Мне нравится твоя стряпня!" говорит Янян. Он с криком останавливается и обвиняюще смотрит на Тэна. "Я не виноват, что он не перестает меня преследовать!" "Это ты меня в первую очередь разозлил!" отвечает Тэн. "И ты здесь взрослый! Будь более взрослым человеком!" На возмущенный вопль Тэна, Янян высунул язык и успел увернуться, как нож для масла вонзился в стену позади него. Сяоджун и Сычен уже давно перестали обращать на это внимание, но Хендери издает негромкий свист, явно впечатленный. Янян открывает рот, готовый разразиться длинной тирадой, когда Кун наконец говорит и ему, и Тэну, чтобы они заткнулись и усадили свои задницы на место. Джено продолжает есть свой суп. "Итак, Янян", - говорит Тэн, когда он усаживается. Он смотрит на Куна. "Ты уже закончил собираться? Вам с Джено предстоит долгое путешествие". "Конечно!" щебечет Янян. Он машет своей ложкой в направлении Куна. "Все, что я должен был сделать, это запихнуть все в одну сумку, пока Кун не рассердился и не собрал ее за меня!" "Почему я не удивлен", - говорит Кун, потирая висок указательным пальцем. "Этот ребёнок-зло", - мудрено говорит Тэн. "Злой гений, ты хочешь сказать", - нахально добавляет Янян. Он поворачивается к Джено и подталкивает его плечом. "Я на самом деле так взволнован. А ты? Мы обязательно должны заехать в столицу. Я слышал, что церемония коронации принца Марка состоится на следующей неделе". Джено заставляет себя улыбнуться в знак согласия и не может не почувствовать облегчения, когда Кун укоряет Яняна, говоря ему, что они не могут позволить себе осмотр достопримечательностей, если хотят выполнить поставки вовремя. Янян надулся, но не стал жаловаться. Даже он знает, когда нужно выполнять приказы лидера. Гильдия посланников была домом для Джено последние восемь месяцев или около того. После победного бала он планировал бежать из Леонума и отправиться к морю. Он спрашивал господина Муна о его связях с пиратским капитаном Со, но трактирщик отказался ему что-либо рассказать, сказав, что предложение касается и его, и Джемина, а не только одного из них. Сколько бы Джено ни твердил, что они с Джемином, скорее всего, никогда больше не увидятся, ему не удалось переубедить господина Муна. Вместо этого господин Мун протащил его через границу в Тестудо и познакомил с Куном и его Гильдией посланников. Гильдия зарабатывает деньги в основном на распространении сообщений и доставке почты и посылок. Кун объединил его с Яняном, и они обычно совершают поездки на юг и восток от Тестудо. Но никогда не выезжали за пределы страны. До сих пор. "Земля вызывает Джено?" Янян проводит рукой по лицу. Джено моргает. "Ты что-то сказал?" "Разве мистер Мун не сказал, что ты из Леонума?" говорит Янян. "Я спросил тебя, есть ли что-то, что я должен знать, прежде чем мы уедем. Я не хочу случайно обидеть местного жителя". "Ты никогда не был там?" удивленно спросил Джено. Янян тупо смотрит на него. "Тестудо и Леонум не очень-то дружили последние одиннадцать лет. Знаешь, убийство королевской семьи, война и все такое. Мирный договор был подписан только восемь месяцев назад". "Ах, да, - говорит Джено, неловко почесывая голову. Все это. Иногда кажется, что все это был ясный сон. Продуманный, странно яркий сон. "Честно говоря, все практически то же самое. И люди тоже. Ты, наверное, даже не заметишь разницы, когда мы пересечем границу". "Ну, это скучно", - вздыхает Янян, откидывая голову на стул. "Хотя я не должен удивляться. Ты так хорошо сливаешься с Гильдией, что иногда я забываю, что ты не один из нас". "Эй", - предупреждает Кун. Янян тут же прикусывает губу, осознав свою ошибку в ту же секунду, как он это сказал. Он поворачивается к Джено с большими глазами и судорожно поднимает руки вверх, извиняясь на кончике языка. Джено останавливает его, прикладывая указательный палец ко рту Яняна. "Не волнуйся. Я все понимаю, правда, понимаю", - говорит Джено. Он поворачивается ко всем, и в комнате становится тихо. "Я благодарен Гильдии. Для вас я был чужаком из Леонума, но вы все равно приняли меня с распростертыми объятиями. Я знаю, что некоторым людям трудно смотреть сквозь призму своей ненависти, когда между нашими странами было столько кровопролития. Но вы, ребята... вам все равно. Вы изо всех сил стараетесь относиться ко мне, как к одному из своих, хотя я таковым не являюсь". "Нет, я думаю, ты не совсем понял", - вклинился Кун. Он пристально смотрит на Яняна, который глотает воздух и силится подобрать нужные слова. "Конечно, ты новичок в Гильдии. И никто, даже я, который, возможно, твой самый близкий друг здесь, ничего не знает о тебе и твоем прошлом. Это вполне нормально, поскольку ты человек закрытый, и мы это понимаем, но я не хочу, чтобы это звучало так, будто я подталкиваю тебя к разговору о вещах, которые тебе неприятны, а такие вещи требуют времени". Сычен громко зевает, и Хендери поспешно жестом просит его прекратить. Янян вскидывает руки вверх. "В пизду", - говорит он. "Не выражайся", - чопорно говорит Тэн. Янян отмахивается от него. "Как будто тебя это волнует", - отвечает он. Кун вздыхает, но ничего не предпринимает. "Послушай, Джено", - говорит Янян, поворачиваясь назад. "Мне жаль, что ты чувствуешь себя не своим, но ты один из нас. Надеюсь, когда-нибудь ты тоже почувствуешь свою принадлежность". "Он не ошибается. Мы все чувствуем то же самое", - говорит Кун. Все за столом выражают свое согласие, и Джено одаривает их небольшой улыбкой, наклоняя голову в знак благодарности, желая двигаться дальше. Когда становится ясно, что ему нечего добавить, разговор переходит на другое. Когда ужин закончен и вся посуда убрана, а столы вытерты, Джено собирается подняться наверх. Янян останавливает его. "Пойдем." Он берет Джено за руку и тащит его в общий зал. Остальные уже расположились на диванах у камина. Янян подталкивает его к центру, и они уютно устраиваются у потрескивающего пламени, запах горящей сосны успокаивает, в то время как снаружи дует холодный ветер, бьющийся в окна. Ночь проходит так, что Джено не произносит ни слова, но никто, кажется, не возражает. Он слушает, как Сяоджун играет на лютне, а Тэн заводит песню, и Хендери присоединяется к ней. Они поют и танцуют, делятся историями и шутят, не проходит и минуты, чтобы воздух не наполнился смехом. Он сидит с Яняном под боком, мягко улыбаясь уголками губ. Проходят часы, пока пламя не начинает меркнуть, и остаются только мерцающие угли, окутанные пеплом. Хендери отрубается первым, остальные следуют его примеру. Веки Джено тяжелеют от сна, но он все еще бодрствует, когда слышит, как Кун встает и опускает меховые одеяла, укрывая его и Яняна, который свернулся калачиком у него под боком и тихонько похрапывает. В эту ночь ему трудно заснуть. Когда ему это удается, его мучают воспоминания прошлого. Он словно тонет в бездонном океане - не бьется без устали о скалы, а скорее взвешивается в тихом скольжении воды. Его сны проносятся в его голове, как страницы книги, - пестрая смесь красок и кружащихся звезд, его мечты и сожаления. Несмотря на доброту, которую проявила к нему Гильдия, в Джено поселилось чувство пустоты, неприятно скручивающееся в животе. Кольцо львов сердито пульсирует у него на груди. Одиночество, вот что это такое. Конечно, он дружит со всеми в Гильдии и, возможно, со временем сможет открыться им - стать частью семьи. Но когда бы он ни представлял себе будущее с Гильдией, все, о чем он может думать, это семья, которую он оставил в Леонуме. Он скучает по Марку, даже если ему удалось лишь мельком взглянуть на него во время церемонии посвящения в рыцари. Он скучает по всем в "Черных койотах": по жесткой любви Ренджуна, по смеху Юкхея, по поддразниваниям Йери, по детям, которые уже не совсем дети - Ченлэ и Джисон... И Джемин. Он скучает по Джемину На, по звездам в его глазах, по его искрящимся улыбкам, по его мечте, и ох, сердце Джено внезапно заболело. Когда он сказал Ренджуну, что уезжает на поиски своей мечты, он даже не представлял, что это может быть. Теперь, даже когда он отрицает и отталкивает эту мечту, он с поразительной силой осознает, что желает того, чего никогда не сможет иметь. Не в этой жизни. Он любит Джемина На, и ничего не может с этим поделать.

***

На следующее утро они с Яняном отправляются в путь. Их путешествие в Леонум проходит без заминок, за исключением одной встречи с группой бандитов, которых Джено помогает разогнать вместе с Яняном. Держать меч голыми пальцами на лютом холоде - та еще морока, но, по крайней мере, ему не нужно беспокоиться о том, что он заржавеет. Янян тоже неплох. Они доставляют свою первую посылку полной женщине, живущей недалеко от границы между Тестудо и Леонумом. Она настаивает, чтобы они остались на ужин, и предлагает бесплатную комнату на ночь, если они хотят. Это сэкономит им деньги, поэтому они соглашаются. Однако у нее есть только одна свободная кровать, а у Яняна есть привычка воровать одеяла. На следующее утро Джено просыпается, дрожа на полу (он старается не думать о Джемине и о том, как тот всегда обнимает Джено во сне, крепко прижимая его к себе, словно боясь, что тот ускользнет. С Джемином ему всегда тепло). "Леонум и Тестудо действительно выглядят совершенно одинаково", - говорит Янян через несколько дней после того, как они пересекли границу, глядя на бесплодные поля и заснеженные горы. Он облизывает губы. "Но есть одно существенное отличие, которое я могу назвать". "Это?" Джено хмыкает. "Наш король, типа, чертовски древний. Он выглядит так, будто готов в любой момент свалиться с ног и умереть", - говорит Янян совершенно искренне. Его голос понижается до заговорщицкого шепота. "Между тем, я слышал, что король-регент Тэён, принц Марк и принц Донхёк - ахуеть какие горячие штучки". "Действительно", - говорит Джено, забавляясь. Он полагает, что Янян не ошибся, хотя, хотя теперь он думает об этом. Янян кивает. "А принц Марк, говорят, больше заботится о способностях и талантах человека, чем о его знатности. Представляешь? Быть красивым и добрым? Кажется, я уже влюбился". Джено издает небольшой звук признания. Он считает, что Янян имеет тенденцию болтать часами напролет, особенно когда ему нечем заняться. Заставить его остановиться практически невозможно. Лучше всего делать вид, что слушаешь. Часто Джено находит фоновый шум успокаивающим. "Если мы поторопимся и закончим все наши поставки, как ты думаешь, мы сможем заскочить в столицу? Мы точно не успеем на завтрашнюю коронацию принца Марка, но празднование и парады должны длиться всю неделю". Джено прислушивается. "А Кун не рассердится?" - нейтрально спросил он. Он крепче сжимает поводья и тянет коня, чтобы тот шел рядом с Яняном. "Нет, если мы сначала закончим нашу работу. Тогда мы сможем делать все, что захотим", - говорит Янян. Он смотрит на Джено, и между его бровями появляется складка. "Почему ты выглядишь таким незаинтересованным? Разве ты не хочешь посмотреть на королевскую семью? Или представления? Получить бесплатную еду? Напитки?" "Я не знаю", - медленно говорит Джено, пытаясь придумать уважительную причину. "Просто... просто уже почти зима", - неубедительно заканчивает он. На поднятую бровь Яняна он продолжает: "В Леонуме бывает очень холодно - намного холоднее, чем сейчас, когда идет снег, а я забыл взять зимние сапоги и пальто". Янян оживляется. "Ничего страшного! Кун заставил меня взять дополнительную пару". "Этого может быть недостаточно". "Мы всегда можем купить больше одежды. Я всегда хотел попробовать поносить сделанное на заказ Леонумом..." Джено огрызнулся. "Я не хочу идти!" Янян останавливается на полуслове. Он выглядит ошеломленным, и Джено беззвучно ругает себя, чувствуя, как по шее ползет румянец от смущения. Он уже собирается придумывать извинения, но тут Янян прозревает. Его глаза расширяются. "Джено..." Он делает паузу для драматического эффекта. "Ты скрываешься от правосудия?". Джено ошеломленно молчит. Шальная ветка бьет Яняна по лицу, но он не отступает, даже не пытается посмотреть вперед, а выжидающе смотрит на Джено. Он неумолим, когда что-то задумает. Джено вздыхает. "Типа того". "Как это вообще работает?" Лицо Яняна исказилось в замешательстве. "В Леонуме такое бывает? Ты вроде как совершил преступление, и теперь ты вроде как беглец..." Раздается приглушенный звук трубы, и вдалеке взлетает стая птиц. Джено останавливает коня и поднимает руку, фактически затыкая Яняна. Он сжимает рукоять своего меча, оглядывая окрестности. В последнем городе, куда они заезжали, ходили слухи, что принц Марк готовится к битве неподалеку. Он был послан королем-регентом, чтобы усмирить восстание лорда Ауриэля против короны. Это будет его первое настоящее сражение, рассматриваемое как обряд посвящения перед восхождением на трон. Если он добьется успеха, его сочтут готовым и коронуют королем. Чтобы не попасть под перекрестный огонь, Джено провел Яняна коротким путем через лес, но, похоже, он сильно просчитался. Даже сквозь листву слышны звуки лязгающего металла и хриплые крики. Слишком близко. Его собственная лошадь нервно ржет, судорожно перебирая копытами. "Нам нужно ехать", - шепчет Джено, махая рукой Яняну. Янян кивает, нервно сглотнув. Он следует примеру Джено, направляя свою лошадь вперед. Тропа постепенно склоняется к западу, становясь ужасно близкой к звукам битвы. Джено стискивает зубы, не сводя глаз с дороги. Они должны пройти незамеченными. "Мы почти пришли", - говорит он Яняну. "Эм, Джено?" тихо говорит Янян, его немного тошнит. "Возможно, ты захочешь это увидеть". Джено обеспокоенно поворачивает голову, но Янян просто указывает на запад. Проследив за его взглядом, Джено видит источник беспокойства Яняна. Бой теперь виден сквозь небольшое скопление листьев. Он только начался, но с обеих сторон уже лежат груды мертвых солдат, их тела окрашены в темно-красный цвет, у одних оторваны конечности, у других перепутаны внутренности. Полдюжины лошадей бродят свободно, но многие другие пали вместе со своими всадниками, не в силах подняться на ноги. Что касается битв, то это не самое худшее, что видел Джено. Далеко не худшее. И, несмотря на сухое дыхание Янян, Джено остается безучастным. Он ненавидит то, что не дрогнул, ненавидит то, что его дыхание не сбилось, когда всего в нескольких метрах от него другой человек встретил свою смерть от копья. Нет, он не вздрагивает, пока не видит знакомое лицо. Тогда Джено замирает, затаив дыхание. Даже на расстоянии Джемин излучает определенную грацию, его сабля танцует в плавных и быстрых движениях, когда он прорубается сквозь ряды солдат. Его волосы стали длиннее; темные пряди покрывают лоб и падают на глаза. Конечно, на Джемине нет шлема. Конечно, он легко бронирован, предпочитая скорость защите. Конечно, твою мать. Сейчас он так же безрассуден, как и тогда. Разница лишь в том, что теперь Джено не прикрывает его спину. Вместо этого, похоже, Джемин прикрывает кого-то другого. Джено не узнает стоящего рядом с ним рыцаря, с ног до головы закованного в сверкающий металл. "Ты знаешь, кто это?" - спрашивает он Яняна, когда тот приходит в себя. Он все еще выглядит немного бледным и прикрывает нос и рот рукой, чтобы заглушить запах крови. "А?" Янян прищурился. "Кажется, это Джемин На? Лидер Черных Койотов, недавно получивший титул виконта и будущий почетный рыцарь принца Марка? Удивительно, как многого он добился, несмотря на то, что родился простолюдином". "Я имел в виду того, кто рядом с ним". "Не знаю. Может быть, его второй командир?" Джено неудовлетворенно пожевал нижнюю губу. Он слишком крупный, чтобы быть Ренджуном, но слишком маленький, чтобы быть Юкхеем или Джисоном. Никто другой из группы, кто сражался бы таким мечом, не приходит на ум. Это должен быть кто-то из королевской армии или новобранец. В любом случае, незнакомец для Джено. Он наблюдает, как неизвестный рыцарь и Джемин сражаются бок о бок, их мечи без устали обрушиваются на противников, работая в тандеме. На нетренированный взгляд кажется, что они равные партнеры, но Джено замечает, что время от времени Джемин парирует удар, направленный на другого рыцаря. Он всегда знает о местонахождении другого, всегда проверяет, все ли с ним в порядке. И никогда не бывает наоборот. Не то чтобы другой рыцарь был неумелым - далеко нет, если честно, но Джемин все равно прикрывает его, а другой рыцарь просто доверяет ему и идет вперед. Между ними существует странный дисбаланс сил, который Джено не может понять. Однако это работает, и они добиваются значительного прогресса на линии фронта. Судя по всему, армия Марка будет на стороне победителей. И все же зеленоглазый монстр в Джено поднимает свою уродливую голову. Он мог бы сделать лучше. Он мог бы сражаться и прикрывать спину Джемина. (И он так и делал, пока не ушел.) "Черт, это выглядит не очень хорошо", - шипит Янян. Он дергает Джено за рукав. "Нам нужно идти, Джено". Джено обращает свое внимание на другую сторону. Лорд Ауриэль еще не сдался, и Джено с трепетом наблюдает, как выкатывают ряды железных пушек, каждая из которых уже наполнена порохом и снабжена запалом. Этот ублюдок пришел подготовленным. Здесь так много пушек - вероятно, он потратил на это все свои деньги - и Джемин и остальные никак не могут успеть уйти. "Джено, уходим!" повторяет Янян, его охватывает паника. Джено не может заставить себя сдвинуться с места. Он хочет накричать на лорда Ауриэля, встряхнуть его за его глупость. Расстояние от линии фронта до пушек ошеломляющее. Это самоубийство. Армия Ауриэля пострадает от взрывов. Только тыл обеих армий будет в безопасности, и, скорее всего, именно там находятся лорд Ауриэль и Марк, чтобы принять командование. (Джено всегда уважал Джемина за его готовность ринуться в бой сломя голову, а не отсиживаться в далеком шатре, как большинство других командиров). Погибнет еще столько людей. Просто так. Там наверняка сражаются и другие члены "Черных койотов". Они все тоже погибнут. Джемин умрет. Это единственная мысль, которая проносится в голове Джено, когда он срывает кольцо с ожерелья и надевает его на палец. Эффект мгновенный. Каждую ночь Кольцо Львов пульсирует на его груди, пульсируя невоспетым волшебством - но сейчас, на его большом пальце, оно молчит. С другой стороны, весь остальной мир вдруг стал таким громким. Если Джено сосредоточится, он сможет услышать низкий гул деревьев и свист падающих листьев. Он чувствует отголоски каждого металлического лязга, срабатывания каждого запала, стон каждой пушки, готовящейся к взрыву. Сердцебиение Джемина. Медленное. Устойчивое. Спокойствие даже посреди всего этого хаоса. Джено вдыхает вместе с ним. Его тело пульсирует в реальности. Он чувствует, как магия струится под его кожей, все глубже и глубже, как подземная река, течет по его венам. На мгновение он чувствует одновременно все и ничего, а потом, как раз перед тем, как это становится слишком сильно, магия вырывается наружу. В одну секунду он уже рядом с Яняном, передающим ему поводья лошади, а в другую - стоит перед Джемином и неизвестным рыцарем, вытянув руки вперед и обратив ладони к небу. Пушечные ядра, летящие в его сторону, останавливаются, зависнув в воздухе. Джено сжимает пальцы в плотный кулак, уничтожая огонь и оставляя лишь гнутые железные снаряды. Они с грохотом падают на землю, а остатки пороха рассыпаются, окрашивая землю в пепельно-черный цвет. Еще один щелчок пальцами - и вся армия лорда Ауриэля обезоружена, их оружие на короткую секунду зависает в воздухе, а затем бесцеремонно падает на землю. Вот так просто битва закончилась. Долгое мгновение никто не двигается. Облака понемногу рассеиваются, пропуская солнечный свет. Джено чувствует тяжесть всеобщего взгляда, когда Кольцо Львов ловит свет и мерцает расплавленным золотом, ярким и вечным. Кажется, что время остановилось. Затем лев, выгравированный на кольце Джено, рычит, вдыхая жизнь в саму землю и побуждая всех на поле к действию. Мужчины и женщины с обеих сторон опускаются на правые колени и склоняют головы в благоговении. Даже дрожащие лошади трусят. Издалека Джено замечает лорда Ауриэля, который, спотыкаясь, выходит из своей палатки в задней части поля. Он сердито кричит на своих солдат, недоумевая, почему он не услышал ни одного взрыва. Наконец, не получив ответа, он смотрит вверх, прямо на Джено, затем на золотое кольцо на его большом пальце. Его челюсть широко раскрывается, прежде чем он тоже падает на колено. "Джен, это ты?" Это не Джемин, но голос кажется ужасно знакомым. Джено оборачивается, но у него такое чувство, что он уже знает, что увидит. Неизвестный рыцарь в сверкающем металле спускается с коня и снимает шлем, открывая взору пучки вьющихся каштановых волос и выдающиеся скулы. Он осматривает Джено с головы до ног, принимая во внимание кольчугу львов, его поношенную рубаху и бриджи, меч, висящий у бедра. Даже спустя столько лет глаза его кузена остаются добрыми, без осуждения. "Давно не виделись, Марк", - слабо пытается Джено, чувствуя себя не в своей тарелке. Ему следовало бы знать лучше, чем предполагать, что Марк будет сзади. На самом деле он возглавлял атаку рядом с Джемином, рискуя своей жизнью вместе со своими людьми. Марк сморщил нос, когда улыбнулся, озадаченный, но все равно восхищенный. Он опускает меч и щит и нерешительно делает два шага вперед. На его доспехах видны пятна крови, но Джено не обращает на это внимания, шагнув в теплые объятия Марка и положив подбородок ему на плечо. "Я думал, ты умер", - говорит Марк. Его голос срывается. "Я думал, что больше никогда тебя не увижу". Плечи Марка начинают трястись, и Джено чувствует, как что-то мокрое просачивается сквозь рубашку - слезы. Джено зажмуривает глаза. Он хотел бы по-настоящему насладиться этим моментом с Марком, но когда он снова открывает глаза, то сталкивается с последствиями своих действий. Ряд за рядом, члены королевской армии и Черные Койоты все еще стоят перед ним на коленях. Как будто он выше по званию. Как будто он их король. Единственный, кто остался стоять, кроме Марка, это Джемин. Он соскользнул со своего жеребца и просто стоит там с опущенным мечом. Когда их взгляды встречаются, Джено слышит резкий вздох Джемина, и его губы раздвигаются от удивления. Его глаза, когда-то наполненные звездами и всем прекрасным и ярким, темнеют. Джемин выглядит так, будто весь мир предал его, и Джено действительно не может его винить. Почему-то, когда Марк крепче прижимает его к себе, Джено тоже хочется плакать.