Мой мир - только ты

Джемин приводит Джено на встречу с Черными Койотами. Поначалу это немного неловко, и никто не знает, как реагировать. Некоторые из новобранцев даже падают на колени, пока он не велит им подняться. Остальные держатся в стороне. Больно видеть, как они вдруг ведут себя так отстраненно и формально, но он полагает, что это вполне объяснимо. Он ушел как один из них, а вернулся королем. Потом к нему подходит Ренджун и первое, что он говорит: "Долго же ты продержался, придурок", а затем притягивает Джено в крепкие объятия, зарываясь лицом в его грудь. Если Джено и чувствует, что что-то мокрое просочилось сквозь воротник его рубашки, он об этом не говорит. Юкхей следует за ним, обхватывая руками Джено и Ренджуна. Он поднимает их в воздух и кружит, пока у Джено не закружится голова. Ренджун неистово бьет Юкхея по бицепсу, зажатый между ними. "Я не могу дышать!" "Упс", - говорит Юкхей с ехидной ухмылкой. Он отпускает Джено, но поднимает Ренджуна обратно, неся его, как невесту, продолжая кружить его, несмотря на его протесты. Затем он чмокает Ренджуна в щеку и еще раз в уголок его глаз, вытирая слезы, прежде чем отпустить его. Лицо Ренджуна становится ярко-красным. "Ни слова не говори", - угрожает Ренджун, видя улыбку Джено. Джено только шире улыбается, глаза становятся полумесяцами. Судя по реакции остальных, в этом нет ничего нового. Он немного разочарован тем, что пропустил все те поддразнивания, которые, должно быть, происходили на начальных этапах их отношений, но он рад за них. После этого напряжение спадает. Новички все еще держатся неуверенно, но те, кто знал его раньше, приветствуют его дружеской улыбкой и объятиями. Кроме Йери. Она бьет его кулаком в живот, прежде чем обнять. Месть за то, что заставил ее волноваться, вот что она сказала. Джено ценит честность. Однако кое-кого не хватает, и Джено уже собирается спросить Джемина о его любимом дуэте, когда он слышит знакомый крик на другой стороне сада замка. Прежде чем он осознает, что делает, он пробирается сквозь толпу, ускоряя шаг, чтобы найти источник звука. Толпа легко расступается перед ним. Под белой решетчатой аркой с лицом, скрытым в тени, стоит Ченлэ. На буксире прибывает Джисон. Они опаздывают. Похоже, Джемин не объяснил им, зачем он созвал собрание, и теперь они смотрят на Джено так, будто только что увидели привидение. Он не уверен, стоит ли ему обижаться или нет, но Ченлэ не дает ему ни секунды на раздумья, прежде чем броситься к нему в объятия. "Наконец-то ты пришел к нам", - радостно говорит Ченлэ. Джено обнимает его в ответ. "Извини, что так долго". На мгновение Джисон шарахается в сторону, стесняясь потирать руки. "Не стесняйся, Джисони", - смеется Джемин. "Это всего лишь Джено". "Просто я", - любезно повторяет Джено. И Джисон идет вперед, гораздо тише, чем его лучший друг, но так же искренне. Джено покачивается под их общим весом, пока Джемин не поддерживает его. В конце концов, после первого момента замешательства, им все равно, что он король. Неважно, как долго его не было и сколько секретов он скрывал; для них он всегда будет членом семьи Черных Койотов. В конце концов, большинство Черных Койотов расходятся, оставляя Ренджуна, Юкхея, Ченлэ и Джисона с Джено наедине. Джемин тоже остается, но его оправдывает то, что он - почетный рыцарь короля, и теперь, когда Джено больше не запирается в своей комнате, он должен выполнять свою работу и сопровождать его, куда бы он ни пошел. Они отправляются в комнату под названием Солнечная. Она находится в самой высокой точке замка, здесь больше всего света, а снаружи постоянно дежурят два охранника, которых Джено отстраняет. Комната не рассчитана на такое количество людей, как Большой зал, но здесь достаточно места, включая камин, который один из слуг разжигает перед уходом, стол со свежей выпечкой, к которому быстро тянутся Джисон и Ченлэ, и два длинных дивана, задрапированных меховыми одеялами. Юкхей и Ренджун монопольно занимают одну из них. Джено занимает место на другом, а Джемин остается стоять, любуясь гобеленами предков Джено на стене. "Итак, - говорит Ченлэ, откусывая пирожное с заварным кремом. Он устраивается на диване рядом с Джено: "Чем ты занимался? Ну, знаешь, все эти восемь месяцев, пока тебя не было?". "Ты снова стал наемником?" спрашивает Джисон. "Не совсем", - говорит Джено. Он почесывает шею. "Я работал в почтовой службе". Это напомнило ему, что нужно написать письмо Куну и Гильдии посланников, объяснив свою ситуацию и поблагодарив их за гостеприимство. Он подумает, можно ли послать еще и подарки. Что касается Яняна, то Джено с чувством вины думает о том, как он, должно быть, удивился, когда Джено оставил его на поле боя. Если Янян будет следовать намеченному графику доставки, то Джено сможет выяснить, какой город он посетит следующим. Он пошлет гонца, чтобы доставить письмо вовремя. Янян заслуживает этого, как минимум. "О?" спросил Ренджун. "Какая служба?" "Гильдия гонцов". Когда его встречают пустым взглядом, он уточняет: "Это в Тестудо". Джемин, наконец, присоединяется к ним на диванах, прижимаясь плечами к Джено в молчаливой поддержке. Он уже знает все это, но остальные заметно удивлены. "Тестудо?" Юкхей проболтался. "Страна, с которой мы воевали? Тот, кто убил..." Ренджун подталкивает его локтем, и Юкхей зажимает себе рот. Тем не менее, вопрос повис в воздухе. Все здесь сражались против тестудских солдат, и это не то, что можно легко забыть и простить. Тем более что Тестудо до сих пор отказываются признать себя виновными в убийстве королевской семьи. "Моих родителей убили не тестудские убийцы", - объясняет Джено, сглатывая комок в горле. Теплое присутствие Джемина успокаивает его, и он наклоняется к нему: "Это был мой дядя. Он предал моих родителей. Пытался убить и меня". "Но он был тем, кто начал войну. Люди поддержали его, потому что думали... Разве это не делает войну фикцией?" спрашивает Ченлэ. Он колеблется. "Когда мы сражались на войне, разве все это было бессмысленно...?" "Нет, это было необходимо", - вклинивается Джемин. "Начало войны могло быть бессмысленным, но когда мы присоединились, мы закончили войну. Это все, что имеет значение". И он не ошибается. Когда Тэён пришел к власти, он пытался призвать к прекращению огня, но к тому времени Тестудо отказались отступать. Джемин возглавил "Черных койотов" и помог королевской армии сразиться с Тестудо, поэтому их быстро заставили сдаться и подписать мирный договор. "Это само собой разумеется, но вы, ребята, не должны никому рассказывать о моем дяде", - говорит Джено. "Люди поставят Марка на одну сторону с его отцом, хотя он и не участвовал в этом". Остальные кивают, понимая. На них опускается мрачная тишина. Джено смотрит на камин, на то, как языки пламени извиваются и колышутся, двигаясь то в одну, то в другую сторону, и потрескивают, сжигая сухие дрова. Снаружи по краям оконных стекол ползет иней. Он еще глубже зарывается под одеяло. "Итак, - начинает он снова. "Как вы, ребята, поживаете?" Ченлэ оживляется. "Король-регент Тэён - ну, думаю, теперь это канцлер Тэён - очень классный. Он помог мне с проблемой чтения. Буквы все еще путаются, но он очень терпелив, гораздо больше, чем мой прежний наставник и родители". "Принц Марк дает мне уроки боя на мечах", - добавляет Джисон. "Джемин был тем, кто учил тебя первым, верно?" спрашивает Джено. Из того, что он видел, Марк хоть и опытный, но Джемин все равно лучше. "Да, но я уже научил его всему, что знаю. Кроме того, у нас с Марком разные стили", - отвечает Джемин вместо Джисона, пожимая плечами. Он улыбается и вытирает крошки из уголка рта Джисона, а Джисон отшатывается в негодовании. "Парень как губка. Он всему научится". "Да, принц Марк довольно крут", - подхватывает Юкхей. "А его жених..." Он смотрит на Джено. "Я имею в виду, что принц Донхёк гораздо более спокойный, чем кажется. На самом деле он очень забавный". "Они все милее, чем мы думали", - хлопает в ладоши Ренджун. "Но больше всего мне здесь нравится то, что мы больше не находимся в постоянном движении. Боже, я уже устал от необходимости разбивать лагерь каждые два-три дня". "Быть частью "Черных койотов" как наемной группы было весело, но теперь, когда мы также являемся совместной частью королевской армии, стало намного безопаснее", - говорит Ченлэ. Он торжествующе смотрит на всех. "Я не хочу больше терять своих друзей и семью". Они все издают звуки согласия. "А ты, Джено?" неожиданно спрашивает Ренджун, прислонившись головой к плечу Юкхея. Его взгляд становится острым. "Теперь, когда ты вернулся, тебе здесь нравится?" Джено моргает в ответ. Хотя он считает, что иметь стабильность в жизни полезно, он всегда был скорее странником: в детстве предпочитал исследовать территорию замка, а не посещать уроки, странствовал как одинокий наемник, путешествовал с Черными Койотами, потом с Яняном в Гильдии. Ему никогда не нравилось оставаться на одном месте, и он думал, что остальные чувствуют то же самое, но, похоже, они неплохо здесь устроились. Под меховым одеялом он чувствует, как рука Джемина прижимается к его руке, между ними пульсирует Кольцо Львов. Джено не оглядывается, но их пальцы сцепляются. "Я не ненавижу это"

***

В последующие дни - в уединении комнаты Джено или в темных тенях коридоров, на нижних этажах, где никто не рискует появляться, на балконе, где единственным источником света является луна, в перерывах между украденными мгновениями - он и Джемин трахаются так, будто у них не хватает времени. Иногда он наклоняет Джемина над столом и шепчет сладкие комплименты, целуя его позвоночник, наслаждаясь звуками, которые издает Джемин, придыхательными и сладострастными. Иногда он скачет на Джемине до тех пор, пока тот не вскрикнет, и Джено срывается с него, его бедра наконец-то поддаются, и он упирается головой в грудь Джемина. За то короткое время, что у них есть, они исследуют друг друга, вгрызаясь в кожу и осторожно прослеживая оставленные следы. В каждом поцелуе чувствуется, что под ним что-то скрывается, что-то значимое и достойное того, чтобы держаться за него, но когда они выходят из тени и луна исчезает, они вынуждены делать вид, будто ничего не произошло, сохраняя должную дистанцию между королем и его рыцарем. Джено берет свои слова обратно. Он ненавидит это место. Ненавидит прятаться. Ненавидит быть королем. Заседания Большого совета не становятся лучше. Герцог Белламор, будучи генералом королевской армии, выражает свое недовольство, выступая против каждого решения Джено. Несмотря на то, что слово Джено всегда абсолютно, в совете растет несогласие, подталкиваемое герцогом. У Джено возникает искушение выгнать его из совета, но Марк отговаривает его. Чертова политика. Стены замка, кажется, смыкаются с ним с каждым днем. Празднества снаружи длятся всю неделю. Днем улицы заполняются людьми в зимней одежде, толстых шерстяных куртках, шарфах и меховых рукавицах. Они едят теплый суп и свежую выпечку - все это предоставляется бесплатно, любезно предоставленное новым королем. Дети бегают вокруг, неся маленькие версии флага Леонума, их дыхание заметно, когда они охают и ахают над безделушками, которые торговцы продают на углах улиц. Часто можно увидеть ребенка с плохо сделанной копией Кольца Львов на большом пальце, тускло поблескивающем под зимним солнцем. Джено видит все это с балкона своей комнаты или через окна Солнечной комнаты, иногда вместе с Черными Койотами, иногда с Марком и Донхёком - всегда с Джемином. Он избегает появляться на людях до последнего дня празднования, когда его присутствие обязательно. Сейчас он и Джемин - единственные в Большом куполе, расположенном на одном из трех холмов столицы. Все остальные ждут снаружи. "Ты нервничаешь?" спрашивает Джемин. Джено гримасничает в ответ. Он слышит приглушенные голоса восторга снаружи; это первый раз, когда простые люди получают шанс увидеть его лично. "Тебе обязательно спрашивать?" - говорит он, делая глубокий вдох. Он кладет в карман письмо, полученное сегодня утром от Яняна. Он уже прочитал его. "Я тоже нервничаю", - тихо признается Джемин. Он жестом показывает на корону Джено, криво сидящую на его голове. "Можно мне?" По кивку Джено, Джемин делает шаг ближе и осторожно поправляет корону. Закончив, он не отходит, а кладет руки на плечи Джено, ища в его глазах разрешения. Джено делает глубокий вздрагивающий вдох, боясь нарушить вновь обретенную тишину. Ему кажется, что его сердце вот-вот выскочит из груди: то ли из-за предстоящей речи, то ли из-за внезапного напряжения в комнате, он не может сказать. Но у них есть всего несколько минут, и будь он проклят, если не воспользуется ими по максимуму. Он наклоняется ближе, чтобы прикоснуться к Джемину. Рука Джемина обхватывает его челюсть, чтобы притянуть к себе для поцелуя, и Джено встречает его на полпути. Знакомая боль в костях Джено, искра желания, проносящаяся по венам, заставляет его мозг не функционировать. Его кожа горит. Его разум статичен. Вот до чего доводит его Джемин: он сгорает от возбуждения от одного поцелуя, от легкого прикосновения к его коже. Они двигаются медленно, неторопливо. Джено нравится вкус губ Джемина, слегка потрескавшихся от сухого холода, но все еще мягких и сладких. Он удовлетворенно мычит и облизывает нижнюю губу Джемина, безмолвно прося войти. Джемин подчиняется и с нетерпением подается вперед, его губы распахиваются, их языки, теплые и скользкие, прижимаются друг к другу. Они целуются с каким-то безрассудным желанием, слишком далеко зашедшим, чтобы беспокоиться о том, что их могут поймать. Опасно делать это прямо перед торжественным открытием, но лучшего времени Джено не придумать. "Ваше Величество?" Они с Джемином тут же отпрыгивают назад, когда охранник стучит в дверь. К счастью, дверь остается закрытой. "Да?" восклицает Джено, торопливо вытирая рот и поправляя плащ, сбившийся на одно из плеч. Джемин улыбается и поправляет его корону, в последний раз. "Пора." Двойные двери Большого купола выходят на городскую площадь, где на постаменте гордо восседает огромная белая статуя льва, наблюдая за всеми. Сотни людей тесно прижимаются друг к другу, пытаясь получше рассмотреть своего нового короля. Это он победил лорда Ауриэля и его армию одним взмахом руки, - шепчутся они между собой. Когда Тэён объявляет о своем присутствии, и Джено наконец появляется в поле зрения, его шаг эхом отдается на беломраморной платформе, вся площадь затихает, и по ней проносится благоговейный трепет. Никогда еще вес его короны не казался таким тяжелым, кольцо на его большом пальце пылало. "Моему народу, который я очень люблю", - говорит он, и кажется, что это слова Марка, а не его. Он смотрит на толпу. Как бы ужасно это ни звучало, все они для него чужие, и все же он здесь, утверждает, что любит их. Несмотря на то, что он не может оглянуться, он чувствует присутствие Джемина позади себя, который поддерживает его. Джено вдыхает, его легкие жжет хрустящий воздух. Он начинает снова: "Почти двенадцать лет я пропадал без вести. Я пренебрегал своим долгом носителя Кольца Львов и наследника трона. Многие другие внесли гораздо больший вклад в это королевство, чем я, и все же именно я стою перед вами как король, и именно я благословлен вашими песнями похвалы и восхищения". Он отступает от сценария, и Джено видит растерянный взгляд Тэёна и то, как напряглось тело Марка, все его мышцы застыли на месте, настороженные тем, что последует дальше. Лицо Донхёка тщательно замаскировано, но в его глазах беспокойство. Джено раскидывает руки. Лица перед ним расплываются, и он предпочитает смотреть на серое небо. Что-то мокрое и холодное падает ему на лицо, и ох, начался снег. "Поэтому я пришел среди вас в это время, не для отдыха и развлечений, но решившись, неся в себе огромную силу, которую даровало мне Кольцо Львов, отдать свою жизнь за королевство Леонум, свою честь и свою кровь", - на этот раз он следует сценарию, красивые и бессмысленные слова. Он слышит звук вынимаемого меча и резкий свист, рассекающий ветер. Кто-то выкрикивает предупреждение в толпе, и Джено видит в периферийном зрении яркое серебро сабли Джемина. Ему вспоминается их первая встреча, когда Джемин собирался пронзить его шею, а Джено почти призвал силу кольца. Тогда Джемин остановился раньше, чем успел. Время замедляется. Хрустальные снежинки висят в воздухе, не двигаясь. Джено чувствует, как в основании большого пальца зажигается искра, просящая вырваться на свободу и сжечь весь холод, но он подавляет ее. По какой-то причине он чувствует, что именно так и следует поступить. "Делать то, что правильно", - заканчивает он сценарий, четко и ясно. На этот раз Джемин не останавливается. Джено позволяет ему. Их взгляды встречаются, когда острие клинка Джемина пронзает живот Джено. Звезды в глазах Джемина - иногда яркие, иногда тускло мерцающие, но всегда присутствующие - медленно гаснут, одна за другой. Кожа к коже. Конечности, запутавшиеся между простынями. Склонность Джемина обниматься во сне, излучая такое сильное тепло, что Джено кажется, будто их кожа плавится. Солнечные лучи пробиваются сквозь занавески, окрашивая спину Джемина в бело-кремовый и золотой цвета. Джено сдвигается, и Джемин поворачивается, чтобы посмотреть: его беспорядочные волосы падают на глаза, на щеке красная полоса от подушки. Наклон головы. "Я люблю тебя", - говорит Джено, задыхаясь, безнадежно. Джемин смотрит в ответ. Джено открывает рот, но вместо слов по его губам течет кровь. Он задыхается, чувствуя, как холодное лезвие погружается в его живот, вгрызаясь в него. Стражники вскакивают и бросаются вверх по ступеням на платформу. Кто-то кричит. Возникает хаос. Джено никогда не чувствовал себя так спокойно. Все вокруг так тихо. Он слышит только приглушенный звук падающего снега. Словно кольцо создало вокруг них с Джемином барьер, непроницаемый для остального мира. Каждый подбегающий стражник отбрасывается в сторону, словно ничего не весит, а стрелы бесполезно падают на мраморный пол. Он видит, как Марк кричит, а Ренджун приказывает людям двигаться, но не слышит ни слова из того, что они говорят. Затем Джено понимает, что лежит, его голова лежит на коленях у Джемина, а тот ласкает его щеку, на его руках кровь. Джено с трудом дышит, выплевывая все больше крови. Боль пронзает его живот, как клеймо - очень горячая боль. Такого жара он и представить себе не мог, его внутренности словно подожгли, сжигая его заживо. Его тело содрогается, пытаясь выгнуться. Глаза Джемина расширяются, а его руки болтаются, но он ничего не может сделать, чтобы облегчить боль. Джено наблюдает, как муки, горе, вина, сожаление, все ужасные эмоции, которые он может назвать, промелькнули в глазах Джемина, прежде чем он закрыл их, сдерживая слезы. Его дыхание бледнеет на фоне оцепеневшего воздуха, он задыхается рядом с Джено, его грудь вздымается, словно он страдает от той же раны. Джено хочет утешить его и сказать, что все это к лучшему, что это даже радует его, потому что это значит, что его любовь не безответна. Но его губы не шевелятся, тело медленно немеет, и он задыхается, чтобы удержаться. На балконе во время победного бала. Ренджун сказал: "Говорят, что кольцо львов имеет приоритет над королевской родословной. Тот, кто его носит, имеет право на трон, даже если он простолюдин". "Однако его не так-то просто просто отдать", - говорит Джено. "Кольцо требует кровавой жертвы от того, кого ты любишь. Смерть моего отца была ценой, которую я заплатил". "Значит, кольцо может быть только у твоего ребенка?" "Нет. Хотя по традиции оно передается от короля к принцу, от отца к сыну, это не обязательно". "То есть?" "Если бы кто-то другой хотел получить это кольцо, он должен был бы любить меня, и я должен был бы умереть". Отдаленно он осознает теплые капли слез, стекающие по его замерзшим щекам, и голос Джемина, шепчущего: "Прости, прости, прости", снова и снова, как мантру, прежде чем сорваться. "Ты не заслуживаешь этого. Ты самый добрый, самый смелый человек, которого я знаю. В тебе есть эта магия, и это не из-за кольца. Блять, ты этого не видишь, но ты несешь надежду и свет, куда бы ты ни пошел; никто еще не встречал тебя и не полюбил тебя- твое упорство, твою преданность, просто твою доброту. Ты не такой, как я, ходячий парадокс со слабыми амбициями и эгоистичным сердцем". Джемин тяжело вдыхает, прежде чем продолжить, быстро, отчаянно: "Твоя жизнь стоит больше, чем золотая корона и кровавое кольцо. Это не то, чего я хотел. Все это блять не имеет значения. Я давно перестал мечтать стать королем... просто хотел, чтобы ты был рядом со мной. Все, что меня волнует - это ты. Подожди, Джено, еще немного. Я обещаю, что все будет хорошо, ты просто должен пройти через это. Я не могу потерять..." "Все... хорошо", - пробормотал Джено между резкими вдохами. Он слегка кашляет. Брызжет кровь. Он еще не хочет уходить, но его зрение начинает исчезать в черноте. Он впивается пальцами в руки Джемина, наклоняет голову, чтобы рассмотреть его лицо, желая запечатлеть его в своей памяти. Мягкие, пыльные крупинки снега блестят на длинных ресницах Джемина, когда он продолжает безуспешно моргать. Его румяные щеки испачканы слезами и инеем. Его глаза, когда-то наполненные звездами, выглядят такими потерянными. Джено хочет извиниться, просто за то, что стал причиной такой душевной боли, за то, что нарушил обещание никогда не отдавать свою жизнь за Джемина, но в то же время он не жалеет об этом. Он скорее отдаст свою жизнь, чем наоборот. Он рад, что все получилось именно так, хотя это и очень больно. Джемин опускает голову. Он что-то говорит, но зимний ветер ловит его голос и уносит его прочь. Джено требуется вся его сила воли, чтобы оставаться в сознании, поскольку все вокруг расплывается и черные пятна заполняют его зрение. Тем не менее, он различает движения губ Джемина, и когда он понимает это, он чувствует, как его собственные губы кривятся. Он уже знает. "Я тоже тебя люблю". Сердцебиение Джено замирает.