Запереть

Половицы под ногами тихо скрипят, пока юноша еле передвигает трясущиеся ноги вперёд. Он вспотел за всю ночь и, недавно проснувшись, Ханагаки уже думал, что температура сошла, но она вернулась с новыми симптомами, более сильная и неожиданная, оседая ещё сильнейшей головной болью в висках. Его мучила сильная жажда, а принятие душа после потливого утра — дело сейчас не самое заманчивое для затуманенного разума. Думать вообще невозможно, всё тело темноволосого словно разваливалось по частям. Такемичи и вовсе не знал, отчего его давление так резко подскочило, когда он его измерил. Присев на кухне за табуретку и налив воды, голубоглазый уставился куда-то вперёд, пока мозг старательно прокручивал воспоминания минувших дней.

Мальчик стоял рядом с площадкой, смотря на какую-то банду среднеклассников, окруживших одного ребёнка его же возраста. Что-то вспыхнуло в голове, и Такемичи резко подорвался на помощь, загораживая спиной застывшего мальчика.

      — Не трожьте! — стараясь сделать свой голос твёрже, восклицает Ханагаки.

Похоже, теперь объектом для интереса стал он. Темноволосого схватили за шарф, поднимая вверх, из-за чего он старался встать на носки и вдохнуть немного воздуха, ведь от неожиданности он мигом всё выдохнул, когда его схватили. Шапку отбросили в сторону, и можно было почувствовать мелкий холодок, неприятно пробегающий по коже. Хоть в Японии не так уж и холодно зимой, но что сказать про мальчика, который не любил холод? Он был мерзлявым, часто жаловался в детстве на сквозняк и прочее.

      — У меня есть идея получше, — довольно говорит подросток, давая пощёчину уже прослезившемуся Такемичи. — Давайте разденем этого придурка и оставим где-нибудь!

Компашка неприятных людей отвратительно засмеялась, перекидывая из стороны в сторону испуганного Ханагаки.

Он просил остановиться, его кисти сжимали так сильно, перед тем как толкнуть вперёд, что терпеть это было сложно. Расплаканный Такемичи смотрит в сторону и уже думает, что бедный мальчик успел сбежать, но какое же было удивление, когда тот спокойно стоял и просто смотрел на него. Значит, он всё неправильно понял? Тот их друг?

От этих мрачных воспоминаний его всего передёргивает, и до ушей наконец доходит звук щёлкнувшего чайника. Его объяло странное чувство дежавю, но вспомнить, откуда оно, так и не смог. А есть ли у Ханагаки друзья? Семья, которая поддерживает его и хоть иногда связывается с ним? А коллеги хоть раз разговаривали с ним помимо смены на работе?       — Странно, не могу вспомнить, — усмехается он, отпивая чай с любимой кружки, которая выглядела слишком изжитой: везде трещинки, что казалось, немного сжать ладонь, и она раскрошится на глазах, и тёмные разводы, оставшиеся после значительных литров кофе и чая. В его дверь кто-то стучится, на секунду заставив зрачки хозяина дома стократно увеличиться. У Такемичи нет никакого желания вставать и проверять, даже если это тот самый воображаемый силуэт из снов, пугающий до смерти. Однако, слышится настойчивый и знакомый голос, заставляющий подорваться к двери и отворить её.       — Менеджер, что вы тут делаете? — спрашивает Ханагаки, прислоняясь к дверному проёму.       — Я ведь просил: если станет плохо, предупредить. Мужчина отодвинул еле стоящего и прошел внутрь. В квартире было более менее убрано, но не достаточно. Хозяину дома стало немного стыдно, однако он додумался, что этого гостя точно никто не звал.       — Откуда вы знаете мой адрес?.. Этот мужчина, который вечно холодно относился к нему, с чего бы он вдруг резко заинтересовался никчёмным парнем, живущим не самой лучшей жизнью?       — Вне работы зови меня Наото, — поворачивая голову к удивленному парню, продолжает тот. — Наото Тачибана, младший брат Хинаты Тачибаны.       — Э? А разве вас зовут не…       — Это имя поддельное, — перебивает его Наото, проходя в гостиную. — Нам нужно поговорить. Это касается моей сестры.

***

Ханагаки сидел в полнейшем шоке, слушая всё более сложную речь юноши, оказавшемся младше, чем он! А ведь с грозным и суровым лицом тот выглядел старше, чем сейчас, когда расслабленно попивал чай.       — Короче говоря, моя сестра пропала несколько лет назад. И последний, кто с ней тогда общался, был никто иной, как ты.       — Я? Эм, прости, но я не могу вспомнить… — на этом моменте гость резко вскочил, схватив вздрогнувшего юношу за воротник пижамы и достав пистолет, указывая дулом в голову хозяина.       — Тебя должны давным-давно были отправить на допрос, но, по происшествию странных случаев, ты оказался глубоко в архиве, оставив от себя одну-две строчки. Не кажется ли тебе это слишком странным? Ханагаки начал дышать глубже, чувствуя неприятное удушение и липкий страх, но все эти ощущения притупливались из-за его ломящей температуры. Но стоило Тачибане почувствовать сильный жар, коснувшись непреднамеренно лба, так сразу отстранился, удивлённо глядя теперь на громко вздыхающего парня.       — Да у тебя же температура! — ударяя себя по лицу, говорит Наото, понимая, что чуть не сорвался. — Прости, пожалуйста, я не спал два дня, и вот, когда нашёл на тебя два документа, так времени не стал терять.       — Ч-Что?.. — спрашивает Ханагаки, перед тем как упасть на диван, прикрыв ладонью горящее лицо.       — Ох, чёрт, — произносит гость, осматривая комнату. — Где аптечка стоит?       — У меня закончились лекарства, вчера последние таблетки выпил…       — Выпил? Что ты выпил? — вертя головой из стороны в сторону, спрашивает Тачибана, резко останавливая взгляд на валяющейся в углу пустой упаковки каких-то таблеток. — А сколько ты принял?       — Н-н… Не помню… — еле выговаривая, лепечет Такемичи. Подойдя поближе, Наото вскидывает брови, снова оборачиваясь к заснувшему парню.       — Тут нет названия таблеток, где ты это взял? Конечно, в ответ ничего так и не последовало, поэтому он лишь вздохнул, подходя к сопящему и беря его на руки, чтобы перенести в постель.       — Где его ключ?.. Сразу находя объект, Наото устало смотрит назад, на спящего Ханагаки, который может привести его к хоть малейшей зацепке о пропавшей сестре. Неужели ему снова нужно будет объяснять только что потерявшему сознание парню об этом всём? Он вышел с квартиры, запирая её на замок. Однако, только хотев отойти, Тачибана резко останавливается, поворачивая голову и испуганно глядя в пустой коридор. Показалось?

***

Темнота поглотила всё пространство, что в первые секунды сразу насторожила только проснувшегося Такемичи, пытающегося приподняться. Похоже, сейчас уже был вечер. Слышен позади скрип, и он подскакивает от неожиданности. Свет мигом разлился по помещению, давая тьме место в тени предметов комнаты. Проморгавшись, Ханагаки видит спокойное выражение лица Тачибаны, который сразу подошёл поближе и поставил поднос с едой и питьем рядом на низкий столик.       — Что случилось? — пытается вспомнить голубоглазый, получая сразу ответ.       — Ты отключился, — вытянув что-то из кармана, Наото показал пустую упаковку с-под таблеток, завернутых в маленький пакет, владельцу квартиры. — Из-за этого. Знаешь, что это?       — Нет, — честно ответил Ханагаки, силясь вспомнить, где уже видел раньше эти капсулы. До него не сразу дошло, поэтому он удивлённо раскрыл губы в немом вопросе, смотря то на упаковку, то на Тачибану. — Я их выпил как жаропонижающее.       — А где ты их взял? — прищурив глаза, спросил полицейский.       — Они лежали в моей аптечке… Вроде, я там оставлял только жаропонижающее, поэтому думал, что это мои таблетки…       — К тебе кто-то приходил в гости недавно?       — Что? Нет конечно, у меня нет ни близких, ни друзей, чтобы они засиживались каким-то образом в этом доме, — отвечает Такемичи, уже оглядывая изменившийся интерьер комнаты.       — Э? А куда…       — Пока ты спал, я решил немного прибраться, — с отвращением вспоминая прошлый запах в квартире, говорит Наото. — Короче говоря, ты каким-то образом перепутал свои таблетки с неизвестными по происхождению веществом?! Тебя могут осудить.       — Н-но я не могу, всмысле, не мог это сделать! — Ханагаки подорвался с места, смотря прямо в глаза гостя. — Я серьёзно не знаю, что я выпил и как «это» оказалось здесь!       — Успокойся, ты делаешь ситуацию лишь хуже. Знаешь ведь, что когда человек начинает сильно оправдывать себя, то в большинстве случаев он что-то скрывает? Мне вообще стоило вызвать полицию, узнав, что ты принимаешь наркотики, строго запрещенные нашим правительством.       — Но я ведь… — заходясь в кашле, голубоглазый ощущает першение в горле.       — Однако, я тебе поверю, — говорит Тачибана, мысленно ухмыляясь ситуации, медленно перетекающей под его контроль. Нужно давить сильнее, дабы юноша перед ним почувствовал вину за то, что даже неосознающе «совершал». Когда ты ещё спросонья и не понимаешь, почему тебя в чём-то обвиняют, тебя сначала охватывает раздражение, перетекающее в злость, а потом вина, особенно у людей с низкой самооценкой. Он правильно предположил, что Ханагаки не очень-то и уверен в себе, поэтому оставалось лишь обвинить, а потом сказать, что ты на его стороне. «Прости, Ханагаки, но ты лишь ступень в моём плане», — улыбаясь и протягивая ладонь, думает Наото, обхватывая пальцами дрожащую руку нервного парня.       — Я помогу тебе, — сказал Такемичи, поджимая губы и смотря в пол. Его мучала неизвестная совесть, хоть и понимал, что вовсе не виноват, но страх того, что попытку защититься примут, как оправдание в своих «намеренных» незаконных действиях.       — Предлагаю ещё раз окунуться в ситуацию, — проговаривает Тачибана, заставляя своим поведением Такемичи встать в тупик.

***

Сегодня день начался не с кофе. Любимая чашка валялась разбитой на полу. Ханагаки не понимает, за что его так жизнь посылает, но принимает, устало опускаясь и поднимая осколки: они были не такими уж и мелкими. Он случайно царапает левую ладонь, когда поднимает большой осколок. Болезненно прошипев, он роняет стекло на пол, обхватывая ноющую руку. У него нет перекиси или другого средства для обработки раны, а это не было маленькой царапинкой, как хотелось бы. В дверь кто-то интенсивно постучал, и квартира снова погрузилась в непонятную атмосферу. Открыв входную дверь, голубые глаза сразу бросаются на пакетик, стоящий рядом с дверью. Недоуменно глядя и выходя в коридор, он пытается найти ушедшего, но ничего не получается: в этом корпусе он живёт один, а рядом находящиеся квартиры уже давно жили сами по себе, пока хозяины отправились в далёкое путешествие.       — Ошиблись? — присаживаясь на корточки и раскрывая пакет, он с удивлением обнаруживает записку со своим именем и фамилией. — Что это? Наото оставил? Но здесь ошибка…

«Дорогой Такемучи, сегодня ты не явился на работу. Всё в порядке? Мне неловко появляться перед тобой сейчас, поэтому оставил лекарства рядом с дверью. Надеюсь, ты заметишь и…»

На этом моменте Такемичи резко вскакивает на ноги, подрываясь с места и выбегая на пожарную лестницу, дверь к которой была в конце коридора. Но к его большому сожалению, там никого не было. Животный страх поселился в его голове, начиная вспоминать недавнее происшествие с «соседом сверху». Он тогда обошел все квартиры, но так и не нашел того, кто спрятал прямо напротив его окна камеру. Подумав, что это какой-то пранк, он лишь выкинул её в ближайшую мусорку. Однако, эти странные действия, происходящие в его жизни, уже настораживают: всё началось с хлопьев, пропавших в один день, потом браслета, который подарила ему девочка в школе, и вот сейчас кто-то оставил подозрительный пакет рядом с входной дверью.       — Чертовщина. Такемичи сменит сегодня на всякий случай дверные замки и поставит дверь в своей комнате. Ему стало чертовски страшно, что этот неизвестный мог взломать его квартиру. А вдруг этот псих уже был в его доме и именно он оставил те таблетки в его аптечке? Тогда понятно, почему тот оставил обрабатывающие средства у его порога. Он словно ждал удобного случая…       — Оу. Позади послышалось оханье, заставившее резко похолодать темноволосого от неожиданности. Он резко оборачивается, замечая тепло улыбнувшегося парня.       — Вы живёте здесь? Такемичи уставился на знакомого юношу, не в силах выкинуть с пульсирующей головы мысли, что каждый здесь — это подозрительный человек.       — Что тебе нужно? — грубо ответил голубоглазый, смотря на стоящий позади парня чемодан.       — Зовите меня Манджиро. Манджиро Сано, ваш новый сосед, — протягивая руку, говорит светловолосый. Парень, стоящий напротив Ханагаки, был очень привлекательным, и даже мелкие синяки под глазами лишь дополняли образ. Аккуратное личико с красивыми очертаниями придавало образ в голове сразу модели, что постоянно ухаживает за своим лицом и телом. Короткие белые пряди волос были разделены по обе стороны, доходя до ушей. Чёрная футболка, поверх которой сдвинутой на плече лежит рубашка, расстегнутая на две верхние пуговицы. Серые широкие спортивные штаны, сделаны на вид из очень мягкой и приятной на ощупь ткани.       — На самом деле, я приехал в Токио неделю назад и наконец нашёл себе квартиру неподалёку от работы. Очень приятно узнать, что моим соседом будете вы — первый человек, с которым я тут разговаривал, — неловко улыбнувшись, Сано наклонил голову в бок и осмотрел коридор.       — А, вот как… — проговорил Такемичи, протягивая ладонь для пожатия. — А вы не видели здесь… Скажем, подозрительного человека?       — Нет, я только забрал ключ у владелицы дома на первом этаже и поднялся здесь по лестнице, — махая головой в сторону поворота, за которым была лестничная площадка внутри дома, отвечает Манджиро. Тонкие пальцы обхватили ладонь Ханагаки, поглаживая, чем Сано вызвал на секунду приятную волну по телу темноволосого юноши. Они пожали руки, и некоторое время Манджиро не выпускал чужой ладони, глядя прямо в раскрасневшееся лицо напротив. Чёрные глаза ни на секунду не отводили взгляда от медленно расширяющихся зрачков парня, пока тот не пришёл в себя.       — Извините! — убирая руку, говорит Ханагаки, понимая, что завис на некоторое время, забвенно отвечая на тёплый взгляд лёгкой улыбкой, впервые появившейся искренне за последние дни на его лице. — Такемичи Ханагаки. Парень засмеялся, кладя руку на плечо и приблизившись к собеседнику.       — Я запомнил твоё имя ещё в магазине. Значит, будем друзьями. Можно ли мне называть тебя Мичи? Взамен, можешь также называть меня Майки, — подмигнул Сано, разворачиваясь и подходя к соседней двери. — Это моя квартира, если что-то нужно, обращайся.       — Но я… — смущённый голубоглазый хотел отказаться от данной себе клички, но не успел. Дверь резко захлопнулась, оставив стоять окончательно запутавшегося мужчину в коридоре ещё некоторое время. Он поворачивает голову к всё ещё стоящему пакету рядом с его дверью. Его повязка, которую он наложил тряпкой, уже потемнела. А Сано ведь не заметил этого? Хотя, вряд-ли, ведь темноволосый стоял в полностью чёрной пижаме, постоянно пряча левую руку за спину. Он всё же решился взять этот чёртов стрёмный «подарочек» и зайти обратно в квартиру. В коридоре наконец появилась тишина. В соседней квартиры от Ханагаки было слишком тихо.       — Чёкнутый… А если это он? — шепчет себе под нос Такемичи. В просторной комнатке на большой кровати лежал ноутбук, на экране которого чётко виделась живая и движущаяся фигура юноши.