Советник архимага

      Недели снова тянутся одна за другой. К началу лета – хотя в Винтерхолде оно отличается от зимы только тем, что над горизонтом видно солнце – Мирили подтверждает еще одно Мастерство, в Школе Восстановления. Еще один шаг к тому, чтобы зваться архимагом с полным на то правом. О том, в чем оно заключалось и как она прошла испытание, Мирили молчит. Только едва заметно хмурится, слушая поздравления. Счастливая же Колетта буквально порхает по коридорам и наконец-то забыв о воображаемых недоброжелателях... хотя, вспомнив о Нирии, Мирили задумывается, такими ли воображаемыми они были? Ей не хочется это признавать, но после похорон странной ученицы в Коллегии как будто стало легче дышать...       Впрочем, комната Нирии пустует недолго. Потому что в Миддене Мирили находит Эстормо. Случайно, прогуливаясь после испытания на Мастерство, чтобы привести мысли в порядок... Конечно, Мидден не самое безопасное место для прогулок, но Мирили развеивает поднятую дикой магией нежить ни на миг не вынырнув из своих дум. Пока не обнаруживает в одном из довольно укромных уголков маленький лагерь.       Горящий костер с запасом дров и угля – не здешнего, древесного, а дорогого каменного с Солстхейма. Спальник с аккуратно сложенной формой талморского юстициара. И ощущение внимательного взгляда из темноты.       Мирили хмыкает:       – Можете не прятаться, юстициар Эстормо...       Сзади раздается ответный хмык:       – Восхищен вашей проницательностью, архимаг.       Она оборачивается. Если бы не рост и почти светящиеся, отражая огонь костра, глаза, Эстормо было бы не отличить от местных нордов. Он и одет по-нордски, сообразно климату и погоде – в шкуры и меха, а не в зачарованные кожу и бархат...       Анкано, разумеется, оказывается рядом, стоит им появиться в ученическом общежитии.       – Что это значит? – вкрадчиво осведомляется он.       – Заселение, разумеется, – спокойно отзывается Мирили. – А чтобы узаконить ваше пребывание в стенах Коллегии, юстициар, я назначаю вас помощником тьютора.       Мгновенно возникший рядом Энтир удивленно поднимает брови. Мирили успокаивающе улыбается и качает головой:       – Я не сомневаюсь в вас, но лучше пусть у вас будет поддержка. Хотя бы формальная.       Энтир окидывает Эстормо внимательным взглядом и медленно кивает:       – К тому же подчас способная остудить горячие головы одним своим видом... Принято, архимаг.       Еще раз кивнув на прощание, он уходит. А Мирили поворачивается к Эстормо.       – Правила проживания просты - не провоцировать конфликты, не мешать чужим занятиям... – подумав, добавляет: – Веселью тоже не мешать... если оно не выходит за рамки допустимого. Но тут вам подскажет мастер Энтир.       – Принято, архимаг, – явно передразнивая Энтира, с легкой насмешливостью в голосе отзывается Эстормо.       – Прекрасно, – подытоживает Мирили и удаляется, оставляя его объясняться с Анкано.       И тихо улыбается, слыша за спиной:       – Я не виноват! Кто мог подумать, что эта маленькая женщина может быть страшнее двемерского центуриона?       Но уже пару шагов спустя ее лицо каменеет – она не просто так привела Эстормо заселяться в комнату Нирии... и теперь знает, кто ее убил. Можно было догадаться и раньше: в конце концов, он единственный в Коллегии не был опрошен... и только он имел доступ внутрь ее стен, не имея статуса ни ученика, ни преподавателя. О тайном вхогде в Мидден Мирили знает давно, еще со времени первой беседы с Авгуром. Она тогда смогла лишь выйти – вернуться в Мидден тем же путем оказалось невозможно. И путь обратно в Коллегию Мирили будет помнить еще долго... Но высота уступа перед входом, оказавшаяся непреодолимой для нее, для более рослого Эстормо могла быть всего лишь... неудобством. Особенно, если он озаботился соорудить и припрятать где-то поблизости лаги или лестницу.       Хочет ли она знать, что послужило причиной для убийства? Мирили ненадолго задумывается... и понимает, что нет. Случившееся с Нирией уже успели слегка подзабыть и она не хочет это ворошить. Эстормо не производит впечатление зверя, убивающего ради удовольствия, значит, причина для расправы у него была. Но Мирили запомнит. Просто на всякий случай.       Позднее, уже за ужином, Анкано в своей манере благодарит ее за «великодушие».       – О, полно, советник, – отмахивается Мирили. – Мне это почти ничего не стоило. Но в итоге все в выигрыше, не так ли? Ваш подчиненный у вас под рукой, я получила еще одного защитника Коллегии от попыток ее разрушить, а сам юстициар Эстормо – приличные, а не скотские условия проживания. И даже небольшое жалование.       – Действительно, – задумчиво роняет в ответ Анкано.       – К тому же так за ним будет проще присматривать, – усмехается Мирили.       Не то что она всерьез так думает, но полагает, что Анкано ждет от нее именно этих слов.       – О, разумеется, – с беззвучным смешком отзывается тот. – Вот только мне думается, что вы, архимаг, сами впустили в свой дом вора. И он уже выбрал сокровище, которое намерен украсть.       Мирили удивленно смотрит на него, но Анкано лишь усмехается и качает головой.       До нее с некоторым опозданием доходит, что под «сокровищем» подразумевается кто-то из учениц. Не о Фаральде же речь, в конце концов.       Вот только среди учениц нет ни одной альтмерки... Значит, ни о каких серьезных намерениях речи быть не может. Мирили сдерживает досадливый вздох. Запрещать бесполезно. Несмотря на сломанный нос, Эстормо весьма... привлекателен. И если он положил глаз на кого-то из учениц, объяснять что-то влюбленной дурочке будет бессмысленно. Призывать к осторожности тоже. И если дурочка окажется не только влюбленной, но и предприимчивой...       Вздохнув, Мирили смотрит на Анкано:       – Напомните ему об аккуратности. Если его «сокровище» внезапно забеременеет, я буду очень недовольна.       Тот удивленно приподнимает бровь и Мирили со вздохом поясняет:       – Я трезво оцениваю мыслительные возможности своих учениц. Они юны, романтично настроены... взывать к их благоразумию бесполезно. Как и запрещать юстициару Эстормо... развлекаться – при желании он легко найдет способ обойти запрет. Поэтому запрещать я не стану. Но ответственность за возможные последствия ляжет на него.       Анкано ненадолго задумывается и кивает:       – Разумно.       Впрочем, Мирили не слишком беспокоится: лето вот-вот начнется, ученики разъедутся по домам, так что Эстормо придется подождать с попытками обольщения до осени. Однако, когда она об этом говорит, едва уловимая насмешка во взгляде Анкано подсказывает ей, что, похоже, чего-то она не учитывает...