Момент перелома

Если взорвется черное солнце Все в этой жизни перевернется Привычный мир никогда не вернется Он не вернется (БИ-2 «Черное солнце»)

Джон пошарил по карманам, отыскивая телефон. Надо было отослать Мэри сообщение, что он едет домой. — Твою же мать! — выругался Джон. — Ну надо же! Меньше всего ему хотелось возвращаться, но делать было нечего. Продолжая бормотать ругательства, Джон поднялся по лестнице, открыл дверь, отыскивая взглядом телефон: где же он его оставил, на столе или бросил на кресло… или на диван? Он увидел Шерлока, сидящего на полу. Что-то странное было в его позе, что-то неправильное. Так бы выглядел человек, которому воткнули нож в спину, а Джону довелось видеть таких. Шерлок выпрямил ноги, наклонился вправо, упираясь рукой в пол. — Шерлок, — нерешительно произнес Джон, — что происходит? — Твой телефон на столе под газетой, — голос был похож на голос «Гугл Ассистента». — Я отдыхаю. — Нет. — Джон всматривался в Шерлока, подмечая все симптомы, которые тот уже не пытался скрыть. — У тебя повреждена спина. — Да, — ответил Шерлок все тем же механическим голосом. Джон ощутил, как по телу поползли мурашки. — Давно? Шерлок ничего не ответил. — Я вызову скорую. — Джон метнулся за телефоном, сбросил на пол ворох газет. Пока он диктовал адрес и описывал состояние пациента, Шерлок смотрел на него немигающим взглядом. Джон опустился на колени, отмечая невероятную бледность Шерлока, пот, выступивший на лбу и висках, учащенное прерывистое дыхание. Не надо было задавать очередной вопрос, и без этого Джон видел, что Шерлок испытывает нестерпимую боль. — Позвонить Майкрофту? — Он заткнулся только после того, как Холмс потерял сознание.

***

— Что произошло? — спросил Майкрофт, выйдя из палаты брата. Джон стоял напротив двери, прислонившись к стене. Он был в полном раздрае и в кои-то веки хотел, чтобы все его знания просто испарились из головы. А какой от них толк? Ты ни черта не увидел. — Что? — тупо переспросил Джон. — У Шерлока гематомы на лице и на спине. — Я его ударил. Падая, он приложился спиной в стол, — ответил Джон. Не было смысла лгать, Майкрофт все равно бы узнал правду. Точнее, догадался, ведь Шерлок не стал бы говорить, что случилось. — У вас проблемы с контролем, — спокойно произнес Майкрофт, но Джон заметил, что самообладание Холмса трещит по швам. Майкрофт был разгневан до той степени, когда люди берут пистолет и стреляют, не задумываясь о последствиях. Джон сомневался, что Майкрофт лично выстрелит в него, но, положа руку на сердце, мог поклясться, что заслужил смерти, и не только за удар. Он, профессиональный медик, не видел прямо у себя перед носом проблемы друга. Вынужденные позы, которые неосознанно и довольно часто принимал Шерлок. Потеря прежней ловкости и скорости. Гримасы боли, если Шерлок поворачивался слишком быстро. Джон на пару секунд закрыл глаза. — Разумеется, вам были неведомы проблемы моего брата, — продолжил Майкрофт. — Он бы ни за что не признался. Но кто давал вам право его бить? — последнее он проговорил сквозь зубы, и Джон к своему ужасу увидел, как сильно Майкрофт сжал кулаки. Старший Холмс практически дошел до стадии аффекта. Джон промолчал. Никаких оправданий не было, Шерлок не нападал, только положил руку на плечо, обычный дружеский жест. Они часто прикасались друг к другу, не придавая этому никакого значения. — Он настаивает на том, чтобы я оставил вас в покое. Жалкое благородство, — выдохнул Майкрофт. — Что же, доктор Уотсон, вам пора вернуться к будущей супруге. К сожалению, мой брат не сможет дальше помогать в организации столь радостного события. Я оплачу все неустойки, если таковые будут иметь место. — Я могу с ним поговорить? — Зачем? — Майкрофт посмотрел на Джона так, как если бы тот был куском грязи, неожиданно получившим дар речи. — Извинитесь перед ним? Вред уже нанесен. О, — усмехнулся Холмс. — Вас донимают угрызения совести? Я плесну масла в этот костер. Шерлок вернулся с травмой — трещины в позвонках. В тот вечер, когда вы решили, что самая замечательная идея при встрече с другом, это швырнуть его на пол, мой брат был напичкан анальгетиками. Да, вы ни о чем не знали, конечно же. Но с чего вы вздумали нападать на человека, который не представлял никакой угрозы для такого бравого солдата, как вы, а, Джон? Кстати… вы не задавались вопросом, куда на целый месяц подевался Шерлок после того, как вытащил вас из огня? — У него были… дела? — предположил Джон. В те дни он был слишком зол на Шерлока, считая, что именно из-за него едва не погиб. Джон позвонил миссис Хадсон, она ответила: «Шерлок куда-то уехал, извини, ты же знаешь, он такой беспокойный». У Джона возникли подозрения, что не все так просто, как кажется, но он представил поиски, вопросы и прочую возню… Поэтому решил, что отсутствие новостей — вполне хорошие новости. — Да, были. В клинике, куда он угодил после чрезмерных нагрузок на спину. Что ж, — Майкрофт пристально всматривался в него, — я доволен. Вы готовы не просто провалиться сквозь землю. Вам хочется умереть. Пожалуй, я не буду против такого развития событий. Джон непроизвольно поежился от жестокости во взгляде старшего Холмса. — Мой брат не желает, чтобы вы видели его в столь уязвимом положении. Здесь будут дежурить мои люди, которые вас не подпустят даже к двери палаты. Джон ушел и долго нарезал круги по городу, домой вернулся под утро, вообще не представляя, что делать дальше. Мэри хотела задать много вопросов, но промолчала. Джон принял душ, натянул пижаму и уселся в гостиной. — Что случилось? — не выдержала Мэри, устраиваясь рядом. — Шерлок в больнице. — О. — В голосе Мэри прозвучало любопытство. — И что же на этот раз? — Трещины в позвонках. — Джон понял, что не может рассказать о том, что случилось на Бейкер-стрит. — Не переживай. Он выздоровеет. — Мэри ободряюще потрепала Джона по ноге. — Ну а пока стоит вернуться к планированию свадьбы. Шерлок столько сделал… Что? Джон повернулся к ней. — В чем дело? — Мэри настороженно взглянула на него. — Ах, извини, неподходящий момент, понимаю. Ладно, пойду, посплю пару часиков до работы. Джон остался в одиночестве. Он смотрел на свои руки, то в сторону темного окна, а в голове царила абсолютная пустота. Потом возникли мысли, словно кто-то бросал костяшки домино на каменный пол. Щелк. Ты его искалечил до конца. Щелк. Ты хреновый специалист. Щелк. А как же принцип «не навреди»? Щелк. Молодец, работа выполнена безукоризненно, можешь гордиться собой. Костяшки выложили надпись: «Предатель». Джон вскочил и направился в спальню. Мэри не спала. В слабом свете ночника Джон отметил, как быстро отреагировало ее тело, и на мгновение ему показалось, что Мэри нападет на него. Ну вот, я окончательно свихнулся. — Отдохни, — сонно пробормотала она. Джон подчинился: с тем, что сейчас творилось в его голове, он мог только выполнять приказы.

***

— Может, мне прибегнуть к технике деперсонализации (1)? — спросил Шерлок у Майкрофта, когда тот появился в палате, как всегда, ровно в шесть часов вечера. — Осточертело, что все прикасаются к моему телу. — Придется… — Майкрофт мог бы сказать «смириться», но это слово могло спровоцировать Шерлока уйти из больницы раньше, чем предполагала программа реабилитации, здравый смысл, ну и вдобавок инстинкт самосохранения, если таковой еще оставался у Шерлока, а не потерялся навсегда. — Тебе придется это вынести как очередное испытание. — Испытание моего терпения. — Ты здесь всего неделю… — Майкрофт, — перебил его Шерлок, — я не собираюсь сбегать. — Да? — с толикой недоверия спросил старший Холмс. — Нестабильное повреждение (2) двух позвонков поясничного отдела в прошлом, переломы двух позвонков грудного отдела в настоящем не предполагают скорого возвращения к привычному образу жизни. — Шерлок словно говорил о ком-то другом, а не о себе. — Возможно, я выйду отсюда при помощи костылей или коляски. Не пытайся обмануть меня. Да, я в курсе, что ты заплатишь любую цену за восстановление моего тела. Все будут стараться, и даже я, потому что одна мысль о том, что мне придется до конца своих дней пользоваться вспомогательными средствами… — у него закончился воздух, Шерлок прерывисто вздохнул и закончил: — Так вот, эта мысль нестерпима. — Я понимаю. — Надеюсь на это. А теперь оставь меня. — Шерлок отвернулся. — И я не хочу видеть Джона. — Его сюда не пустят. — Он будет настаивать, и тебе известно, что он умеет быть упрямым. Я не могу с ним разговаривать. Хочу найти оправдание его нападению, но… не получается. — Всему приходит конец, — в голосе Майкрофта прозвучало что-то похожее на сожаление. Шерлок закрыл глаза, пробормотав: — Да, и моему терпению тоже.