dirty sheets

Прошло уже полдня, и всё было в порядке. Я отсидела два урока, прорицание и заклинания, и все было отлично, легко. Я видела знакомые лица, которые на протяжении последних шести лет, приветствовала их, и продолжала идти дальше. Помимо них, я видела и тех, с кем переглядывалась, и после чего меняла своё направление. Было несколько ребят, которых я искала, несколько, с которыми старалась держаться на расстоянии, и слава Богу, они, вроде как, делали то же самое. – Ну что, Каланта, – Никколо ухмыльнулся, делая огромный укус от цыплёнка и прикрывая свой рот рукой, но я всё равно могла сказать по его скошенным глазам и слегка покрасневшим щекам, что он улыбался, – как прошёл твой первый день? – он опустил свою руку и вместо неё прикрыл рот тёмно-зелёной салфеткой. Глаза его перевели свой взор на сидящую рядом Кассандру, которая, вздыхая, покачивала головой. Я покачала головой, уставившись на пустую тарелку напротив меня с желанием поесть, но чувствовав себя слишком болезненно для этого. Стол был усыпан фруктами всех цветов и сортов, тортами, хлебом, которые выглядели невероятно аппетитно, но мой желудок сказал «нет», сказал, что я пожалею об этом позже. Я вновь взглянула на Никколо, наблюдая за тем, как он безнадёжно ждал моего ответа. Его глаза словно засветились, когда он дождался моих слов. – Он прошёл… – я замолчала в поиске подходящего слова, – обычно. Прошёл обычно, – я улыбнулась, кивнув головой, и увидела, как к нему пришло чувство облегчения. – Видишь, – вставила Кассандра, махнув обёрнутыми в кружевные перчатки пальцами перед его лицом и кивнув головой. – Я же говорила, что она будет в порядке, – Кассандра повернулась ко мне, закатывая глаза. – Ты не представляешь, как он переживал из-за тебя. «Шестой курс тяжёлый», «Тео то», «Тео сё», – она спародировала его низкий голос, делая необходимое выражение лица, где нужно, чтобы лучше показать невозмутимого парня, сидящего рядом. Я засмеялась, но моя улыбка пропала, когда я услышала его имя. Мой живот скрутило, и я вспомнила того самого человека, которого так тщетно пыталась забыть. Его. Того человека, которого я больше всего боялась увидеть. – Всё в порядке, – я почистила горло, выискивая вокруг себя сумку и не найдя её там, где оставила, у своих ног. Я развернулась обратно к столу и сморщила лицо в недоумении. – Я уже говорила вам, ребята, я не переживаю из-за Маттео, разве он не вернулся в своё поместье? Он ушёл в прошлом году, вы что, забыли? – сказала я с надеждой, продолжая искать глазами свою сумку, и когда мой взор, наконец, упал на неё, протолкнулась к другой стороне стола. Я вздохнула с раздражением и обошла наполненный едой стол. – Что ты делаешь? – Кассандра повернулась, следуя за мной своими глазами, когда я встала из-за стола. Она была красива, просто ослепительна, своей сверкающей смуглой кожей, пухлыми губами и скулами. – Ты не слышала? – Никколо замялся, проскулив, когда Кассандра ударила его в плечо. Она подарила ему неодобрительный взгляд, и он закатил глаза. – Она все равно рано или поздно узнает, – он помотал головой и воткнул вилку в кусок мяса на своей тарелке. Я смотрела на него, нахмурившись, на то, как он немного отодвинулся от Кассандры, потирая своё плечо. – Узнаю о чём? – я наклонилась рядом с Никколо, вставая на колени перед столом и хватая из-под него сумку, а мои руки прочно вцепились в поверхность пола. Я поползла назад из-под стола, медленно вставая, и ударилась спиной обо что-то сзади. Боже мой, Каланта, ну почему ты такая неуклюжая? – Мои извинения, – я повернулась с неловкой улыбкой на лице и заправила прядь своих волос за ухо, фокусируясь на содержимом своей сумки и не обращая внимание на человека перед собой, в которого врезалась. – Ох, извинения излишни, любовь моя, – небольшой смешок, а затем, пауза. – Такое раннее утро, а ты уже на коленях? – знакомый голос, который послал мурашки по моей спине, и я сразу же остановила свои поиски в сумке, не смея взглянуть на того человека, который, как я думала, тут не появится. Он щелкнул языком, насмехаясь. – Вау, как же ведьмочка изменилась за лето. Знакомое слово, ведьмочка, слетело с его языка так же глубокомысленно и одновременно так же легко, как и в прошлом году, и в годы ранее. Ведьмочка, то, как меня всегда называл он и только он. Я посмотрела на него и сглотнула, когда мои глаза встретились с его тёмно-карими, окутанными ресницами, которые оставляли свои тени. Он ухмылялся, немного приподнимая уголки губ. Рот был слегка приоткрыт, а язык поместился на его краю. Он покачал головой, приподнимая брови. – Скучала, пока я был… – он потянул губу своими идеальными зубами, из-за чего на его румяных щеках образовались ямочки. Но до того, как он успел договорить, я встряла в разговор, ничего не сумев с собой поделать. –  Я думала, ты… –  Ушёл? –  он выпустил смешок и положил руки в карманы штанов, после чего сел за стол рядом с Никколо, перемещая руки напротив себя в подобной молитве манере. Я обошла стол, усаживаясь с другой стороны напротив него, и сделала глубокий вздох, положив рядом с собой сумку. –  Я решил остаться в Хогвартсе и может даже выпущусь, раз уж мне остался всего один год, – он пожал плечами, и в этот момент, услышав его слова, зная, что мне придется справляться с ним целый год, я вздрогнула. Я засмеялась. – Ради Бога, ты бы не остался здесь, если бы только тебя не заставил твой отец, – я наклонилась ближе к нему и усмехнулась. Уверенность пришла ко мне из неоткуда. – Ты всегда был его маленькой сучкой, правда ведь, Маттео? Его кулак стукнул по столу, что заставило стаканы упасть, а тарелки зазвенеть. Головы повернулись к нам, когда он встал, теперь поместив свои ладони на стол и наклоняясь ближе ко мне. – Следи за своим грёбанным языком, – его глаза пробежались по моей шее и опустились на раскрытую грудную клетку, и он улыбнулся, – шлюха. Я выпустила смешок и закатила глаза в раздражении. – Ты называл меня шлюхой на протяжении трёх последних лет, не думай, что это окажет на меня влияние. Он медленно приподнялся с лукавой улыбкой и попытался подавить лёгкий смех, а костяшки на его пальцах побелели. – Окажет, – он прошептал, словно не беспокоясь о моей попытке задеть его. Не важно, как смело я себя чувствовала, не важно, какой уверенной я с ним была, он будто всегда мог приструнить меня, заставив чувствовать себя либо ничтожной, либо пристыжённой. – Твоя слова абсолютно ничего не знач… – Брось, Каланта, – Никколо встрял, глядя вокруг и понижая голос. Кассандра ободряюще положила руку на его плечо и подарила мне грустную улыбку, перед тем как свирепо посмотреть на Маттео. – Давайте просто…успокоимся. Тео, оставь её в покое. – Нет, – Маттео ухмыльнулся, глядя на Никколо, после чего повернулся ко мне и снова ухмыльнулся. Мои глаза опустились на пухлые губы, его язык проскользнул по нижней губе, и я начала нервничать. – Дай ей договорить, – он поднял подбородок выше, создавая доминантный зрительный контакт со мной. – Я хочу услышать, что она скажет. Я встала из-за стола, обмениваясь взглядом с Кассандрой. Она покачала головой, как бы говоря мне сесть обратно, но я проигнорировала её. – Я не буду обедать вместе с этим мудаком, – я повернулась к ухмыляющемуся Маттео, который выглядел абсолютно невозмутимым моим высказыванием. – Увидимся, ребята. – Жду не дождусь, – ответил Маттео, доставая зажигалку из кармана и непрерывно зажигая и гася её. Я проигнорировала его и, не поворачиваясь, показала ему средний палец – что-то, что любят делать магглы. Несмотря на то, сколько раз я пыталась, Маттео выигрывал каждую нашу перепалку. Я ненавидела его за это, ненавидела. Я раздражённо заворачивала угол за углом, пока не увидела знакомый кабинет защиты от тёмных искусств. Входя в открытую каменную дыру в стене, я чуть не уронила толстую красную книгу, которую держала в руках. Мои глаза переместились в другой конец комнаты, где я увидела Снейпа, чьи сальные чёрные волосы закрывали половину лица. На губах его образована прямая линия, а глаза уставились вниз. Он без единого шороха листал по своему виду древнюю книгу. – Адамос, – пробормотал он всё так же листая свою книгу и даже не удостоившись взглянуть на меня, – сядьте за парту. Я даже не осознала, что просто стояла там. – Точно, сэр. Простите, сэр, – Я потрясла головой, направляясь к пустому столу в левом углу кабинета, самой изолированной парте, подальше от всех остальных. Я положила сумку на пол рядом со своими ногами и, достав учебники и чистый пергамент, расположила их рядом с собой. Снейп подошел к месту, которое, я полагаю, является его столом, и сел, оборачивая вокруг себя свою мантию. Рядом с дверью, послышались уже другие шаги, раздавшиеся по всей комнате. Снейп выпустил маленький, жалкий смех, который заставил меня переместить свой взгляд от сумки. Я последовала за его взглядом, и мои глаза опустились на Маттео, стоящего у двери. Капюшон его толстовки был надет на голову, из-за чего единственная часть его кудрявых волос, которую было видно – это маленькие пряди, падающие на лоб. Его руки поместились по швам, а сумка висела на плече. – Рэддл, я смотрю, ты всё так же учишься на шестом курсе. – Снейп, я смотрю, ты всё так же работаешь на моего отца. Я нахмурилась из-за замечания Маттео и отвернулась. Я ничего не могла поделать, и небольшой смешок вырвался из моих губ. Обе головы повернулись, Снейп свирепо взглянул на меня, из-за чего моя улыбка пропала, а Маттео сразу же отвёл взгляд. – Где мне сесть, профессор? – игривый голос Маттео заполнил комнату, и Снейп отмахнулся от него, проигнорировав. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Только не садись сюда, пожалуйста.   Посылая ухмылку, Маттео потянулся к капюшону, оттягивая его и открывая свои немного лохматые кудри. Я отвернулась и сфокусировала своё внимание на пустом пергаменте, расположенном напротив. Незанятый стул рядом со мной, который, я молилась, останется пустым, скользнул по полу. Мой взгляд переместился на худые бледные пальцы, хватающие дерево и задвигающие его под себя с глубоким выдохом, а сам он расположил свои локти на столе, даже не взглянув на меня. – В твоём распоряжении целая комната, - я вдохнула, укладывая свою голову на руки, - почему тебе нужно сесть именно сюда? – Если честно, - бросив такую же толстую красную книгу, он заставил меня вздрогнуть, и я отвернулась от него в противоположную сторону. Я почувствовала, как он приблизился, и выпрямила спину, - назло тебе, - он прошептал. Я оттолкнула его локтем, услышав в ответ недовольное ворчание, когда моя рука коснулась его живота, и секунды спустя, моя голова потянулась назад с его кулаком в волосах. Я тихо проскулила и посмотрела в сторону Снейпа, который ничего не заметил. Мой рот приоткрылся, а глаза зажмурились из-за боли, которую я почувствовала из-за его крепкой хватки. Он обернул костяшки своих пальцев вокруг моих прядей, и я напряглась и закрыла его руку своей, инстинктивно захотев убрать её из-за холода, который почувствовала. – Если ты ещё хоть раз так сделаешь, – он наклонился к моей шее, и его нос коснулся моего уха, – я убью тебя, – он молчал, наблюдая за моей слабостью под его хваткой. – Ты меня поняла? Я кивнула, и он резко отпустил мои волосы, а его рука переместилась на заднюю часть моей шеи, сжав её и переместившись так, чтобы он мог обернуть её спереди. – Скажи это, – проговорил он, сжав зубы, и я почувствовала в его голосе злобу и ненависть. – Я поняла, – ответила я, задыхаясь и почувствовав, как по моему лицу стекла слеза, а глаза сразу наполнились блеском от жидкости. Я сделала всё, чтобы не заплакать, но в конце концов, провалилась. Его рука отпустила мою шею, и он ухмыльнулся, поворачиваясь обратно к своей книге. – Умница, – он прошептал, даже не взглянув на меня, а его нога продолжала постукивать, касаясь моей. Я поднесла руку к тому месту на голове, где он меня держал, и стала массажировать его, морщась от боли. Кабинет начал наполняться студентами, и вскоре каждый стол был занят двумя или несколькими учениками, которые сидели очень близко друг к другу и тихо переговаривались. Я тихо сидела и, прикрывая лицо руками, пялилась в страницы учебника. – К сожалению, – голос Снейпа раздался по комнате, заставляя нас обратить на него внимание, он медленно прошёлся по комнате, его руки сомкнулись спереди, а волосы всё так же покоились на лице, прикрывая его, – я уже преподавал у некоторых из вас зельеварение. Я ожидаю, что вы все знаете, что на мой урок нужно приходить подготовленным. Больше повторяться я не буду. И не ждите, что я буду терпеть враньё, так же как и глупость, – он быстро повернулся, хлестая по воздуху своей тёмной мантией, и, быстро перемещаясь в другой конец класса, повернулся к остальным ученикам. – Откройте свои учебники на странице сто семьдесят три, – пробормотал он, уставившись на блондинистого мальчика. Все тут же уткнулись в свои учебники, опустив плечи, и единственным звуком в комнате был шум переворачивающихся бумажных листов. – Сто тридцать три? – спросила я сама себя, листая страницы книги, и мои брови опустились, когда моему взору открылся параграф о гоблинах. Я нахмурилась и повернулась к остальным ученикам. – Сто семьдесят три, – Маттео наклонился ко мне ближе, и его рука потянулась за моим учебником. Я слегка откинулась назад, наблюдая за тем, как его пальцы переворачивали страницы, а брови немного сдвинулись в сосредоточенности. Он приблизился, глядя на маленькие цифры в углу, и я почувствовала его запах – ваниль и сандаловое дерево – очень приятный запах, но я бы никогда не подумала, что он пахнет именно так. – Вот, – он повернулся ко мне, толкая книгу ближе, и вновь вернулся к своей. Мой взгляд остановился на словах «непростительные» и «заклятия», и я вздохнула. – Спасибо, – я прошептала, смотря на то, как он поместил свои руки над головой и схватил пальцами худи, снимая его. Я бросила взгляд на его теперь уже голую кожу спины, взор на которую открыла поднявшаяся вверх рубашка. Не осознавая, что смотрела на него очень заметно, я приблизилась и немного наклонила голову, когда вцепилась взглядом в шрамы и синяки, покрывавшие его кожу. – Зачем ты смотришь на меня? – он опустил рубашку, перебивая ход моих мыслей. – Что? Я не смотрела на тебя? – больше спросила, чем ответила я, качая головой. Я отмахнулась от его вопроса, словно не понимая, о чём он, и отвернулась, чтобы посмотреть на Снейпа, который вновь начал говорить что-то. – Как скажешь, – он пожал плечами, погружая перо в маленькую ёмкость с чернилами, и наклонился, начиная делать маленькие записи на пергаменте. Я пыталась держать взор на Снейпе, но в итоге, поняла, что снова смотрю то на пергамент Маттео, то на его руку, где покоилась глубоко зататуированная Чёрная Метка. Не глядя, он опустил рукава, чтобы прикрыть метку, и, игнорируя меня, продолжил писать. – А ты у нас любопытная, да? – он ухмыльнулся сам себе, проводя языком по внутренней щеке и качая головой. – Нет, – я тряхнула головой и начала писать своё имя на верхней строке своего пергамента. – Нет, – я повторила. – Непростительные заклятия, – громкий и противный голос Снейпа раздался по комнате. Некоторые головы приподнялись, а некоторые уткнулись ещё глубже в учебники. – Их три. Кто может назвать мне их? Рука поднялась в воздух, и Снейп прошёл мимо стола светлого мальчика и его партнёра. Тот обернулся, нахмурившись, когда профессор проигнорировал его, таща за собой длинную мантию. – Рэддл, – он злобно пробормотал, останавливаясь у нашего стола. Я преподнесла руку, чтобы опереться на неё своим лбом. Несколько учеников повернулось в нашу сторону, но Маттео ничего не сказал. – Как звучит первое непростительное заклятие? – сказал Снейп своим привычным тоном, поджимая губы. Маттео поднял руку в воздух и взглянул на Снейпа снизу вверх. – Вот это означает, что я хочу ответить на вопрос, – он опустил руку, – а вот это, что нет. – Мне всё равно, хотите ли вы этого, я сказал вам ответить на вопрос, – Снейп приблизился, укладывая обе свои руки на наш стол. Маттео вздохнул, посмотрев вперёд, а затем снова переместив взгляд на профессора. – Авада Кедавра, – он пробормотал, но его голос прозвучал так тихо, что это больше походило на рычание. Снейп встал, ухмельнулся сам себе и ушёл от нашего стола. – Другое заклятие? – зельевар повернулся и посмотрел на меня. – Адамос. – Круциатус, сэр, – я ответила. – И последнее? – его глаза просканировали комнату и остановились на Гермионе Грейнджер. – Грейнджер? – Заклятие империус, – она опустила руку и выпрямилась, когда её радостный голос наполнил эхом комнату.