Наследный принц и Зверь

Что Локи Маленький думал о своих снах, где его посещала погибшая королева Асгарда? Если Локи и думал о снах с Фриггой, то считал их неважными. Просто бледный отпечаток души, ищущий собеседника, или что более вероятно, это просто его сверхактивное воображение. Ничего лишнего, и уж точно ничего более важного, чем его планы по побегу из плена принудительного брака. Так было и в это утро. Тор снова взял Локи на конную прогулку, как и обещал. Как прежде, он ушел из покоев до того, как Локи проснулся. Как прежде, лошади были готовы к отъезду, когда Локи прибыл в конюшню. И, как прежде, день выдался солнечным и ярким после того, как рассеялся утренний туман. Но, в отличие от вчерашнего дня, Локи все-таки узнал некоторую полезную информацию. На этот раз они пошли другим путем по настоянию Локи, и Тор, казалось, был счастлив угодить. Громобой и Белль подняли их выше на холмы и скалистые вершины, что дало Локи более полное представление о местности. Он подъехал к краю пропасти и увидел, как перед ним раскинулся Асгард, его величественные дворцовые шпили и сверкающие сооружения. Локи старался выжечь это зрелище в своем мозгу, чтобы запомнить каждый ориентир, каждую извилистую дорогу. - Что это? - спросил Локи, указывая на разноцветную дорогу, соединяющую столицу с каким-то маленьким островом с венчающей его цитаделью. - Это Радужный мост, Бифрост, - сказал Тор, - с его помощью можно перемещаться по мирам, даже по галактикам. Ты был доставлен в Асгард в его свете в тот день, когда тебя забрали из Йотунхейма. И Локи вспомнил свет, окутавший его во время пленения, и то, как он внезапно оказался в Асгарде, закованный в магические цепи. Ему пришлось стиснуть зубы, чтобы сдержать воспоминание. - Ах да. Действительно чудо. Как это работает? - Точные подробности мне неизвестны, - сказал Тор, - но я путешествовал по нему много раз. Сообщаешь стражу куда тебе надо, и он отправляет тебя. Много лет стражем моста был Хеймдалль, но, поскольку он был лишен привилегий, его место занял другой. - Тот, кто предан твоей сестре? - догадался Локи. - Скурдж верен только себе, - фыркнул Тор, затем потянул поводья, чтобы повести Громобоя, - поехали дальше. Локи приказал своей лошади следовать за ним, но мыслями он был уже далеко. Если нынешний наблюдатель Бифроста был развращен, это было хорошим предзнаменованием для его побега. Удачно сделанная взятка могла в мгновение ока переместить его в другой мир. Но ему понадобится что-то ценное, чтобы соблазнить этого Скурджа; десяти серебряников явно будет недостаточно. Локи приблизился к Одинсону, глядя на его бородатый профиль. Возможно, если он будет вести себя более покладисто и заискивающе, то сможет получить то, что ему нужно. - Насколько я знаю, сын Одина, - сладко сказал Локи, - в твоей культуре супруги часто дарят друг другу подарки. - Да, чтобы выразить привязанность или отметить какое-нибудь знаменательное событие, - лицо Тора застыло в замешательстве, - вы разве не делаете то же самое? - Не совсем, - Локи пожал плечами. Ему не хотелось вдаваться в подробности скромной жизни йотунов. Причины такой жизни, конечно же, заключались в том, что йотуны в течение нескольких поколений жили в условиях жесткой экономии, вызванной войной. Поэтому они считали щедрые демонстрации богатства безвкусными. Драгоценные материалы в этой стране почти никогда не видели. Даже их король Лафей носил корону из дерева и кости. - Это звучит как очень очаровательная традиция, - добавил Локи. - золото, драгоценные камни, жемчуг и все прочее… - Расскажи мне о своих традициях, - сказал Тор вместо того, чтобы предложить Локи выбрать подарки, как тот надеялся. - Я бы хотел больше узнать о твоем мире, если ты не возражаешь. Локи скривился, но быстро скрыл это яркой улыбкой. - Как замечательно, что ты захотел узнать о моем народе. Давай посмотрим… ты знаешь, что мы не женимся как асгардианцы? - Я смутно осведомлен, и боюсь, что в моих знаниях есть пробелы. Много ли жен у йотунов? - кивнул Одинсон, направляя Громобоя через пролом в деревьях, ведя их в густой лес. - Ну, вместо мужей или жен мы говорим помощник или компаньон. Может быть три или четыре помощника в любой момент времени, хотя у некоторых, конечно, больше или меньше. Мой дядя, в этом деле, довольно легендарен: пятьдесят три, это было, когда я в последний раз его видел. - Как твой дядя управляет таким гаремом? Если гарем - правильное слово, - присвистнул Тор. - Это не так, - сказал Локи, - боюсь, ты все еще думаешь о мужчинах и женщинах. Мой дядя не управляет своими помощниками; в идеале они все работают вместе, чтобы помогать друг другу и управлять всеми детьми. Это заложено прямо в имени, ты понимаешь? - Помощник, - Тор произнес это слово, словно пробуя его на вкус, - мне очень жаль, но это так отличается от того, как воспитывали меня. Мне может потребоваться некоторое время, чтобы понять, но кажется, что это приятный способ делать что-то общее. Как воины полагаются друг на друга, так и большая семья не обязательно должна быть связана кровью. - Да, возможно, это немного похоже на это, - Локи повел свою кобылу вокруг зарослей ароматных ягод. - А как вы отслеживаете отцовство, если не состоите в браке с одним постоянным партнером? - О, я не знаю, - пробормотал Локи. - Могут ли асы утверждать, что уверены в отцовстве своих детей вне всяких сомнений? Вы тоже можете сомневаться, не так ли? - Нет, пока у нас есть хоть капля порядочности! - Тор выглядел явно возмущенным этим утверждением. - Значит, ты считаешь связи йотунов непорядочными? Отцы и матери порхают с постели на постель, как пчелы с цветка на цветок? - прищелкнул языком Локи. - Нет, конечно нет, - побледнел Одинсон. - Я только имел ввиду, что для меня все по-другому. Брак... должен что-то значить, вот и все! - Даже если кого-то заставили? - Локи приподнял бровь. - Я могу говорить только за себя: я не стал бы топтаться у дверей чужой спальни, будучи привязанным к тебе, даже если наш брак не зависел от нашего выбора. Сделать это было бы оскорблением для твоего «заместителя», да и для тебя тоже. Я считаю, что достаточно оскорбил тебя и больше не буду этого делать, если смогу. Локи был так ошеломлен этим заявлением, что остановил Белль на месте и не повел ее вперед, даже когда она фыркнула и топнула. Одинсон был полон решимости оставаться целомудренным, пока их брак в силе? Это противоречило всему, что Локи знал о его мерзкой жестокой расе. И подумать только, что этот Зверь заботился о несуществующей репутации Локи! Тор тоже остановился на несколько шагов впереди и повернулся в седле. Его светлые глаза вопросительно прищурились. - Что случилось, наследный принц? Локи встряхнулся и снова двинулся вперед, пытаясь сосредоточиться на своей текущей задаче. Ему нужно научиться убегать от преследователей, если он хочет сбежать. - Я просто удивился, почему ты до сих пор не показал мне, как скакать быстрее, чем галопом. - Я могу это исправить, - ухмыльнулся Тор. Итак, следующие несколько часов на травянистом поле за лесом Одинсон учил Локи, как скакать рысцой. Локи освоил этот стиль езды достаточно быстро, ему казалось, что земля под колотящимися копытами его лошади взрывается. Его глаза слезились, пульс участился. Это было похоже на полет. Это было похоже на свободу. - Тебе нравится? - кричал Тор, преодолевая порывистый ветер, когда скакал рядом с Локи. Они оба мчались по полю так быстро, как позволяли старые ноги Белль. - Нравится, - отвечал Локи. Улыбка коснулась его губ, что было такой редкостью. «Скоро, - подумал он, - Скоро я буду свободен». Если бы Локи потрудился повернуть голову к Одинсону, то увидел бы на его лице странное выражение. Кто-то может назвать это удивлением, но кто знает? Вид улыбающегося Локи, синего йотуна, одетого в черное, с золотым сиянием на его запястьях и шее, мог казаться Одинсону просто забавным. Всадники с трудом подъехали к краю другой пропасти и остались там, чтобы перевести дух. Они мирно провели время, любуясь прекрасным видом: водопад падал с зеленого утеса напротив, а туман разбрасывал в воздух радуги. Все пахло жизнью и влажностью. Локи это нравилось. - Давай сделаем это еще раз, - сказал он, удивившись самому себе, когда вспомнил, что в этом будет задействован Одинсон. Тор выглядел потрясенным, его глаза расширились, но он быстро восстановил самообладание с сияющей улыбкой. - Конечно, наследный принц. Мы должны наслаждаться хорошей погодой, пока она есть. Скоро наступит зима, и верховая езда станет совсем не легким удовольствием. - Это так? - Локи задумался о том, что пора выбрать время для побега. Он все еще хотел узнать побольше о лошадях, их снастях и всем остальном, а также о том, в каком направлении лучше бежать. Надо все выяснить до того, как погода станет слишком суровой, - тогда мы непременно должны воспользоваться теплом, пока можем. Завтра, если ты не занят другими делами? - Завтра было бы идеально, - Тор улыбнулся глупо и обнадеживающе. Локи почти пожалел этого наивного дурака. Почти. Они повернули своих скакунов обратно по тропинке и направились во дворец.

***

Вечером, когда Локи раздевался перед тем, как принять ванну, он заметил, что его кожаные штаны для верховой езды были запачканы липкой кровью. Он провел у себя между ног, и его пальцы вышли с красными кончиками. - Хеймдалль? - сказал он сдавленным голосом. Мужчина не оторвал свой взгляд от того места, где наполнял дымящуюся ванну ароматизированной солью и маслом. - Да, наследный принц? - Я… я думаю, что могу быть ранен, - Локи поднял руку, - у меня кровотечение. - Где? - мутные глаза Хеймдалля наконец поднялись. Локи сказал ему, хотя смущение грозило уничтожить его. - Я, должно быть, ехал слишком тяжело, что-то может быть проколото внутри. Я даже не заметил, я думал, что боли нормальные. - Так и есть, - заверил Хеймдалль, - Ты… Ну, как бы это сказать? Это обычное дело для молодых девушек, когда они учатся ездить верхом. Припоминаю, что подобное случилось с леди Сиф, когда я ее инструктировал. Это всего лишь твоя девица. Она повредилась из-за толчков в седле. - Норны, я думал, что умираю! - Локи вздохнул с облегчением. Ему категорически не нравилась мысль о встрече с тем, кто считался лекарем в Асгарде. - Нет, с тобой все будет в порядке, наследный принц. Если твое тело не слишком отличается от того, что я знаю, будет немного болеть, но не более. Давай, ванна поможет, - сказал Хеймдалль и протянул руку, чтобы помочь Локи забраться в ванну. Горячая вода окутала измученное тело йотуна, и он зашипел от небольшого жжения. «И в самом деле, лучше «сбросить вуаль» таким образом», - подумал Локи. Теперь, если Один прикажет акушеркам осмотреть его, тело не выдаст их. - Ты сообщишь о моем унижении Одинсону? - спросил Локи слугу, не сводя глаз с воды. - Почему я должен? Моему принцу не обязательно знать такие личные вещи. Хотя, - мужчина дерзко улыбнулся, - его могла бы позабавить новость, что ты потерял девственность из-за одной из его лошадей. Локи окатил его водой из ванны, а Хеймдалль захохотал. - Ты ему ничего не скажешь! Поклянись! - Клянусь, клянусь, - смеялся Хеймдалль.

***

Поездка следующего дня преподала Локи много важных уроков. Он настоял на том, чтобы ему показали, как взобраться на Белль без чужой помощи - якобы из гордости - и Одинсон указал на стопку деревянных блоков, стоявшую в углу конюшни и предназначенную именно для этой цели. Затем Локи изобразил невинный интерес к уздечке и седлу лошади, конечно же, Тор показал ему, как правильно экипировать лошадь от начала до конца. Когда они начали прогулку, йотуна заинтересовали ворота дворца. Несколько правильных вопросов, и Локи узнал, что их несколько, и Тор выбрал именно эти, потому что они были менее многолюдными, чем другие. По его словам, восточные были предназначены для торговцев и их многочисленных поставок, а это означало, что ворота оставались открытыми круглосуточно, даже глубокой ночью. Все это Локи запомнил, пока невежественный Одинсон болтал, услужливо объясняя каждую деталь. Локи был настолько сосредоточен на своих мыслях, что не обращал внимания на рюкзаки, привязанные к седлу Одинсона, примерно до полудня. Пока Тор не остановил Громобоя в центре мягкого затененного луга и сказал: - Может быть, здесь? - Что здесь? - спросил Локи, сдерживая Белль. Тор спустился на землю и начал распаковывать седельные сумки, в которых было толстое одеяло и маленькие плетеные корзинки с едой. - Я подумал, что было бы неплохо поесть на улице. Было нелепо устраивать пикник с Одинсоном, его врагом и похитителем, но Локи заставил себя улыбнуться, ведь принц Асгарда даже не подозревал о его планах. - Отличная идея, - сказал он, скрывая отвращение при мысли о том, что придется съесть еще один кусок баранины, говядины или свинины, да еще холодный. Представьте себе его удивление, когда Тор приподнял плетеные крышки, чтобы продемонстрировать деликатесы, знакомые всем йотунам: посыпанные сахаром фрукты; белые кусочки рыбы, положенные на ароматные зеленые листья; пропитанные медом пирожные с орехами и салат из соленых морских водорослей, залитых маслом и посыпанный хрустящими кусочками зеленого лука. Одинсон с тревогой смотрел на Локи, глядя в его большие красные глаза и приоткрытые синие губы. - Я попросил поваров приготовить блюда йотунов, - пояснил он, - один слуга рассказал, что какое-то время был военнопленным и познакомился с вашей кухней. Некоторые ингредиенты невозможно найти в Асгарде, поэтому еда может быть не совсем той, но... Надеюсь, это похоже на то, что ты привык есть. - Определенно выглядит восхитительно, - вернул себе дар речи Локи. Он сидел на расстеленном одеяле, скрестив ноги, и жадно смотрел на предложенную еду. Понимая, что Зверь, вероятно, ожидает какой-то похвалы, Локи добавил, - спасибо, тебе не нужно было прилагать столько усилий ради меня. - Это не проблема, повара сделали всю работу, - Тор вытащил из сумки два набора посуды, - но если еда неприятна, можешь обвинить меня в том, что я поставил перед ними ​​невыполнимую задачу. Одинсон вручил Локи деревянную вилку и нож, которые тот принял с нескрываемым восторгом. - Они очень похожи на те, что были у меня раньше, - удивился он. - Да, тот же слуга сказал мне, что знатные йотуны едят деревянными инструментами. Я не смог найти набор твоего размера, поэтому вырезал их сам, - Тор положил свою посуду на одеяло, затем привязал лошадей к ближайшим деревьям, и предложил, - пожалуйста, попробуй. Но Локи не двигался, вместо этого он смотрел на небольшие вырезанные вручную приборы в своей руке. Теперь, когда он знал, что Одинсон сделал их сам, все недостатки стали очевидны: зубцы вилки были не совсем ровными, а рукоять ножа была далека от идеально прямой. Резьба по дереву ценится среди йотунов как высокое искусство, конечно, долгие зимы, необходимо заполнить каким-нибудь полезным делом. Эти маленькие инструменты не прошли проверку в глазах Локи. Но в них было что-то особенно дорогое - сама попытка сделать их. - Я что-то не так сделал? - спросил Тор, когда вернулся и увидел, что еда осталась нетронутой. Он сел на колени в стиле асов, что немного похоже на молитву. Локи быстро оторвался от исследования деревянной вилки и ножа. - Нет, просто… - ему пришлось найти слова чтоб оправдать свою неподвижность, - мы должны попробовать это вместе. Так принято. - Ну конечно, - Тор воткнул вилку в кусок рыбы и неуклюже поднес ко рту. Локи откусил небольшой кусочек и начал жевать. Это был не совсем такой вкус, как у рыбы из его родного мира, но было достаточно близко. И это была не баранина, что явно поднимало настроение. Хорошо приправлено, не пережарено. В общем, довольно приятно. Тем временем Тор нахмурился, когда его вилка дрогнула, и рыба упала на одеяло. - Извини, - пробормотал он, снова пытаясь проткнуть рыбу, но ему удалось лишь разбить кусок на более мелкие части, - я не особо хорош в этом деле. - Так почему ты пользуешься вилкой? Ты можешь есть пальцами, как обычно. Локи сунул в рот кусок торта-пирожного. О да, мед стекал по его языку, как и должно было быть. - Я хотел есть твою еду правильно. Я думал, что это поможет тебе расслабиться, - сказал Тор. Он смахнул свой неудачный кусочек с одеяла и вместо этого взялся за фрукт. - Или моя попытка является оскорблением? Простите меня, наследный принц, мне кажется, что бы я ни делал… - Ой, перестань волноваться и выглядеть глупо, - Локи закатил глаза. - Разве я не могу просто наслаждаться едой, не беспокоясь о твоих хрупких чувствах? - Конечно. Извиняюсь. Я попробую перестать постоянно беспокоиться что делаю что-то не так. Это не твое бремя, - Одинсон наконец откусил от плода. - Конечно нет, - Локи ел и старался оценить еду, не смотря на собеседника. Дикий принц Асгарда, пытающийся есть, как ледяной великан высокого знатного происхождения! Локи это казалось слишком забавным. Он взглянул вверх, чтобы подтвердить свои мысли о Зверюге, и замедлил жевание, как следует рассматривая Тора. Сейчас, когда он искал подтверждение зверства Одинсона, Локи понял, что как ни странно, тот действительно выглядит весьма неплохо. Кожаная одежда для верховой езды покрыта воском и отполирована до яркого темного блеска, как и сапоги. Его плащ был привычного красного цвета, но выглядел совершенно новым, а не рваной тряпкой, которую тот носил раньше, и был собран на одном плече в аккуратные складки. Даже желтые волосы были уложены иначе - одна коса сзади, а остальные свободно свисали, обрамляя его лицо. Было похоже, что Одинсон на самом деле старался выглядеть хорошо. Эта мысль чуть не заставила Локи задохнуться. Он задался вопросом, что же за причина была у этого Зверя, что он снова попытался произвести хорошее впечатление? Он давно упустил свой шанс. Локи наблюдал, как Тор пытается зацепить салат из морских водорослей своей вилкой. Асгардский болван! Он потерял больше еды, чем смог донести до рта. Он тратил лучшее! - Вот, вот так надо, - сказал Локи, вставляя зубцы своей вилки в зеленые и черные водоросли и скручивая, пока вокруг них не образовался аккуратный пучок. Он поднял вилку вверх, чтобы показать Одинсону, насколько это легко. - Это очень умно, - сказал Тор и скопировал движения Локи. - Ты говоришь так, как будто это я изобрел. - Я знаю, - сказал Тор, набив рот салатом, затем, подняв руку перед своим ртом в запоздалой вежливости, добавил, - но тот, кто это придумал, наверняка очень умен. Одинсон улыбнулся. Локи сердито вздохнул и съел еще салата. Тор отпил из бурдюка и, вытирая рот о руку, передал его йотуну. Локи не хотел прикасаться губами к тому месту, где недавно был Одинсон, но, слегка пожав плечами, решил, что вино того стоит. Принцы так и коротали время в мягкой тенистой лощине, ели и пили вместе в каком-то легком молчании. Царящая дружелюбная атмосфера, по мнению Локи, была хорошим знаком, чтобы попросить какую-нибудь ценную безделушку. Ему все еще нужно было что-то для взятки стражу моста. Он выпил еще вина и передал бурдюк Одинсону, позволяя их пальцам коснуться. - Я подумал, может тебе стоит сделать мне подарок? Что-нибудь, чтобы показать твоему отцу и его придворным, что ты искренне озабочен своим супругом? Поскольку это ваш обычай и все такое. Тор не подносил бурдюк к губам, только смотрел поверх него своими фальшиво-весенними голубыми глазами. - Подарок? - прохрипел он. - Да, просто что-нибудь чтобы подтвердить нашу ложь, - сказал Локи. Одинсон моргнул, глядя на бурдюк в руке, на одеяло, на котором они сидели, на пустые корзины, в которых остались несколько крошек от еды. И, наконец, он посмотрел на два маленьких набора деревянной посуды, прислоненные друг к другу в корзине для торта. - Это и был твой подарок, - сказал Тор. Он быстро покраснел, - разве ты не… разве тебе не понравилось? Локи вздрогнул. Этот пикник был задуман как подарок? Ему? Блять! - Это было… я имею ввиду, еда была просто изумительной. И это... - он взял свою новую деревянную вилку. - Я ценю это, ценю. Но… - Я спросил наставников, которые разбираются в таких вещах, - продолжил Тор, - они сказали мне, что йотун будет насмехаться над золотом или серебром, что рубин будет равносилен пощечине. Поэтому я решил сделать что-то в соответствии с вашими обычаями. Если я снова ошибся... - Все в порядке, сегодняшний день был прекрасен. Я только подумал, если бы у меня была какая-нибудь мелочь, которую можно было бы показать... - Локи остановился, гадая, почему он вообще заботиться об успокоении чувств Тора. - Асгардианцы не поймут этого подарка. Еда, посуда, поездка - они не поймут, что это значит для меня, даже если ты попытаешься объяснить. Ты должен подарить мне что-то публично, что-то очевидное для их образа мыслей. В противном случае придворные будут думать, что ты потерял интерес к своему супругу. А мы бы этого не хотели, не так ли? - Я полагаю, что нет, - нахмурился Одинсон, затем, повернувшись на юг, он уставился вдаль, будто услышал что-то, что могли слышать только его уши. - Мы должны подготовить лошадей. Сюда приближается буря. Локи взглянул на безоблачное голубое небо и рассмеялся. - О чем ты говоришь? Ни туч, ни дождя нет, - он подумал, не хочет ли Зверь побыстрей покинуть его компанию. - Разве ты не чувствуешь запах? - Тор указал на юг, но Локи видел только безупречное небо и деревья в лесу, - с той стороны, по ветру. Йотун пожал плечами. Если Зверюга настаивает, чтобы они ушли, они уйдут. Он собрал корзины с едой и помог Тору сложить все в седельные сумки. К тому времени, когда они собрались, черные грозовые тучи заслоняли солнце, а вдали вспыхивали зазубренные молнии. - Удивительно, - сказал Локи, прищурившись от прохладного ветра, - ты смог ощутить бурю, прежде чем я это понял. - Это не волшебство, если ты так думаешь, - Тор затянул ремень на седле Громобоя, - я это усвоил только за годы тренировок. Любой может научиться, если у него есть желание и время, - он запрокинул голову, чтобы изучить небо. - Знаешь, что я думаю? Мы не успеем убежать. Давай найдем укрытие и подождем. - Это просто небольшой дождь. Ты всегда прячешься при первых признаках неприятностей? - Локи усмехнулся. В этот момент молния расколола небо надвое. Локи подпрыгнул от громкого раската грома. - Ты предпочитаешь вернуться во дворец насквозь промокшим? - Тор с трудом скрывал ухмылку. Локи положил руку на крепкий бок Белль. - Что ж, мы не должны позволить этой старушке поймать свою смерть. Укрытие - прекрасный план.

***

Одинсон, очевидно, хорошо знал местность и привел лошадей к неглубокой пещере, больше похожей на выступ скалы. Места было немного, но по крайней мере, они были сухими и защищенными от ветра. Локи выбрал самый плоский камень, который смог найти, и присел у задней стены. Он наблюдал со своего места, как Тор закрепил лошадей и успокаивал их, поглаживая их длинные морды. Сразу пошел ливень. Локи наблюдал, как лужи на травянистой земле росли, сливались и превращались в ручьи. Молнии были впечатляющими: огромные ледяные вспышки среди черных облаков; и громовые хлопки - их вестники. Йотуну, конечно, не привыкать к вьюгам и ледяным бурям, но дождь был для него чем-то экзотическим, и поэтому он восхищался его капризной природой и брутальной красотой. Тор облокотился одной рукой на спину Громобоя и тоже смотрел на дождь. - Возможно, это была последняя наша прогулка, - сказал он, - становится холодно. Ты чувствуешь это? Еще несколько дней, а может даже сегодня вечером, и выпадет снег. - Так быстро? - спросил Локи. Действительно, буря принесла с собой холод, и теперь его дыхание выходило облачком пара, - я бы и не подумал, что такое быстрое изменение погоды возможно. Тор молчал, затем поднял руки, расстегивая красный плащ. - Если вы извините меня, наследный принц, - сказал он, - я оставлю вас здесь на время. - Что ты имеешь ввиду? - потребовал ответа Локи. Одинсон не стал вдаваться в подробности, только накинул плащ на спину лошади и затем расстегнул свою кожаную куртку. Локи отвел глаза, когда и куртка была снята. Что делал этот негодяй, раздеваясь вот так прямо перед Локи? Такое нескромное поведение было недопустимо в Йотунхейме. Но это был не Йотунхейм. Это был залитый дождем Асгард, и его принц, зачем-то обнаженный до пояса, вышел из маленькой пещеры в шторм. - Ты сошел с ума? - крикнул ему вслед Локи, но не получил ответа. Тор шел по поднимающейся воде, его желтые волосы быстро стали темными, а его белая кожа стала скользкой от дождя. Он остановился в нескольких метрах и просто встал. Локи подумал, что возможно, он что-то ищет в лесу, но через некоторое время Одинсон поднял лицо к бушующей буре и поприветствовал дождь. Его глаза были закрыты в чем-то вроде священного обряда, который Локи мудро решил не прерывать. Он просто смотрел, а Тор просто стоял. Это длилось до тех пор, пока не наступила самая плохая погода. Но в конце концов шторм, унесенный сильным ветром, ушел на север. Снова засияло солнце. В лесу, как и на успокоенной душе Тора, было тихо. Слегка кивнув небу, Одинсон вернулся в убежище пещеры и взял свой плащ, вытирая им влажное лицо. - Извини. Я знаю, что это было странно, - сказал он, - но у меня не будет возможности снова почувствовать дождь до весны. - Почему тебе это так нравится? Я имею ввиду непогоду: бури и штормы. Ты больше не контролируешь их; разве не больно видеть, как они идут без тебя? - Локи внимательно посмотрел на Одинсона. Тор мягко улыбнулся, натягивая одежду. - Возможно, так и было в первые дни, когда меня лишили силы. Теперь я думаю, что могу по-настоящему любить что-то, только когда понимаю, что не контролирую это. На самом деле, я никогда не контролировал бурю. Мне только была предоставлена ​​ возможность позаимствовать гром. Однажды, я верну себе эту привилегию, и когда я это сделаю, то больше не буду принимать это за божественное право, - он остановился, прикрепив свой красный плащ к плечу, и спросил, - тебе холодно? Я могу дать тебе свой плащ, если хочешь. - Спасибо, но нет. Вернемся во дворец. Так они и сделали. Локи было, о чем подумать, пока они ехали. Не только о его плане побега, но и об этой новой стороне его похитителя. Зверь, любивший дождь.

***

Локи был почти готов одеться для сна, когда Хеймдалль вошел в его комнаты. - Мой принц просит вас присутствовать на праздничном ужине Всеотца сегодня вечером несколько придворных обедают с королевской семьей, и у Тора есть кое-что, что он хотел бы вам преподнести. «Наконец-то, - подумал Локи, - мой подарок». - Показывай дорогу, - сказал он. За столом Всеотца действительно было множество ярко одетых придворных и советников, стремящихся привлечь внимание своего короля. Хела тоже была там, но похоже, ее ничего не интересовало, кроме винного кубка. Она даже не взглянула, когда вошел Локи. Тор, однако, заметил его и тут же махнул в свою сторону. Одинсон встал при приближении Локи и стукнул костяшками пальцев по столу. Гул разговоров утих и собравшиеся обратили внимание на своего принца. - Королевскому супругу, - сказал Одинсон, - моему мужу и любовнику, я хочу преподнести этот маленький знак моей верности. Он вынул из-под плаща небольшой бархатный мешочек, перевязанный серебряной лентой, и вложил его в руку Локи. Локи открыл подарок. Это была фигурка несущейся лошади из чистого золота, украшенная сапфирами вместо седла и рубинами вместо глаз. Вульгарная вещь, сияющая и слишком яркая, но было несложно изобразить восторг, когда он знал, что эта лошадь оплатит ему путь к свободе. - Прекрасный подарок, - сказал он Тору. - Спасибо. - Хорошая традиция, - прогремел Один, - осыпать супруга богатством. Счастливый супруг родит много сыновей! - За сыновей! - закукарекали придворные за столом. Они подняли свои чарки и соревновались за самый помпезный тост в честь будущих внуков правителя. В суматохе Тор наклонился к Локи и прошептал: - Достаточно публично? - Очень хорошо, - прошептал в ответ Локи. - Я знаю, что это не в твоем вкусе, но по крайней мере, может эта безделушка будет напоминать наши уроки верховой езды, - улыбнулся Одинсон. Локи моргнул. Неужели Зверь хотел даже этот безвкусный подарок сделать по возможности приятным для него? - Да, - сказал он осторожно, - действительно. Локи посмотрел вниз, надеясь, что это выглядит достаточно покорно. - Должен ли я вернуться в свои апартаменты, сын Одина? - громко спросил он, чтобы все могли слышать. - Я готов уединиться с тобой. Отец? - Тор вопросительно повернулся к Одину. - Идите. Наслаждайтесь своими подарками, вы оба, - король отмахнулся от них. Локи подавил дрожь отвращения. Тор взял его за локоть, чтобы увести. Когда они проходили мимо Хелы, она бросила на Локи расчетливый холодный взгляд. Она подозревала? Она знала? Сердце Локи забилось у него в горле. Погода была против него, и Хела тоже. Он должен действовать. Сейчас. Сегодня ночью. У него может не быть лучшего шанса сбежать. Уже все было готово: лошадь, ворота, дорога, взятка, серебро для кузнеца. Все, что ему нужно сделать, это покинуть свою комнату глубокой ночью и... Его комната. С дверью, которая запиралась каждый раз, когда закрывалась. Локи пристально посмотрел на Одинсона. Они почти были в его покоях. Он должен что-то сделать, и быстро. Его мысли метались в хаосе. Но что он мог сделать, чтобы получить желаемое? Они достигли двери комнаты, и Локи наблюдал, как Тор отпирает ее своим ключом. Затем ключ был спрятан обратно в сумку на его поясе. Все это Локи запомнил. Как только они вошли в комнату и дверь закрылась, Локи набрался храбрости, повернулся к Одинсону и обнял его с неистовой силой, прижав их друг к другу. - Что? - замер Одинсон, - наследный принц, ты в порядке? - Я хотел поблагодарить тебя, - пробормотал Локи ему на ухо, - мое заключение было мучением. Но последние несколько дней с тобой… Это были хорошие дни. Ты, наверное, думаешь, что я очень глупый. - Нет, нет, совсем нет, - толстые руки Одинсона поднялись обняли Локи, - я понимаю, после всего, что я сказал и сделал - все мое королевство сделало, - ты очень великодушен, что позволяешь мне наслаждаться твоим обществом. Это я должен тебя благодарить. Локи высвободился из объятий Тора и с улыбкой отступил назад. Между его пальцами был спрятан ключ, который он забрал под предлогом объятий. - Когда-нибудь мы обязательно придем к взаимопониманию, - он кивнул на точку за плечом Одинсона. - Не мог бы ты отвернуться, чтобы я мог переодеться в свою ночную одежду? - Конечно! - Тор быстро повернулся лицом к углу. Локи воспользовался возможностью, чтобы сделать небольшой узелок из наволочки. Серебряные монеты, золотой конь и ключ. После минутного колебания он добавил деревянные приборы, которые Зверь вырезал вручную. Затем он снова переоделся в кожаную одежду для верховой езды, чтобы быть готовым в любой момент. - Если завтра будет плохая погода, - сказал Тор стене, - не хочешь ли ты пойти со мной на экскурсию по дворцу? Думаю, найдется несколько комнат, которые тебе могут показаться интересными. - Да, звучит прекрасно, - Локи слушал лишь наполовину, он был слишком занят, пряча себя и свой узел под одеялом. Убедившись, что все скрыто от шеи до пяток, он откашлялся, - ну тогда спокойной ночи. - До завтра, - сказал Тор и задул свечи, прежде чем застелить себе постель на плитах. Локи подождал, пока «легкий» храп Одинсона заполнил комнату, затем выскользнул из постели и забрал свои вещи. Угольки камина освещали комнату теплым светом, достаточным для того, чтобы увидеть расслабленное во сне лицо асгардца, его приоткрытые губы и растрепанные волосы. Локи потратил немного драгоценного времени, чтобы посмотреть на Зверя. Конечно, просто для того, чтобы убедиться, что тот крепко спит. «Я должен задушить его перед побегом, - подумал Локи. - Это даст мне больше времени». Но Локи Маленький не смог убить Одинсона, пока тот спал. Он только долго смотрел на него, затем отпер дверь и исчез в ночи…