Наследный принц и Зверь

Поняв, что уже не считает Одинсона таким уж грязным, как первоначально думал, Локи решил сначала полностью игнорировать это откровение. Но это было невыполнимо, потому что не проходило и минуты без того, чтобы его мысли не возвращались к Тору: как его рука нежно покоилась на локте Локи, когда они гуляли, как он смотрелся верхом на своем боевом коне, как развевался его плащ, и миллион других моментов. Также был вопрос практичности: Локи не может игнорировать своего единственного союзника во всей этой неразберихе. В конце концов им придется появляться на публике - конечно, он же королевский супруг, носящий ребенка. Тогда Локи решил встретить проблему лицом к лицу. Он считал, что самое простое решение часто бывает самым лучшим. И в данном случае решение было ясным: ему нужно избавиться от поглощающей его похотливой жажды, потакая своим безумным желаниям хоть раз. Как только он подвергнется (без сомнения) ужасному натиску со стороны Одинсона, Локи освободится от преследовавшей его нужды. И почему бы ему не пошалить сейчас? У него есть три недели, прежде чем он сможет сделать что-нибудь полезное для пойманной в ловушку королевы. Кроме того, когда у него снова будет возможность выбрать партнера, который соответствует его росту? Если Локи вернется в Йотунхейм - на что он очень надеялся - у него не будет выбора. А если план Одинсона провалится и все они будут убиты Хелой, Локи предпочел бы не умирать девственником. У этого плана был дополнительный бонус, который, возможно, обеспечит ему место в махинациях Одинсона. Соблазнение не было сильной стороной наследного принца Йотунхейма, учитывая, что его никогда даже не целовали, но разве это может быть сложно? Согласно эротике асов, которую он прочитал и досконально изучил, было до смешного легко склонить асгардцев к сексу. Они вряд ли могли пройти три метра, не трахнувшись с какой-нибудь девушкой, если верить книгам. Решение принято. Некогда думать. Только действовать.

***

Весь следующий день Локи с нетерпением ждал темноты ночи, когда в замке будут спать все слуги, и лишь немногие из стражников будут бродить по залам. Он выскользнул из своей комнаты босиком, одетый только в мантию из тонкого шелка. Путь к покоям Одинсона был свободен, а дверь открыта. Локи вошел и увидел, что Тор лежит в постели, но еще не спит. Он лежал одетым на простынях и хмуро просматривал какую-то книгу. Тор глянул на открывающуюся-закрывающуюся дверь. - Локи? - книгу положили на стол. - Что привело тебя сюда в столь поздний час? Если ты все еще злишься на меня из-за вчерашнего… - Это не то, - Локи собрался с духом, прежде чем заговорить. Его руки сжались на мягкой ткани, - я хотел сказать тебе, что в последнее время я был ужасно одинок. - Да, полагаю, сейчас у тебя не так много собеседников, когда мы не застряли в одной комнате на несколько дней, - они разделили улыбку, хотя Локи улыбался больше от нервов, - хочешь сесть и поговорить со мной? - Нет, я… - сглотнул Локи. Слова не годятся для такого толстокожего асгардского болвана как Тор. Он понимает только действие, и поэтому Локи действовал: он распахнул мантию, позволил ей красиво стечь с плеч. Наследный принц Йотунхейма стоял совершенно голый, если не считать золотых обручей на шее, запястьях и лодыжках. Пока Тор ошарашенно смотрел, Локи боролся с желанием прикрыть свою наготу руками. Но он будет горд в своем желании и не станет так унижаться. Локи приподнял подбородок. - Мы могли бы заняться другими делами, - наконец сказал он в тишине. - Что ты!.. - Тор вскочил с кровати, поднял брошенную одежду и попытался прикрыть голое тело. - Локи, я знаю, что тебе нравится дразнить меня, но это слишком жестокая шутка. Пожалуйста, прикройся! - Но… - слезы выступили в глазах йотуна. Неужели он настолько неприятен Тору? Быть отвергнутым этим ублюдком было невыносимо. - Это не шутка. Я думал, что мы могли бы… - Не надо, - Тор поднял палец, - не говори этого, не думай об этом. - Я только хотел… - попытался Локи. - Если твое одиночество причиняет такую ​​боль, есть специально обученные слуги, которых можно привести во дворец, - Тор смотрел на руки, а не на лицо Локи, когда говорил, - все будет хорошо организовано. Они очень умелые и сделают все именно так, как тебе нравится. Это было бы лучше для тебя. - Но я не хочу ложиться с незнакомцем, - возразил Локи, - я знаю тебя, и я доверяю тебе. О, это было далеко от правды. Тор выглядел так, будто его ударили молотом по затылку. Локи закусил губу и вернулся к тому моменту, к которому Одинсон мог бы прислушаться. - Ты обходился без сексуальных утех последние несколько месяцев. И ты знаешь, что я прав, когда говорю, что мы должны утолить нашу жажду. Мы сделаем это просто для нашего удовольствия. Это не будет значить ничего! - Ты просишь невозможного, - Тор покачал головой. - Да, - Локи моргнул, и опустил голову, - я понимаю, ты никогда меня не захочешь. - Локи… - Я так сильно тебе противен? Локи поднял свою руку и посмотрел на нее: синяя кожа испещрена следами наследия, золотой браслет на запястье. Насмешки других йотунов разносились в его голове; вспомнились старые страхи и сомнения. - Я маленький, я знаю, но я думал, что идеального размера для тебя, - он скрестил руки на груди. Возможно, Тор действительно видел в нем не более чем демона из асгардианских историй. - Это из-за моего окраса? Разве он настолько тебе противен, что ты не можешь его терпеть? - Это не… - Тор положил руки на теперь закрытые одеждой плечи супруга и встал на расстоянии вытянутой руки. Он смотрел в глаза йотуна, и его собственные глаза были затуманены беспокойством. - Это не потому, что ты меня не привлекаешь. Слишком привлекаешь, если честно. - Я не понимаю, - Локи уставился на него. Теперь Тор смотрел только на их ноги и, казалось, подбирал слова с особой осторожностью. - Ты прав, когда называешь меня Зверем, варваром и хуже того, потому что, когда я вижу тебя в таком состоянии, я думаю о том, чтобы... взять тебя. Как это сделал бы зверь. - Что ты имеешь в виду? Тор шагнул ближе, тепло его тела коснулось холодной кожи Локи, но его голубые глаза не отрывались от пола. - Я имею в виду, что думаю, как разверну тебя и жестоко вопьюсь зубами в твою шею. Я думаю о том, чтобы вырывать крики из твоего рта при каждом движении, и наполнять тебя своим семенем, пока не буду уверен, что ты родишь моего ребенка, - еще шаг ближе. Локи затаил дыхание. Тор поднял затуманенные похотью глаза и крепко стиснул зубы. - Я бы полностью овладел тобой, Локи. И я знаю, насколько ты ненавидишь меня и насколько это опасно для нас обоих. У Локи перехватило дыхание. Неужели Асгардский Зверь действительно такое чувствовал? Он никогда бы не догадался. От той свирепости, с которой Одинсон говорил, кровь Локи вспыхнула. И его сердце, которое всегда было так хорошо защищено, билось о свою ледяную клетку. - Да, - пробормотал он, стеклянными глазами смотря на тело Тора, - мне бы это не понравилось. Но его тон подразумевал совсем обратное. Тор заметил взгляд йотуна и слегка встряхнул его за плечи. - Если бы ты на самом деле забеременел, а не просто притворялся, то был бы слишком уязвим для Хелы. А ребенка бы использовали, чтоб управлять мной. Мы не можем рисковать. Я не могу… - Послушай, - сказал Локи, выходя из оцепенения, - я согласен, что о том, чтобы вынашивать твоего ребенка не может быть и речи. Но есть же другие способы лечь со мной? Я новичок, но даже я знаю, что можно использовать руки… или язык… - Ты не слышал ни слова, из того что я сказал? - зарычал Одинсон. - Мне нельзя доверять, когда дело доходит до тебя. Я… Я становлюсь монстром. Входя в логово Зверя, Локи не считал себя искателем острых ощущений, но, возможно, вспышка сильного желания в его груди доказала обратное. Он заправил прядь волос Тора за ухо, затем положил руку на его мохнатую щеку. Их взгляды встретились, несчастный и жаждущий. - Я верю тебе, - повторил Локи, - ты доказал, что тебе знакомо понятие чести. Но сейчас я хочу, чтобы меня обнимали и трогали. Ты сделаешь это? Только сегодня? Только на одну ночь и никогда больше. Йотун сглотнул при этой мысли. Шершавая лапа Тора сомкнулась на его руке, прижимая ее к лицу. Его глаза были точками тающего льда. - А если тебе не понравится? - спросил он. - Тогда я тебе скажу, и ты исправишь свою ошибку, - Локи улыбнулся. - В самом деле, Тор, неопытный здесь я и это я должен ломаться, а не ты. - Но ты чувствуешь себя не так, как я, - прошептал Тор. - Что ты имеешь ввиду? - нахмурился Локи. - Ничего, - быстро сказал Одинсон. Его рука упала, и он отступил назад, прочищая горло. - Ты уверен, что хочешь меня? - Да, - выдохнул Локи. - Только на сегодня? - Только сегодня вечером. - Хорошо. Я вижу, что тебя не отговорить. Если это немного порадует тебя, я готов, - челюсть Тора дрогнула, а затем он кивнул. - Тогда, не надо быть таким суровым, - сказал Локи, щелкнув языком. - Ты ведешь себя так, как будто это твоя обычная работа. - Нет, нет, - заверил Тор. Его руки нашли синие руки йотуна и крепко сжали их. - Мне нужно всего лишь мгновение, чтобы осмыслить ситуацию. Пожалуйста, присядь и будь моим гостем. Тор взял мантию супруга, как пальто, и повесил ее на крючок. Локи, снова обнаженный, сел на массивную кровать и огляделся, отметив книгу на прикроватной тумбочке. Он наклонил голову, чтобы прочитать название на корешке. Йотун не мог расшифровать каждую асгардианскую руну, но узнал слово, обозначающее «проклятие», и кое-что о древних временах. - Что ты читал, когда я так грубо прервал тебя своими желаниями? - спросил наследный принц, пытаясь поднять настроение. Он потянулся к книге и пролистал ее, но все было на старом асгардском языке, и он не мог прочесть ни слова. Тор недовольно вырвал книгу из его рук и положил ее на стол. - Просто народные сказки, - грубо сказал он, - я привык читать перед сном с тех пор, как мы сходили в библиотеку. Взгляд Тора упал на обнаженную грудь йотунхеймца, а затем устремился прочь. Локи снова почувствовал сомнение, но он держался за слова, сказанные Тором. Одинсон желал его, думал о том, чтобы заявить права на него по-асгардиански. Полностью. Как животное. - Почему ты так нервничаешь? - спросил Локи, откидываясь на подушки. - Это всего лишь я. «Это всего лишь мимолетное увлечение», - напомнил он себе. Тор коротко рассмеялся. Его взгляд остановился на лице Локи, и теперь он был полон решимости не допустить, чтобы йотун ускользнул от него. - Несмотря на то, что у меня достаточно опыта в постели, - сказал он, - я знаю, что твое тело отличается от всего, с чем я встречался. Так что я тоже неопытный новичок сегодня. - Ах, - Локи раздвинул ноги, его щеки горели. Когда он стал таким смелым в подобных делах? - Тогда тебе лучше познакомиться с ним поближе. - Моими руками? - спросил Тор. Его взгляд метнулся снизу-вверх. - Пока да, - сказал Локи и закрыл глаза. Он ахнул от первого неуверенного прикосновения мозолистыми пальцами к его твердому члену, а затем к мягким складкам его сумочки чуть ниже. - Безволосый? - пробормотал Тор. - Почти, - поправил его Локи, затаив дыхание. Он взял руку Тора в свою и направил ее к небольшой прядке шелковистых черных волос у основания члена, скрытой за его увеличивающейся эрекцией. Пальцы Тора гладили, снова и снова перебирая мягкие волоски. Локи вздрогнул. «Это могло бы быть любовным прикосновением, - подумал он, - а не только формальной необходимостью». - Я приглашал и мужчин, и женщин в свою постель, - сказал Тор, его дыхание согревало внутреннюю поверхность бедер Локи, - и я думал, что ты будешь суммой двух полов, но ты это нечто большее. В голосе Одинсона была такая странная нотка, что Локи пришлось смотреть. Он открыл глаза и увидел Тора, лежащего на животе между его ног. С восхищенным лицом тот изучал самые секретные части своего супруга. - И ты не считаешь это отвратительным? - спросил Локи. Он никогда бы не признался, даже самому себе, что волновался. - Я не знаю. Но у меня есть вопросы к тебе... Могу я их задать? - Тор посмотрел на него. - Какие вопросы? - Ну, например, - кончики пальцев Тора коснулись гладкой кожи под членом Локи, заставив того вздрогнуть, - где твои камни? - Мои что? - Твои... э-э-э, - Тор изо всех сил пытался найти нужные слова, - где находится твое семя. - Ты имеешь ввиду мои драгоценности? Они внутри вместе с другими моими органами. А почему спрашиваешь? А где находятся твои? - брови Локи недоуменно изогнулись. - Не... внутри, - Тор отвернулся, покраснев. - И где ты их хранишь? В кармане? - засмеялся Локи и указал на штаны Тора. - Нет! В мешке. Здесь. Внизу, - Тор коснулся того места, которое имел ввиду на Локи, вызвав новую дрожь у йотуна. Локи облизнул губы. В эротических книгах об этом не упоминалось. - Давай, покажи мне, - он кивнул в сторону Тора. - Я должен держать себя под контролем. А ты хочешь, чтобы я сбросил штаны и удовлетворил твое любопытство? - застонал Тор. - Ну да, - сказал Локи. - Пожалуйста? Но Тор твердо стоял на месте, поджав губы. Локи слегка пнул его в бедро. - Мне жаль, что я засмеялся, - сказал он. - Давай. Я не хочу быть единственным обнаженным в твоей постели, это пугает меня. Еще раз взглянув на йотуна снизу-вверх, Тор вздохнул и оторвался от кровати. Локи повернулся на бок, чтобы посмотреть, как Тор расстегивает пояс. - Помни, ты сам настаивал, - предупредил Одинсон, снимая штаны. Глаза Локи расширились при виде члена Тора, такого твердого, с пульсирующими венами по его пурпурной длине. Локи, конечно, видел и больше в массажных кабинетах Йотунхейма, но для асгардца это было слишком много. Его крайняя плоть была отведена назад настолько, что можно было увидеть, как из розовой головки вытекает жемчужина белого цвета. А внизу, как и было обещано, висели два камня, заключенные в мешок из кожи и покрытые грубыми вьющимися светлыми волосами. Они выглядели тяжелыми. Рука Локи уже протянулась, прежде чем он подумал спросить: - Можно? - Если хочешь, - Тор запрокинул голову и посмотрел в потолок, прочищая горло. Локи схватил один камень в ладони и сжал. - Нежнее! - запищал Тор. - Ой! - Локи быстро отдернул руку, его глаза расширились. - Я думал, они будут твердыми! - Нет! Они не такие, они очень мягкие и чувствительные, - предупредил Тор, морщась. - Тогда почему их называют камнями!? - Потому что… - Тор замолчал. - На самом деле я не знаю. Улыбка расползлась по лицу Локи, и вскоре Тор тоже стал улыбаться. На них нахлынула волна почти истерического смеха, больше из-за абсурдного положения, чем чего-либо еще. - Они должны называться бархатными шарами, - весело сказал Локи, - или бархатными подушечками. Что-нибудь мягкое и легкое. Его рука вернулась к телу Тора, и на этот раз он осторожно взвесил хрупкие камни в руках, осторожно перекатывая их в мешке. Тор со стоном откинул голову назад. - Я полагаю, ты можешь называть их как хочешь. Еще одна жемчужина белого цвета показалась из его члена, заставив первую соскользнуть вниз по стволу и исчезнуть в поросли грубых волос. - Неужели это так на тебя повлияло? - завороженно смотрел Локи. - Да, - Тор взял нежную руку Локи и отвел ее от себя. - Тебе следует остановиться. Одинсон наклонился и потянулся к штанам, упавшим на лодыжки, его твердый член подпрыгивал от возбуждения. - Нет, подожди, - сказал Локи, протягивая руку, чтобы остановить асгардца. Его глаза встретились с маленькими голубыми осколками. - Разве ты не хочешь снять одежду? Тебе будет удобнее. - Ты играешь с огнем, наследный принц, - взглянул на него Тор. - Если бы я не доверял тебе - зная, что ты не трахнешь меня как сучку против моей воли, - я бы не пришел сюда. Одной этой идеи было достаточно, чтобы его маленькая щёлка похотливо дернулась. О, как он хотел освободиться от этой сладкой пытки. Локи слегка прикоснулся к руке Тора, надеясь, что это было воспринято как дружеский жест, а не жест отчаянной жажды и нужды. - Пожалуйста. Дай мне тебя увидеть. Вздох Тора был потусторонним. - Хорошо, - сказал он наконец и начал раздеваться с воинской скоростью. Локи наблюдал, как его муж обнажается: покрытые золотом ноги, на удивление гладкая кожа спины, коричневые крапинки на плечах, бочкообразная грудь. Где-то в глубине души Локи ожидал, что вид бледного грубого асгардского тела оттолкнет его. Оно было чуждо и ужасно. И все же, когда он увидел голубые глаза, смотрящие на него в ожидании приговора, он не нашел в Торе ничего уродливого. В каком-то смысле Одинсон обладал своей брутальной красотой. - Хорошо, - прошептал Локи, жадно глядя на тело Тора, - очень хорошо. А теперь иди сюда. Он взял Тора за руку и затащил обратно на кровать. Они вернулись в прежнее положение: Локи лег на подушки, а обнаженный Тор между его раздвинутых ног. Одинсон провел кончиками пальцев по щели в сумочке Локи. Позвоночник йотуна напрягся от незнакомого прикосновения, более грубого и менее уверенного, чем у него самого. - Ты покажешь мне как тебе нравится? - спросил Тор. - Возьми мои руки и направь их туда, где они тебе нужны. - Да, хорошо, - Локи сглотнул и наклонился. Он взял Тора за правую руку и согнул его пальцы, затем переместил руку Тора так, чтобы костяшки коснулись губ его сумочки. - Только здесь? - спросил Тор. - Не оба? - Он кивнул на напряженный член Локи. - Не сразу. Сразу слишком много. - Понимаю, - Тор изучал лежавшее перед ним тело с таким увлечением, что Локи подумал, что тот может стать отличным ученым в этой области. - Значит тебе нравится, когда тебя сначала дразнят. Теплое дыхание Одинсона ощущалось как еще одна пара рук на теле наследного принца, разжигая огонь внутри его живота. - Ты уже мокрый, - кончик торовского пальца погрузился в мягкие складки Локи и стал блестеть. - Да, довольно быстро, - Локи попытался сдержать дыхание. - Теперь возьми, мой посох. Он взял левую руку Тора в свою и направил ее туда, куда нужно, большим и указательным пальцами обводя набухшую голову. - Ты называешь его своим посохом? - губы Тора скривились. - А как ты называешь свой? - Меч, которому нужны ножны, - засмеялся Тор. - Это действительно ужасно, - Локи прикрыл рот рукой, чтобы скрыть ухмылку. Все-таки неприлично хихикать во время секса. - Возможно. А это? У этого есть название? - Тор мягко постучал костяшками пальцев по мягкой мокрой щелке Локи. - Моя сумочка, конечно. - Та, где ты хранишь свои драгоценности. - Видишь, ты учишься. - Надеюсь, достаточно быстро, - Тор продолжал водить руками по чувствительным местам своего мужа, на его лице промелькнуло задумчивое выражение. Его взгляд метнулся вверх. - Могу я попробовать тебя? Головокружение Локи исчезло. Некоторая встревоженность вернулась, но и жгучее любопытство тоже. - Можешь, но… - он посмотрел Тору в глаза, - осторожнее. Тор не отвел взгляд, но открыл рот и провел розовым языком по синему гладкому члену йотуна, его губы сомкнулись вокруг нежной головки. Локи уткнулся головой в подушку, чтобы заглушить крик. Он не мог смотреть. Одних ощущений было достаточно, чтобы вознестись на небеса: шершавая борода Одинсона на его нежной коже, жар его рта, то, как его пальцы более настойчиво задевали шов сумочки, собирая еще больше влаги. - Это все для меня? - спросил томным от желания голосом Тор. Локи взглянул вниз и увидел, как Тор поднес пальцы к своему рту и начал их облизывать. Еще один приглушенный вздох, и его лицо снова оказалось в подушке. - Локи? - Тор перестал прикасаться к нему, что было невыносимо. - Разве это не..? - Все в порядке, - сказал Локи, выглядывая из своего укрытия. - Продолжай. И продолжай говорить со мной. Это так грязно. Мне это нравится. - Наш маленький наследный принц любит грязные словечки? - лицо Одинсона стало хищным. - Неужели это правда? Раньше ты был таким чопорным и чистым. А теперь посмотри на себя. Ты так и жаждешь, когда я тебя отымею. - Да, - выдохнул Локи. - Тогда я должен поскорей дать тебе то, чего ты так хочешь, - Тор лизнул его, двигаясь языком глубоко в мягкие мокрые складки, а другой рукой все еще поглаживая головку чужого члена. Казалось, Одинсон был повсюду: он блуждал между ног Локи, в один момент заглотив йотунский член, а в следующий момент глубоко погружался внутрь женского начала языком. Локи бормотал бессмысленные мольбы, пока его тело узнавало неведанное ранее наслаждение от Тора и его прикосновений. - Больше, - шептал он в подушку, - пожалуйста, что угодно, но мне нужно больше. Прежде чем он понял, что происходит, Локи обнаружил, что его бедра высоко подняты, так что он практически согнулся пополам. Грубые руки широко развели половинки его задницы. Тор наклонил голову и стал лизать его расщелину, проводя языком по краю маленькой дырочки. Тело Локи тряслось, даже когда он корчился. Это было самым запретным из всего, о чем он мечтал. Неужели все асы засовывали туда свои языки? Или его муж был самым развратным во всем Асгарде? - Тор, это… - взвизгнул наследный принц, - это же... - Грязно? - Тор приподнял бровь и ждал, удерживая своего любовника приподнятым своей огромной силой. Локи расслабился, его веки опустились. Он подчинился. Он должен был; иначе он бы умер. - Сделай это снова, - пробормотал он. И Тор сделал. Его язык метался вокруг и внутрь маленькой дырочки, пока Локи не стал умолять о большем. Тор снова уложил его и провёл языком по каждому скрытому месту своего йотуна. Толстые пальцы дразнили вход в текущую сумочку, и Локи двинул бедрами, пытаясь втянуть их внутрь, но Тор отступил. - Я не хочу… - подыскивал слова Одинсон, - …твоя девица. Если я не буду осторожен, то будет много крови. - Моя девица уже нарушена, - задыхаясь, сказал Локи. Он подтолкнул Тора вперед, отчаянно покачивая бедрами. - Все в порядке, можешь войти глубже. - Как? - глаза Тора расширились, затем сузились. - Кто? - О нет, не будь смешным, - ответил Локи, - меня не оскорбляли. Это была лошадь. - Лошадь? - ярость Тора сменилась замешательством. - Последствия езды верхом на лошади! Это очень распространено, между прочим, - Локи покраснел, - ты собрался допрашивать меня всю ночь или мы можем продолжить? - Извини. Расскажи, как тебе нравится, - рассмеялся Тор. Он сунул один палец в сумочку Локи, а другой во вторую дырочку. Йотуну это очень понравилось, и он сказал об этом в перерывах между глотками воздуха. Тор улыбнулся, он посасывал член своего любовника и говорил ему вещи, о которых нельзя говорить вслух в приличном обществе. Грязные вещи, развратные вещи. - Сейчас ты позволяешь мне делать с тобой все, что угодно, - шептал он, прежде чем укусить мягкое бедро Локи. - Я могу найти в тебе ножны для своего меча. Я могу трахнуть тебя до изнеможения, и ты будешь меня благодарить. Ты заключишь меня в свои объятия и будешь держать внутри, пока я не упаду без сил. Страх и необузданное желание переплелись в Локи, и стало невозможно понять, что именно его контролирует. Он знал только, что если Тор решит взять его, то он не будет его останавливать. - Ты сделаешь это? Было ли это призывом проявить сдержанность или наоборот, сделать то, что Одинсон так смело описал? Тор поцеловал только что оставленный укус. - Нет, - сказал он, - я не могу. Затем Одинсон замолчал, похоже, растеряв все слова. Локи сквозь дымку удовольствия заметил, что кровать раскачивается не только от его собственных движений. Он вытянул голову и увидел, что бедра Тора все быстрее и быстрее ёрзают по матрасу под ним. - Ты что, копошишься о кровать, как какое-то животное? - спросил Локи. - А что еще я могу делать, если ты стонешь, как обученная шлюха? - и асгардец снова прижался ртом к головке члена йотуна, доводя его до оргазма и немного помогая пальцами. Локи вскрикнул, его глаза закатились. Он чувствовал, как его член пульсирует в горле Тора. Его сумочка содрогалась снова и снова. Никогда раньше он не достигал такого наслаждения: когда двойное удовольствие сотрясало его тело волнами сладкой истомы. «Я шлюха, - дико подумал наследный принц, - развратная сучка в лапах этого Зверя». Локи знал, что ему должно быть стыдно, но было слишком приятно признаться в этом, хотя бы самому себе. Он все еще был охвачен дымкой удовольствия, когда сломленный голос Тора донесся до его ушей. - Хм? - Локи моргнул, глядя на мужа. Его тело было в невесомости. - Что ты сказал? - Я сказал, что я близок, - язык Тора смахнул каплю семени Локи из уголка губ. Вся кровать дрожала от его толчков. - Могу я пометить тебя? Разум Локи был настолько затуманен, что он не мог разобрать слова. Он понятия не имел, что Тор имел ввиду под «меткой», но чувствовал себя щедрым, что было для него в новинку, и поэтому просто сказал: - Если хочешь. Глаза Тора загорелись страстным желанием, и он поднялся на колени. Тогда Локи увидел его член, толстый и гибкий, с него обильно капала влага. Тор обвил его рукой и начал водить кулаком по длине своего ствола. - Что ты..? - спросил Локи, все еще не понимая. Затем Тор рванул вперед, нависая над любовником, держась одной рукой за матрас у его бедра, и Локи понял, что тот собирается сделать. Мысль о таком развратном поступке вернула его в полное сознание. Он открыл рот, чтобы возразить, но было уже поздно. Тор с ревом кончил, его семя разлилось по синему телу ошеломленного мужа. Огромные белые капли украшали живот, грудь и большие соски наследного принца. Локи задохнулся от этого ощущения, потрясенный тем, что с ним делают. Но Тор не закончил - его камни все еще пульсировали в мешке, - и он снова встал на колени, передвигаясь, чтобы целиться дальше вверх. Локи инстинктивно поднял руку, но опять же было слишком поздно. Струя семени пролетела между его растопыренных пальцев и упала ему на щеку. Далее последовали другие: немного на переносицу, немного в волосы и на подбородок. Глаза Локи закрылись сами по себе, его рука все еще была бесполезно поднята. Он был покрыт спермой Тора. Горячей. Пахнущей сексом. Несмываемая метка. - О, норны! - большой палец Одинсона смахнул сгусток семени из уголка глаза Локи. - Как потрясающе ты сейчас выглядишь! Локи задрожал и открыл глаза. Вид его тела, лежащего под Тором, потряс его, как ничто другое. Для йотунов главенствовать над помощником в постели было чуждым понятием. И все же Локи позволил асгардскому Зверю пометить себя самым отвратительным способом, который только можно вообразить. Этот перламутровый белый цвет на его синей коже был совершенно неестественным. Он снова закрыл глаза и прижался лицом к подушке, желая спрятаться. Неконтролируемое хныканье вырвалось из его горла. Что он натворил? - Локи? - озабоченно позвал Тор. Его ладонь обхватила лицо йотуна, - что-то не так? «Все», - хотел сказать Локи. - Тебе это не понравилось? - спросил Тор. Его руки нежно и медленно скользили по лицу любовника, вытирая полосы семян. - Ты сказал, что я могу. Я тебя неправильно расслышал? Каким глупым Локи показался бы Тору, если бы попытался объяснить, что в своей неопытности он дал разрешение на то, чего не знал. Так что он только выдохнул: - Его так много. Тор, казалось, расслабился и тихонько рассмеялся. - У меня так всегда, - его большой палец смахнул каплю спермы с края нижней губы любовника, - ты хочешь, чтобы я почистил тебя? - Пожалуйста, - облегченно вздохнул Локи. Избавиться от запаха семени Тора вот что ему нужно. Но вместо того, чтобы встать с кровати и найти тряпку, Одинсон лег рядом с ним и коснулся его лица. Локи, не понимая этого странного поведения, повернул к нему голову. Тор наклонился, и наследный принц убедился, что Зверюга собирается поцеловать его в губы. Такой жест использовали в Йотунхейме только для давних помощников, с которыми живут не один год, и хотя Локи мало заботился о традициях, он никогда не думал нарушать именно эту. Он застыл, не в силах осмыслить эту идею, и поэтому не двинулся с места, когда Тор лизнул его. Язык Тора пробежал по его щеке, смахивая полосы семян. Не поцелуй, а влажное прикосновение. - Ты собираешь свое собственное семя? - спросил Локи. - Почему нет? - Тор лизнул еще немного, - если я ожидаю, что мои любовники попробуют меня на вкус, думаю, я должен быть готов сделать то же самое. - Ты ожидаешь, что я..? - Нет-нет, - торопливо сказал Тор, - если ты не хочешь сам? Он собрал каплю на кончике пальца и протянул ее, предлагая. - Нет, спасибо, - сказал Локи не так уверенно, как хотел. Конечно, ему было любопытно, но вернувшийся стыд сдерживал его. Тор пожал плечами и слизал свое семя с пальца, а затем продолжил чистить мужа, как лев моет своего детеныша. Локи закрыл глаза и позволил себе расслабиться. Как бы странно ни было, ощущение не было неприятным. В комнате воцарилась тишина; единственный звук издавали губы Тора, мягко скользя вниз по телу йотуна, слизывая свидетельства их поступка. Сердце Локи успокоилось до нормального ритма. «В следующий раз, - подумал он, - я буду готов, и это не застанет меня врасплох». Но потом он вспомнил, что следующего раза не будет. Это было только на одну ночь, он сам так решил. Локи задрожал, когда язык Тора скользнул по его ребрам. Они закончили, ведь так? Локи думал, как бы продлить эту ночь. Ему нужно больше времени, нужно больше Тора. Его похотливая жажда только усилилась. Почему стало только хуже? - Ты такой красивый, - пробормотал Тор, когда его рот провел по изгибу бедра по одной из линий наследия. Сердце Локи застучало в груди за секунду от свободного падения. Раньше его никогда не называли красивым, только бракованным. Слова не имели для него смысла. - Я не... - он посмотрел на супруга, - не пытайся мне льстить такой глупой ложью. Тор посмотрел на тело йотуна: синяя кожа блестела от его слюны. Одинсон уткнулся бородатой щекой в ​​бедро Локи и уставился на него немигающими и мягкими глазами. - Не называй меня лжецом, - сказал Тор. Его голос был таким странным, таким теплым, таким нежным. «Так звучит любовь», - отстраненно подумал Локи, вздрогнув. И ему понравилось это звучание. Как ни странно, хотелось слышать это почаще. Нехорошо. Это было совсем не хорошо. - Я должен идти. - Идти? Но… - Тор поднялся и смотрел, как Локи свесил ноги через край кровати. - Уже так поздно. Ты не хочешь спать сегодня здесь? Локи искоса посмотрел на него. Из всех вещей, которые Тор сказал и сделал, это приглашение было, несомненно, худшим. - Здесь? - пробормотал Локи, - с тобой? - Это просто предложение. Только если ты этого хочешь, - наклонил голову Тор. Локи подумал об этом предложении. Действительно, уже было очень поздно, и он очень устал. Кровать Тора была заманчиво мягкой и теплой. А сам Тор был подобен печке. По практическим причинам - и ни по-какой другой причине, - Локи может остаться. Но он также понимал, что оставаясь, он еще больше приблизится к тому, чтобы сорваться в пропасть безумия. Ужасная похотливая жажда не утихала, и если Локи останется на эту ночь, он может вернуться и следующей ночью, и последующей, и так до тех пор, пока… Пока Одинсон по-настоящему не захватит его разум, тело и дух. Почему он вообще думает о таких глупостях? Он пленник этого Зверя, он не более чем пешка в его ​​игре. Локи не мог позволить себе стать жертвой своих опасных желаний. Его молчание затянулось слишком надолго, и Тор заговорил снова. - Я пойму, если ты хочешь вернуться в свою кровать. Тебе, наверное, удобнее спать одному? - Я не знаю, - выпалил Локи. - Я никогда... Он зажмурился. Он никогда не спал в одной постели с кем-то, кроме Тора, когда они заснули бок о бок. Неосмотрительность, о которой Одинсон даже не вспомнил, а он тайно хранил в груди, как талисман. Наследный принц обнял себя руками и задрожал. Тор, увидев это, подошел к нему и приобнял. Он позволил йотуну положить голову на свое сильное плечо и потер его замерзшую руку. - Клянусь, я не слишком много храплю, - сказал Тор, - и никогда не было жалоб на то, что я пинаюсь во сне или краду одеяла. Что касается тепла, то тут ты однозначно проигрываешь мне. - Какая развернутая рекомендация, - сказал Локи, но в его словах не было резкости. Он уже решил: только на одну ночь, ни больше, - хорошо. Я думаю, мы можем немного отдохнуть. Лицо Тора светилось нескрываемым восторгом, но Локи этого не заметил: он был слишком поглощен своим беспокойством. Когда они легли под простыни, Одинсон обнял его, а Локи положил голову ему на грудь. Было странно находиться так близко друг к другу, что слышно стук сердца. Локи поерзал, найдя самое удобное место. Тепло бледного асгардианского тела было чудесным. Даже его запах, казался особенным. - Хорошо? - спросил Тор, пробегая пальцами по черным локонам Локи, его губы коснулись йотунской макушки. - Все нормально, - зевнул Локи и закрыл глаза, уверенный, что ему понадобится много времени, чтобы заснуть при таких незнакомых обстоятельствах, но это было не так.