You + me = Office

Hyunjin После разговора с Феликсом прошла неделя, за это время он смог прийти в чувство, и принять неизбежное. Я так и не сказал ему истинную причину моего путешествия в Германию, из-за чего я ненавижу себя, но при этом, я рад, что он не знает. — Ты всё взял? — спрашивал Ликс, перебирая мои вещи. — Да, Ёнбок, всё, не волнуйся. Время пролетит так быстро, что не заметишь. — ответил я, целуя его в лоб. — Такси приехало. — Чёрт. Я поеду с тобой. — заявил парень, и уже собирался выйти, как я его остановил. — Нет, солнышко, оставайся здесь. Так будет лучше, мы не захотим задержаться, если будем поодаль друг от друга. И ты не будешь плакать. — сказал я, и вновь поцеловал парня, но в этот раз в губы. Его пухлые, маленькие, розовые губы, по которым я буду очень сильно скучать. — Джинни..Будь осторожен. — с этими словами, парень обнял меня и отпустил. Выйдя из дома, я помахал ему рукой, а после сел в такси. Уже в аэропорту я осознал, как сильно я скучаю по Ёнбоку, и как сильно я хочу чтобы он был рядом. Чтобы держал за руку, улыбался, и если устанет, то спал бы на моем плече. Возможно, я зря не сказал ему про операцию, про болезнь, но так будет лучше для него. Как только мой рейс объявили, я направился на посадку. Самолёт постепенно набирал высоту. Пейзажи, которые открывались, были настолько заврожаживающими, что я решил сделать пару зарисовок. Учитывая то, что ночной Сеул я и так вижу каждый день, с высоты 8129 км он выглядит совершенно иначе. Всё настолько маленькое, что ты, будто бы, смотришь на фотографию из какого-либо журнала, или играешь в лего. Интересно, а Феликсу бы понравилось? Делая наброски, я все думал о том, что бы сказал Феликс, если бы узнал истинную причину моего внезапного отлёта? Как он сейчас? Что он чувствует? Думаю, стоит написать ему, как только прилечу. Спустя 10 часов полёта я оказался в Германии. На удивление, здесь оказалось давольно таки тепло. Заселившись в отель «Ferienwohnung Schwarzwaldsteig» в Бад-Петерсталь-Грисбах(е), я тут же позвонил Ликсу, совсем забыв про разницу во времени в 8 часов. В Сеуле сейчас 10 утра, а вот в Германии 2 часа ночи. Поразительно. И как мне привыкнуть? Как только я хотел сбросить трубку, Феликс ответил: — Да? — его голос был сонным, но при этом дрожал. — Джинни? — я долго молчал, и не знал что сказать, все мои мысли испарились, стоило мне услышать его. — А, ну, да, привет Ликси, — ответил я, сам того от себя не ожидая. — я только в отель заселился, и решил набрать тебя, забыв о разнице во времени. Прости, малыш, если разбудил. — Нет, нет, всё хорошо, Хён, правда, я просто только проснулся и собирался идти на работу. — Ой, ну, тогда, созвонимся как только освободишься, не против? — Конечно нет, Джинни. — ответил парень и сбросил трубку. За всё время нашего разговора, я смог понять, что Ликс плакал, его голос до ужаса дрожал, и он старался говорить шёпотом. Бедный мой Феликс, ему приходится переживать все это из-за меня и моей глупой болезни. Как же я хочу, чтобы это все закончилось. Внезапно для меня, мой телефон завибрировал. Включив экран, я заметил сообщение от Йеджи: «Хёнджин, операция пройдёт через 2 дня, надеюсь что все будет хорошо, напиши мне как проснёшься от наркоза 🤗» — её сообщение порадовало меня,но в тот же момент пугало, и я был готов кланяться ей в ноги, за её помощь. Она пытается помочь мне зажить новой, счастливой жизнью. Я ей очень благодарен. Мы знакомы с самого детства, и я представляю как ей надоело видеть моё состояние во время возобновления болезни. Весь день я просидел в отеле, размышляя о том, что меня ждёт после операции, и как к этому отнесется Ликс, если узнает. Я очень переживаю из-за всей этой ситуации, но ещё больше из-за того, что он там один. Ближе к вечеру мне позвонил Феликс, мы договорились поговорить с ним по видеосвязи, потому что это мучительно не видеть его, но при этом знать его состояние. Как только камера Ликса включилась, я увидел то, чего боялся больше всего. Он был очень измотан, а глаза были красные. По щекам постепенно стекали слёзы. Сердце начало неистово болеть из-за такой картины, но я старался из-за всех сил, чтобы ему было легче. Я смотрел на него, и понимал, что я не рядом, что не могу обнять его, поцеловать. Я не смогу успокоить его, как бы не пытался. — Эй, Малыш, ты чего? — нарушил я тишину. — Понимаешь, Джинни, я не могу так. Я знаю что говорю глупость, но…я не могу иначе. Я слишком сильно переживаю за тебя, и чувствую себя ничтожным..Чан скрывает от меня что-то, Минхо тоже, из-за этого мне страшно..Я не знаю что происходит на самом деле..Мне тяжело...-говорил парень через промежуточные всхлипы. От его слов мои руки стали дрожать, а сердцебиение участилось. Я знаю что поступаю неправильно по отношению к нему, но что я могу? Я ничего не могу. Если скажу ему правду, нет гарантии что все будет хорошо и он примет это. Поэтому, сейчас это лучший вариант развития событий. — Солнышко, прошу тебя, успокойся, всё будет хорошо, вот увидишь. Через месяц мы снова встретимся, я обниму тебя так крепко, что ты и выбраться не сможешь. Я ни за что не отпущу тебя, так, как не отпускаю сейчас. Да, расстояние злая штука, но верь мне, я сделаю всё, чтобы быстрее приехать к тебе, обещаю. — сказал я и слегка улыбнулся. — Пообещай мне, что за время моего отъезда ничего не изменится. Ты не перестанешь питаться, спать и думать о том, что все будет хорошо. Слышишь? Пообещай. Обещание — это единственный способ сохранить друг друга. Как бы далеко друг от друга мы не были, пока обещание не будет исполнено, мы не сможем расстаться, или же умереть. Оно придаст сил. — Обещаю…- донеслось из уст Феликса. Ему почти удалось успокоиться, ещё чуточку и я смогу спать спокойно, не думая о том, что он сейчас плачет. — Джинни, ты не против если я завтра зайду к тебе? Я хочу поспать у тебя. — Неожиданная просьба, — ответил я, ухмыляясь. — что же, хорошо. Если хочешь, ты можешь остаться у меня до момента моего приезда. Минхо позаботиться о тебе. — Спасибо.. В тот момент я ещё не знал о том, что произойдёт после того, как он переедет.