Что ищет полукровка

Шаг. Ещё шаг. И ещё один. Он идёт. Медленно, с трудом переставляя ноги, шагает по ступеням. Ноги не слушаются. Каждый шаг даётся всё труднее. Ступенька за ступенькой он продвигается вверх. Ватные конечности вязнут в густом как кисель воздухе. Ещё одна ступенька… Широкая лестница без перил ведёт куда-то в неизвестность. Вот уже виден пролёт поворота. До него совсем недалеко, но ноги… Проклятье! Почему так трудно их передвигать? Хочется ухватиться за что-нибудь руками и подтянуть себя, вытащить из трясины. Только не за что. Перил нет. Лестница обрывается по краям в пустоту. Вокруг серая муть. Ступени тонкие, как лист бумаги, и между ними тоже пустота. Конструкция максимально ненадёжная. Ещё шаг. Тонкие ступени подрагивают будто на ветру. Страшно. Что, если упадёт туда в серую муть? Он не выдерживает и опускается на колени. Держась руками, подтягивает вперёд и вверх неповоротливое вялое тело. Тонкий металл колеблется и вибрирует под его тяжестью, кажется, вот-вот проломится. Наконец, пролёт. Здесь лестница поворачивает под прямым углом и продолжается дальше. До следующего поворота. Можно немного передохнуть. Оглядеться. Внизу пустота. Что-то клубится в тумане, двигаются неясные тени. Ничего не разглядеть. Что-то большое и чёрное шевелится в полупрозрачной мути. Он ложится на живот, так кажется безопаснее, и подползает к краю. Пристально смотрит вниз. Это щупальца! Там в тумане шевелятся гигантские щупальца. Они тянутся вверх, к нему. Чёрные, неясные, будто состоят из комковатого киселя. Они поднимаются и опадают, и вновь вырастают из тумана, взлетают вверх, всё ближе и ближе. Нужно убираться отсюда. Бежать! Он упрямо поднимает непослушное тело и ползком на четвереньках продвигается к ступеням. Вверх! Скорее! Ступени всё тоньше, устрашающе прогибаются, грозя проломиться, истончаются, истаивают под ним. Более-менее надежными остаются только края, за которые он отчаянно цепляется. Нужно подниматься! От лестницы сохранился только остов — тонкие рёбра краёв. Он уже едва лежит на них, вцепившись руками, и боясь пошевелиться. Ребра проламываются сразу все! — А-а-а-а! Он летит в месиво чёрных щупалец… Винс вскинулся всем телом и понял, что лежит в постели. Сон! Всего лишь сон. Он выдохнул с облегчением. Сердце в груди отчаянно колотилось. Всё тело покрылось липким потом. Опять этот кошмар! Лестницы в его снах были разные, но всегда страшные. Рушились, складывались, переворачивались под ногами. Самый ненадёжный предмет в сновидении. А вот щупальца появились впервые. Он потянулся почесать шею — зудела неимоверно! — и понял вдруг, что не может. Руки оказались привязаны. «Опять? Вы издеваетесь?! — дёрнул сильнее, в запястья впились веревки. — Спокойно. Сейчас разберёмся. Вспоминаем, с кем пил на этот раз… И где я вообще?» Винс лежал на жёсткой койке, укрытый колючим шерстяным одеялом, от которого чесалось тело. Потому что под одеялом он был гол, как младенец. Если не считать перевязанной шеи. Койка стояла в какой-то хижине, судя по низкому потолку с балками, деревянным стенам и простой обстановке. Повсюду висели пучки сушёных трав, ягод, грибов и кореньев, большой стол вдоль всей стены загромождали котелки, колбы, реторты… На одной из полок притулилось чучело совы. В воздухе разливался пряный запах травяных сборов и алхимических ингредиентов. Через окна проникал приглушенный зеленью солнечный свет. Хижина, по-видимому, принадлежала знахарю или сельскому чародею. «Как же я попал сюда? И почему связан? Да ещё так странно, — запястья были перемотаны куском мягкой материи, которая крепилась к краям кровати. Так что он мог двигать руками, но в очень ограниченном диапазоне. — Это же развязывается на раз-два! — он принялся выпутываться, довольно быстро освободил одну руку и вдруг остановился. — Вспомнил! Меня убила Ванесса. Вот тварь! Но как же…» Скрипнула дверь и вошёл человек. Винс замер. Старик — а это был сгорбленный старец со сморщенным, как сушёный абрикос, лицом, пегой бородёнкой и седыми патлами, делавшими его похожим на ведьму — оставил палку у двери, прошаркал к столу и кинул на него охапку сена. Винс бесшумно спрятал руки под одеяло и наблюдал за вошедшим из-под приопущенных ресниц. Дед заглянул в котелок, помешал в нем, прибавил огонь на газовой горелке, сыпанул чего-то в другой, сунул нос-картошку в третий, проворчал: — Не добродило… Кряхтя сел на стул и принялся сортировать травы. — Ну чего молчишь-то, болезный? — прошамкал чуть погодя, не поднимая головы, — спрашивай, коли проснулся. Винс решил, что таиться больше смысла нет. — Где я? И кто вы? — Меня зовут Нагасава. А ты в моей постели, ушастый. — Что вам от меня надо? — Винс быстро освободил второе запястье и сел. — Только, чтоб ты побыстрее очухался и убрался отсюдава вместе со всем этим сбродом, — старик поднялся и прошаркал к кровати. — Дай-ка. Он бесцеремонно отклонил Винсу голову и с треском сорвал что-то с шеи. Большой лист живоцвета. — Тс-с-с-с, — зашипел эльф и потянулся почесать зудящую кожу. Ещё б подорожник прилепили! Горе-лекари. — Не трожь! — дед чувствительно шлёпнул по руке. — А то свяжу по-настоящему. — Чешется, — заныл Винс, решив подавить на жалость. — Конечно чешется. Белладонна и муравьиный яд всегда чешутся. Терпи! Пару дней и пройдёт. На руках-ногах ведь уже не чешется? Вроде нигде больше не чесалось, прислушался к себе полуэльф. А должно? Он глянул на руки. И сразу заметил на правом запястье, там где была метка Ванессы, белое пятно. Поднёс ближе и долго разглядывал сложный рисунок из переплетения листьев, веточек и цветов, выведенный белым поверх чёрной метки. Два рисунка переплетались, создавая сложный чёрно-белый узор. — Что это? — Заплатка. Защитная. Тебе б такую на всю голову набить, да только не поможет. Это ж надо додуматься — вампиру шею подставлять! — старик ушаркал к столу, загремел там склянками, ворча под нос. — На самом живого места нет, насобирал дряни-то. Знаешь, что родовое проклятье на себе носишь? — он вытянул из кучи сена свежий лист живоцвета и пошаркал обратно. Винс не вслушивался, важнее казалось кое-что другое. Он приподнял одеяло и, увидев там нечто, залился краской до кончиков ушей. — Кто вас просил расписывать меня как игрушку на ярмарке?! — Молчи уж, нашлись и без тебя просители, — ворчал беззлобно дед, размазывая что-то приятно холодящее по шее и приклеивая поверх новый лист. — Руку дай! Вот так держи. Примчались на своем пузыре летающем, шуму понаделали. Всех птиц распугали. Куропатки до сих пор не несутся, все сроки вышли. Лоси нервные стали, от собственной тени шарахаются. Про зайцев вообще молчу. — При чём тут зайцы? — рассеянно переспросил Винс, пытаясь разглядеть, что там с шеей. Последнее, что помнил, как обезумевшая вампирша разорвала её напрочь, несмотря на защиту контракта. — Как я выжил? Вы мне помогли? — Нет. Ран твоих я не видел. Кровь вампира исцелила их. Иначе ты был бы уже мёртв. Метки же выполняют последний приказ хозяина. Но силы не достаёт, ритуал, по всему видать, не до конца был выполнен. Вот тебя и шатает на грани. Винс вспомнил режущий уши визг: «Умри-умри-умри-и-и!» — и содрогнулся. — А Ванесса жива? — На метки свои глянь. Видел какие они у обращённых? Там вензель родовой должен быть. А у тебя безликие остались. Дед махнул куда-то рукой, и Винс обнаружил в углу небольшое зеркало над рукомойником. Обмотавшись одеялом, пошлёпал босиком посмотреть. — И что теперь? Можно их свести как-нибудь? — в мутноватом зеркале разглядел совершенно целую шею, без единой царапины или шрама, но с чёрной кляксой метки перевитой белым рисунком. На груди тоже не осталось ни единой отметины, даже старые шрамы затянулись. — Я такого способа не знаю. Сделал, что смог — связал их защитной вязью, нити с изнанки притянул. — Полуэльф сразу навострил уши при этом упоминании и даже открыл рот, но переспросить не успел. — Метки ослаблены, регенерация справляется, и ты в сознании. Это уже неплохо. Но любая мелочь может нарушить баланс. — Это какая, например? — он зажмурился до вспышек под веками и привычно напрягся, заставляя глаза видеть по-иному. И принялся разглядывать метку истинным зрением. Какой клубок! Сияющие цветные нити переплетались причудливыми узлами, скрывались внутри и разлетались во все стороны. Связей с миром у него явно прибавилось. Вот только хорошо это или плохо? — Сильная магия истощит тебя, большая рана тоже, тяжёлый недуг или душевные муки — всё это может ослабить тебя, и метки начнут действовать. Как повлияет кровь, трудно сказать. Лучше без надобности кровь не пей. — Фу! И не собирался. Распахнулась дверь и внутрь ввалился кто-то здоровый, как медведь. — Мастер Нагасава, куда дрова? — вопросил знакомый голос из-за кучи поленьев, которые сразу наполнили комнатку запахом свежего дерева и еловой смолы. «Не-е-е-ет! — мысленно взвыл полуэльф, узнав Аарона де’Леконта. — Ну за что он опять на мою голову?» Винс спешно приляпал на место лист живоцвета и закинул конец одеяла на плечо, соорудив нечто наподобие тоги. Не хватало ещё нагишом перед этим придурком щеголять. — В том углу сложи. И забирай своего болезного. Очнулся он, пусть в палатке теперь спит. Нечего мне тут! Всех мышей распугали… — заворчал опять дед. Капитан бросил взгляд через плечо и понёс дрова в угол. А в открытую дверь сразу просунулась большая птичья голова на длинной шее, наклонилась так и эдак, сканируя тёмное помещение. Наконец, миракс разглядел Винса и с радостным клёкотом рванул к нему. Следом впорхнула ещё какая-то чёрная тень. — Куды?! Куды?! Прочь! Пшла прочь, дурная! — заругался старик, и схватив палку замахнулся на незваного гостя. Тот испуганно кудахнул и ретировался, опрокинув по дороге какой-то горшок. Чучело совы на полке открыло огромные ядрёно-жёлтые глазищи и угрюмо ухнуло. А Винсу на руки шлёпнулась чёрная дракошка и, громко мурча, принялась тереться о него ушастой головой. — Ты прям лесная ведьма, — захохотал Аарон, глядя на эльфа в одеяле со зверьком на руках, — они к тебе так и липнут. Отогнать не можем, — он подошёл ближе, вгляделся в лицо, и вдруг добавил. — Я рад, что ты пришёл в себя. — Пф-ф-ф! — ведьма презрительно дёрнула длинным ухом и подобрав подол из одеяла, засеменила к кровати. — Откуда столько заботы? И что ты вообще здесь делаешь? И где это «здесь» находится? Проклятье! И где моя одежда?! — Вон отсюда! Вон! На улицу! — взвизгнул старик и замахал руками. — От вас слишком много шума! Пришлось продолжать разговор снаружи. — Что? Синий лес?! — воскликнул Винс, поражённо оглядывая могучие стволы удивительного сине-зеленого оттенка, идеальными колоннами уходящие вверх. Где-то на недосягаемой высоте шумели кроны, поскрипывали стволы-мачты. Среди них свободно проникали лучи полуденного солнца, раскрашивая пространство жёлто-синими полосами. В воздухе разливался запах хвои и смолы. Скромная хижина стояла на небольшой полянке, тут же имелся довольно запущенный огородик, переходящий в заросли диких трав. Армейская палатка в этой идиллической картине смотрелась слегка чужеродно. Из неё торчали армейские сапоги и доносился раскатистый храп. — Как я здесь очутился? — Долгая история. В общем, благодари её высочество принцессу Катарину. Тебя доставили сюда на её дирижабле, — капитан, видимо, приставленный старикашкой к грубому физическому труду, щеголял в форменных штанах и рубахе с закатанными рукавами, демонстрируя сильные руки и кудряшки в широко распахнутом вороте. Миракс осторожно подошёл к хозяину и положил ему на плечо голову, стараясь при этом не выпускать из поля зрения де’Леконта. — Что?! Можешь толком объяснить что произошло? — Винс рассеянно погладил птицу. — После того переполоха, что ты устроил, собрался чуть ли не весь Совет Магов полным составом. Вылечить тебя не смогли, только подлатали чуть-чуть. Кто-то вспомнил про друида Синего леса. Принцесса Катарина вызвалась отвезти. Не ищи, — добавил, капитан, поймав любопытный взгляд вверх, — они уже вернулись в столицу. Де’Леконт не стал упоминать, в каком состоянии находился Винс во время этого адского перелёта, как балансировал на грани жизни и смерти, сколько раз останавливалось сердце, и капитан сам дрожащими руками вливал пузырёк за пузырьком в его почерневший рот. — Понятно. Непонятно только зачем, — Винс потрепал по лохматой голове счастливого Юсси. Неужели он от столицы за дирижаблем бежал? — С какой радости вся верхушка правящей аристократии озаботилась судьбой жалкого полукровки? И ты! Что здесь делаешь ты, Леконт? — Совет хочет знать, каким образом ты разбудил древний портал. А я обещал доставить тебя в полицейский участок, если ты не забыл. — Что?! В участок? — полуэльф расхохотался. — Ты тащился за мной через полстраны, к полоумному старикашке в дикие жопеня, — он увернулся от вылетевшего в окно хижины стоптанного лаптя, — чтобы засадить за решётку? Ты сказочный кретин, Леконт! Лапоть врезался в палатку, прервав раскатистый храп испуганным вскриком: «Святые панталоны!» Капитан невозмутимо подобрал обувь и отнес под дверь домика. — Я просто выполняю правила, служу закону и Королю. Только и всего. — Ну и дурак, — прошептал Винс и незаметно нашарил под крыльями миракса седельные сумки. Идя на дело, он припрятал в них привычное оружие и запас эликсиров. Верный Юсси сохранил всё в целости. — Что? — Леконт сложил руки на груди и нахмурился. — Я говорю, мне нужна одежда. — Хм. Капрал Невжитски! — на окрик из палатки высунулась лохматая рыжая голова. — Отдайте Винсу запасной комплект одежды. Моя будет слишком велика. — Но капитан… — забасил недовольно капрал. — Выполняйте, капрал! Рыжая голова исчезла, из недр палатки донеслось ворчание. Леконт тем временем рассматривал большую птицу, которая ревниво спихивала дракошку с плеча эльфа. — Эй, ну-ка не шалить! — пригрозил эльф мираксу и бесстрашно отодвинул зубастый клюв, который с легкостью перекусывал запястье взрослого человека. — Откуда здесь Юсси? — Сам прибежал пару дней назад, — пожал плечами капитан. — Это разве не тот миракс, которого ты увёл у нас? Цып-цып-цып, как тебя там? Грох! Грошик! — капитан шагнул ближе и протянул открытую ладонь. Птица клацнула зубастым клювом, заставив отдернуть руку. — Конечно нет! Разве можно так быстро привязаться? Юсси — мой старый приятель, — беззастенчиво соврал Винс. — Не трогай, он боится чужих. Появился угрюмый капрал со свёртком одежды. Эльф взял с видом великого одолжения. — Мне нужно помыться и переодеться. И где здесь туалет? Капитан указал на хлипкую будочку в дальнем конце огорода. — А мыться в озере. Здесь недалеко. Вон туда пару километров. — Что?! Вот проклятье! Что за отстойная дыра?! Из хижины послышалась брань, в окно вылетел второй лапоть и приземлился чётко на рыжую макушку. Под причитания капрала Винс юркнул в палатку и запечатал вход. Огляделся. Здесь было довольно просторно, царили армейский аскетизм и порядок: вещи аккуратно сложены, постели заправлены. Первым делом стянул с себя одеяло и согнулся, пытаясь рассмотреть третью метку. Оказывается, в паху тоже проходят крупные кровеносные сосуды, один из них Ванесса выбрала для метки. Тогда это казалось забавным и милым. Теперь, представляя древнего, как сама жизнь, друида в процессе нанесения защитного рисунка, Винс заливался краской до кончиков ушей. Эта метка тоже была густо оплетена белым растительным узором, перетекающим с паха на внутреннюю сторону бедра. Эльф сконфуженно выругался и принялся одеваться. Оставалось ещё одно дело. Он нашёл дракошку, которая уже устроилась на чьих-то вещах спать, и погладил. Зверёк сразу же замурчал и подставил шею под ласкающие пальцы. От обычной кошки её отличали оперённые крылышки на каждой лапке и умение плеваться огнем. Очень магическое и очень капризное животное по кличке Изольда. К эльфу она по какой-то причине питала слабость и охотно позволяла гладить себя. Винс почесал ей шейку, грудку, погладил пузико. Зверёк совсем расслабился и подставлял бока под ласкающие поглаживания. — Ты ж моя красавица, умница, теплый животик… покажешь мне, что ты принесла? — он нашёл на брюшке животного кожную складку и проник пальцами в сумку, скрытую шерстью. Среди разного мусора, который любят собирать вороватые дракошки, там нашёлся свернутый трубочкой листок бумаги. Продолжая гладить зверька одной рукой, второй развернул письмо и, пока оно не рассыпалось прахом, успел прочесть: «Нейрам сообщил, что произошло в зале со статуей. Ты разочаровал меня, ученик. Но об этом поговорим по прибытии. Новое задание. Твой последний шанс всё исправить. Недалеко от Синего леса находится заброшенная башня Шаллах. Там хранится Язык У-Кхаш Гуинара. Принеси его.»

***

Углы комнаты тонули во мраке, не позволяя оценить размер помещения. На большом круглом столе, расчерченном сложной многолучевой фигурой, горели свечи. Напротив каждой возвышалась фигура человека. Все присутствующие закрывали лица масками и капюшонами. — Мессир, по столице поползли слухи. Люди шепчутся, что маги чуть не разбудили древнее зло, — произнёс один из них безжизненным голосом. Огонёк свечи не колыхнулся, хотя дыхание человека должно было его поколебать. Но стоило лишь повнимательнее всмотреться в неясные контуры тел, чтобы понять — это призраки. Все, кроме одного. — Я понял, что вас взволновало недавнее происшествие на королевском приёме, — ответил единственный реально присутствующий человек. Говорил он негромко, но каким-то образом заставлял всех замолкать и жадно прислушиваться к своим словам. Тёмный маг Мабергот Тихий умел одним словом притянуть внимание. — Успокойтесь. Всё идёт по плану. Это была проверка. Просто её результат немного превзошел ожидания. Зато теперь мы знаем, что портал действует даже в таком полуразрушенном состоянии. — Тогда чего же мы ждём? Надо начинать! — воскликнул кто-то. — Нет. То, что портал ответил — большая удача и благоприятное влияние нескольких факторов. Важнейший из которых — время. Летнее солнцестояние, как известно, один из редких дней, когда границы с изнанкой истончаются, — пожилой маг обвёл соратников требовательным взглядом. — Но нам необходима вся сила У-Кхаш Гуинара. И мы методично идём к назначенной цели. За разговором, невидимый в темноте, следил ещё один человек. Он стоял позади кресла Мабергота и внимательно, почти не моргая, смотрел на происходящее. Глаза тускло светились зелёным. Им потом будет больно, эликсир истинного зрения трудно переносится людьми, но зато сейчас он видел все магические потоки в этой комнате и чуть дальше. — Слухи нам даже на руку. Они подтолкнут всех наших противников к действию, — продолжал увещевать маг. — Но ведь мы ещё не готовы. Вы только что сами сказали. — Да. Никто не готов. Вот и начнут готовиться. Сейчас у технарей нет даже единого лидера. А им отведена немаловажная роль в наших планах. Так что, повторяю, слухи нам на руку. — Их лидер — принцесса Катарина, — вмешался длиннобородый старик в низко надвинутом капюшоне. — Она всё больше вовлекается в дела Королевства и влияет на отца не лучшим образом. Несколько теней согласно закивали. — Тем лучше для нас. Напоминаю, именно технари должны начать бунт. Ответственность за смерть горячо любимого в народе монарха тоже ляжет на них. Для этого противостояние с Советом должно усилиться. Чтобы обе стороны начали действовать. А когда Совет Магов сядет в лужу, пытаясь их усмирить, появимся мы. Придём как спасители. И создадим новый Совет, который возглавим сами. Если удастся обвинить принцессу и избавиться от неё — тем лучше. Королева далека от политики, а принц слишком мал. Не нужно объяснять, насколько это развяжет нам руки. — Да, мессир, мы это уже обсуждали. Как продвигаются поиски? — Всё идет по плану. Два компонента уже в наших руках. Когда собрание завершилось, пожилой маг отправил заговорщиков восвояси, затушив свечи. Отбросил капюшон, открывая лицо. Ничем особо не примечательное усталое лицо пожилого человека с небольшой тоже непримечательной бородой. — Как всё прошло? Ты следил, Нейрам? Замерцал магический фонарь, выхватив высокую фигуру Нейрама из темноты. Он часто моргал и щурился, в уголках глаз повлажнело. — Постороннего вмешательства не обнаружил, мессир. Наблюдателей тоже. Всё прошло спокойно. — Хоть это хорошо, — маг раздражённо поднялся, направился на выход. — Как же утомляют эти истерички! Меня окружают одни идиоты. — Простите, учитель. — Это не про тебя, — досадливо отмахнулся маг, торопясь по подземному переходу. Нейрам легко держался рядом, отставая на полшага. — Винс старался. Он едва выжил, — сказал он твёрдо. — Глупый мальчишка! Задание было — найти статую и постоять возле неё. Зачем устраивать представление с жертвоприношением и призывом? Теперь весь Совет в курсе, а мне приходится изворачиваться перед этими трусами! Убеждать их, что всё так и планировалось. Он распечатал дверь заклятием и распахнул чуть не пинком, так что она шарахнула в каменную кладку и отскочила. Нейрам поймал летящую в него створку и аккуратно прикрыл за собой. — В этом есть и моя вина. Слишком долго разбирался с охраной и пропустил вампиршу. — Не твоя забота нянчиться с ним! Твоё задание было наблюдать и собирать информацию. — Но если бы я… — Защищаешь его? — Мабергот скользнул цепким взглядом по бесстрастному лицу помощника. — Просто пытаюсь быть объективным. — Привязанности только мешают. В нашем деле приходится жертвовать. Ты хорошо помнишь свою цель? — Да. Мабергот остановился на узкой лестнице, обернулся, глядя сверху вниз. Зеленоватый свет магического фонаря пугающе осветил бородатое лицо. — Назови мне её. Назови свою цель, Нейрам. — Отомстить оркам. Перебить их всех! Вернуть земли моему народу. — Помни об этом. И не променяй на смазливую мордашку. С силой, что хранит творение У-Кхаш Гуинара, можно всё! Все наши цели будут достигнуты! — Да, мессир.

***

Капитан Аарон де’Леконт, на ходу застегивая портупею, промчался через запущенный огород и сорвал тент с крошечного мобиля. — Проклятье! Надо было на цепь посадить. Как я не догадался? Такой весь тихий, послушный ходил, травки собирал, с дедом шушукался… Проныра остроухая! — он взобрался на сидение, дёрнул рычаг ручного тормоза, завёл двигатель. — Капрал Невжитски, быстрее! Он не мог далеко уйти. Капрал протопал следом и вскочил на подножку машины уже на ходу. Рухнул на второе сидение и вцепился в поручень. Уж больно ненадёжной выглядела конструкция. Это экспериментальное транспортное средство оставил им лучший изобретатель Королевства, Вольтер Румпфф — любимец принцессы Катарины. В отличие от привычных массивных мобилей на кристаллах, что бегали по всем дорогам страны и паровых чудовищ гномов, этот казалось состоял из одних колес, руля и пары сидений. Скорость при этом развивал приличную. И сейчас мчался по едва заметной тропе, управляемый взбешённым капитаном. Оглушительно трещал и подскакивал между сине-зелёных стволов, грозя перевернуться или развалиться прямо на ходу. — Чтоб я хоть раз ещё этому жулику поверил. Найду — закопаю, — мрачно пообещал Аарон, выворачивая баранку драндулета, чтобы втиснуться между двумя деревьями. — Ка-капитан, как мы его найдем? — капрал прикладывал все силы, чтоб не вывалиться на одном из резвых скачков по бесконечным кочкам и корням. — Поедем к тракту. Тут больше некуда. Он мастера Нагасаву про башню Шаллах расспрашивал. Проверим её. Но сперва на тракт. Надо было дать ему сдохнуть! — Может не стоит тогда и искать? Одни неприятности от этого полу… — но поймав уничтожающий взгляд, подчинённый смешался и замолк. — К тракту, так к тракту. Как прикажете, капитан. Стараниями капитана и молитвами несчастного капрала до тракта добрались за каких-то полчаса и повернули в сторону, где по расчётам должна находиться заброшенная башня. Точное местоположение её не известно, друид почему-то отказывался говорить, планировали узнать по дороге. Аарон надеялся догнать беглеца раньше. Ведь ему тоже придется выяснять дорогу. Да и вряд ли миракс мог похвастаться такими же ходовыми качествами, что и мобиль. Поэтому, завидев постоялый двор на дороге, свернули к нему, не раздумывая. Заведение явно не пользовалось большой популярностью, судя по обветшалой вывеске и покосившимся дворовым постройкам. У привязи хрустели овсом несколько лошадей, поодаль грузно топталась троица верховых буйволов. Значит к хозяину заглянули орки. — Капитан, я слышал, местные не очень хорошо относятся к Королю и гвардейцам. Особенно орки… — капрал неприязненно покосился на животных. — Нам нужна информация. Хозяин будет содействовать, если не хочет лишиться лицензии. Пойдемте, капрал. Не стоит кому-либо сейчас вставать на моем пути, — Аарон заглушил двигатель и решительно направился через двор ко входу. Вдруг внутри раздался грохот, створки двери разлетелись в стороны, как от удара, из них выскочил человек и, не успев затормозить, врезался прямо в широкую грудь капитана. Отскочил, выпучив болотно-зелёные глаза, похлопал ими, расцвел счастливой улыбкой и кинулся снова, широко распахнув объятья. Напоролся на вскинутую вперёд руку, схватил её и принялся отчаянно трясти, проникновенно восклицая: — Капитан Леконт! Как я рад, что ты меня нашел! Спасибо! Огромное спасибо! Ты не представляешь, как вовремя… Из таверны, чуть не снеся двери напрочь, со страшным грохотом и рыком вывалилась троица здоровенных орков и встала, разглядывая образовавшуюся преграду. — Винс, что, чёрт возьми, происходит? Кто это? — Аарон крепко ухватил эльфа за локоть. — Я не знаю! Не знаю! Я заблудился, зашёл спросить дорогу. А этим… господам почему-то не понравилась моя одежда, — он указал на форменные брюки и рубаху, что болтались на нем, как на вешалке, даже подхваченные ремнём. — Форма королевских гвардейцев господам не понравилась? — с угрозой в голосе уточнил капитан и задвинул эльфа за спину. Кажется он нашёл, куда спустить раздражение. Трое здоровых зеленокожих орков с грубыми клыкастыми физиономиями переглянулись: — Солдаты. — Ага. — Три на три, всё честно. — Ага. — Повеселимся! — Ага. Пусть деньги отдаёт. — Пусть возвращает. — Э. Он уходит. — Кто? Какие деньги? — Аарон обернулся и успел заметить, как эльф вскочил на непойми откуда вынырнувшего миракса и, пришпорив пятками, погнал его со двора. — Проклятье! Капрал Невжитски, разберитесь с господами орками. Капитан бросился к мобилю, рывком завёл двигатель и вырулил в ворота вслед за птицей и её наездником. — Второй тоже ушёл. Третий не уйдет, — орки окружили рыжего капрала. — Твой друг нам денег должен. — Ага. — Ага. — Святые панталоны…