Что ищет полукровка

Миракс улепетывал во все лопатки, поднимая клубы пыли на дороге. Он вытянулся в струну, выставил вперед длинную шею, а всадник распластался на его спине. С бешеной скоростью мелькали голенастые ноги. Следом с громким треском мчался маленький мобиль, капитан выжимал из него всё возможное. Долго такая гонка продолжаться не могла, рано или поздно животное устанет или кончится заряд двигателя. Ни свернуть, ни скрыться в чаще невозможно, лес возвышался непроходимой стеной вдоль дороги. Аарон сплел заклятье пут, но бросать не спешил. Падение на такой скорости — верная смерть. Он поравнялся с мираксом и повёл машину рядом. Прокричал: — Остановись, Винс! Все равно поймаю! Эльф неожиданно послушно притормозил. Потом нахально усмехнулся, продемонстрировал средний палец и свернул в лес на неприметном ответвлении. Аарон выругался, резко крутанул руль, едва не перевернувшись на головокружительном повороте и втопил по лесной тропе. Ехать по ухабам на машине стало сложнее, но и птица уже устала. Всем пришлось снизить скорость. Мобиль опять подбрасывало на кочках, грозя выкинуть водителя, руль норовил вырваться из рук, но капитан не сдавался. Нацелил драндулет на мелькающий впереди растрёпанный хвост и вдавил педаль в пол. Хвост свернул с тропы прямо в лес, запетлял между стволов. Машина шла следом, не отставая. Выскочили на берег речушки и помчались вдоль неё. Аарон видел, что птица выдохлась, она не создана для долгой гонки. Скоро начнёт спотыкаться, снизит скорость, и позволит пустить в ход заклятье. Вдруг миракс вильнул в сторону от реки, потом по дуге обратно, протопал по деревянным мосткам и сиганул прямо в воду! Захлопал растрёпанными крыльями и шлёпнулся на мелководье у противоположного берега. Спокойно выбрался, уже понимая, что в безопасности, встряхнул забрызганные перья и неторопливо направился в лес. Эльф, покачиваясь на его спине, обернулся, послал издевательский воздушный поцелуй и играючи отбил все брошенные вслед заклятья. — Закопаю падлюку! — сплюнул капитан в воду и поехал искать переправу.

***

Хозяин таверны не соврал. Приближение дурного места Винс почувствовал вместе с животными. Дракошка, шипя сорвалась с плеча, заскакала между стволов чёрным мячиком. Снова занервничал притихший после гонки миракс. Что-то изменилось в окружающем лесу. Пресловутая аура, в которую не верит ни один уважающий себя маг, Винс мог бы поклясться, что она потемнела. Неуловимо изменились растения. Ощущение чужого присутствия становилось все сильнее с каждым шагом. Исчезли следы животных, стихли птицы. Деревья становились все ниже и корявее. Вскоре пришлось спешиться и пробираться через заросли, ведя настороженного миракса в поводу. Неожиданно деревья кончились. Винс вышел на большую прогалину, заросшую травами и кустарником. В центре громоздились развалины какого-то строения. Миракс встревоженно закурлыкал и встал как вкопанный, отказываясь выходить из-под защиты деревьев. Пришлось оставить его и идти одному. Однако, острый клюв вцепился в слишком свободную одежду, потянул назад. Юсси, весь дрожа, переминался на месте, готовый в любой момент сорваться наутёк, и не хотел отпускать хозяина. — Страшно тебе? Не бойся, дружище. Мне тоже страшно. Ни за что бы туда не полез. Но наше мнение тут никого не интересует, — Винс ласково пригладил перья, подумывая даже, не завязать ли птице глаза, как делают люди, но Юсси такого не любил. Поэтому просто сплёл легкое успокаивающее. — Всё хорошо. Побудь здесь, я ненадолго. Одним глазком гляну и сразу вернусь, — примотал повод к ближайшему дереву (миракс легко перекусит его в случае реальной опасности), похлопал по спине, привычно натянув бесшабашную улыбку, и скользнул через заросли к развалинам. В воздухе сгустилось предчувствие опасности. Инстинкты бились в истерике и требовали покинуть гиблое место. Винс осторожно прокрался до разрушенной ограды и взобрался на каменную стену в одном из образовавшихся проёмов. Огляделся. Все растения здесь выглядели немного странными, чужеродными. Измененная форма и цвет листьев, корявые ветки, огромные соцветия. Строение, бывшее когда-то двухэтажным каменным домом с угловой башней, сильно пострадало от времени. В стенах зияли дыры, крыша башни рухнула внутрь, из провалов окон торчали ветви деревьев. Всю внешнюю стену покрывал густой лишайник фиолетового цвета, похожий на шкуру фантастического зверя. Двор был засыпан мусором и порос кружевным папоротником с длинными оранжевыми цветоносами. В воздухе разливался терпкий цветочный запах. Вся эта ядовитая пестрота просто кричала об опасности! Гвардейские ботинки пришлось снять и оставить на стене. Ходить в таких бесшумно просто невозможно. Винс сплёл на ноги «легкий шаг», который защитит кожу от контакта с любой поверхностью и поможет передвигаться неслышно, и соскользнул во двор. Достаточно было одного взгляда через проём двери, чтобы понять, внутрь дома заходить не стоит. Между остатков трухлявых балок в дырах провалившегося пола торчали крупные бутоны незнакомых цветов. При появлении гостя по зарослям пробежала волна, бутоны открывались один за другим, будто лысые веки, демонстрируя сотни небесно-голубых глаз. Все они дружно уставились на эльфа жутким немигающим взглядом. — Здрас-с-сти… — выдавил тот и присел, хотелось спрятаться от странных соглядатаев. Глазки единой массой качнулись следом, не выпуская его из виду. Винс, не рискуя отвести взгляд, нащупал камень и швырнул вглубь дома. Любопытные голубоглазые букеты дружно проводили новый объект. Откуда-то вынырнула зелёная пасть на гибкой лиане и с чавканьем поймала камень на излёте. Идея исследовать дом зачахла окончательно. Винс прикрыл чудом уцелевшую дверь и спустился с крыльца. При помощи истинного зрения удалось обнаружить подозрительное искривление силовых линий в районе башни. Туда и направился. Полуразрушенные стены плотно заросли темно-зёленым вьюнком с крупными треугольными листьями. Он не подавал излишних признаков жизни, и Винс рискнул взобраться по нему до окон второго этажа. Заглянул внутрь. Множество магических нитей уходило вглубь завала из рухнувших перекрытий, буйно поросших сочными стеблями загадочного растения. Стояла почти гробовая тишина. Все волоски на теле топорщились дыбом от ощущения чужого взгляда. — Корешки-листочки, как же тут искать? — прошептал Винс отчаянно, прикидывая, какой огромный должен быть узел там, внизу. Наконец, выбрал из массы скрывающихся в завале нитей самую туго натянутую и слегка коснулся её. Эффект превзошёл все ожидания. В тот же миг сразу с нескольких сторон выстрелили гибкие плети растения и скрутили эльфа. Они все наматывались и наматывались, пока не превратили его в большой рыхлый кокон. Который позволял дышать и немного видеть в щели между стеблями, но не давал пошевелить и пальцем. Так и висел, приходя в себя, под оглушительный стук сердца. Что это было? — Зачем ты потревожил меня, человек? — прошелестел вдруг тихий неторопливый голос. — Вообще-то эльф. Наполовину… — осторожно поправил Винс, чувствуя, как плывет, покачиваясь, вниз, в центр разрушенной башни. — Не имеет значения… — Конечно имеет! Эльфы — лучшие друзья растений и животных! — Хм. Так и зачем ты пришёл сюда, лучший друг растений? — в голосе явственно проскользнул сарказм. Что порадовало эльфа — растительному монстру не чужды человеческие эмоции. Стоило этим воспользоваться. — Я узнал, что здесь обитает самое удивительное существо, единственное в своем роде растение, наделенное разумом и свободой воли, — Винс помнил первое правило незваного гостя — немного лести никогда никому не вредило. — И захотел познакомиться поближе. Меня зовут Вилли Винс. А вас? — Интересно. До сих пор все хотели лишь моей смерти или моих сокровищ. — Разве разумное растение не самое чудесное сокровище, что находится в этом месте? — Ха-ха-ха! А ты забавный. — Расскажите о себе? Через пару часов милой беседы Винс сидел, удобно развалившись в клубке упругих стеблей, перед ним громоздилась пыльная гора золота, камней и магических артефактов, потускневших от времени. А напротив возвышался их хозяин, соорудив из лиан и листьев человекоподобный силуэт, и рассуждал о бренности бытия, тщете всего сущего, и бесконечном одиночестве разума во вселенной. Эльф сонно кивал в ответ, пока из леса не долетел вдруг громкий птичий крик. Это заставило встряхнуться и засобираться восвояси. — Что же, друг Шаллах. Мне, наверное, пора. Я отлично провёл с тобой время. Никогда не встречал такого интересного и мудрого собеседника. Не смею больше отвлекать тебя от дел, — он попытался встать и увяз ногами в переплетении зелени. — Корешки-листочки! Не мог бы ты помочь мне? Я, кажется, застрял. — Жаль что ты уже уходишь. Я наконец понял, что мне не хватает для полного счастья, — задумчиво проговорил хозяин. Вокруг ожили и задвигались сочные стебли. — Общение с тобой вернуло мне страсть к жизни. Останься. Я расскажу тебе ещё много интересного. — Правда? Здорово! Сейчас не могу, извини. Давай, я приду завтра. Я могу приходить каждый день и разговаривать с тобой, — эльф высвободил ноги и, ловко цепляясь за побеги, взобрался на окно. — Прощай, друг Шаллах! — Одну минутку, друг Вил. Ты ничего не забыл? Я чувствую в своем доме каждую песчинку, каждый листочек. Что ты прячешь в своей одежде? Покажи. Со стен протянулись сразу несколько гибких отростков, на концах которых открылись нежно-голубые глазки и не мигая уставились на эльфа со всех сторон. — Ничего. Ничего такого. Обычный камень. Просто взял на память о тебе и твоём доме, — залепетал тот и, поняв, что деваться некуда, достал из складок одежды неприметный серый камень удлиненной треугольной формы. — Обычный камень? — зелёный монстр захохотал. — А ты не глуп, друг мой Вилли. Не разочаровывай меня. Ты прошёл все испытания: не рвал, не топтал, не жёг мои побеги, был вежлив и учтив, не польстился на золото и драгоценности. Неужели все-таки ты пришел сюда лишь за этим? Неужели этот камень важнее живого человеческого общения, дружбы и доброго расположения? Со всех сторон, шурша листвой и поскрипывая, тянулись гибкие стебли, подбирались, окружали, угрожающе покачиваясь на весу, будто змеи. Эльф застыл на окне, держа в руке камень. Взгляд его блуждал вокруг в поисках выхода и заметил тень остроухой головы на гребне стены. На лице его мелькнула ухмылка, тонкие пальцы затанцевали, плетя заклятье. — Человеческое общение? Прости, но ты не человек, друг Шаллах. Мы слишком разные. Посмотри на себя, ты — монстр. Чудовище. Поищи себе друзей среди монстров… Изольда! Взять! Он резко взмахнул рукой, посылая камень высоко вверх, и хлестнул вслед заклятьем скорости. А сам кувыркнулся в окно наружу, соскользнул вниз по лианам. С гребня стены вспорхнула дракошка, ловко подхватила камень на лету, затолкала добычу в сумку на животе и закружила над башней, махая оперёнными лапками. А вслед эльфу уже летели ловчие плети. — Домой! Лети домой! К хозяину! Улетай, Изольда! — кричал Винс, утопая в клубке лиан, утягивающих добычу внутрь развалин. — Ты прав, я монстр, — шелестело вокруг него, — и я одинок. Поискать друзей среди монстров? Но других таких нет. Пора это изменить. Ты подал отличную идею, Вилли Винс — лучший друг растений. Но мне понадобится помощь. Не бойся, больно не будет, наверное, даже понравится. Я помню, что люди любят больше всего. Винс гнал от себя страх. Нужно сосредоточиться. Шанс на спасение ещё оставался. Он зажмурился, чтобы разбудить истинное зрение. Нити и их скопления засияли, помогая выбрать цель. Пока пальцы свободны, медлить нельзя! Быстрее всего парализация. Получилось! Плети, удерживающие руки безвольно повисли. Теперь одно из самых мерзких и противных эльфийской природе — иссушение, помощнее и поглубже! К самым корням. Чтобы вывести из строя максимальное количество зелёной массы. Монстр глухо взвыл. Стебли вокруг ослабли, истончились и пожелтели, захрустели под руками. Винс стряхнул их с себя и рванул к оконному проёму, взбираясь по крошащимся под руками лианам, пока монстр спешно отращивал новые. Проём встретил плотной стеной густо переплетённых ветвей. Даже высохнув они не потеряли прочности. Пришло время крайних мер. Винс дёрнулся за огненным эликсиром, но не успел. Что-то обвилось вокруг шеи и рвануло, сбрасывая со стены в месиво молодых побегов. — Ты неплохой маг, друг Вилли. И сделал мне очень больно. Но я прощаю. Рад, что именно ты станешь первым моим соратником. — Множество глазок на стебельках рассматривали эльфа, распятого в воздухе за руки и ноги. Кисти и стопы скручены тугими узлами зелени, чтобы уж точно ни одним пальцем не пошевелить. — Однако, какой же ты худой. Откормить бы сначала… Но, наверное, и так всё получится. Новые побеги уже оплели все стены, скрыв и поглотив завядшие. Со всех сторон тянулись лианы, разворачивались крупные листья, распускались цветы, извивались пружинками тонкие усики. Всё это угрожающе шевелилось и лезло под одежду. Остановить их не было никакой возможности, и Винс перестал бесполезно дёргаться, стараясь погасить панику и думать логически. Сил вырваться не хватило, оставался шанс договориться. Несколько крупных бутонов раскрылись совсем рядом, выбросив в воздух одуряюще пахнущую пыльцу. Винс закашлялся. — Что ты собираешься делать? Шаллах, дружище, погоди! Давай поговорим. Мы ведь разумные люди. — Ну, говори, пока можешь, — прошелестело из зарослей. — Буду рад послушать разумного человека. Под напором жёстких стеблей затрещала одежда. После нескольких неудачных попыток поддалась пряжка ремня, и Винс потерял все эликсиры и оружие. Лианы оплетали голое тело. Бороться с паникой становилось всё сложнее. — Ос… остановись, Шаллах! Не убивай меня. Я могу быть полезен. Могу заплатить за свою жизнь. Чего ты хочешь? Только скажи. — Я уже получил, что хотел. Не бойся, ты не умрёшь. В общепринятом смысле… Скорее всего… Почему-то стало жарко. Наверное, от адреналина, кипящего в крови. Одуряюще пахло зеленью и пыльцой. Сладкий нектар сочился из крупных соцветий, стекал по коже. Лианы извивались клубком змей, скользили по телу. От запаха кружилась голова, мысли начали путаться, не получалось собрать их в кучу и придумать что-нибудь дельное. Зато внизу живота вдруг возникло оживление. Наверное от беспрестанного трения по голой коже, всё стало очень чувствительным. Проклятые стебли лезли в самые укромные места. Будто специально дразнили, разжигали. — А тебе уже нравится, мой любезный друг. Я был прав, люди ничуть не изменились. Ваши помыслы и желания сосредоточены на одном. Ты можешь не стесняться, стонать и кричать сколько угодно. — Что ты задумал? Зачем это? — Просто пытаюсь всё сделать наиболее приятным способом. Можешь считать это заботой. Наслаждайся и не думай ни о чём. Тебе ведь хорошо? Винс понял, что происходящее не случайно. Упругий гибкий стебель обернулся спиралью вокруг стоящего колом члена и ритмично сжимался. Другие скользили по груди, елозили в промежности, гладили, ласкали всё тело сразу. — Прекрати это! Шаллах, остановись! Прошу… — Ты ещё можешь говорить? Какой упрямый. Или у тебя хорошая регенерация… Не думай ни о чём, расслабься… Ещё несколько бутонов выбросили пыльцу прямо в лицо. Дышать становилось всё труднее. Кожа превратилась в одну большую эрогенную зону. Винс отчаянно пытался сдерживаться, контролировать себя. Безуспешно. Ощущения нарастали и усиливались. Тело горело и снаружи, и внутри, вспышки наслаждения рождались в паху одна за другой и взбегали судорогой по позвоночнику, сладостные спазмы стягивали мышцы. Дыхание участилось и с хрипом вырывалось из приоткрытого рта. От интенсивности ощущений хотелось выть. Что-то проникло в анус, но он едва заметил это. Спина выгибалась, а бёдра сами толкались вперед в мучительной жажде разрядки. Она приходила, но не приносила облегчения, потому что пытка продолжалась. Перевозбуждённые, звенящие от напряжения нервы, транслировали каждое прикосновение прямо в затуманенный мозг. Эльф уже ничего не соображал, тело самопроизвольно извивалось и билось как в агонии. В его зад вкручивался полый стебель, поступательными движениями упорно продвигался дальше и дальше, как червь, мягко раздвигая стенки кишечника. Проникнув достаточно глубоко, он принялся сокращаться, проталкивая по себе некие округлые предметы. Словно крупные бусины они один за другим входили и исчезали внутри. Как тонкий стебелек проник в рот и скользнул в горло, Винс уже не почувствовал. Сознание отключилось, не выдержав интенсивности сигналов от сошедших с ума органов чувств. Тело безвольно повисло в путах. Вдруг глаза эльфа широко распахнулись, уставились бессмысленным взглядом в переплетение ветвей перед носом. Зрачок расползся чернотой на всю ширину глаза. Лианы Шаллаха замерли все разом, будто окаменели. Небесно-голубые глазки напряжённо пялились, дрожали чувствительные усики-пружинки, повисла гробовая тишина. — Вилли Винс, очнись. Ты пугаешь меня, — прошелестел, наконец, растительный монстр. Эльф не отвечал, на шее его что-то мягко светилось. Белый растительный рисунок пульсировал, разгораясь, голубоватым свечением, казалось, он ожил и струился по коже. Нет, он действительно ожил! Тонкие веточки осторожно расползались во все стороны, обвивая шею. Гибкий усик показался на скуле, набух бутоном и распустился цветком на всю щёку. — Что ты принёс с собой, Вилли Винс? И тут за окном полыхнуло. Запахло удушливым дымом горящей зелени. Все глазки повернулись в сторону новой угрозы. — Винс, не дури! Выходи, пока я тут всё не спалил! Всё равно найду, эльфийская морда! — раздалось за стеной.

***

Почтенный камердинер с совершенно бесстрастным лицом стоял у дверей личных покоев короля Бертрана Третьего, готовый прийти по первому зову. И сейчас он весь обратился в слух, поскольку из-за дверей доносились гневные крики. — Ты не видишь дальше своего носа, папа! Они крутят тобой как хотят, а ты и рад. Страной управляет Совет, а ты только на троне сидишь. Кому нужен такой король? — Замолчи, девчонка! Что ты понимаешь в политике? — Кое-что понимаю. Ты ведь не интересуешься реальным положением дел. Хоть бы раз послушал кого-то кроме своих магиков. — Это кого же, Катарина? Твоих технарей? Вот уж спасибо за совет, доченька. Грязный механик с лопатой, конечно, лучше разбирается в политике. — Да почему с лопатой, папа? — послышался тяжелый вздох. — Пожалуйста, послушай меня. Нельзя полностью полагаться на Совет. Однажды они решат, что король и вовсе не нужен и просто избавятся от тебя. Тебе нужно… Бах! Камердинер не моргнул и глазом. Лишь прикинул в уме не стоит ли послать за льдом. Его Величество мог отбить руку о стол… — Не учи отца! Девчонка! — гремел голос из-за дверей. — Нашла моду. Давно пора отдать тебя замуж. Сегодня же объявлю о помолвке! Чтоб и думать забыла! — Ни за что! Ты не заткнёшь меня… — Я сказал, замуж! Бах! Ба-бах! Камердинер все-таки послал за льдом, а, услышав шаги, сдвинулся ровно настолько, чтобы разлетевшиеся от пинка двери не саданули по спине. Невозмутимо поймал створку, не дав врезаться в стену, и склонился в церемонном поклоне. Принцесса промчалась мимо, едва ли замечая что-то на своём пути. Не сбавляя шага, преодолела пол дворцового комплекса вплоть до хозяйственных сооружений и разъярённой фурией ворвалась в мастерские. — Вольт! Где ты? — шумела запыхавшаяся девушка, перекрикивая шум станков и инструментов. — Куда он подевался?! Вольтер Румпфф! Высокий светловолосый парень вынырнул откуда-то и, снимая на ходу защитные очки, поспешил навстречу. — Что случилось, Ваше Высочество? — Нам срочно нужно поговорить, — Катарина схватила его за рукав и затолкала в ближайшую подсобку. — Вольт, отец окончательно выжил из ума. Мы можем рассчитывать только на себя. Очередная попытка переворота лишь вопрос времени. И я не удивлюсь, если Совет примет сторону заговорщиков. — Ваше Высочество… я… Я целиком и полностью на вашей стороне. — Знаю, Вольт, знаю. — Но что мы можем? Армия подчиняется Совету. Только ваша личная часть… — Я что-нибудь придумаю. А пока нам нужна защита от магов. И оружие… Нужно купить побольше гномьих мушкетов. Деньги… Деньги я найду. Вольт, ты должен снарядить мою часть антимагической защитой и транспортом. Сможешь? — Эм… Парень ушёл в себя, взгляд его бессмысленно скользил по завалам всевозможного барахла, что скопили хозяйственные мастера за годы работы. Катарина не беспокоила, знала, что в такие моменты нужно просто ждать, как бы не хотелось поторопить. Наконец блуждающий взгляд остановился на ней. — Можно использовать лунное серебро — известное средство от прямого магического удара. Как именно применить… я ещё подумаю. Транспорт есть. Двигатели на кристаллах довольно легко переоборудовать на электрические. Сейчас объясню… — Ты молодчина, Вольт! — нетерпеливо перебила принцесса. — Занимайся этим. Только не распространяйся слишком. Я пришлю тебе помощников. А сейчас прости, мне нужно бежать. — Да, Ваше Высочество. — И называй меня Катариной. Все-таки у нас скоро помолвка. — Чт… Что?! — Ты ведь не против? — она смотрела прямо и требовательно. Лишь румянец, расцветающий на щеках, выдавал её волнение. — Вы… я… не смел и мечтать, — его взгляд снова метался, без конца возвращался к обожаемому лицу и смущённо отскакивал. Привыкший к строгой логике точных наук, Вольт терялся во всём, что касалось отношений. И сейчас не знал, как себя вести, что предпринять. — Конечно… как пожелаете, Ваше… Девушка шагнула ближе и прижала палец к его губам. — Катарина. Привыкай, Вольт. Парень застыл на секунду, а девушка, воспользовавшись заминкой, выскользнула за дверь и умчалась решать государственные проблемы.

***

— Проклятье! Да чтоб я хоть раз ещё поверил этому ушастому! Урою, гада! Попадись мне только, — в сотый раз повторял капитан, останавливая мобиль посреди леса. Нужно возвращаться. Неизвестно насколько хватит заряда у этой колымаги. Застрять с ней в чаще будет апофеозом сегодняшнего супер удачного дня. Он уже почти отчаялся найти остроухого гадёныша с его курицей-переростком. Заранее маячков навесить не догадался, в поисковой магии не блистал, и теперь найти следы в диком лесу оказалось не под силу. Приходилось смириться с неприятным фактом — его опять переиграл наглый полукровка. Вдруг раздался писклявый мяв, и мягкое тельце свалилось прямо на колени, заставив подпрыгнуть и выругаться. «Это же та чёрная тварь, что крутилась возле Винса! Он где-то рядом? Почему она трётся об меня башкой? И пищит противно…» — капитан, помедлив, опустил руку на пушистую спинку, животное выгнулось и замурчало. Вдруг дракошка вспорхнула и полетела в лес. Зависла на месте, отчаянно махая четырьмя лапками-крылышками и оглядываясь, будто ожидая чего-то. Аарон завёл машину и направил вслед за ней. Место дурное, чувствовалось за версту. Среди деревьев мелькнул жёлтый хвост миракса. Винс где-то здесь! Теперь не уйдёт! Дракошка вела прямо в эпицентр тёмных эманаций — полуразрушенное строение посреди большой прогалины. По всему выходит это и есть башня Шаллах. Недоброе место. Ой, недоброе! Не зря мастер Нагасава не хотел говорить о нём. Может ли это быть ловушкой? Вряд ли… Но терять бдительность здесь чревато… Трухлявые ворота рухнули внутрь от одного хорошего пинка. В заросший папоротником двор капитан вошёл в полной боеготовности: со сплетёнными, дрожащими на кончиках пальцев испепеляющими в обеих руках, с пистолем наизготовку, расчищая путь саблей. — Винс! Я знаю, ты здесь! Выходи по-хорошему! Ответом была вязкая гробовая тишина. Казалось, стих даже ветер. Путь через двор тоже пришлось прорубать, так сильно заросло. А возле самой башни, где кружила дракошка, пошло в ход испепеляющее, иначе к стене не получалось пробиться. Впрочем, так даже проще, чем саблей работать, боевая магия всегда была его сильной стороной. — Винс, не дури! Выходи, пока я тут всё не спалил! Всё равно найду, эльфийская морда! Сверху раздался какой-то шорох. Аарон поднял голову и чудом удержал готовое сорваться с пальцев заклятье. Стон услышал. Над ним завис зелёный шевелящийся клубок, из которого торчала голая ступня. И рука. Безвольно повисшая рука со знакомым чёрно-белым рисунком. — Проклятье! Опять?! Из зарослей донёсся ещё один придушенный стон. Аарон поудобнее перехватил саблю, раздумывая, что логичнее предпринять, чтобы спасти бестолкового полуэльфа: начинать рубить лианы, или уже пора жечь тут всё к чертям собачьим? Тем временем клубок довольно резво расплетался, стебли втягивались внутрь развалин. Капитан смотрел со всё возрастающим изумлением, как из зелени показалось тело, абсолютно голое, измазанное какой-то склизкой гадостью. Лианы с чавканьем отлеплялись от него, оставляя длинные багровые синяки. Одна выскользнула изо рта бесчувственного эльфа, другая с хлюпаньем выползала из зада, третья скользя разматывалась с члена. Винс выгнулся в своих путах и протяжно застонал, не размыкая глаз. После чего стебли уронили его в подставленные руки. Разбираться, что случилось, было некогда. Живой и ладно. Быстро завернув бедолагу в собственный китель, капитан покинул проклятое место. Эльф горел как в лихорадке, цеплялся за одежду дрожащими руками, бормотал что-то. На бледном лице алел горячечный румянец, а член стоял колом. — Леконт… помоги… Мне плохо. Сделай что-нибудь, — шептали искусанные губы, норовя ткнуться в распахнутый ворот рубахи. — Ну что за идиот! Аарон донёс его до машины, устроил на коленях и погнал напрямик к хижине друида. Хвала богам, на неё сохранились чёткие ориентиры. Капитан сосредоточился на дороге, крепко прижимая обмякшее худосочное тело. Он бранился вполголоса и снова выжимал из мобиля максимум. Гоня из памяти жуткие картины недавнего путешествия в дирижабле с умирающим эльфом. Хотя в этот раз вроде отходить в мир иной остроухий не собирался. Синяки на теле быстро бледнели и исчезали, возбуждение схлынуло. Казалось, Винс просто спит. Вдруг глаза его приоткрылись, уставились в пространство пустым бездумным взглядом. Зрачки расползлись на всю радужку, делая взгляд чёрным и пугающим. Мобиль подбросило на очередной кочке. Аарон поудобнее перехватил кулёк на своих коленях, притиснул покрепче и вдавил педаль до упора. Эльф оказался прижат лицом к его груди. И замер, слушая стук сердца через тонкую ткань рубахи. На его шее извивались, расползались по коже белые цветы

***

— Бу-у-э-э-э-э! Кха, кха! Бу-у-э-э-э-э! Кха, тьфу, — Винс скрючился над ведром, сидя на полу и содрогаясь всем телом. Вид он при этом имел самый что ни на есть жалкий. Подсохшая слизь сшелушивалась тонкими корочками, волосы слиплись сосульками, щеки ввалились, под глазами залегли тени. В качестве одежды на нем болталась простая долгополая рубаха. Мастер Нагасава прошаркал от очага, с натугой донёс и водрузил перед эльфом большой глиняный кувшин. — Пей. — Нет. Всё. Не могу больше блевать. Лучше сдохнуть. — Это завсегда пожалуйста, — друид бесстрашно сунул руку в ведро и выловил из него продолговатый предмет, похожий на большой желудь или маленькое яйцо. Повертел перед носом у Винса. — Видишь, что из тебя идёт? Знаешь, что это? Семена. Если прорастут в тебе — сдохнешь. Или станешь, как Шаллах. Он тебя засеял. Совсем страх потерял, старый пень! Придётся с ним потолковать. И на кой тебя туда понесло, ушастый дуралей? — старик отвесил эльфу совсем не ласковую затрещину, но тот снёс её молча. — Кто он такой? — подал голос капитан. Он стоял в дверях и почти с сочувствием наблюдал за страданиями полуэльфа. Друид дошаркал до стола, загремел какими-то склянками, убавил огонь в газовой горелке, плеснул чего-то в варево. Бросил как бы между делом: — Шаллах-то? Старый дурак! Хотя из эльфов был. Древний род, от корней Великого древа. Пока не изгнали его свои-то. Все отняли, даже имя. За то, что пытался вдохнуть разум туда, где ему нет места. Надумал вывести разумное растение. Доигрался в бога. Лет двести как сам корни пустил. С тех пор и сидит там, цветет и пахнет. Значит, одиноко ему стало? Совсем умом тронулся. Плохо дело… — дед сунул нос под крышку очередного котелка. — Перебродило… Винс с тоской заглянул в кувшин: — Это что? Лекарство? — Содо-солевой раствор. Пей по чуть-чуть с перерывами. Блевать не смей, сдерживайся. Тебя нужно промыть всего насквозь. — Что? Не-е-е-е-ет, — заскулил эльф, отворачиваясь. — Я столько не выпью! Тут же литров пять! — Выпьешь. Не ной, — друид был безжалостен. — И не вздумай применять обезболивание. Кишечник должен работать. Будешь пить, пока из тебя чистая вода не пойдёт. Начинай! С мученическим выражением лица Винс зачерпнул кружку раствора и сделал несколько больших глотков, скривился. Друид убедился, что всё делается правильно и пошаркал к очагу. — А правда, на кой тебя туда понесло? Предупреждали же! — капитан присел на корточки рядом со страдальцем. — Тебя не касается! Понесло — значит, надо было. Никто не просил за мной лезть. Сам бы справился. Фу, гадость какая! — он сделал ещё несколько глотков, икнул и зажал рот ладонью, справляясь с приступом тошноты. — Понятно, — сделал для себя какие-то выводы капитан. — Надеюсь, оно того стоило хотя бы. Не пойму я, зачем ты себя гробишь? Можно же нормальную работу найти. — Какую? Где мне без лицензии твою «нормальную работу» найти?! В городах без этой грёбаной бумажки даже лоток не поставишь! — Не только в городах нужны маги… — А где ещё?! Эльфы не примут полукровку. — В деревнях будут рады любому магу. — И что мне там делать? Всю жизнь у коров роды принимать? У деревенских сопляков крапивницу лечить, да бесплатно трупаки жечь? Прекрасная карьера! — Почему бесплатно? — А кто за это в деревнях платит? У них на живых-то денег нет. А что с умертвиями потом возиться в сто крат сложнее, никто не думает. Тупая деревенщина. Нет уж, на этот раз я доведу дело до конца! И не позволю никому всё испортить как в прошлый раз! … Уйй! — он согнулся, схватившись за живот. Оттуда донеслось громкое бурчание. — Проклятье. Мой живот… Мне… кажется, надо кое-куда отойти… Срочно! Он встал и, пошатываясь, направился к выходу. В спину ему немедленно прилетело визгливое: — Ведро! Делай всё в ведро! Не хватало после тебя выгребную яму вычищать! Эльф подхватил посудину и припустил к хлипкой будочке в конце огорода. — Какому же чёрту ты служишь, Винс? Что задумал твой учитель? — пробормотал капитан, выйдя вслед за ним во двор. Ответом был могучий храп из палатки, где отсыпался капрал Невжитски, просадивший в кабаке с орками полное месячное жалование.