Что ищет полукровка

Доринштадт широко раскинулся в долине у подножия Медных гор. Выросший из торговых лавок гномов и постоялых дворов для заезжих купцов, он превратился в крупный транспортно-промышленный узел. Сам подгорный народ жил под сводами родных пещёр, а в городе обосновались вездесущие люди. Магические расы тут были не в чести, гномы терпеть не могли магию и запрещали её использование в своих землях. Вилли Винс знал это и чувствовал себя не в своей тарелке, идя по улицам Доринштадта. То тут, то там попадались объявления, крупно намалёванные красным «Магия запрещена!» А на входе в трактир, куда уверенно направился Нейрам, висел знак, изображающий перечеркнутые пальцы, скрученные во что-то типа дули с корявыми звездочками вокруг. Всё с тем же раздражающим «Магия запрещёна!». Винс сделал морду кирпичом и пересёк порог с самым независимым видом. Как он и предполагал, питаться у гномов оказалось решительно невозможно! Не то чтобы еды в принципе не было. Но изобилие мясных блюд совершенно не вызывало аппетит, пищеварительная система паниковала и угрожала расстройством. Винс с тоской выслушал коренастого трактирщика, огласившего меню, и смог выбрать только кашу и пирог с тыквой, в который лишь по недосмотру не добавили мяса. В ожидании заказа спутники устроились за массивным столом и осмотрелись. Достаточно просторный зал из-за низкого потолка и скудного освещения казался подвалом. Массивными и приземистыми выглядели не только столы, но вся мебель в принципе, как и те, кто её делал и использовал. В середине дня трактир пустовал, обед уже закончился, народ спешил поработать до наступления вечера. Лишь пару столов занимали такие же случайные посетители и хорошо поддатый гном тёрся у барной стойки. Каша порадовала рассыпчатым пшеном, насыщенным вкусом сушёных фруктов и ароматом топлёного молока. Тыквенный пирог тоже оказался неплох, и Винс немного расслабился, отдавшись греху чревоугодия, пока Нейрам закидывал в себя что-то очень мясное и запечённое. — Хо-хо! Свежая эльфятина! — грохот тяжеленной пивной кружки о стол грубо вырвал из гастрономической неги. Гном переместился от барной стойки и не очень изящно приземлился на лавку напротив. От коротышки разило перегаром и чесноком, коса в бороде разлохматилась, подбитый глаз заплыл, дополняя нелицеприятную картину. Но жажда общения и любопытство неумолимо влекли икающего гнома за столик к незнакомцам. — Новенькие? От-ик-куда такая красота? Винс проигнорировал пьянчугу, лишь демонстративно уткнулся в тарелку и продолжил поглощать пирог, правда уже без прежнего удовольствия. — Издалека, — спокойно ответил Нейрам. — Мы тут недавно. Подскажите, уважаемый, как попасть в подгорный город? — Никак. В Город только своих пускают, — гном хрипло захохотал, рыгнул, отдышался и карикатурно поклонился, изображая раскаяние. — Прс-с-стите. — А мы свои. Самые что ни на есть свои. И доказательства имеются, — Нейрам невзначай двинул локтем, заставив звякнуть увесистый кошель на поясе. — Вы подумайте, уважаемый. — Понял, — гном подмигнул всем лицом сразу, икнул и качнулся к Нейраму, опасно нависнув над грязной посудой. — Есть секретный ход. Я знаю. Пыкажу. Только сперва… Ик... Сперва пусть она меня поцелует! Винс насторожился, почуяв паузу и вдруг обнаружил, что эти двое смотрят на него. Что? Лицо будто жаром опалило. Она? Поцелует?! Эльф вскинулся, готовый доходчиво разъяснить невеже всю глубину и степень заблуждения, и застыл с приоткрытым уже ртом, получив под столом крепкий пинок грубым ботинком в сапог. — Договорились, — спокойно проговорил Нейрам. Винс не верил своим ушам! И глазам тоже не верил, потому что они транслировали осклабившегося щербатым ртом гнома, который тянулся к нему над столом. Успел разглядеть багрово-синий фингал на пол физиономии, остатки еды в бороде, рыхлый нос и жирные красные лепешки губ. Бедного эльфа передернуло омерзением. Пусть только попробует, пьяная скотина! Волна возмущения заставила подскочить. Недобро ухмыльнувшись, он тоже наклонился. Дёрнул вниз за клочковатую бороду, нарушая шаткое равновесие, и добавил скорости, саданув кулаком по лысой макушке. Гном с жутким грохотом поцеловал дубовую столешницу и остался лежать на ней, пуская пузыри разбитым носом. Винс этого уже не видел, потому что вмиг вылетел на улицу, от души хлопнув тяжёлой дверью. Нейрам догнал его на углу, схватил за плечо, разворачивая к себе. И едва увернулся от кулака, летящего в лицо. — Чего психуешь? — толкнул эльфа к стене, лишая возможности сбежать. — Психую?! Я психую?! Ты бы ему ещё трахнуть меня предложил! — Винс пылал праведным гневом. Пальцы сами сложились в знакомое плетение, готовя магический удар. — Я не продажная девка! — Успокойся, — сохраняя невозмутивый вид, Нейрам сжал тонкие кисти, заставляя распустить заклятья. — Не забыл, где находишься? — Убери руки! — шипел эльф, вырывая пальцы из мёртвой хватки. Кончики ушей подрагивали от злости и возмущения. — Тварь. Ради дурацкого камня готов меня под гнома подложить! — Да с чего ты взял? Просто получаю информацию. Нам же нужно попасть внутрь, — Нейрам с исследовательским интересом наблюдал за разъярённым напарником. — Будто я тебя не знаю! Используешь меня, как тебе вздумается. Хватит! Я не обязан тебе подчиняться. Убери руки и дай пройти! Винс, наконец, высвободился и слепо рванул прочь. В спину прилетело убийственно спокойное и лишающее воли: — Учитель будет недоволен. — Заткнись, — эльф резко повернулся и пошёл в наступление. — Всё время им прикрываешься. Творишь, что вздумается. И тогда на церемонии посвящения трахать меня было вовсе не обязательно. Я узнавал. Жертвы крови вполне достаточно. — Узнавал? — насмешливо прищурился Нейрам, глядя сверху вниз на чуть не подпрыгивающего от злости эльфа. — Вот это неожиданность. — Да! — Винс обвиняюще ткнул пальцем в широкую грудь. — И трахать меня за каждую провинность тоже не учитель тебе велел. — Пару раз то всего было, — пожал плечами Нейрам и ухмыльнулся, — что, тоже узнавал? — но по угрюмому молчанию понял, что угадал. — Болван ты. Думаешь, учителю есть до тебя дело? Ему важен результат. По-другому знания в тебя не вбивались. — Да потому что мне отвратительна твоя некромантия, — злобно выплюнул эльф прямо в непробиваемо спокойное смуглое лицо. — Ненавижу и тебя, и твою мертвечину! — Без этих знаний ты не протянул бы и часа на гнилых болотах. — Брехня! — Ты сам знаешь, что я прав. — Ещё скажи, что заботился обо мне. Да единственное, чему ты меня научил — это готовить обезбол и лечебные мази от геморроя! На самом деле тебе просто нравится тыкать своим хером в задницы. Просто признайся! Не дожидаясь ответа, Винс развернулся и помчался прочь. Высокий некромант окинул взглядом пустую улочку и быстро натянул капюшон, чтобы скрыть лицо. — Обезбол, значит… Ничего ты не понял, дуралей ушастый, — привычно сделал непробиваемо-равнодушное выражение и поспешил следом за гневно топающим куда-то полуэльфом. К вечеру погода совсем испортилась. С гор спустился холодный ветер, принёс проливной дождь. Небо затянула стылая мгла. Всё живое попряталось по домам, норам, пещерам… На посту поперёк горной дороги торчал одинокий шлагбаум. К нему подкатила повозка, запряжённая понурой лошадкой. Гном в мокром плаще, что вёл её в поводу, забарабанил в окно приземистого домика охраны. — Кто идёт? — заворчал постовой и высунул в оконце бородатую физиономию. — Здорово, Бовин! Это я, открывай, — пробасил в ответ путник. — А, это ты. Чего шастаешь в такую погоду? В трактире с элем и девками поуютнее будет. Хо-хо! Везёшь чего? — Мрамор. Вчера, значиться, поездом привезли. Вот, значиться, с ребятами в мёртвый город поднимаем, — гном махнул на две фигуры в плащах, согнувшиеся за телегой, придерживая груз. — Ты бы, значиться, открывал быстрее, Бовин. Тяжёлый он, зараза. — Проходи, — постовой привёл в действие какой-то механизм, загремели цепи, массивный брус шлагбаума поднялся, пропуская путников. Миновав ещё пару постов, они достигли пункта назначения. Вместе с телегой въехали в широкий проём входа. Когда-то здесь были рудные шахты. Потом они истощились, и пустующее место заняли мертвецы. Удобно. Практично. Но! Небезопасно. С некоторых пор неживые всё чаще тревожили живых. Но для многих оказалось не просто изменить традициям и начать кремировать трупы. Возле входа располагались мастерские по изготовлению надгробий и памятников, сейчас запертые и тёмные. Старые рельсы вели вглубь шахты. Помощники как по команде распрямились, потягиваясь и разминая затёкшие спины. Можно больше не скрывать свой откровенно не гномий рост. — Вот, значиться. Провёл, господа хорошие. Будьте добры, мою плату. — Держите, уважаемый, — Нейрам скинул мокрый капюшон, протянул увесистый кошель. — Здесь половина. Вторая часть будет, когда выведете нас обратно в город. — Не. Так мы не договаривались, — затряс бородой гном. — Давай всё, значиться, враз или проваливай! — Ждите здесь, уважаемый. Некромант отвернулся, демонстрируя, что разговор окончен и, подтолкнув в спину напарника, направился в темноту пещеры. — Дай хоть эльфу твою потрогать! — крикнул вслед раздосадованный гном. Не дождавшись ответа, плюнул вслед и достал объёмистую фляжку. — Зараза ушастая. Широкий проход вывел к разветвлению таких же ходов, уходящих вглубь скалы. Вдоль стен громоздились памятники, таблички в несколько рядов с именами и датами указывали, кто покоится в этих стенах. Прагматичные гномы не утруждали себя лишней работой, превратив в усыпальницы старые штольни. Низкие своды, ржавые рельсы, сырость и тлен. Только жители подземелий, которые рыли эти туннели и проводили в них всю жизнь, способны здесь ориентироваться. На разветвлениях и поворотах имелись схемы и надписи, но Винс никогда не был силён в гномьей письменности. Он поёжился, с тоской оглянувшись на едва заметный удаляющийся прямоугольник входа. — Как будем искать? Тебе что-то известно? — Нам нужен проводник. — Эм. И где ты… Нет… Нет-нет-нет! Корешки-листочки! Ты же не собираешься… — Собираюсь, — отрезал Нейрам и свернул в один из ходов, уводящих наклонно вниз. — Давай найдём могилу попроще. — Так и знал. Ненавижу твою мертвечину, — бухтел Винс, но тащился следом. Перспектива остаться одному в темноте старой шахты, ныне кладбища, совершенно не радовала. Зрение действительно изменилось. Нейраму пришлось сплести «ночное зрение», отчего глаза его теперь светились пугающим красным. Винс же и без магии мог его подробно рассмотреть. Особенно теплый контур лица и рук в сеточке поверхностных капилляров. А если приглядеться, то и более глубокие сосуды, мерно пульсирующие горячей кровью… Винс вздрогнул и отвернулся. Жуть какая! Чем дальше они уходили, тем проще становились могилы. Исчезли памятники. Каменные таблички, замуровывающие захоронения, тут были из обычного камня, а не мрамора или гранита, потом и вовсе заменились простой кладкой. Нейрам выбрал самую разрушенную и поднял мертвеца. Винс всегда удивлялся, как легко он это делал — вдыхал нежизнь в полуистлевшие тела, заставляя их исполнять свою волю. То, что никогда не получалось у самого Винса, кое-как научился упокаивать и то с трудом. Высохший скелет с остатками одежды и плоти, мумифицированной временем, доломал кладку, выбрался наружу и встал перед новоиспечённым хозяином. Эльф, морща нос и стараясь дышать через раз, отошёл в сторонку, пока Нейрам выяснял, где находятся нужные захоронения. Потом все вместе долго тащились по подземным туннелям в усыпальницы знатных родов полувековой давности. Там нашли такой богатый склеп, что позавидовал бы любой из живых, и Нейрам, не сомневаясь ни минуты, поднял его хозяина. С этими полуистлевшими костями договориться оказалось сложнее. При жизни они носили имя Финагор и принадлежали королевскому роду. Видимо поэтому умудрились сохранить строптивый характер и долго препирались с Нейрамом, требуя вернуть всё на место и удалиться из гробниц. Грозился смертью, проклятиями и карой глубин, светя через пустые глазницы зеленоватым призрачным светом, как гнилушка на болоте. Но опытный Нейрам смог таки подчинить заносчивый скелет. И тот, ворча, ругаясь и скрипя костями, повёл их по тайным ходам вглубь скалы. Теперь это были не шахты, а настоящий лабиринт со множеством поворотов, разветвлений. И ловушек. Первую Нейрам едва не пропустил. Пол внезапно качнулся под ногами, и лишь быстрота реакции спасла некроманта от падения. Финагор застучал остатками зубов, изображая смех. Неискренне извинился и заявил, что за давностью лет не помнит, где ещё поджидают неприятности. Но они точно поджидают. И лучше бы чужакам поберечься. Он, дескать, постарается, но ничего не гарантирует. Нейрам поднимал все попадающиеся останки и отправлял следом за проводником собирать ловушки. Однако и это не обеспечивало полную безопасность, приходилось действовать на свой страх и риск, рассчитывая на опыт и везение. — Давай-ка топай за ним, — приказал Нейрам, кивая на ехидный скелет. — Ты у нас самый везучий. — Вот ещё! Сам топай. Он тебя слушается, не меня. Вообще, кто говорил, просто рядом постоишь и всё? А теперь что началось? — Если хочешь выйти отсюда, заткнись и вперёд, болван, — рыкнул напарник. Вот и пришлось топать. Истинное зрение никакой пользы не приносило, гномы не пользовались магией, и ловушки мастерили механические. Оставалось полагаться на интуицию. А уж она вообще не затыкалась в этих норах. Винс крался за костяными проводниками след в след серой мышью, готовый в любой момент драться, прыгать или бежать. Крался и кипел возмущением. Как же это в стиле Нейрама! Отправить вперёд младшего и спокойно шагать следом. Иногда великодушно вытаскивать его из ям, демонстративно спасать, отводить стрелы. Конечно, рассчитывая на щенячью признательность в ответ. Не дождётся! Всё шло неплохо, пока что-то не лязгнуло прямо за спиной, заставив подпрыгнуть на месте. А сдавленный стон следом подсказал, что одна из ловушек всё-таки выполнила свою задачу. Нейрам застыл в проходе, вытянувшись в неловкой позе среди ржавых пик, выскочивших из стен. Винс похолодел, осознав, какой опасности чудом избежал. Везение, небольшой вес или подточенный временем механизм сыграл решающую роль — не известно, да и неважно. Перед Винсом неожиданно встал вопрос: что страшнее — попасться в ловушку и погибнуть или потерять напарника и остаться в этом каменном лабиринте одному? Скелет опять противно стучал ветхими челюстями. — Нейрам! Ты как? Сильно задело? — подскочил Винс. — Переживу. Помоги выбраться, — выдавил тот сквозь зубы. — Вы на месте, господа воры, — прошелестел Финагор, отсмеявшись. — Здесь спрятано то, что вы искали. Здесь же оно и останется. Вместе с вашими трупами. Посмотрите вокруг. Винс окинул взглядом помещение, выбитое в диком камне. Совершенно пустое. Кроме круглого постамента у противоположной стены. На полу лежали редкие кучки костей и доспехов, принадлежавших, вероятно, предыдущим искателям сокровищ. Выглядели они подозрительно плоскими… — Посмотри, что там. Быстрее, Вил! Винс осторожно подошёл к постаменту, на котором торчал пыльный каменный член. Это оно? То, зачем пришли? Вот так просто? — Ну же, Вил! Что там? Протянул руку и схватил. Щелк! Член оказался рычагом. И вовсе он не похож на Корень У-Кхаш Гуинара. Что-то противно заскрипело… — Ты чего сделал, болван? Я просил посмотреть. Посмотреть! — бранился Нейрам, продолжая попытки освободиться. — Не ори на меня! — Х-х-х-х-х! — сухо стучал челюстями Финагор. — Молодец, ушастый. Всё правильно сделал. Эта пещера станет вашей могилой. Слышишь? Это скрипят стены. Скоро ты умрёшь! А твой приятель, надетый на штыри, проживёт чуть дольше. Посмотрит, как тебя раздавит в лепёшку. И будет медленно умирать от ран над кровавым месивом, в которое ты превратишься. Хрясь! Скелет разлетелся в стороны, застучали осколки костей по камням, черепушка врезалась в стену, хряпнулась об пол и покатилась к ногам Винса. — Проклятье! Мёртвого достанет, ублюдок, — Нейрам, прихрамывая, подошёл. В дверях остались торчать раскуроченные железки. Смуглое лицо посерело, заострилось, горящие красным глаза злобно прищурились. В руках клубилось зеленоватое свечение. Он поднял череп, сдавил пальцами, в голосе кипела едва сдерживаемая ярость. — Для тех, кто забыл, напоминаю — кровь и боль дают некроманту небывалую силу. Череп страшно скрипуче завизжал. Залязгал челюстью, так что полетели осколки сгнивших зубов. Отвратительный звук заметался по стенам пустого помещения и многократно умноженный обрушился на нарушителей вечного покоя этого места. Ударил по натянутым нервам. Нейрам ослабил хватку, дав всем передышку. Слова его сочились ядом. — Что, думал, ты неуязвим, раз уже умер? Я могу сделать посмертие настолько мучительным, что ад покажется тебе спасением. — Простите… прошу покорно… Повелитель… молю… я всё скажу… простите меня… — сипел череп. Такого Нейрама Винс по-настоящему боялся. Попятился в ужасе и вдруг натолкнулся спиной на стену. Разве она здесь была? Что-то опять заскрипело и сплошной камень за спиной чуть-чуть придвинулся. Вот о чём шипел скелет! — Нейрам! Валим отсюда! Стены сдвигаются. — Как это остановить? Говори! — некромант тряхнул подвывающую черепушку. — Там на стене. Всё начертано, Повелитель. Гляньте на стену над вами. Над постаментом с члено-рычагом действительно виднелись какие-то символы. Напарники всмотрелись внимательнее. И Винс почувствовал как уши запылали свечками. Похабники-гномы и тут не обошлись без любимой темы. Картинки изображали сцены секса. Да тут все стены членами изрисованы, если приглядеться! И сам постамент… это странное грибообразное навершие — это же стилизованный фаллос. — Что это значит? — Не могу знать точно, Повелитель, — Финагор говорил осторожно. — Но, кажется, это нужно исполнить. То что выбито на стене. — Врёшь. Как занятие сексом может остановить механизмы? Это же не магия. — Не друг с другом. Смотрите внимательнее, Повелитель. — Хватит в загадки играть! Говори прямо, что нужно делать. — Нейрам, я, кажется, понял, — голос эльфа звучал глухо и смущённо. Винс присел возле члено-постамента. Нейрам, прихрамывая, подошёл. Поверхность камня украшала затейливая резьба, подозрительно напоминающая вспухшие вены эрегированного детородного органа. Если встать на четвереньки, как раз на уровне лица из него торчал чёрный блестящий стержень знакомой фаллической формы. Первая картинка на стене изображала минет. — Кто-то здесь двинулся на членах… — проворчал Нерам и нацепил черепушку на члено-рычаг. — Перед вами редкой чистоты обсидиан и тонкая работа мастера, прошу заметить, — оскорбился Финагор. Он заметно приободрился. Болтаться на каменном фаллосе, видимо, казалось ему комфортнее, чем в когтях некроманта. Места между стенами оставалось всё меньше. Винс решился. — Я попробую. — Хорошо. Я пока расчищу выход. Нейрам похромал к перегороженному раскуроченными железками проходу, а Винс опустился на карачки, быстро отёр рукавом и осторожно лизнул стеклянно гладкий камень. «Ну, ничего так. Пыльный немного. Жёсткий и холодный. Зато размер нормальный. Не маленький, конечно, но и не гигантский.» Рассуждая про себя, Винс смочил обсидиановый фаллос слюной для лучшего скольжения и попытался взять его целиком. Все-таки большой. В рот не поместился. Он устроился поудобнее, выпрямил шею, расслабил горло и аккуратно впустил в него каменный самотык. Так что губами и носом коснулся постамента. Что там намудрили озабоченные гномы, осталось неизвестным, но скрежет прекратился и стены остановились в своём размеренно-жутком движении. Значит, всё сделано правильно. Что-то зашуршало под задницей сидящего прямо на земле Винса, заставив подскочить. Из пола выдвинулся второй самотык — брат близнец первого. У эльфа опять возмущённо задрожали кончики ушей. Второй рисунок изображал половой акт. — Да они охренели! — взвился он, вскакивая с пола. — Что они там себя думают?! Я не собираюсь! — Похоже у нас нет выбора, Вил, — проговорил Нейрам от входа. Железки он докурочил так, что появился проход. Но за ним темнел камень, перекрывающий его. — Нас замуровали. — А ты не можешь это разбить? Может вместе попробуем, у меня взрывчатка есть… — Сам подумай, что с нами станет, если здесь рванёт. Нет. Это закрылось, значит, должно и открыться. Надо попробовать. Эй, как тебя? Финагор. Что будет, когда мы выполним то, что там нацарапано? Двери откроются? — Может и да. Не могу знать точно. Я не участвовал в строительстве этого места. Почему бы не попробовать? У мальчика определённо талант. Последние слова он произносил уже в полёте, сброшенный ударом кулака. Опять сухо хряпнулся о стену и запрыгал по полу. Винс проследил как с рукава Нейрама капает кровь, стекает по штанине, оставляя следы на полу, и угрюмо вернулся к постаменту, бурча под нос: — Мы выполним? Мы? Ну, конечно! Понятно, кому делать эту мерзость. Проклятые гномы! — он пошуршал в сумке, достал батарею пузырьков. Парочку вручил Нейраму. — Выпей. Кровь остановить и раны подлечить. Обезбол себе оставлю, не проси. Нейрам молча выпил эликсиры, не стал изображать героя. Видимо, сил на это уже не оставалось. Вспышка гнева, что держала на ногах, поутихла. А некромантия плохо годится для лечения. Винс тем временем принял свой обезбол и смазывал чем-то маслянистым каменный самотык в полу. Будет не просто. Такое в нём ещё не помещалось. Сейчас он даже радовался, что имел какой-никакой опыт. Знал про смазку, подготовку. Иначе это задание могло бы стать невыполнимым. Он скользнул взглядом по расплющенным ржавым доспехам менее успешных предшественников и взялся за пояс штанов. — Отвернись. Это было непростое испытание. Винс, дыша через зубы, медленно и осторожно опускался на холодный жёсткий обсидиан. В полной тишине. Глубоко под землёй. В компании некроманта и мертвяка. Могло бы показаться забавным, если бы не разрывающий внутренности дрын в заднице. Наконец, холодный камень пола коснулся голой кожи. Опять заскрежетали скрытые механизмы, заскрипела каменная крошка, плита медленно уползала в стену, открывая проход. Готово. — Молодец, ушастый! Всё правильно делаешь. Эльфы просто созданы для секса, чтобы не твердили про свое высокое предназначение, — противно шипел череп, но, получив очередной пинок, резко сменил пластинку. — Ход открыт, Повелитель. Вы можете выйти. Спасайтесь. Пока можете. Последняя возможность. — Что за дерьмо? — вызверился Нейрам. Привычная невозмутимость начала его подводить. — Где Корень У-Кхаш Гуинара? Ты пытаешься меня обмануть? — Нет, Повелитель. Предостеречь. Артефакт может погубить вас. Не зря его так тщательно скрыли. — Где он? — в открытой ладони Нейрама угрожающе разгоралось призрачное зелёное пламя. — Третья картинка, — сдался Финагор. — Кончающий член? Как это понимать? — Так же как и предыдущие. Кто-то из вас должен кончить. С каменными членами внутри. Повисла неприятная тишина. Напарники не решались посмотреть друг на друга, молча пялились на дурацкие каракули гномов. Они так далеко зашли, но… А потом заговорили одновременно: — Вил… — Нейрам, я не смогу… С этой штукой внутри… — Винс начал медленно подниматься. Задница уже окоченела, холодный безжизненный камень высасывал тепло из тела. — У меня никогда не получалось. Это больно и противно. Я… Нейрам положил руку на плечо, остановив движение. Мягко толкнул обратно. — Я помогу. — Чем? Я с тобой не кончал ни разу. Откуда тебе знать… — Просто доверься мне. Постарайся расслабиться. Не двигайся, — он сел сзади, обнял, согревая своим теплом. — Откинься на меня. Закрой глаза. Не думай ни о чем. — Твои раны… — Всё прошло. Эликсиры одного моего знакомого творят чудеса. Расслабься. Большие тёплые руки оказались неожиданно ласковыми. А объятия такими нежными. Винс согревался в них, оттаивал, ощущая такое непривычное состояние защищенности. Почему? Ведь он никогда не доверял этому человеку. Но сейчас отчаянно нуждался в тепле и не мог от него отказаться. Тонул в объятиях, что отгородили и спрятали от холода мёртвых подземелий, невыполнимых обязательств, жестокости несправедливого мира. Хоть ненадолго. Короткая передышка. Краденые мгновения вынужденной нежности. Одна горячая ладонь накрыла пах, а вторая проникла под одежду и гладила живот, грудь, теребила соски. Жар этих рук проник в тело, заставляя сердце биться чаще, а кровь бежать быстрее, приливать волнами. Винс забыл с кем он и где. Ненадолго, всего несколько минут, но этого хватило. Это был не лучший оргазм в его жизни, да и не важно. Он кончил — это главное. — Проклятье. Вил, прости, я забылся… Нужно было с этой дрянью во рту… — виновато говорил Нейрам, продолжая обнимать повисшего на руках напарника. Тот приходил в себя, вцепившись в гладкий обсидиан в поисках опоры. Взгляд бездумно скользил по затейливой резьбе постамента. И вдруг… Что это? Густые капли, стекали по пыльному камню, по выбитым в нем углублениям и чертили рисунок. Указатель. Вниз и влево… — Нейрам, погоди. Посмотри на это. Нейрам молча поднялся, обошёл члено-постамент, внимательно осматривая алеющим во тьме взглядом. Потом ухватился поудобнее и толкнул. Что-то щёлкнуло и тяжёлый камень легко отъехал в сторону, открывая небольшой тайник. Со странной кучкой на дне. Винс, натягивая одежду, наблюдал с напряжённым любопытством. — Не трогай! — вдруг взвыл череп. — Если хочешь жить, не трогай! Иначе вам отсюда не уйти! — Заткнись, — Нейрам дунул в углубление и под кучей трухи, в которую за столетия превратился деревянный ларец, показался Корень. Из знакомого серого камня со сколом — спутать невозможно. — Дурачьё! Верите, когда вам врут в глаза. А когда правду говорят — не верите, — продолжал шипеть Финагор. — Уносите ноги. Вы ещё можете спастись. — Врал, значит? — не особо удивляясь, уточнил Нейрам, аккуратно извлекая артефакт. — Ну конечно! Сразу видно, что в механике вы профаны. На рычаги нужно лишь правильно нажимать, а на постамент плеснуть водой. Результат был бы тот же. Хотя вам вроде понравилось даже. Причём обоим. Что у вас за отношения, ребята? С мерзким хрустом черепушка разлетелась на мелкие осколки. Побледневший от злости Винс метался взглядом по подземелью в поисках, чего бы ещё разнести. На кончиках пальцев дрожали сплетённые разрывные. Ублюдочный дохлый гном развалился до обидного быстро, мерзавец! Знал всё с самого начала и издевался! Просто издевался! Вдруг на полу зашевелились кости, задребезжало старое железо доспехов, из-под которого поднимались мертвяки. — Зачем, Нейрам? Убери. И без них тошно. — Это не я. Нейрам, действительно, выглядел удивлённым. Но быстро справился с собой. — Финагор, явись. Я не отпускал тебя, — позвал он, и перед ним зеленоватым маревом возник призрак. — Что происходит? — Я предупреждал. Не стоило трогать артефакт. Теперь против вас встанут все мёртвые этих гробниц. Ты сильный некромант, Повелитель. Но тебе не справиться. Не стоило трогать артефакт. — Что? Вы применили магию? Гномы! В своих драгоценных пещерах! Подняли мёртвых? Нейрам искренне хохотал, пока Винс с мстительным удовольствием крошил трупаков. По-хорошему их надо бы упокоить, но разрывные тоже неплохо работают. Эффектно. — Мы ни при чём, — оправдывался призрак сконфуженно. — Проклятие наложено на артефакт. — Неважно, — некромант взял себя в руки. — Веди, давай. Самым безопасным путём. И постарайся, чтобы мы выжили. Иначе навсегда останешься привязан к этой норе. Кроме меня тебя некому отпустить. Так что, если хочешь вернуться в свои райские кущи (или что там райское у гномов?), выведи нас отсюда. Они шли по трупам. В буквальном смысле слова. Вокруг вставало всё, что ещё не превратилось в труху, и с тупым упорством зомби пёрло на похитителей. Скреблось за могильными плитами, ковыляло по проходам, ползло на обломках скелета и мумифицированной плоти. Молча. С мерзким скрипом иссохших костей, бряцанием ржавых доспехов, топотом, шорохом, скрежетом, но без единого слова или вздоха. Жуткое шествие смерти во тьме мёртвого города гномов. Нейрам уже пожалел о своём решении не просто поднять Финагора, а призвать дух. Но обстоятельства требовали разумного проводника, хоть и подневольного, а не просто обрывков памяти, что запечатлелись в старых костях. Похоже строптивый гном оказался из разряда самоотверженных патриотов, или идиотов, готовых пожертвовать посмертием ради великой цели. Слишком долго он вёл их наружу… Нейрам с упорством машины плёл упокоение коченеющими пальцами и посылал волну за волной по туннелям. Винс бил одиночек разрывными. Но они всё пёрли и пёрли. Казалось, это никогда не прекратится. Силы давно кончились. Нейрам исчерпал все возможности восстановления. Тревожить раны ради кратковременной вспышки силы стало непродуктивно. Слишком много крови потерял. Винс тоже еле плёлся в каком-то полубессознательном состоянии. Временами начинал по-звериному принюхиваться. Или по-вампирски… Но стоило поднести окровавленную руку ближе к лицу, с омерзением отворачивался. Финагор болтался где-то вдалеке зеленоватым маревом. А мертвяки продолжали лезть откуда-то, хотя поток подсократился. Только это и спасало. Вдруг что-то изменилось. Нейрам не сразу понял что. Полуэльф перестал виснуть, но продолжал идти неуверенно и неловко, будто разучился это делать. А ещё ощущение чужого присутствия. В заброшенных штольнях появился кто-то иной. Чуждая сила, тёмная, неживая, но и не мёртвая. Жадная, любопытная… Нейрам вскинулся. Голубоватое сияние разгоралось совсем рядом, слепило усиленные заклятьем глаза. Это метки! Метки на шее эльфа. Они расползались живыми змеями, вились по шее, струились по подбородку, расцветали на щеках. А глаза наоборот потемнели, превратившись в бездонную пропасть. — Вил. Ты меня слышишь? Что с тобой? Можешь ответить? Тот бесстрастно продолжал шагать по пустому туннелю, на тонком лице не дрогнул ни один мускул. Пустому? Нейрам оглянулся. Только удаляющийся шорох подсказал, что здесь были мертвяки. Винс вдруг оступился, ноги подкосились. Нейрам едва успел подхватить его. — Финагор, явись! — Простите, Повелитель. Простите. Я был неправ… Я не знал… хозяин сам пришел… Не понял, простите… Если б я только знал, я б конечно сразу… — Заткнись. Выход где? — Идёмте. Скорее. Тут недалеко.