Что ищет полукровка

Это было очень странное место. Или не место… Пространство… Ни света, ни тьмы. Зрение здесь не работало. Как и слух. Неясные ощущения чьего-то присутствия… И ужасающее давление. Не физическое. Здесь вообще не было ничего материального. Даже тела… Вспыхнуло осознание — «Я умер?!» Удушливой волной накатила паника. Забилась в нём, не находя выхода. Мучительно и больно. Не имея никакой возможности выразить её и вообще хоть что-либо сделать, он просто безмолвно орал от ужаса. Безумного, всепоглощающего страха и отчаяния. Неизвестно сколько это продолжалось, но постепенно паника поутихла, перегорела, переплавилась в тоску и бессилие. Такие же мучительные, но менее затмевающие разум. Нельзя сдаваться! Может быть что-то можно сделать. Усилием воли направил всё внимание вовне. Что здесь ещё есть? Он чувствовал магическую энергию. Много. Очень много совершенно бесполезной силы, которую даже направить не на что. И чьё-то присутствие… Тяжело сосредоточиться из-за давления. Будто огромная толща скалы плющила минерал, заставляя уплотняться, спрессовываться, кристаллизоваться, принимая максимально плотную компактную форму. Но он продолжал упрямо искать, вслушивался, вглядывался, причувствовался… И, наконец, почуял их… — А-а-а-а-а! Винс дернулся от оглушающего крика, который внезапно ворвался в уши. Шарахнулся, врезался во что-то и слепо затрепыхался. Но тут кончился воздух и звук оборвался. Только тогда Винс понял, что кричал он сам. В тот же миг на него обрушились сразу все физические ощущения. Лязганье металла, шипение, рокот каких-то механизмов, запахи машинного масла, пыли и горячего железа. Кожу обожгло. Яркий свет ослепил. Голова взорвалась болью. — Ух. Вернулся, наконец, — сдавленно прозвучало где-то рядом. Знакомый голос… Винс осознал себя скрючившимся на холодном металлическом полу, только голова лежала на чем-то мягком. Органы чувств постепенно приходили в норму. Интенсивность всех ощущений упала до вполне обычных, а свет так и вообще оказался едва различим в этом тёмном углу. Боль в голове быстро затухала, постепенно возвращалось нормальное ощущение тела. Почти. Если не считать онемения. — Где я? Что произошло? — Он попытался подняться и не смог опереться на руки — кисти оказались скованы параличом. — В машинном отделении, — ответил голос. — Кажется, ты немного умер. Винс повернулся и обнаружил Нейрама за спиной, а его колени под собственной головой. Напарник почему-то прижимал руки к животу… Так вот во что Винс врезался затылком, когда очнулся! Он поторопился подняться, зябко кутаясь в короткое пальто. Как же холодно! Их окружала металлическая решётка. Похоже на клеть для фиксирования хрупких грузов при качке, как на корабле. А за ней какие-то железные монстры, гудящие, лязгающие металлом, размеренно крутящие огромные коленвалы в душном полумраке — ад для такого, как Винс. И насколько же он был рад оказаться здесь после того, как… Смысл слов, наконец, достиг ошарашенного мозга — то есть как это «немного умер»?! — Значит, я был… там? Великое Древо, спаси и сохрани… — От свежих ещё воспоминаний замутило. Неловко двигая затекшее тело, Винс привалился к стене рядом с Нейрамом, жадно глотнул вонючего воздуха. В голове — полный бардак. Мысли метались и визжали перепуганными мираксами. Хотелось как-то выплеснуть это. Поделиться. — Это ужасно, отвратительно… Это… корешки-листочки… Но как? Почему? — По башке схлопотал. Голова действительно была чем-то замотана. Какая забота! Винс принялся сковыривать тряпки бесчувственными руками. Получалось не очень. — А ты что здесь делаешь? — Очередной раз убеждаюсь в человеческой глупости. И своей тоже. Понял, что одному с таким Безликим не справиться. Предложил объединить силы. Ну и вот, — он продемонстрировал обвисшие парализованные кисти рук. Понаблюдав за мучениями напарника, принялся помогать. Дело пошло чуть лучше. — Но погоди. Почему я вернулся? — Винс, наконец, избавился от импровизированных бинтов и сидел теперь весь растрепанный и сбитый с толку. — Тебя сейчас мало что может убить, учитель был прав. — Почему? Это из-за… — он осёкся, до сих пор опасаясь называть имя демона, засевшего в душе. Нейрам пристально разглядывал полуэльфа, нервно и неловко убирающего волосы от лица тыльной стороной запястий. Будто прикидывал, стоит ли рассказывать. Наконец, заговорил: — Точно не знаю. Уникальное сочетание нескольких факторов. Метки вампира, частица Безликого, печать друида и что-то ещё, дающее ей силу сдерживать всё это в тебе. Винс замер, ошеломлённо всматриваясь в спокойное лицо Нейрама. — И давно?.. Давно ты знаешь, что он во мне? — Давно. — Прозвучало очень ровно, почти равнодушно. Эльф отшатнулся. Осознание захлестнуло, будто в ледяной ручей нырнул. Аж дыхание перехватило. — Почему ты ничего не сказал?! — Зачем? Что бы ты сделал? Ударился в панику? — Знакомый снисходительный взгляд. Это уже слишком! Услышанное просто не укладывалось в голове. Распирало. Досадой, обидой, злостью. Он знал! Всё это время он знал! Да как это возможно?! Винс пару раз открыл и закрыл рот, хватая холодный, отдающий металлом воздух, и наконец разразился криком: — Ты… Ты знал, что это тварь жрёт меня изнутри и ничего не сделал?! Даже не сказал! — Не сожрал же. — Нейрам как всегда прихлопнул почти равнодушным ответом, сбивая градус накала. Будто так и надо. Будто всё правильно и возмущаться нечему. — Ну ты… гад же ты, Нейрам! — А ты сомневался? Винс с досады пнул его ногой. Но вызвал только невесёлый смешок. — Это знание ничего бы тебе не дало, кроме постоянного страха за свою жизнь. Сделать ты ничего не мог. Ты даже с татуировками ничего не смог сделать. Учитель тоже не стал вмешиваться. Хотя, возможно, по другой причине. Я наблюдал. Когда понял природу твоих изменений, решил, что исправлю всё, когда получу силу. Винс опять завис, обдумывая услышанное. Что-то не складывалось в холодную, безэмоциональную, но логически верную картину. — Исправишь? Да ладно! — он недоверчиво прищурился, чувствуя, что, наконец, подловил напарника. — Ты реально собирался это делать? Зачем? — Чтобы ты жил, — просто ответил тот и вызвал этим еще большее недоумение. — Зачем тебе это? Какая лично во мне ценность? — скривился полуэльф в циничной усмешке. — Потрахивать иногда? С такой силой и властью в момент кучу других бы нашёл. Ещё и получше. — Мне другие не нужны, — пробормотал Нейрам отчего-то непривычно тихо и сдавленно, отводя глаза. И вышибая почву из-под ног внезапным озарением. Может ли быть… Да нет! Невозможно! Только не Нейрам. — Вот только не надо мне… корешки-листочки… — Винс пытался поймать ускользающий взгляд напарника. Никогда. Никогда он не видел такого выражения на этом бесстрастном лице. Нейрам смущён? Невозможно! Страсть как захотелось схватить его за грудки и заставить смотреть на себя. — Ты серьёзно? Скажи прямо! Почему? — Глупо врать на пороге смерти, — Нейрам нашёл силы посмотреть в глаза. — Ты нужен мне, Вил. Ты один и никто больше. И замер в тревожном ожидании реакции. — Брехня! — взорвался эльф. — Кто только что собирался принести меня в жертву? — Я же объяснял, — Нейрам раздосадовано вздохнул. — Тебе ничто не угрожало. Убить тебя сейчас почти невозможно. — Всё равно не верю. Не знаю, зачем ты врёшь мне. Но, то что ты делал… — Винс внезапно запнулся, сглатывая злые слова. — Ты не стал бы… так поступать, если бы что-то чувствовал ко мне. Нейрам отвернулся, проговорил тихо в сторону, пряча глаза, шокируя непривычным поведением: — Именно поэтому. Я не умел по-другому. Не знал, как к тебе подступиться. Ты никогда бы не захотел этого со мной… по доброй воле. П…прости… И Винс вдруг поверил. Внезапно все развернулось по-иному и… встало на свои места. Все те странные проявления заботы, необъяснимого упрямства, собственничества… холодность, нарочито равнодушное поведение, сменяющиеся жадным вниманием и непредсказуемыми поступками. И даже их болезненный подневольный секс. Всё это проявления кривой, неумелой, безнадёжной и отчаянно скрываемой любви. Как глупо! Внутри опять всколыхнулась волна бессильной злости. — Идиот! — он чувствительно двинул Нейрама локтем. — Мы могли бы стать друзьями, если бы ты всё не испортил! В повисшем молчании размеренно рокотали механизмы. — Это… правда? — Везёт же мне на идиотов! — Винс обессиленно откинулся на стену. — Один из академии выпер от большой любви. Другой, вообще… — Другой — что? Что он сделал с тобой, Вил? — Леконт выступил из-за угла какой-то чухающей бандуры, обходя её по узкому металлическому мостику, и встал над пленниками, хмуро разглядывая их через решётку. — Тебе лучше не знать, — торопливо отмахнулся Винс и поспешил задать более животрепещущий вопрос: — Что там снаружи? Что происходит? Леконт перестал буравить Нейрама взглядом, вздохнул, облокотясь на прутья. — Безликий расползается. Занял уже весь дворец и ближайшие к нему улицы. Пока только понизу. Выше метра не поднимается. Люди бегут или прячутся на верхних этажах. Объявлена эвакуация. — Бомбардировка была? — Да. — Не помогло? — Нет. — Конечно, не помогло, — подал голос Нейрам. — Переход совершён. Барьер пройден. В статуе больше нет необходимости. Хоть в пыль её сотрите. Наверняка, новые порталы открываются повсюду. И со временем их будет всё больше. По мрачному молчанию капитана, все поняли, что так и есть. — Где ж ты раньше-то был такой умный? — не удержался тот от язвительного выпада. — Меня тоже обманули. Леконт выругался. Такому как он особенно тяжело попасть в ситуацию полного бессилия и отчаяния. Человек действия, он привык решать проблемы, а не бежать от них. И сейчас растерянность и страх легко скатывались в злость, бессильную ярость. Особенно, когда повод — вот он перед глазами. Причина всех бед. — Тебя пожалеть? — он стиснул кулаки на решётке. — Сука, ты заварил эту кашу! — двинул по дребезжащим прутьям ладонью. — Вы вдвоём с Маберготом. И втянули в это Вила. — Зато ты его ни во что не втягивал, — скривился Нейрам. — Только гонял по всей стране, чтобы копам сдать или Совету на опыты. — Я пытался его спасти! — А нужно ему твоё спасение? — Заткнулись оба! — рявкнул Винс и пнул многострадальную решётку. — Идиоты. О чём вы вообще говорите?! Надо думать, как спасаться. Пока есть, что спасать. — Он протянул парализованные руки Леконту: — Снимай давай, что стоишь? Тот пристыженно кивнул, отомкнул дверь, распустил заклятье и обессиленно опустился на пол возле эльфа. Теперь они сидели рядком вдоль стеночки, одинаково мрачные и растерянные. — Голова как? — Нормально. Винс растёр онемевшие пальцы и распустил парализующее на руках Нейрама. Леконт успел незаметно рассмотреть растрёпанный розовый затылок. Вроде и впрямь целый. Удивительно крепкий эльф. Только замёрзший и потерянный. Ужасно хотелось обнять, согреть и утешить. — Что дальше? Есть идеи? — Винс взял на себя роль переговорщика. Надо же как-то расшевелить этих двоих. — Никто не знает. Маги готовят совместный удар. Хотят объединить усилия, чтобы разрушить портал. Нейрам схватился за лицо и грязно выругался. — Их надо остановить. Будет только хуже. Безликий не совсем материален. Он не пострадает. А вот энергию хапнет с удовольствием. И использует. — Остановить, — хмыкнул Леконт угрюмо. — Как ты себе это представляешь? Кого из нас теперь станут слушать? Винс такое представление там устроил. Чудо, что меня не заперли вместе с вами. — Это не я, — поторопился откреститься тот, не подумав. — Что? — Представление устроил не я. — Тогда всё ещё хуже… — Леконт с отчаянной тоской и беспокойством всматривался в его лицо. «Так Безликий на самом деле в тебе? И сейчас? Ты всё ещё Винс? Или уже не совсем? Что теперь делать? Как от этого избавиться? Чем помочь?» — сотни невысказанных вопросов застыли на языке. Леконт представлял, что происходит. Сам видел. Не только Мабергот пророс щупальцами после прорыва Безликого. Даже в Совете оказалось немало таких заражённых. И никто не догадывался. Люди просто стали замкнутыми и отчуждёнными. Но работу свою и привычные дела продолжали выполнять как раньше. А потом в один момент… Капитан прощупывал взглядом любимое лицо, ища в нём признаки чужого присутствия. Что если уже поздно? Отчаяние сжало сердце, впустило в него острые когти. Даже дышать тяжело стало. Почему потеря одного человека страшнее гибели всего мира? Бред какой-то… — Так вот за что тебя так приложили, — протянул Нейрам. — Что ж наш бравый капитан не защитил? Не прикрыл грудью-то, а? Спасатель херов. — Придержи язык. Сам как будто… — Да пошли вы! — Винс в сердцах подскочил, оставив надежды остановить зацепивщихся рогами соперников. Ноги ещё плоховато слушались, онемев после долгого лежания. По узкому проходу доковылял к маленькому иллюминатору, чтобы осмотреться. Понимал, что вряд ли увидит что-то хорошее, но быть в неведении казалось ещё хуже. Внизу расстилался город. Занесённые снегом крыши, редкие деревья, фонарные столбы — поднимались прямо из чёрного тумана, который разливался рекой по улицам. Дирижабль медленно двигался над домами, продолжая собирать людей. Скольких он сможет вот так спасти? Насколько долго ещё будет оставаться в воздухе? Куда им податься, если весь мир заполнит Безликий? Всё казалось настолько безвыходным, что опускались руки. Душа заполнялась невыносимой безысходностью. Люди постоянно живут в ожидании смерти — это привычно и нормально. Так же привычны все эти истории про конец света, последний суд, который ждут верующие. Армагеддон, который мгновенно уничтожит мир в огне и грохоте. Всё оказалось немного иначе. Чёрная мерзость расползалась заразой, медленно поглощая мир и уничтожая всё живое. «Потому что жизнь слишком шумная.» Как глупо! Несправедливо! Не так он должен был закончить свой путь. Ещё столько всего не сделано. Не успел. Ничего не успел! Даже не любил по-настоящему. Он оглянулся на спутников. Каждый из них признался, что любит. А сам он? Даже в этом не успел разобраться… — …из-за кого Вилу пришлось искать учителя? Напомнить? Не думаешь, что в этом причина всех проблем? — Кто бы говорил! Сколько ты ему страданий принёс? Использовал в своих интересах. И не прикрывайся сейчас Маберготом. Ты всегда мог остановить это. — Я его защищал, между прочим. Всегда. Вил жив до сих пор только благодаря мне. — Враньё! Даже если так. Каково ему было всё это время? Ты хоть раз задумывался о его чувствах? Винс встрепенулся. Какая-то мысль скользнула по грани сознания. — Чувствах? Задумывался… о чувствах… Он ведь тоже не задумывался о чувствах. Леконт, ты гений! Ни Леконт, ни Нейрам даже не услышали его неясное бормотание. Не до того. Эти двое уже стояли друг напротив друга, стиснув зубы и едва удерживая атакующие заклятия в пальцах. — Эй ты, со щупальцами, — осторожно позвал Винс. — Чего молчишь? Так выступал до этого. Не заткнуть было. Подселенец отозвался не сразу. Выплыл из глубины, едва слышно шепча: — Меня зовут Тот. Мне… плохо. — Чего тебе плохо? Заболел? Хотя нет, ты не можешь заболеть. Что случилось? — Я видел. Попробовал, как это… мне не понравилось. Я не хочу так! Это больно! Винс не сразу понял, о чём он. Хотя ответ казался очевидным — Тот со щупальцами чувствовал то же самое, потому что увидел то же самое. — Понятно. Ты умер вместе со мной и побывал на месте душ, которые ты спасаешь на изнанке. Так? — Да. — Прекрасно. Теперь ты понял? — Да… Нет… Не совсем… — звучал он глухо и отдалённо. И с неожиданными отголосками эмоций. — Почему им так плохо? Почему мне так плохо? Я хочу спрятаться в тебе глубоко-глубоко и никогда не показываться. Это странно… Что это? — Ну, мне тоже было страшно. До сих пор трясёт, как вспомню. Это самое ужасное, отвратительное и жестокое место. Они там, как мухи в янтаре. Только живые. Немые, слепые, неподвижные. Бррр! Под жутким гнётом. И не поговорить, не поплакать, не пожаловаться — ничего! Только сожалеть и беситься. Они страдают годы, столетия. В одиночестве. Многие давно безумны. Это самое ужасное, что может произойти с человеком. Даже смерть лучше. Это хуже ада… м-м-м-м? Винс вдруг понял, что не может говорить. Рот внезапно оказался занят. Леконт?! Когда он успел оказаться рядом? И зачем взялся целовать?! — М-м-м-м! С ума сошел?! — оттолкнул его, мгновенно вспыхивая смущением. Почему так приятно? Какое-то нелепое слюнявое сосание, а внутри уже всё растаяло и размякло… — Прости. Ты разговаривал сам с собой и не реагировал. Довольно пугающе. Я не знал, как тебя вернуть, — он притянул эльфа обратно и снова поцеловал. И Винс, который никогда в жизни не любил целоваться, зажмурился и прильнул, блаженно подрагивая ушами. На шее медленно затухало голубоватое свечение. — Эй! Отошёл от него! — Теперь Леконта оттолкнул Нейрам. Тот не без сожаления выпустил Винса, всмотрелся в смущённое лицо. — Это был он? Безликий? — Да. Мы просто разговаривали. Он увидел свой мир глазами похищенных душ. Кажется, он испуган… — Что? — Что ты сказал? Два изумлённо-растерянных возгласа прозвучали одновременно. Две пары глаз ошеломлённо уставились на эльфа. Но тёмные очень быстро скептически прищурились. Оно и понятно, как в такое поверить? А Винс вдруг понял, что чётко разделяет того Безликого — страшного и отвратительного демона, пожирающего мир, и «своего» Безликого — кусочек, который жил в нём всё это время. Тот со щупальцами стал понятнее и ближе. И Винс затараторил быстро и путано, пытаясь скорее всё объяснить. Пока его ещё слушают, пока ещё готовы верить. — Он изменился, когда был во мне. Тот со щупальцами. Он не знал, что эти души страдают. Забирал, потому что они кричали, что не хотят умирать. Вот и спасал так. Он на самом деле не чудовище. Точнее… не знаю, но зла он не желал. Просто хотел, чтобы стало тихо. А теперь понял, как это — чувствовать. И… испугался. Повисла тишина. Лишь по-прежнему гудели и лязгали механизмы двигателя гигантской машины. Все трое переваривали новые невероятные знания, которые не вписывались в привычную картину мира. Безликий испугался… Безликий. Испугался. Что? Два совершенно несовместимых слова. — Послушай, если понял, что был не прав, не лучше ли отпустить их всех и остановить этот кошмар? — начал Леконт, непонятно к кому обращаясь. И вдруг что-то произошло. Звук двигателя изменил тональность. Что-то масляно затрещало. Пол под ногами вздрогнул и качнулся, слегка накренясь. Винс прильнул к иллюминатору. — Мы движемся в сторону дворца. И поднимаемся. — Времени не осталось. Дирижабль выходит на атакующую позицию. Они хотели ударить с центрального трапа, — пояснил Леконт. Нейрам протиснулся мимо них и прошёл в глубину тесного помещения, осматриваясь. — Нейрам, что будет, когда они ударят? — крикнул вслед Винс, отодвигаясь от окна, чтобы пустить Леконта. — Всё ускорится, — Нейрам показался из-за поворота. — Особенно, если это будет обычные грозовые и огненные, только усиленной мощности. Что скорее всего. Ведь они пытаются разрушить портал. Безликий соберёт всю энергию и резко увеличится. В зале со статуей было то же самое. Они сгрудились возле иллюминатора с хмурыми озабоченными лицами. Время утекает, а мыслей никаких. — Я бы отпустил, — неожиданно заявил Тот со щупальцами, будто продолжал прерванный разговор. Говорил вслух, используя рот Винса как свой собственный. Уже и разрешения не спрашивал. — Только я теперь не Безликий. Меня зовут Тот. Я оторвался. И стал отдельным. Сам по себе. — А назад? Объединиться можешь? — Леконт сообразил первым, не тратя время на лишние сейчас эмоции. — Не знаю. Такого ещё не было. Я могу раствориться и исчезнуть. Или стать как те души… замурованным. Не хочу. Лучше тут останусь… Нейрам с Леконтом переглянулись. Это звучало как-то… по-детски… — Но Безликий захватывает наш мир, — ответил Винс сам себе. Только голос неуловимо изменился, чем сразу выдал хозяина. — Мы должны использовать любой шанс. Иначе… Скоро здесь не останется ничего живого. И мы все будем поглощены им. Мы все умрём. Это прозвучало. Жестоко, как приговор. Известная всем истина. Неотвратимый ужас близкого конца обрушился лавиной. Придавил, мешая дышать и думать. Тот со щупальцами тоже молчал, вместе со всеми переживая ужас приближающейся смерти. И становясь в этом равным со всеми живыми существами. В машинном отделении теперь находилось четверо одинаково обречённых. — Я могу упокоить, — Нейрам неожиданно прервал затянувшееся молчание. Встретив недоумённые взгляды, пояснил: — Души. Я могу их упокоить. Если они там страдают много веков… мне нужно только попасть туда, и сил хватит. Некромантию питают страдания и смерть. — Попасть туда можно только умерев… — буркнул Винс. — Возможно… — тут же исправил сам себя изменившимся голосом. — Возможно барьер ослабнет в момент атаки. Безликий будет вбирать энергию… И мы сможем соприкоснуться. — То есть, ты готов попытаться? — подхватился Леконт. — Другого выхода нет, — вздохнул Тот совсем по-человечески. — Но Винсу нужно что-то сделать с печатью друида. Или с зерном. — Каким еще зерном? — опять хором. Теперь уже втроём. — Тем, что питает печать. Семя Шаллаха. От него нужно избавиться, тогда я смогу справиться с печатью. Промежутки ошарашенной тишины стали уже почти привычны. Новое знание встраивалось в уже известное и понятное. Выходит, печать друида так сильна не сама по себе. Нашла родственный источник сил в зародыше магического растительного монстра и тратила их на сопротивление вампирским меткам и Безликому. И, возможно, этим сдерживала его рост. Чудесным образом все эти силы и сущности обрели баланс в теле Винса и пребывали в шатком равновесии всё это время. И вот теперь пришло время его разрушить. — Могу убить что угодно, если покажешь, где оно, — без тени сомнения предложил Нейрам. — Я не чувствую его… — растерянно ответил Винс, прислушиваясь к себе. И другим голосом: — Не знаю, как показать… — Нужно точно знать. Не хочу навредить. — Давай найду, — оживился Леконт. — Это же тот жёлудь-переросток? Я держал его в руках, помню энергию. Иди сюда. — И принялся торопливо расстёгиваться. — Раздевайся. — Что? — Нужен тесный контакт. Хотя бы пальто расстегни. — Он распахнул шинель и мундир и прижал неуверенно копошащегося с застёжками эльфа к груди. Обнял, притиснул и замер, сосредоточенно закрыв глаза. — Расслабься. Пусти меня. Винс вспыхнул, мгновенно вспомнив, когда слышал те же слова, и ткнулся в капитанское плечо, пряча пылающие щёки. Постарался расслабиться, распустить привычные барьеры, ослабить природную защиту, открыться. Впустить… Ощутить присутствие, осторожное проникновение… лёгкое поверхностное смешение. Так тепло… почти нежно. Но внутри всё отдалось и завибрировало. Энергетический контур горел и пульсировал, подстраиваясь под чужое вторжение. Винс чувствовал как осторожно движется в нём поисковое заклятье, тянется тонкими усиками. Щекотно… — Нашёл, — прошептал Леконт завороженно. — Я держу его. Что дальше? Винс почувствовал, как пальто стянули с плеч и к спине кто-то прислонился. Нейрам прижался горячим телом так сильно, что Винс почувствовал себя расплющенным. — Эй. А ты куда? — заторможенно возмутился Леконт, боясь отвлечься и упустить находку. — Мне тоже тесный контакт нужен, — с вызовом заявил Нейрам и запустил руки под одежду Винсу. Того пробила нервная дрожь от грубого энергетического проникновения в распахнутое настежь расслабленное нутро. Леконт скрипнул зубами, он тоже чувствовал. — Полегче! Ты делаешь ему больно, — рыкнул он, усиливая поверхностное присутствие, чтобы прикрыть Винса. Нейрам понял. Сбавил напор до тоненькой струйки, осторожно просачиваясь между тревожно дрожащими линиями контура. Леконт тоже отодвинулся, настороженно прислушиваясь к действиям некроманта. — Ищи мою нить, я держу зерно… Винс ничего почти не слышал. Всё его существо наполнялось и растворялось в слиянии. Сразу две силы, такие разные, во многом противостоящие друг другу, ворвались в энергетическое тело. Порядок и стихия, свет и тьма, огонь и смерть — они встретились и переплелись в нём. Объединились ради общей цели — помочь любимому. И Винс чувствовал это. Объединённая мощь, способная стереть его в порошок, испепелить, выкинуть из бренного мира, всеми силами оберегала, действуя предельно аккуратно. Укутывала пуховой бронёй покоя и защищённости. — Нашёл? — Да. Отпускай. — Я прикрою. — Не нужно. Хотя… давай. Готов? — Да. Бей. Лёгкий укол в районе печени Винс едва заметил. Он качался на волнах нирваны, опьянённый избытком силы. Которая схлынула так же осторожно, как и появилась. И он обнаружил себя зажатым между этими двумя, которые не торопились отпускать. Горячее дыхание с двух сторон. Руки. Перемешавшийся запах. Тепло… Вырываться и расталкивать почему-то не хотелось. — Всё получилось! — вернул к реальности голос изнутри. — Вы очень гармонично смотритесь. Не налюбуюсь. Но нам лучше оказаться поближе, когда ваши маги атакуют. Язвительное замечание раскидало по сторонам, как ведро воды мартовских кошек. Все начали торопливо поправляться и застёгиваться. — Там есть грузовой люк, — не глядя в глаза, махнул рукой Нейрам. — Пошли, Винс. Нам пора. — Я с вами. Прикрою, если что. С огнём я неплохо справляюсь. Принцесса Катарина вспомнила про пленников буквально перед самой атакой. Дирижабль уже занял нужную позицию и заканчивал вертикальный подъем, зависнув над северным крылом дворца. Тем, что от него осталось. Наблюдать разрушение собственного дома было тяжело. Девушка решила проведать пленников. Вдруг удастся узнать что-то важное. В общей суете и тесноте пробралась к машинному незамеченной. Никто не остановил, когда входила в низкую дверцу. Всем было не до того. А пленники меж тем сбежали. Катарина застигла их в дальнем конце машинного спускающимися через технический люк. — Стойте! — она подбежала, лавируя между стучащими и опасно движущимися механизмами, когда эльф уже исчез в отверстии. Оставшийся капитан де’Леконт повернул сосредоточенное лицо. — Ваше высочество. Или теперь уже Ваше величество. Будьте осторожнее. Вам нельзя рисковать. — Куда вы? — она бросила взгляд вниз. Там ровно под люком как прибитый висел костяной дракон. На его шипастой спине устраивались давешний некромант с подозрительным полуэльфом. — Магическая атака лишь ускорит Безликого. Он умеет впитывать магическую энергию. Мы хотим его остановить. Простите, некогда объяснять. Мы не враги, поверьте. Берегите себя, принцесса Катарина. И быстро спрыгнул. Дракон тут же отделился и пошёл резко вниз. — Что ты здесь делаешь, дорогая? — сильные руки обхватили за талию, придерживая от падения. Хотя падать никто и не собирался. — Вольт! Смотри! В северное крыло, куда падал костяной дракон, ударила молния. Следом огненный столб, раскалённый до ярко белого свечения. Раздался страшный грохот. Вокруг столба плясали разряды, закручивался смерч. Вольт хотел захлопнуть люк, но Катарина держалась за его край и показывала вниз, что-то крича. Голос её тонул в грохоте и рёве стихии. А внизу набухал огромный чёрный туманный пузырь. Туша Безликого вздыбилась горбом в месте удара и стремительно раздавалась во все стороны. Где-то там исчезла маленькая фигурка костяного дракона. Взвыли сирены. Вольт захлопнул люк. Чёрный клубящийся туман почти достиг дирижабля. Они успели добежать до клети и спрятаться в ней, когда судно подбросило и закружило. Всё полетело вверх тормашками.