В связи с тем

– Ничего не понимаю...Свалилась с лестницы? Что серьёзно? – Я знаю, что звучит это странно, но так оно и было. Дин устало вздохнул и провёл рукой по волосам. В данное время все дела шли на ура. Лёгкие вылазки на зачистку вампирских гнёзд, призраки или одинокие вендиго. Это ли не назвать белой полосой в жизни? Их работа никогда не была лёгкой, но редко выдавались спокойные времена с одной лишь охотой, без лишних проблем. Вероятно, вскоре должно было произойти что-то плохое, это и дураку понятно. Но что и на сколько плохое оно будет? Не известно. Сэм сидел около Евы, всё сравнивая рисунки из книги со шрамом на её плече: – У меня пока ничего. Дин, вглядываясь в экран ноутбука и коротко что-то записывая в блокнот, вдруг тоже недовольно промычал: – Да, у меня тоже. А где Кроули? – Он предположил, что информация о телепортации в другие миры могла быть зафиксирована в библиотеке ада. Кажется, его тоже заинтересовала данная ситуация. – ответил Бобби с кухни, после чего снова припал к телефону, слушая очередного охотника, нуждающегося в его помощи. – Или он придумал отмазку чтобы свалить. Как обычно. – проворчал старший, хмурясь в экран ноутбука. – Разве он такой плохой? Почему вы его не любите? – Он демон, к тому же кучу раз нас подставлял. – охотник перевернул страницу книги. – Да, от него был и толк когда-то, но сейчас... – А что сейчас? У людей всегда есть право на искупление. – Но Кроули не человек. Раздался смешок: – Лосик, лосик, ничему тебя жизнь не учит. – демон стоял в дверях, с улыбкой подперая дверной косяк. – Иди ты. – Какие мы злые... – он прошагал в соседнюю комнату, будто следовал прямиком по музею. Бобби отпил с горла бутылки: – Чего тебе? Демон уселся напротив него. Брезгливо покосился на бутылку, но сдержал порыв едко выразиться про её содержимое. Сложив руки на столе, он проговорил: – Мне кажется ты явно хотел о чём-то поговорить. Я слушаю. Сингер покосился за его спину, слегка наклонился в его сторону и заговорил громким шепотом: – Что это, нахрен, было тогда? – Это последствия человеческой крови. – И это весь твой ответ? Меня он не устраивает. – А что мне сказать? Может, что-то вроде: «да, я был в себе, когда тебя поцеловал, но сваливаю всё на кровь, потому что боюсь твоей реакции»? Так что ли? Охотник замер, вслушиваясь в наступившую тишину: – Что? В каком это смысле? – В прямом. Я не знаю, что на меня нашло, но я отдавал отчёт своим действиям. Поговорим об этом позже? – В следующий раз ты скажешь то же самое. – Такие разговоры должны проходить наедине. Без лишних Винчестеров. Согласен? – Хорошо.