змея

«и чем случайней, тем вернее слагаются стихи»

по-хорошему, надо бы ему пистонов выписать. но Надежда Костюхина, любовь моих жидких лет, подробно меня проинструктировала личным примером, что такое назойливость и чем она оканчивается. с тех пор я как будто хорошо понимаю, что не стоит добиваться момента, когда тебе в лицо сообщат: так, Надя, всё, потому что всё это у меня вот здесь уже. если бы не Надин пример, я бы ему устроил. письма о круглом снеге, сомнительные трактаты в стиле «эрос и культура», и может быть упал бы до композиций Эроса Рамаззотти, которые Надю пороли и рвали вместо меня. так бы круг и замкнулся. но: я и сам ему не пишу. а чего писать, когда у меня храпит и пердит на заднем сидении звезда, которая теперь черная дыра. а он там, весь – вещество, существо, эфир и Ассоль, и не всрались ему ни алые паруса, ни кобальтовая колба, ни что вообще. но он купил мне подарок, и я, конечно, нисколько на него не сержусь. и готов ждать. «ждать до премьеры». Господи, ну поговори ты со мной. мужественно сдерживаюсь я. Рапохин переворачивается на спину, угрожая захлебнуться. – ты бы придерживался бока говорю я и завожу машину. – иди на хуй, пидор сообщает мне Рапохин практически в лицо, избавляя от последних иллюзий, кроме одной: истинный поэт – всегда провидец.