Без пяти минут полночь

      Внезапное осознанное нахождение решения какой-либо задачи, ставшее результатом продолжительной бессознательной мыслительной деятельности.       Встречаться в субботу становится традицией.       По крайней мере Вэй Ину нравится так думать и чувствовать.       Следующая суббота выдаётся холодной и дождливой, так что они отправляются в кино в самый большой торговый центр города. Комедия оказывается скучной, но Вэй Ину всё равно нравится: он комментирует дурацкие моменты на ухо Лань Чжаню – конечно, чтобы не мешать другим зрителям, – и видит, как у мужчины подрагивают в улыбке уголки губ или как он качает головой, соглашаясь или нет с той или иной ремаркой.       Везде уже царит атмосфера грядущего Хэллоуина, так что смешные и условно жуткие фигурки, летучие мыши, тыквы и прочая атрибутика заполоняет собой всё доступное пространство торгового центра. Гулять, рассматривая творящуюся вокруг суету, оказывается довольно весело, сидеть в кафе, обсуждая недавно вышедшие фильмы и индустрию в целом, еду и разные мелочи – тоже.       Другая суббота и по прогнозам, и по факту оказывается солнечной и тёплой для кончающегося октября, так что они втроём с А-Юем едут на загородную ферму и катаются на лошадях. Младший Лань всю дорогу трещит о том, как сестра училась там кататься для одной из своих ролей, и что они с братом иногда приезжают прокатиться и покормить лошадок, и что когда он вырастет, то обязательно будет главным героем фильма вроде Индианы Джонса, чтобы и кони, и погони, и акробатика – не зря же он уже полгода занимается!       А после общения с милейшими животными они устраиваются на заранее припасённом толстом одеяле, расстеленном на красивой полянке близ реки, специально обихаживаемой от сорняков и мусора для гостей, и Вэй Ин, сотворивший пять разных вкусов начинки для блинчиков, с радостью наблюдает за восторгом едоков, не забывая и сам приобщаться.       Очередная суббота выпадает на День всех святых по европейскому календарю, и днём они гуляют по набережной, прикупив кофе и уйдя в обсуждение праздников, условно поделённых на «наши» и «чужие». Вэй Ин солнечно улыбается, иногда ловя внимательный и тёплый взгляд янтарных глаз, ощущая радость от каждого жеста спутника, от каждой улыбки, от каждого «Мгм».       Иногда они уходят в воспоминания о том, как в их семьях отмечался тот или иной праздник, и говорить становится чуть сложнее. Но поддержка рядом идущего человека будто приоткрывает внутри какие-то заслоны, позволяя воде течь, позволяя с рассказанными вслух воспоминаниями остаться в душе чему-то тёплому и светлому, а флёру тоски и грусти по капельке рассеиваться.       Каждый раз, когда приходится прощаться, Вэй Ину хочется отодвинуть этот момент подальше, но реальность диктует свои правила. Особенно если вечером назначен сбор друзей, который запланировали ещё чуть ли не месяц назад.       Он ловит себя на том, что хочет позвать Лань Чжаня на этот – и любой другой – праздник, и просто эгоистично прилипнуть пиявкой.       В следующий раз обязательно позовёт.       ***       – Ты как будто горе заливаешь, Вэй Ин, – иронично замечает «Красная шапочка» Сяо Лан, глядя на кисловатое лицо юноши. – Только в этом мохито нет градуса, ты в курсе?       Их квартет всё же собирается в караоке, и забронировать места заранее оказывается гениальной идеей, снизошедшей на Лао Сун. Часть гостей заведения пришли в костюмах, как например сестра Сяо – в красном плаще-накидке с капюшоном, чёрной юбке до колена и стилизованной рубашке со шнуровкой на талии, часть в цивиле, а некоторые, как Вэй Ин: в обычных чёрных джинсах и рубашке, нацепили рога с рыжими злобно скалящимися тыквами и грустят о том, что нельзя забрать какого-нибудь человека к себе под бок навсегда, просто чтобы было.       Гвалт и движ, танцы в перерывах на более или менее удачный вой очередного певца под популярную мелодию: нет, первый час они тоже развлекались этим, потом только слушали и поддерживали довольно неплохо поющую Лао Сун в образе готичной лоли в пышном коротком платье и полосатых чулках, и в целом даже отсутствие алкоголя в их коктейлях не мешало веселью.       Но почему-то чем ближе к ночи, тем больше на Вэй Ина наползала тоска по строго определённому человеку.       – От алкоголя одни проблемы, – ворчит сидящая рядом с Вэй Ином на диванчике Лао Сун. Их столик находится чуть подальше от сцены, так что можно даже вполне нормально разговаривать, а не орать, чтоб перекричать музыку и чьи-то вокальные потуги.       – Нам и не продадут, – замечает Сяо Ли: он, как и сестра, в плаще, только чёрном с красным кантом, классических чёрных брюках и белой рубашке, а вампирьи клыки пришлось вытащить почти сразу, потому что шепелявость друга не давала никому нормально пить и есть закуски от смеха, да и самому «вампиру» они были неудобны.       – Воздержусь, – согласно кивает Вэй Ин, припоминая периоды за те три тяжёлых месяца, когда травился всяческой дрянью, которую доставал к тому же не очень законным образом.       – Ну так что, расскажешь, о ком ты так томно вздыхаешь весь вечер? – продолжает попытки разговорить друга Сяо Лан. За её суровой манерой держаться в обычное время – скрывалась та ещё романтичная натура, о чём Вэй Ин прознал совсем недавно и совершенно случайно: заметил художественную книгу в её сумке и шутки ради глянул в интернете, что это за птица. Оказался жирный гусь в виде любовного романа в сеттинге средневековой Европы.       Что ж, на вкус и цвет.       – Да при чём здесь томно, – слабо отмахивается Вэй Ин, гулко приканчивая почти несладкие от растаявшего льда остатки напитка. – Просто удивляюсь, как можно совершенно случайно найти в этом огромном мире стольких хороших людей.       – Вот хитрый лис, – смеётся Лао Сун, кокетливо заправляя прядку старательно вытянутых для образа волос. – Но ты и правда в последнее время сияешь, девушку наверняка завёл, а нам не рассказал!       – Выдумываешь, – отрезает юноша, но его попытки прекратить неожиданный допрос массово игнорируются.       – Ты каждый обеденный перерыв периодически выпадаешь в телефон, – присоединяется к наблюдениям Сяо Лан, – и на том конце точно кто-то очень важный!       Вэй Ин с недоумением и долей раздражения окидывает троих друзей взглядом, но на их лицах светится жадное любопытство, и даже Сяо Ли согласно кивает этим рассуждениям, хотя и с некоторой долей сочувствия к попавшему в капкан другу.       – Слушайте, это просто друг, ясно? – фыркает юноша на этих «стервятников», невесть что выдумавших. – Замечательный человек, который мне очень сильно помог и продолжает помогать. Вот и всё!       – Просто друг, – скептически тянет сестра Сяо, многозначительно переглядываясь с Лао Сун. – Это случайно не золотоглазый высокий красавец в белом?       – Откуда ты... – Вэй Ин во все глаза таращится на подругу и даже оглядывается на всякий случай, хотя конечно маловероятно, что Лань Чжань вдруг окажется за соседним столиком, поджидающим этой точки разговора.       – Две недели назад увидела тебя в Хэ-плазе, – с улыбкой триумфатора провозглашает девушка, – хотела подойти поздороваться, а рядом с тобой стоял такой парень, что глаз не оторвать, каюсь – залипла немного. А потом присмотрелась ещё – и между вами так искрило, ах... – она наигранно-театральным жестом прикладывает тыльную сторону ладони ко лбу и чуть откидывается в заботливо подставленные руки брата.       – Чего искрило?! – почти вскрикивает Вэй Ин, теряясь в недоумении от выводов этой девушки.       – Эм... Слушай, Вэй Ин, – осторожно начинает Лао Сун, видя растерянность друга, – мы нормально относимся к таким отношениям, ты можешь не переживать и не стесняться...       – Бля, нет, серьёзно, вы что-то путаете!       Кажется, градус сочувствия в окружающих его лицах только прибавляется, гранича со скорбью, причём возможно об его умственных способностях.       – Я пойду принесу ещё по коктейлю, – тактически ретируется с поля битвы Сяо Ли, оставляя Вэй Ина разбираться с этим самостоятельно.       – Ладно, давай сначала, – сдаётся Сяо Лан. – Ты не протестуешь против того, что он красавчик?       – Пф, конечно нет, у меня же есть глаза, – вполне разумно и стараясь сохранять спокойствие отзывается юноша, непроизвольно скрещивая руки на груди.       – Вы с ним... Кстати, как его зовут?       – Лань Чжань.       – Лань? – удивлённо встревает в допрос Лао Сун. – Актриса Лань Мин ему случайно никем не приходится?       – Родная сестра, – коротко кивает Вэй Ин, не отрывая хмурого взгляда от сестрицы Сяо, непонятно к чему начавшую всю эту канитель.       – Ааа, – в два голоса тянут девушки, и Сяо Лан всё же поясняет. – Теперь понятно, что это семейное. Лань Мин настоящая красотка!       Коктейли, один за другим оказавшиеся перед друзьями, отвлекают их всех на некоторое время, но потерявший всякое веселье из настроения Вэй Ин не даёт сбить себя с толку.       – Слушайте, к чему вы хотите подвести это всё, а? – устало спрашивает юноша, желая поставить уже точку в этом вопросе. – Да, Лань Чжань офигенный, я ему тоже говорил, что фанклуб он бы собрал не меньше, чем Мин-Мин, но ему это совсем не интересно. Он мой очень хороший друг, мы переписываемся и видимся по субботам, потому как у меня учёба, а у него работа. Что вы тут усмотрели такого?       Все трое переглядываются ещё многозначительней и дружно прикладываются к цветным коктейлям в бокалах. Вэй Ин тоже подхватывает со столика свой, откидывается на спинку дивана и, глядя в пространство где-то между танцполом и сценой, заполненными людьми, мрачно втягивает в себя холодноватую слишком сладкую газировку. Пузыри обжигают язык и горло колючками.       Что это была за игра в очевидные факты? Да, Лань Чжань очень красивый, к чему отрицать. Сколько раз Вэй Ин замечал бросаемые на мужчину взгляды окружающих людей, и чего в них только не было: и удивление, и любопытство, и подозрение, и зависть, и неприятие, вызываемое скорее всего той же завистью, но больше всего, конечно, восторженных и очарованно-влюблённых. Через какое-то время юноша привык к такому порядку вещей, замечая лишь самые пристальные и навязчивые из них, а уж Лань Чжань с этим родился, так что игнорировал вообще филигранно.       Но что с того? Сам Вэй Ин тоже восхищается своим другом, ведь кроме внешности в нём есть нечто другое, даже более важное: твёрдый характер и добрая душа, а ещё острый ум начитанного человека, что возможно проистекало из его специфики работы, но никак не меняло фактов. Пусть Вэй Ин невольно немного ассоциирует Лань Чжаня с тем человеком, которого знал в прошлой жизни, но это лишь добавляет ему очков в глазах юноши.       Да, Вэй Ину очень нравится проводить с ним время, говорить, молчать, гулять, кормить, смеяться, даже грустить можно позволить! Ну так парню и с другими друзьями нравится время проводить, хотя готовить или изливать им душу он пока не был готов.       Почему-то Вэй Ину вдруг вспоминается, как он сегодня постоянно ловил на себе внимательный взгляд. Очень тёплый, надо признать, или это просто у него было тепло на душе? И момент расставания, когда хотелось остаться подольше или позвать с собой, и что хотелось забрать вообще себе под бок – эгоизм, собственничество, нарушение прав и свобод человека!       А потом Вэй Ин делает неосторожно большой глоток и закашливается, вспомнив ещё кое-что. За последний месяц он довольно много рисовал, часть рисунков была на планшете в отдельной папке, часть на бумаге в нижнем ящике стола. Половина из всех них была связана так или иначе с Лань Чжанем. А ещё его организм вспомнил, что принадлежит семнадцатилетнему парню, а не дряхлому старику, и проснулось либидо, подавленное стрессом и горем тех трёх месяцев.       И какого хрена ещё в самый первый раз, когда он утром обнаружил вновь появившуюся потребность тела и касался себя ладонью, остро реагируя на прохладу пальцев, то под темнотой смеженных век сияли золотые глаза и мягкая улыбка на красивых губах?       – Бля-а-а... – хрипло и как-то совсем обречённо тянет Вэй Ин, когда удаётся откашляться и вдохнуть воздуха в покалывающие лёгкие.       – Смотрите, до кого дошло, – хмыкает Сяо Лан, хотя во взгляде читается беспокойство за дыхательную способность юноши в данный момент.       Лао Сун сочувственно похлопывает его по спине.       Уже перед тем, как рассесться по подъехавшим такси, Вэй Ин ловит Сяо Лан за локоть и оттаскивает в сторонку:       – Скинь мне фотки.       Первое непонимание на лице девушки сменяется ехидной улыбкой: никто за столом тогда не задал ни одного уточняющего вопроса, значит в курсе были все трое друзей. И самое логичное – Лан-Лан сделала фотографии. И Вэй Ину ужасно захотелось посмотреть на них с Лань Чжанем со стороны.       – Без проблем, – пожимает плечами сестра Сяо, подтверждая его догадку, и легкой походкой вершителя судеб идёт к машине, где уже устроился её брат.       Праздник определённо удался.