Искушение

      — Разумовский, ты идиот! А если бы я не был ангелом! А если бы я не успел! А если бы цепи… — Сергей даже не дал договорить мужчине и бросился его обнимать, а потом следом прижался к его теплым слегка подрагивающим губам. Сейчас все ощущалось по-другому. Этот поцелуй нельзя было назвать страстным или просто нежным. Он был обычный, легкое касание губ друг о друга, но казалось, что он был самым особенным в их жизни. Олег слегка отстранился и посмотрел своими все еще желтыми глазами. — Ты теперь всегда меня поцелуями затыкать будешь?       — Mon ange de lumière, — Сергей улыбнулся и положил ладонь на теплую и такую родную щеку, а потом слегка отпустил руку на шею и, притянув к себе, поцеловал еще раз. — Я боялся, что с тобой что-то случилось.       — И поэтому ты пошел прыгать с крыши, — по щекам ангел начали катиться слезы, а в здании начало скакать электрическое напряжение. — Сереж, я бы не пережил твоей смерти, пожалуйста, не делай так больше, — Олег уткнулся носом рыжему в плечо и спрятал крылья. Единственная лампочка, что была на крыше, взорвалась. Разумовский немного дернулся, а потом просто крепко обнял своего ангела.       Они так стояли несколько минут, пока Сережа не начал дрожать из-за холода. Не удивительно, на улице шел снег и был сильный мороз, а этот идиот приехал прыгать с крыши в куртке и пижаме, ну хотя бы додумался переобуться и не приехал в тапочках. Подумав об этом, Олег невольно рассмеялся, его глаза вновь начали приобретать коричневый оттенок и уже через несколько секунд снова стали карими.       — А чего смешного? — Разумовский немного отстранился.       — Ты мог прийти прыгать с крыши не в пижаме с роботами? — ангел уже не мог сдерживать смех.       — Ну, ты всегда можешь с меня её снять, — рыжий заправил волосы за ухо и резким движением прижал ангела к стене, заблокировав ему выход рукой. Сергей снова дотронулся до губ, но уже напористей и слегка покусывая.       — Разумовский, — ангел отодвинул его. — Я, конечно, все понимаю, но от цистита я тебя лечить не буду, полетели домой, ты уже синий от холода.       — Зануда, — рыжий сложил руки на груди и демонстративно отвернулся. Через несколько секунд он почувствовал, как его подхватил Олег. Ангел с улыбкой разбежался и прыгнул с крыши. Почти шесть этажей он не расправлял крылья и Разумовский даже от страха закрыл лицо руками и мысленно проклинал своего хранителя, но ангел перестал играться и взлетел. — Идиот! — Разумовский стукнул его кулаком в грудь, а Олег лишь посмеялся. — Знал бы, что ангелы такие мстительные, был бы поаккуратнее, — Сергей сделал обиженное лицо, а хранитель начал подниматься выше, чтобы их не смогли увидеть. Лететь было холодно, а из-за снега ещё и опасно, но Разумовского это сейчас никак не волновало. Ночной Питер был прекрасен.       Сережа от такой красоты даже перестал ворчать и просто смотрел на город сверху. В какой-то момент ангел начал снижаться и вот они уже стоят возле дома Разумовского:       — Может, на чай зайдешь? — Сережа улыбнулся и еще раз заправил волосы за ухо.       — Там же твой отец? — Олег посмотрел в окно, где все еще горел свет. Разумовский ушел вечером и ничего никому не сказал, а сейчас поздняя ночь, его родители наверное с ума сошли.       — Вот и познакомитесь, — рыжий взял хранителя за руку и потащил в дом. На улице к тому времени уже начиналась метель.       Войдя в дом, Сергей увидел Виктора и плачущую Светлану. Женщина даже не могла представить, что должно случиться, чтобы её сын ушел куда-то на ночь, без телефона, никого не предупредив. В голове у них уже были не самые хорошие сценарии. Возможно, они бы себя так и не накручивали, но история с Пчелкиной оставила на них не очень приятный след. Стоило женщине увидеть сына в проеме, как она побежала к нему, сначала обняла его, а потом слегка стукнула полотенцем:       — Если соберешься куда-то на полночи, бери с собой хотя бы телефон, — женщина строго посмотрела на сына, а потом снова обняла. Спустя несколько секунд заметила за спиной сына его, судя по всему уже не бывшего, парня.       — Здрасте, теть Свет, — Сережа все это время не отпускал руку своего ангела. Хранитель мялся возле входа и вообще не знал как действовать. Все это было как-то дико. Олег знал этих людей семнадцать лет, но они даже не подозревали об этом. Это казалось таким странным.       — Па, знакомься это Олег мой… — Сережа остановился на полуслове. Рыжий посмотрел на испуганные глаза матери и будто бы почувствовал ее волнение. Разумовский выдернул свою кисть из такой родной руки. — Друг.       Олег даже немного побледнел когда услышал это. На лице все еще оставалась приветливая улыбка, которую ангел сейчас старался из себя выдавить. С одной стороны он понимал, почему Разумовский так поступил, но с другой, он почувствовал себя чужим, преданным. Друг — вроде бы обычное слово, но кто же знал, что оно может принести столько боли. Несколько часов назад, Сережа был готов спрыгнуть с крыши ради него, а сейчас он его стыдится. От этой мысли ангелу стало еще больнее. На секунду в доме выключился свет. Олег постарался взять себя в руки, но ему было нелегко. Так еще нужно было держать эту чертову улыбку чтобы… Олег сам не понимал зачем, но он точно знал, что если люди улыбаются, то все хорошо. Светлана, в отличии от ее сына, сразу поняла, что что-то не так с Олегом и, что, возможно, слова Сережи его ранили:       — Сынок, идите с Олегом в комнату. Мы с отцом не закончили очень важный разговор, — женщина улыбнулась и слегка толканула Сережу вперед, хранитель все еще стоял как вкопанный.       — Что? Мы же не о чем таком важном не гово…       — Значит поговорим, — повернувшись к Виктору, сказала девушка. — Олег, не бойся, проходи, — Сережа пошел наверх, ангел последовал за ним.       Только войдя в комнату, Сережа понял, что своими словами задел ангела. Разумовский попытался извиниться, но Олег лишь что-то промямлил под нос в стиле: «Все хорошо, ты поступил правильно». Потом сказал, что должен улетать, потому что он никого не предупредил о своем уходе и еще добавил, что Вадим скоро поседеет из-за него. Олег расправил крылья и вылетел в окно. На улице усилилась метель. Сережа же остался в комнате один. Он чувствовал себя ужасно. Почему он сказал друг? Почему засомневался? Он же хотел признаться. Что вообще сейчас произошло? Сережа сам не понимал, почему он это ляпнул, но одно он знал точно, что Олег это единственное существо, ради которого Сережа готов на все и, что он в следующий раз он не испугается и расскажет отцу.

***

      Олег старался не думать об этой ситуации, но получалось у него очень плохо. Ангелу нужно было успокоиться, ведь сейчас наблюдают за всеми и его желтые глаза могут сыграть злую шутку. Нефилим сейчас хотел лишиться всех своих чувств и быть безэмоциональным куском камня, как и все другие ангелы. Домой он сразу не полетел, ему нужно было хоть как-то выплеснуть свои эмоции, коих было очень и очень много. Было у ангела на земле одно любимое место, о котором не знал никто. Маленькая заброшенная церквушка за Питером. Тут обычно никогда никого не бывало. Вот и сейчас, тишина и пустота. Он нашел это место, когда был ребенком и часто сбегал от своих родителей сюда. Немного успокоившись и сменив свой цвет глаз, Олег отправился на небеса. Войдя в дом, ангел услышал крик Вадима:       — Ты совсем своей башкой не думаешь! — Вад был злой? Волков тихо приоткрыл дверь и продолжил слушать.       — Видишь, как этот выродок влияет на тебя, — без единой эмоции сказал ангел. — Хоть ты и не хочешь этого признавать, но ты тоже сломанный, тебя заразили чувствами, — последнее слова ангел выделил особо мерзко.       — Варахиил, не смей называть его выродком! — Вадим то ли специально, то ли случайно расправил крылья и повалил со стола книги.       — Вот об этом я говорю, это существо не безопасно, оно свело тебя с ума. Нефилимов убивают не просто так, это выродки. Их не должно существовать. Они монстры, которых нужно срочно ликвидировать, — ангел встал и уже собирался уходить, но Вадим схватил его за плечо.       — Если ты скажешь что-нибудь совету о Олеге… Я перейду на сторону демонов.       Нефилим услышал шаги отца и не успел никак среагировать. Когда Варахиил открыл дверь и увидел сына, он злорадно улыбнулся и пошел дальше. Олег неуверенно прошел в комнату, где сейчас находился Вадим. Вид у него был подавленный. Нефилим тихо подошел к своему хранителя и сел рядом:       — Ты ведь все слышал? — Вадим устало посмотрел на мужчину.       — Да, это правда, что ты чувствуешь эмоции? — Олег начал задумываться над словами отца. А вдруг правда? Пока что Олег приносил только боль Ваду, мужчина столько раз его спасал и закрывал глаза на то, что другие бы не закрыли. А Олег отблагодарил его самым главным проклятьем — чувствами.       — Правда, после твоей последней вспышки во мне что-то поменялось. Когда я принес тебя домой, мне было страшно, я запаниковал и позвал твоего отца. Это было самое ужасное решение в моей жизни, — Вадим закрыл лицо руками.       — А если он прав… — в комнате повисло молчание. Вад не мог осознать услышанное, а Олег просто подобрать слова. — Я чуть не уничтожил Питер, проклял тебя чувствами, Разумовский пошел прыгать с крыши из-за меня, а если бы… — глаза начали приобретать оранжевые нотки. — От меня одни проблемы, может стоит…       — Замолчи, — Вадим встал с кровати и сел напротив Олега на одно колено. — Олег, ты замечательный. Мы с тобой научимся контролировать силы, и ты будешь счастлив. Только прошу, не делай глупостей.       — Хорошо, — Олег натянул улыбку и отправился к себе в комнату.       Он монстр, выродок, ему не место здесь, такие как он должны быть уничтожены — эти слова врезались в голову Олега, ведь они имели смысл. В конце концов, нефилимов убивают не просто так. Нужно во всем разобраться. О себе подобных Олег почти не знал, в школе об этом говорили в скользь, как о мифе . У Вада смысла спрашивать нет. Он максимально будет сглаживать истории и недоговаривать, чтобы не пугать Олега, но у него больше нет знакомых, которые могли бы рассказать о таких существах как он. У других было страшно спрашивать, сейчас как на зло ангелы стали очень внимательными, и вдруг попадется какой-нибудь дотошный, который докопается до правды. Единственное, что оставалось это — земная литература. К сожалению люди склонны приукрашивать, и это означало, что ей тоже нельзя было верить, но в данный момент это было лучше чем ничего.       Олег полетел к Разумовскому. Задача была простая — прийти, тихо посмотреть информацию и уйти, но Олег не был бы собой, если бы у него что-то прошло хорошо. Ангел тихо пробрался в комнату и открыл ноутбук, пароль у Разумовского был сложный, но ангел уже успел его запомнить. В браузере он обнаружил много запросов на разных мифических существ, в основном Сережа искал по крыльям и умению превращаться в человека. В вариантах был даже инкуб. Олега рассмешила эта мысль: инкубы отличались безумной красотой, ангел же себя считал обычным.       Нефилимы. Хранитель ввел в поисковую строку: Статья "Нефилимы: загадочная раса крылатых существ», Открыть. Олег просмотрел статью. Все не то. Еще одна. Тоже мимо. Вдруг сзади послышался шум. Ангел повернул голову и увидел растрепанного Разумовского, который, щурясь, смотрел в сторону ноутбука:       — Олег, твою мать, время, — Разумовский схватил телефон с тумбочки. — Четыре утра, — Сережа кинул телефон рядом на кровать и под протяжное «аааааа» лег обратно. — Чего не спишь?       — Ты меня видишь? Этого не может быть, я включил защиту.       — Но, однако, я тебя вижу. Либо иди ко мне спать, — сказал Сережа, обнимая подушку, — либо приходи утром.       — Я…       — Господи, — Разумовский, еле разлепив глаза, встал с кровати и подошел к столу. — Пойдем спать, утром все что надо, я тебе найду, — Сережа схватил его за руку и потащил за собою, не оставляя ангелу и малейшего выбора.       Разумовский толкнул Олега на кровать, а сам лег рядом. Через несколько секунд Сережа уже обнимал руками и ногами своего хранителя и не оставлял ему ни шанса на спасение. Через несколько секунд рыжий уже сладко похрапывал.       Ангелы могли спать и есть, но это им было попросту не нужно. Силу они черпали от Бога, и поэтому им не нужна была подзарядка.       Последний раз Олег спал просто так в подростковом возрасте. Ему просто хотелось попробовать какого это. Оказалось, что ничего особенного в этом не было. Ангел закрыл глаза. Заснуть не получалось. В голову лезли слова отца. Монстр. А вдруг и вправду? Иногда Олег не может себя контролировать. Он опасен, вдруг он в таком состоянии причинит кому-то вред и если ангелы еще смогут спастись, то Сережа… Им нужно побыть отдельно друг от друга. С этой мыслью мужчина отключился.       Олег открыл глаза. Сережи не было рядом, а окны были зашторены, но по слабому свету, который просачивался сквозь темно-синюю ткань, можно было понять, что сейчас середина дня. У мужчины немного побаливала голова, и было просто ужасное предчувствие или паранойя, знаете это навязчивое чувство, что сейчас произойдет что-то ужасное, так вот оно не отпускает Олега с того самого подслушанного разговора. Ангел аккуратно вылез из-под одеяла и отправился искать Разумовского.       Олег тихо прошелся по второму этажу, стараясь не создавать шум. Сережи нигде не было. Мужчина спустился на первый этаж и пошел на кухню. Пахло сигаретами. Разумовский точно в доме. Ангел прошел весь первый этаж, но не смог найти любимого и поэтому вернулся в комнату:       — Олег, — Сережа, увидев мужчину в дверном проеме, и с улыбкой пошел обнимать. — Mon âme, ты проспал два дня. Мы с Вадимом уже переживать начали.       — Вадимом? — Олег слегка отстранился. — Вы что, познакомились?       — Ну… — Сережа улыбнулся и сделал ужасно неловкое лицо. — Скажи ему, чтобы так резко не появлялся больше, а то второго удара канцелярским ножом он не переживет.       — Разумовский!       — А я что? Он же жив, — Сережа присел на кровать, слегка откинув руки назад и облокотившись на них. — Между прочим, он сказал, что не беспокоится за тебя, пока рядом с тобой такой бэтгек или как там, — Олег засмеялся и прикрыл лицо рукой. — Что смешного?       — Бэтгэк — это бешеный, на енохианском, — ангел продолжил смеяться, а Разумовский запустил в него подушку, вот только он не ожидал, что ангел ответит.       В один миг Олег оказался возле Разумовского и слегка толкнул его на кровать. Рыжий со своей коварной улыбкой, резко поднялся и свалил ангела туда же. Они засмеялись. Как же сейчас им хорошо здесь вдвоем. Никаких нефилимов, проблем и страха. Сережа повернул голову вбок и встретился взглядом с такими родными карими глазами. Рыжий улыбнулся, но как-то по другому. В его улыбке читалось беспокойство:       — Олег, — Сережа взял руку брюнета. — Ты кричал во сне, и в это время усиливалась метель, — Разумовский увидел, как глаза Олега медленно начали принимать желтый окрас. — Я сначала не придавал значение всему этому, но когда я посмотрел, что ты искал ночью, у меня сошелся пазл.       — Ты узнал, кто я? — ангел начал чаще дышать, сердце было готово выпрыгнуть из груди, а каемка глаз приобретала оранжевый оттенок.       — Нефилим. Сын ангела и человека, — Сережа сел на край кровати.       — Бомба замедленного действия… — Олег встал и подошел к окну. — Которая уничтожит все, что ей дорого, — ангел снова почувствовал эту чертову энергию. Он сжал ладонь в кулак настолько сильно, что ногти впились в кожу и пошла кровь. Боль помогла отвлечься, но ненадолго.       — Олег, что ты такое говоришь? — Сережа подошел сзади к ангелу. — Я почти два дня изучал всю доступную информацию, нефилимы не опасны. Что у тебя с рукой? — Разумовский аккуратно взял кулак мужчины и расправил его, вся ладонь была в крови, — pauvre petit ange, сейчас я обработаю.       — Не надо, — Олег сжал руку в кулак, и через несколько секунд на ней не было ничего. — Один из плюсов моего положения, нефилимы регенерируют быстрее, — мужчина снова взглянул в эти небесно-голубые глаза. — Но ты так не можешь. Сереж, нам нужно прекратить общение. Я боюсь ранить тебя.       — Что? Ты меня не ранишь, Олег, — Разумовский попытался поцеловать возлюбленного, но тот, с болью в ярко-желтых глазах, отстранился.       — Меня даже сейчас разрывает, ты же видишь это, — нефилим указал на мигающую лампу на столе.       — Ангел мой, — Сережа выключил лампу. — Я не боюсь тебя, пойми ты.       — Зря, — Олег схватился за голову. Ангел нервничал, он сейчас боялся малейшего прикосновения Разумовского. — Вадим! Черт, Сереж, уйди, я опасен! — хранитель проорал эти слова и попятился назад, пока не вжался стену. Боли внутри становилось все больше, Разумовский заговорил о чем не следовало. Мужчина зажмурил глаза, чтобы не видеть Сережу. Ангела уже трясло.       — Олег? — Рыжий аккуратно приблизился и положил руку на плечо своего хранителя.       Дальше бомба взорвалась. Именно это касание стало последней точкой, порохом, которого не хватало для взрыва. Олег настолько сильно боялся причинить вред Сереже, что сам того не понимая, вел себя к этому. Из ангела вышла взрывная волна энергии, которая отбросила Разумовского куда-то в сторону. Первые несколько секунд ангел не ощущал реальность. Все звуки были будто приглушены, а картинка расплывалась. Он повернул голову, но не увидел любимого. Постепенно он начал приходить в себя. Все электроприборы в доме замкнуло. Олег попытался встать, но его шатало. Разумовского нигде не было:       — Олег, все хорошо, — послышалось из-за закрытой двери.       — Тогда почему ты ушел и спрятался за дверью? — ангел подошел к проходу, где были маленькие капли крови. — Разумовский, что произошло? — ангел почувствовал, как его сердце прямо сейчас выпрыгнет из груди. Если Олег причинил боль Разумовскому, то вряд ли он сможет себя простить.       — Все хорошо, я просто немного повредил руку, — Разумовский смотрел на глубокую рану, из которой он только что вытащил здоровенный осколок. Во время падения он приземлился на вазу, которая, как оказалось, была мегахрупкая. Дверь открылась. Увидев это «маленький» порез на всю руку и много крови, ангел отшатнулся назад.       — Нет, — в голове всплыли слова отца.       — Тихо, со мной все хорошо, — Сережа встал, но, пошевелив рукой, он почувствовал сильную боль и издал тихое шипение. — Со мной и вправду все в порядке.       — Они монстры, которых нужно срочно ликвидировать… — произнес Олег шепотом, со слезами на глазах. — Я люблю тебя, — мужчина расправил крылья и взлетел.       — Нет! Олег, стой! Черт, черт, черт! Слово ликвидация монстра в себе точно ничего хорошего не несет, — Разумовский со всей силы ударил по стене, по его щекам полились слезы.

***

      Вот он, дом. Это место Олег ненавидел всем сердцем и не надеялся сюда вернуться, уж слишком много плохих воспоминаний хранят в себе эти стены. Нефилим неуверенно прошел по белому длинному коридору, вот его бывшая комната. Наверняка там ничего не изменилось. Стоит все также ужасная белая кровать и четыре давящие стены. Волков прошел дальше. Вот это место. Та самая комната, что не сулила ничего хорошего — кабинет отца. Олег слегка надавил на ручку. — Я знал что ты придешь… — произнёс мужчина с победной улыбкой. — Отведи меня в совет, отец.