Научить улыбаться

      Опять ждать… Но в этот раз вокруг были друзья, которые не давали нервничать, не оставляли наедине со своим беспокойством, со своей тоской, друзья, которые помогали пережить самые страшные часы ожидания, самые тяжелые часы. Когда там, где-то за закрытыми дверями, чинят сердце такой родной девочки. Поэтому прошедшего времени Ира и не заметила, только разок екнуло сердце, но потом снова забилось нормально.       А в операционной с врачами были Слав и другие волхвы, помогавшие хирургам, заращивая плоть, мышцы, сосуды своей силой. Операция все равно шла достаточно тяжело, несмотря на все усилия. Все-таки в первый раз оперировали девочку английские военные специалисты, у которых не было опыта работы с детьми. Поэтому они и ошиблись. Была ли в том их вина, не было ли — не в том суть.       Маленькое измученное сердце не хотело начинать биться, и врачи, как и волхвы, пытались заставить сердечко сократиться в первый раз. Не будь здесь волхвов, хирурги бы, наверное, признали свое поражение, но попытка следовала за попыткой, и вот, наконец, победа. Сердце сократилось раз, другой и забилось немного неровно, нервно, но забилось. В операционной не было молодых сестер, и никто в обморок не падал. Но сердечко билось, шить необходимости не было, потому что Слав, уже представлявший глаза учеников, зарастил разрез полностью.       — Проверяем, — кинул профессор.       — Аускультативно все хорошо.       — Пульс стабильный.       — Фиксируется аритмия, но в пределах.       — Аритмией потом займемся, тем более что она…       — Давление в норме.       — Увозите.       Девочку аккуратно переложили на каталку и увезли в реанимацию, где она скоро проснется, и все будет хорошо. Теперь-то точно будет. Слав вышел на порог клиники, посылая хвалу богам за то, что охранили маленькую девочку, не дав умереть. Ведь когда сердечко стояло, он почти отчаялся…       А в комнату ожидания вошел профессор, который с большим трудом натянул на лицо улыбку, сразу же увиденную другими. Профессор поразился тому, как множество людей заботилось об этой семье, как отвлекали и не давали паниковать.       — Все в порядке, — сказал профессор. — Скоро проснется, и через несколько часов можно будет забрать домой. Но полгода — никаких нагрузок, договорились?       Профессор понимал, что перестраховывается и дует на воду, но он просто не хотел рисковать. После сегодняшнего никто не хотел рисковать. Поэтому лучше перестраховаться.       А Ира и Витя прыгали от счастья, ведь с сестренкой все будет хорошо, уже сегодня она будет дома. А рядом с ними радовались их многочисленные друзья, которые поддерживали ребят все эти часы.

***

      Когда Лия открыла глаза, вокруг были все — мама, папа, Ира и Витя. Они смотрели на нее с такой любовью и нежностью, что девочка потянулась руками к ним. Лия не испытывала никаких неприятных ощущений, только была небольшая слабость и все. А здесь и сейчас она буквально купалась в волнах любви, от которой становилось тепло-тепло и щипало глаза.       — С возвращением, доченька, — сказала Вера, целуя ладонь ребенка.       — С возвращением, родная, — улыбнулся папа.       — Я вас люблю, — тихо сказала малышка. — Очень-очень.       — Мы тебя тоже любим. Скоро поедем домой.       — Завтра? — с надеждой спросила Лия.       — Сегодня, — ответила Вера. — Но ты обещаешь лежать и не напрягаться.       — Обещаю… Если…       — Мы будем с тобой, маленькая, конечно же, будем, — прошептал Витя, а Ира кивнула, пытаясь сглотнуть комок в горле.       Радующиеся вместе с семьей друзья частью уехали, а частью остались с ними, чтобы убедиться, что все точно в порядке. Кого-то ждали срочные дела, отложенные в сторону на эти несколько часов, кого-то совещания, даже селекторные совещания оказались отложены.       Еще часа два они пробыли в реанимации, пока доктор не махнул рукой. Все было в порядке, девочка чувствовала себя прекрасно. Под клятву о том, что девочка будет лежать минимум сутки, их отпустили. Папа взял малышку на руки и ни за что не соглашался ее выпустить, так и ехали домой. Так Витя увидел, насколько сильно папа испугался за Лию.       Приехав домой, Саша, не расстающийся с Лией, поднялся в спальню, где очень осторожно уложил закутанную девочку в кровать и улыбнулся ей. А малышка улыбалась всем так счастливо и солнечно, что сердце замирало.       — Хочешь чего-нибудь? — спросил Саша. — Может, почитать тебе или телевизор посмотреть хочешь?       — Мультики? — обрадовалась Лия. — Хочу-хочу-хочу, а можно?       — Можно, — разрешил Саша и пошел за телевизором.       — Вот теперь наша малышка будет вить веревки из папы, — засмеялась Вера.       — Надо будет и мне попробовать, — проговорила Ира. — Только я не умею, Лия, научишь?       — Да! — почти крикнула девочка. — Смотри, надо вот такую мосю сделать, глазки — вот так и бровки домиком. И так грустно-грустно посмотреть.       — Что это вы тут делаете? — весело спросил вернувшийся с телевизором мужчина.       — Из тебя веревки вить учатся, — ответила смеющаяся Вера.       — По-моему, у них обмен премудростями происходит, — проговорил Витя, улыбаясь.       — Пусть, — решил папа. — Лишь бы не плакали.       — Это точно, — согласился мальчик. — Ира, ложись рядом с Лией, ты всю ночь не спала.       — Ага, — согласилась девочка, зевая.       — А почему мама не спала? — спросила малышка.       — За тебя переживала, чудо, — поцеловал носик сестрички Витя, отчего та смешно сморщилась.       — Со мной все хорошо, — сказала Лия. — Честно-честно!       Папа переключил телевизор на детский канал, и все погрузились в дивный мир сказки: «После дождичка в четверг», «Там, на неведомых дорожках», «Про Красную Шапочку»… Сказка следовала за сказкой, уча добру и справедливости, тому, что взрослые всегда помогут, а зло будет побеждено. Потому что так правильно.

***

      — Кажется, я привыкла к уколам, — когда Витя закончил, сказала Ира.       — Кажется, мы оба привыкли уже, — со смешком ответил мальчик.       — Давай лучше уроки делать? А то так отстанем и, когда в школу пойдем, будем, как два барана… — пробормотала девочка, потирая уколотое место.       — Я не против, — спокойно проговорил мальчик, обнимая Иру сзади. — Пусть родители с Лией фильмы посмотрят, уколешь мне?       — Ой… Я боюсь, — смутилась девочка.       — Не бойся, можешь только воткнуть, а дальше я сам.       — Нет уж, учиться так учиться, мы же целители!       Все у Иры получилось хорошо, особенно учитывая, что дети друг друга давно не стеснялись. После ежевечерней процедуры они уселись за учебники. Голова у Вити уже не болела, видимо, лекарства действовали, а Ира запоминала почти как раньше, только кислород ей еще иногда требовался, но и эта проблема была решена папой.       — С чего начнем? Математика, география или магия?       — Давай с географии, — предложила девочка, раскрывая контурные карты.       — С географии так с географии, что у нас на сегодня? — спросил Витя.       — Волга, — кратко ответила Ира, выбирая карандаш.       — Ага… — пробормотал мальчик, аккуратно прорисовывая что-то синим карандашом.