Письмо без обратного адреса...

Чанбин лежал на кровати и решил залезть ещё раз на сайт группы, посмотреть перед сном пару видюх, чтобы получше запомнить лицо, так полюбившегося ему, Феликса. Он смотрел на него не отрывая глаз, улыбка не сходила с лица и с этим улыбающимся лицом он окунулся в сон. Сынмин полностью накрылся одеялом и, открыв галерею в телефоне, рассматривал фотографии Хёнджина, которые он незадолго, перед тем, как лечь спать, скачал. Он улыбался, а глаза блестели. Ким гладил пальцем по экрану и представлял, закрывая глаза, что он касается лица своего краша. Вот, как сильно можно полюбить, недосягаемого тебе, человека? Чтобы так лежать и мечтать? Что он должен сделать, чтобы его любили? Оказывается, достаточно просто улыбнуться на камеру и вот: все жители земли у твоих ног. И молодые и старые, и девушки и парни. Но этот человек никогда не узнает, кто любит его по-настоящему, а кто просто видит в нем звезду. Джисон тем временем принял душ и, взяв наушники и телефон, лег на кровать. Включил музыку и, закрыв глаза, планировал уснуть... Но не тут то было! Стоило ему прикрыть веки, как появляется лицо Минхо: такое милое, улыбчивые, а его глаза смотрят прямо в душу. От таких видений Джи открыл глаза, убрал наушники и сел: - #Да что это со мной? Понять не могу! Мне бы поспать, а с такими видениями, хрен поспишь! Чертов Сынмин! Нафига ты мне эту группу показал? У меня теперь сна никакого! Вот же, блин! А ну давай чеши из моей головы и мыслей, уважаемый Ли Минхо!!!# - думал Хан и снова опустил голову на подушку, закрывая глаза и надеясь, что он все-таки спокойно уснет. Вот и правильно, потому что, как только он прикрыл веки, он моментально уснул. ######## Утро было спокойным. Парни проснулись, умылись, позавтракали и отсидели все пары. И так было изо-дня в день... Уроки, записи песен, посиделки в комнате Чанбина с едой и напитками, просматривая видео танцующих групп, конечно же не забывая смотреть и на своих крашей, в большей степени. ######### - Чёрт! Минни! Я убью тебя! - рычал Джисон на друга. - За что, блин? Что я тебе плохого-то сделал? - удивился Сынмин. - Да нахуя ты мне этого придурка показал? Я уже, блядь, две недели его из головы выкинуть не могу! Он мне уже, блин, снится!!! Я точно убью тебя! - кинув подушку в Кима, ржал Джи - Ты про Минхо? - уточнил Мин. - Да! Я про этого котоподобного человека! Я так скоро бредить начну! Или кукушка слетит! Это ненормально! Я реально иногда думаю, что я не влюбился, а просто заболел им! Пиздец! Жил себе спокойно, никого не трогал! Всю жизнь думал, что натурал! А тут на те! Появляется это тело и переворачивает всю мою прекрасную жизнь с ног на голову! Ахуенно я, блядь, живу! Полюбить того, кто о твоём существовании знать не знает и никогда, блядь, не узнает!!! Аааааа! - психовал Хан, пока высказывался. - Полегчало!? - спросил Чанбин, который только что зашёл и стоял в дверях, слушая Джисона. - Честно? Полегчало! Я прям как камень с души скинул! Надо по-чаще так высказываться! - ответил Джи и лег на кровать, улыбаясь. - Я тоже хочу высказаться! - пробубнил Минни и устало сел на свою кровать. - В чем проблема? Я слушаю! Говори! - присев рядом с Сынмином, спросил Со. - Боюсь у тебя твои милые ушки завянут! - улыбнувшись другу, отрицательно покачал головой Ким и похлопал того по плечу. - А ты высказаться не хочешь? - поинтересовался Хан у Со. - Я уже это сделал в туалете, перед зеркалом и пришел к вам! - кивнул Бин на дверь и прилёг на кровать Мина. - Понятно! Я тут в инете вычитал, что полезно писать на бумагу, если вы хотите что-то, кому-то сказать, а потом просто убрать эти слова в конверт и положить в ящик... Надо как нибудь попробовать,, - мыслил вслух Джисон, слегка улыбнувшись, а парни лишь хихикнули и сказали попробовать. С этого дня Хан писал все, что думал о Минхо. О мечтах, иллюзиях, фантазиях. Потом он клал эти бумажки в конверт и убирал в шкаф. На душе и вправду становилось легче, после писанины. Он даже пробовал превратить некоторые письма в текста песен и, напевая их в общажной студии, он решил, что просто будет петь, ему так проще. Чанбин замечал за Ханом, что тот стал меньше читать реп, писать реп, а больше стал использовать лирику. Грустные и душераздирающие слова в песнях цепляли сердце, мурашки покрывали все тело Бинна, когда он слышал, как Джисон вовсю надрывается, вытягивая высокую ноту. Со иногда даже не верил своим ушам. Он никогда бы не подумал, что Джи так может... А он может!!! Он хочет так делать, ему от этого легче на душе и на сердце. Спустя ещё пару недель, Джисон сидит в студии и снова пишет. Сынмин практикует голос, а Чанбин занят музыкой. - Хана! Может хватит? Я уже забыл, как ты реп читаешь! Прекращай страдать хернёй! Вернись в реальность! - говорил Со, переживая за друга. Сынмини допел и подошёл к ним. - Джи! Хочешь совет? - спросил Мин тихо. - Если этот совет мне поможет! То давай, - ответил он. - Собери все мысли воедино, все чувства и эмоции. Изложи их красивым почерком на лист бумаги и отправь это письмо прям в агенство, само собой адресуй его для Минхо! Тебе станет легче, если ты будешь думать, что он прочитал и знает о твоих чувствах к нему - похлопав Джи по плечу, предложил Ким. Мин дал Джисону чистый лист бумаги, ручку и пустой конверт! А Бин, посмотрев на все это, вздохнул и продолжил заниматься музыкой. Хан долго о чем-то думал, он закрывал глаза и, что-то шепча себе под нос, махал руками. Он долго не начинал писать, пока резко не вскочил со стула. - Бинго! Я знаю, что я напишу! - крикнул он. Сынмин и Чанбин аж подлетели от испуга, а Хани пододвинул ближе к себе листок, взял ручку и начал писать. Дописав, он положил записку в конверт, написал адрес агенства на строке получателя, а строку отправителя оставил пустой. Джисон опустил письмо в почтовый ящик и ушел дальше заниматься с друзьями. Настроение, конечно-же, поднялось.