Правосудие для Харпер

Иногда – правда, довольно редко – наличие отдельного кабинета превращалось из ещё одного достоинства занимаемой должности в настоящую проблему. Услышав стук в дверь, Льюис Харпер понял, что не вставал с рабочего кресла с самого утра и совершенно забыл о времени. Наверняка обычная суета в участке не дала бы ему забыть об ещё одном деле, не менее важном, чем те, что съели всё его время. Не говоря о том, что офицеры и детективы, если выдавалась свободная минутка, строили догадки и, кажется, даже делали ставки. – Лис, к тебе пришли, – весело сообщила секретарша и добавила громким шёпотом: – Новенький! Таким громким, что наверняка новичок её услышал. Лейтенант кивнул, не отрываясь от монитора своего компьютера. И услышал, как закрывается дверь, но не снаружи, а изнутри. – Такой хорошенький! Он к нам прямо из академии? – затараторила Карен, сверкая озорными серыми глазами. А ведь это он должен был видеть, как придёт новый сотрудник. Следить, как он себя поведёт и как отреагируют на него остальные. Первое впечатление бывает обманчивым, но и оно многое может сказать о человеке внимательному наблюдателю. Он потёр переносицу, досадуя на самого себя. – А ещё… – не дождавшись ответа, протянула Карен и заговорщически понизила голос, – я заметила, что он носит кольцо на большом пальце. Харпер лишь покачал головой на баловство девушки, которая, несмотря на репутацию неугомонной болтушки, хранила больше секретов, чем масонская ложа. Начальнику пришлось убедиться в этом, когда около полутора лет назад она сначала призналась ему в своих чувствах, а потом стала в некотором роде его поверенной в сердечных делах. – Я уже столько всего хорошего ему про тебя наговорила, – она подмигнула, – ты уж постарайся соответствовать. – Хорошо, Карен, – лейтенант всё-таки глянул на неё, давая понять, что принял к сведенью то, как новичок ей понравился. – Только дай мне пару минут. – Время пить кофе, – решила за него секретарша и выскользнула за дверь. На самом деле её мнение значило для него чуть ли не больше скупых характеристик, содержащихся в личном деле, с которым он, конечно, тоже ознакомился. Заканчивая с работой, мужчина слышал, как девушка разливается ручейком, должно быть, уверяя новенького, что оставит его всего на минутку. Тот что-то ответил – предложил свою помощь, судя по тому, что за дверью всё стихло. Карен была настоящим сердцем отдела. Дружелюбная и открытая со всеми, яркая, она очарует нового сотрудника за следующие две минуты, если ещё не успела сделать этого раньше. Время пролетело незаметно, но лейтенант успел доделать всё необходимое, выбраться из-за стола и даже слегка размяться. После такой длительной сидячей работы левая нога до сих пор начинала предательски ныть, но сегодня ему повезло, и полученная травма решила не давать о себе знать. Дверь снова открылась, пропуская в кабинет Карен с прозрачной кружкой в руках и его будущего подчинённого. Молодой азиат великолепно смотрелся в форме, секретарша не ошиблась, давая ему характеристику. – Что ж это я, как Карен, [1] даже печенья не предложила! – возмутилась девушка, а потом картинно хлопнула себя по лбу. – А, так ведь я и есть Карен! Уже несу! С этими словами она оставила мужчин одних. Ли заметил улыбку, притаившуюся в уголке губ новичка. Совсем чуть-чуть, насколько это позволительно на собеседовании в присутствии будущего начальства. – Лейтенант Харпер? – его серьёзный голос неожиданно отозвался внутри приятным, хоть и совершенно неопределимым чувством. – Детектив Цай Ву, переведён к Вам из управления Сакраменто. В другой ситуации чёткие формулировки помогли бы настроиться на нужный лад. Если бы в этот момент на протянутой для приветствия руке не блеснула ровная полоска стали. Лейтенант невольно сглотнул, гадая, значит ли кольцо на большом пальце то, что он думает? Не таких вопросов ожидал от него новый сотрудник… Неуместно с его стороны было даже задерживать взгляд на украшении. И ещё хуже, что новичок легко мог заметить его интерес. К счастью, положение спасла Карен, снова распахнувшая дверь. – Я, что же, зря старалась сделать обстановку более неформальной? – она поставила на стол небольшой крафт-пакет, на котором от руки было подписано: «Печенье из овсяных хлопьев без глютена». – Испекла вечером, так оно получается более хрустящим. Девушка строго посмотрела на Лиса, чтобы не смел запугивать новенького, как подозреваемого на допросе, после чего оставила их, прикрыв дверь… к которой наверняка прильнула с обратной стороны. – Садитесь, детектив… Ву? – полувопросительно пригласил Харпер, не имея возможности ещё раз заглянуть в документы. – Цай, – поправил новенький, криво ухмыльнувшись. – Моя фамилия Цай. Лейтенант неохотно сел и Цай последовал его примеру, не подозревая, что только что оборвал чьи-то пустые надежды. Конечно, было глупо надеяться, что детектив сразу позволит звать его по имени. Но было бы неплохо хотя бы услышать, как он говорит менее официальным тоном. Однако Цай держался предельно корректно и вежливо, из-за чего получалось обычное собеседование, в ходе которого были повторены факты, уже известные из личного дела. Как правило, это совсем не то же самое, что рассказ о жизни человека от первого лица, но новому сотруднику удалось максимально приблизить одно к другому. Помимо уже известных фактов, таких как служба в армии и прошение о переводе в связи с переездом, Цай Ву выдал немного личной информации. Сын американки японского происхождения и китайца, получившего гражданство США. В Штатах живёт его родня по материнской линии, а также старшая сестра и племянница. В Китае – многочисленные родственники по отцу. Холост, но состоит в отношениях. Все это было сказано только для того, чтобы удовлетворить возможное любопытство собеседника, однако Харпер мог сделать некоторые выводы из услышанного и нерассказанного. С огромными допущениями история могла выглядеть так: молодой мужчина приезжает в другую страну как турист – а может, по работе или в связи с учёбой – и встречает женщину. Результатом непродолжительного, но бурного романа становится девочка, а спустя время – возможно, несколько лет – когда улажен вопрос с гражданством и заключён официальный брак, на свет появляется мальчик. Дальше Харперу пришлось вспомнить, что он слышал, будто бы японцы ненавидят китайцев. Не наоборот. То есть он вообще не знал, как китайцы относятся к японцам, но был уверен, что о взаимной вражде речь не идёт. Косвенно это подтверждал тон Цая, когда тот говорил о родственниках. Так как это не было чуждо и самому Лису, он бы не удивился, узнав, что новый сотрудник охотнее совершит перелёт – который, на минуточку, может занять больше пятнадцати часов – чтобы навестить бабушку и дедушку, чем с той же целью предпримет поездку на машине. Последнее, что мужчина отметил, – заминка. Незначительная, почти незаметная, но достаточная, чтобы поймать подозреваемого на неискренности. Впрочем, Харпер не ждал, что тот скажет что-то вроде: «Я состою в отношениях с мужчиной, сэр». Людей с такими крепкими яйцами не бывает даже в полиции. Кстати, о стальных шариках. Лис запоздало заметил два в ухе Цая. Небольшие, почти не бросающиеся в глаза, серьги – одна над другой –гармонировали с кольцом, которое и так слишком его выдавало. Если заметила Карен, те же выводы могут сделать и другие. По-настоящему травить не станут – тут Харпер мог ручаться за своих подчинённых, кроме разве что Гривза, но и тот никогда не избирал объектом для довольно злых шуток кого-то одного – однако это не значило, что стоит совершать каминг-аут. Покончив с темой личных взаимоотношений, Ву почувствовал себя заметно свободнее и наконец рискнул попробовать печенье. Было видно, что вкус – хоть и довольно непривычный – его приятно удивил. Харпер подумал, что нужно будет передать это Карен, не зависимо от того, похвалит ли новичок её стряпню. Печенье, как и вообще любая выпечка его секретарши, было совершенно не похоже на покупное и служило поводом для опасений, что когда-нибудь девушка оставит работу в полиции, чтобы открыть собственную пекарню. – Вам нравится, – заметил Лис, и Ву кивнул ему, как будто это был вопрос. – Так как Ваш день рождения следующий, должен предупредить, Карен позаботится об угощении для всех. Харперу понравилось выражение лица новичка, когда тот понял, что теперь его перевод окончательно подтверждён. Наконец Цай позволил себе проявить эмоции, но тут же спохватился. – Я бы не хотел обременять мисс Бэйкхаус, – сказал он смущённо, но при этом не удержался и взял второе печенье. – Карен обожает готовить, – терпеливо объяснил Харпер. – И огорчится, если Вы не захотите в этом участвовать. И насчёт неформальной обстановки она права. – Спасибо за совет, сэр, – сдержанно ответил Ву, а Лис подумал, что будет с нетерпением ждать конца месяца, когда новичка постараются подпоить. В своё время лейтенант тоже подвергся такой проверке. Благо, он был не из тех, кого пара рюмок крепчайшей настойки после насыщенного дня заставят распустить сопли и обниматься со всеми встречными собаками. Карен просто уморительно рассказывала эту историю в лицах! Конечно, Лис мог настрого запретить подобное безобразие, особенно на рабочем месте, но решил оставить всё как есть, чтобы тоже посмотреть, как будет выглядеть и вести себя Ву, когда наконец позволит себе хоть чуть-чуть расслабиться. Пока до этого было ещё очень далеко. Они ещё немного поговорили, допивая кофе. Лис окончательно убедил себя, что проблем быть не должно, и Ву сработается с остальными так же, как он сам, когда пришёл сюда. Дело он своё знал, работа в новом городе не казалась ему более сложной, чем в незнакомом районе. Лис снова посмотрел на руку нового знакомого, когда пожимал её во второй раз. Гладкий металл маняще сверкнул. С этого момента начался месяц, на протяжении которого все будут пристально присматриваться друг к другу. Вскоре Харпер вынужден был признать, что немного перегибал с этим палку. Лис сам не понимал, с чего его так переклинило на Цае – не из-за китайского же чая, в самом деле? – но нормальный лейтенант точно не станет из праздного любопытства заглядывать в стол своего подчинённого. Даже если тот легкомысленно оставил ящик незапертым, а в общей комнате в кои-то веки не было никого, кто бы мог засвидетельствовать вторжение в частную жизнь и злоупотребление должностным положением! Так что он чуть ли не с лупой рассмотрел небольшое квадратное фото, судя по всему, сделанное в фотокабине. Квадратик два на два дюйма в синей рамке такой толстой, что ещё немного, и она бы превратилась в кубик. Ву на снимке выглядел ещё моложе и волосы у него были длиннее и растрёпаны, будто запечатлённая с ним рядом миловидная азиатка только что убрала руку, которой взъерошила густую тёмную шевелюру. Лис так и не рискнул проверить, что будет, если одна из немногих личных безделушек, которые принёс в участок новичок, ненадолго исчезнет, а потом так же внезапно найдётся где-нибудь под столом. Однако всё это вместе взятое не заставило Харпера даже на секунду задуматься о своём поведении. По крайней мере до того момента, когда секретарша не спросила его о Цае напрямую, как лучше всего умела. – Ты так на него смотришь… – протянула она, дождавшись, когда кроме них двоих у кофемашины никого больше не будет. – На Ву? С чего ты взяла? – быстро возразил Харпер и сам поморщился от того, как глупо попался. – Ни на кого я не смотрю. – Прости, Лис, иногда я – такая Карен! – воскликнула она, как будто признавая свою ошибку. Он просто приглядывал за новеньким и считал это вполне естественным. Тот осваивался, хотя пока что не занимался серьёзными делами, несмотря на амбиции и стремление показать себя с лучшей стороны. Всё шло своим чередом, так к чему было портить это бессмысленными допросами? – Но когда я вижу, как кто-то на кого-то смотрит, особенно такими глазами, я так и говорю, – она взбила слегка вьющиеся каштановые волосы, явно довольная двоякостью этой фразы. Такие моменты заставляли его скучать по старине Нику. [2] Вернее, по Клэйтону Сэмюэлсу – его напарнику и наставнику, давно уже вышедшему на пенсию. Тот беззастенчиво пользовался мягкой располагающей внешностью и даже отрастил пушистую бороду, от которой млела добрая половина свидетелей. Ник как никто умел предстать в глазах собеседника добродушным простаком, чтобы усыпить бдительность. – Так он тоже смотрит? – все-таки спросил Лис, хотя не собирался ещё больше выдавать свой интерес. – Я сегодня заметила, как он провожал взглядом твой зад, – голос её опустился до доверительного шёпота. – Может, тебе стоит почаще носить форму? Харпер подавил желание найти отражающую поверхность, чтобы незамедлительно проверить, не посадил ли пятно на форменные брюки. Не верилось, что безукоризненно вежливый Цай мог вести себя подобным образом. – А ещё лучше пригласить его выпить, – прибавила Карен уже настойчивее и протянула ему сырный крекер. – Не убьёт же он тебя, в самом деле?